Глава 14 Надежды на «чудо-оружие»

Глава 14

Надежды на «чудо-оружие»

К концу мая 1943 года потери подводного флота Дёница достигли 41 лодки и более 1000 человек из их экипажей. Гросс-адмирал и его штаб осознавали, что произошла катастрофа, и лихорадочно искали выход для изменения ситуации. Со свойственной немцам скрупулезностью они проанализировали причины столь высоких потерь, и выяснилось, что 35 % от общего числа погибших «у-ботов» уничтожила союзная авиация. В журнале боевых действий главнокомандующего Кригсмарине появилась такая запись: «Английские ВВС сыграли важную роль в нанесении немецкому подводному флоту столь больших потерь. Это объясняется возросшим использованием сухопутных самолетов и авианосцев, а также осуществлением внезапных ударов благодаря обнаружению подводных лодок при помощи радиолокационных средств в дневное и ночное время».

Действительно, оборудованные поисковыми радиолокаторами, прожекторами «Ли» самолеты методично превращали Бискайский залив в настоящее кладбище немецких субмарин. Они перехватывали их на переходе в районы патрулирования и обратно на базы. Наводили на «волков» противолодочные корабли. Весной 1942 года удача, казалось, улыбнулась немцам: в их руки попали обломки самолета «Хадсон», разбившегося в Тунисе. Обследовав их, специалисты Кригсмарине обнаружили находившийся в более или менее исправном состоянии радиолокатор А.S.V.-II с длиной волны 1,5 метра. После изучения этого прибора немцы разработали и стали устанавливать на своих лодках радиолокационные приемники «Метокс», разработанные еще в 1930-х годах французами. Он позволял обнаруживать излучение авиационных радаров в радиусе 60 километров и уходить под воду до подлета противолодочных самолетов к подлодке. Казалось, противоядие немцами было найдено, потери от воздействия авиации уменьшились.

Однако весной 1943 года англичане, догадавшиеся о причинах «неуловимости» субмарин Дёница, стали использовать новые самолетные радиолокаторы А.S.V.-III, работавшие в сантиметровом диапазоне. «Метокс» утратил способность обнаруживать их излучение, и кривая потерь подводного флота поползла вверх. Германские ученые считали, что радиолокаторы сантиметрового диапазона создать принципиально невозможно. Чтобы убедиться в своей ошибке и создать новый детектор, им потребовалось значительное время. Подобные приборы — «Наксос», «Флиге», «Мюкке» и другие — появились на «у-ботах» лишь в 1944 году.

В 1943 году союзники начали регулярно наносить массированные авиаудары по базам подводного флота на Атлантическом побережье. С 17 января по 10 июня только американские ВВС в дневное время три раза бомбили Брест, четыре раза Лорьян, пять раз Сен-Назер. Одновременно по ночам германские базы атаковали Королевские ВВС. В каждом налете участвовало от 300 до 500 «Летающих крепостей», «Либерейторов», «Стирлингов», «Галифаксов» и «Ланкастеров». Лишь за это время они сбросили на Лорьян 4500 тонн бомб, а на Сен-Назер — 2000 тонн. В целом результаты бомбардировок не порадовали союзников: немцы успели построить железобетонные укрытия для подлодок с перекрытиями толщиной от 6,5 до 10 метров (!), которые не пробивали авиабомбы даже самых крупных калибров. Однако постоянные воздушные налеты создавали нервозную обстановку, разрушение коммуникаций мешало подвозу топлива и боеприпасов. Пострадало от авианалетов и французское население — города Сен-Назер и Лорьян оказались разрушенными едва ли не до основания. Гораздо удачнее действовали союзники, патрулируя воды Бискайского залива с аэродромов в Южной Англии и Гибралтара. Так, только в марте 1943 года здесь были обнаружены 42 подводные лодки, из них 24 подверглись атакам авиации. В апреле авиация Берегового командования «засекла» 52 субмарины, 28 лодок были атакованы, одна потоплена. В мае в Бискайском заливе было обнаружено 98 лодок, из них атакам с воздуха подверглись 64, семь «у-ботов» англичане уничтожили. Над заливом ежедневно «висели» от 30 до 50 самолетов.

Утратив возможность обнаруживать приближение самолетов противника с помощью приемников радиолокационного излучения «Метокс», немцы решили сделать ставку на усиленное зенитное вооружение «у-ботов». К этой идее командование подводного флота пришло, получив информацию о нескольких удачных случаях применения подводниками 20-мм зениток. Так, в ночь с 4 на 5 мая 1943 года подводной лодке U-333 удалось сбить напавший на нее «Веллингтон». Но было ясно, что одного автомата для самообороны субмарине явно недостаточно. 23 мая U-752 в Северной Атлантике атаковал «Свордфиш» с английского эскортного авианосца «Арчер». Самолет обнаружили, когда он уже лежал на боевом курсе. Командир «у-бота», капитан-лейтенант Карл-Эрнст Шрётер, отдал приказ на срочное погружение. Он надеялся, что лодка «провалится» в глубину раньше, чем допотопный аэроплан долетит до места ее обнаружения. Не тут-то было! «Англичанин» оказался вооружен восемью 127-мм неуправляемыми ракетами и дал залп по уходящей под воду «немке». Одна из ракет угодила в борт, и ее взрыв сделал пробоину в прочном корпусе. U-752 оказалась неспособной к погружению. Шрётер вызвал на мостик расчет 20-мм зенитного автомата. Зловредная английская «стрекоза» летела параллельное подбитой лодкой и наводила на нее целую группу самолетов. Следующий ракетный залп стал роковым. Разрывы изуродовали рубку субмарины, вывели из строя обе пушки. Командир лодки и большинство офицеров были убиты. Принявший командование инженер-механик открыл балластные цистерны, и экипаж покинул корабль. Позже англичане подобрали 17 выживших подводников. 29 человек погибли во время атак или утонули.

Немцы стали снимать с «у-ботов» 88-мм и 105-мм пушки и вместо них устанавливать одну 37-мм зенитку, два спаренных 20-мм автомата. Кроме этого, несколько лодок переделали в «Флак-у-боты» — подводные корабли противовоздушной обороны. Кроме 37-мм зенитки, они получили два «фирлинга» — счетверенных 20-мм автомата — страшное для низколетящих самолетов оружие.

Замысел командования состоял в следующем. «Флак-у-бот» должен был сопровождать группу обычных подлодок в переходе через Бискайский залив. При появлении самолетов союзников всем субмаринам приказывалось погружаться под воду, а «зенитной ловушке» оставаться на поверхности и сбивать самолеты. В случае совершенно внезапного появления воздушного противника всем «у-ботам» предлагалось отражать налет сосредоточенным огнем.

Первый блин не вышел комом. U-441, переоборудованная и переименованная в U-Флак-1, в первом же походе 22 мая 1943 года сбила четырехмоторную летающую лодку «Сандерленд», атаковавшую с бреющего полета. Правда, англичане успели сбросить бомбы и повредили «лодку-ловушку».

8 июня вступила в бой переоборудованная в U-Флак U-758 капитан-лейтенанта Хельмута Манзека. Позже он докладывал Дёницу:

«19.18. Атакован с правого борта одномоторным самолетом авианосной авиации, идущим на бреющем полете. Отстреливаюсь бортовым оружием. При приближении самолета отмечены многочисленные попадания. Самолет отворачивает до подхода к цели, производит аварийное сбрасывание четырех бомб и возвращается к своему соединению. Максимальным ходом отхожу курсом на юго-запад. Два самолета сменяют поврежденную машину, но не атакуют. Временами ведут обстрел из бортового оружия. Попаданий нет.

19.45. Новый самолет на бреющем полете атакует с правого борта. Мне удается добиться нескольких попаданий. Машина сбрасывает четыре бомбы. Они ложатся примерно в 25 метрах позади кормы. Самолет оставляет широкий дымный след и падает. Отстреливаясь, удерживаю бомбардировщики на дистанции 3000–4000 метров. В 20 часов два истребителя типа „Мустанг“ (очевидно, командир лодки ошибся в опознавании типа самолетов. — Р. Х.), атакующих с бреющего полета, ведут огонь. На обеих машинах заметны следы попаданий. Одна из них повреждена и возвращается к свому соединению. Ее сменяет другой истребитель.

Два 20-мм автомата повреждены в результате прямых попаданий, 11 зенитчиков и сигнальщиков легко ранены. Решаюсь идти на погружение».

Казалось, появилась какая-то надежда. Успешные бои U-Флаков всколыхнули немецких подводников, пробудили энтузиазм. Среди матросов наземных служб и резерва несколько десятков человек добровольно вызвались заменить погибших и раненых на «зенитных ловушках». Немцы вздохнули чуть свободнее. Дёниц успел обрадоваться: в Бискайском заливе союзники обнаружили 57 «у-ботов», но атаковали лишь 26 из них, а потопить смогли только 2 подводные лодки.

Новая тактика немцев озадачила союзников. Действительно, чтобы сбросить противолодочные бомбы с необходимой точностью, крылатые машины должны были лететь на малой высоте и по прямой. Это вполне позволяло зенитчикам повредить или сбить самолет, даже такой крупный и живучий, как «Сандерленд» или «Либерейтор». И союзники срочно отреагировали: разработали новый тип противолодочных бомб и стали применять их со средних высот; увеличили огневую мощь самолетов, добавив на них по нескольку пулеметов; кабины пилотов получили бронирование; к борьбе с подлодками подключили тяжелые истребители «Бофайтер», имевшие, кроме бомбо-ракетного вооружения, мощную батарею из четырех 20-мм авиапушек и шести пулеметов, а также способных нести авиационную торпеду.

Совершенствовалась и методика применения авиации против субмарин. Атака производилась группой из нескольких самолетов с разных сторон. Это позволяло поражать прислугу зенитных орудий с тыла в тот момент, когда она вела стрельбу на один из бортов, или распыляло силы и внимание зенитчиков, вынуждая их отбиваться на оба борта.

Первой новую тактику авиации союзников испытала на себе U-Флак-1 капитан-лейтенанта Гетца фон Хартмана. 11 июля 1943 года на нее напали три тяжелых истребителя «Бофайтер». Один немцы смогли поджечь, но два других выкосили огнем пушек и пулеметов расчеты зенитных орудий, сигнальщиков-наблюдателей, командный состав — словом, всех, кто находился на мостике и на орудийных площадках спереди и сзади ограждения рубки. Зенитные автоматы вышли из строя. Так как все офицеры погибли или получили ранения, командование подлодкой принял корабельный врач. Он скомандовал срочное погружение и этим спас «у-бот» от уничтожения. Имея на борту 11 убитых и 13 раненых, U-Флак-1 под охраной тральщиков с трудом вернулась на базу.

Таким образом, хотя усиление зенитного вооружения «у-ботов» и усложнило атаки подлодок противолодочными самолетами, оно не обеспечило адекватной защиты субмарин от воздушного противника.

Кроме увеличения количества противолодочных самолетов, Адмиралтейство двинуло в Бискайский залив поисково-ударные противолодочные группы надводных кораблей. Одной из первых была сформирована 2-я группа поддержки опытнейшего «охотника» кэптена Джона Уокера, в которую входили пять шлюпов типа «Блэк Суон»: «Старлинг», «Рен», «Вудпекер», «Кейт» и «Уайлд Гуз». Взаимодействуя с 19-й авиагруппой Берегового командования, поисково-ударная группа Уокера за шесть недель июля-августа 1943 года уничтожила четыре «у-бота» и вынудила Дёница отказаться, в конце концов, от попыток пересекать залив в надводном положении крупными группами подводных лодок. Теперь «волки» покидали свои базы-логова и крались в Атлантику вдоль северного побережья Пиренейского полуострова. На начальном этапе пути в океан их прикрывали надводные корабли и истребители дальнего действия Bf-110 и Ju-88. Одновременно самолеты Люфтваффе стали наносить удары по противолодочным кораблям союзников. Так, 27 августа планирующей бомбой Hs-293 был потоплен английский шлюп «Игрет», а 28 августа 18 бомбардировщиков Do-217 атаковали 1-ю группу поддержки коммандера Брюэра. На сей раз планирующая бомба поразила канадский эсминец «Этабаскан», получивший тяжелые повреждения[59].

Активизация германской авиации, применение новых авиабомб[60] вынудили союзников отвести корабельные поисково-ударные группы на несколько сотен километров к западу, вследствие чего их взаимодействие с авиацией Берегового командования в Бискайском заливе ухудшилось, и тем не менее силы противолодочной обороны союзников заставили немецкие подводные лодки форсировать Бискайский залив в подводном положении все светлое время суток, всплывая ненадолго на поверхность лишь ночью для зарядки аккумуляторов. В этих условиях германские подводники тратили на переход в районы боевых действий и обратно до 20 суток, таким образом, время их пребывания на позиции сокращалось и составляло также около 20 суток.

Получив мощный отпор со стороны союзников в Северной Атлантике, Дёниц в конце мая 1943 года двинул группы подводных лодок в американскую зону ответственности — в Центральную и Южную Атлантику. Эти районы имели исключительно важное значение, здесь проходили маршруты конвоев, идущих в Северную Африку. Сотни и сотни транспортов, забитых военной техникой, войсками, боеприпасами, топливом, продовольствием и снаряжением, шли нескончаемым потоком. Союзники готовились к высадке в Сицилии. Чтобы обезопасить караваны транспортов, командующий Атлантическим флотом США адмирал Ральф Ингерсолл бросил в бой только что созданные корабельные поисково-ударные группы. В состав каждой из них входил эскортный авианосец с истребителями «Уайлдкэт» и торпедоносцами «Эвенджер», старые эсминцы и новые эскортные миноносцы. Командирам поисково-ударных групп командующий дал полную свободу действий в случае обнаружения присутствия германских субмарин. Началось не виданное в истории войн на море противолодочное наступление. Американцы действовали энергично и в высшей мере эффективно.

Первой попала под удар американских противолодочников U-217 капитан-лейтенанта Курта Рейхенбаха-Клинке из состава «стаи» «Трутц». 5 июня «Уайлдкэт» и «Эвенджер», взлетевшие с эскортного авианосца «Боуг» кэптена Жиля Шорта, обнаружили немецкую субмарину и атаковали ее. Точно сброшенные с торпедоносца глубинные бомбы отправили лодку на дно со всем экипажем из 50 человек. U-217 погибла в своем третьем боевом походе, успев потопить всего 3 судна общим водоизмещением 10 650 тонн. 8 июня «Эвенджер» с «Боуга» застал на поверхности U-758, спешившую куда-то полным ходом. Ее командир, обер-лейтенант Ханс-Аренд Фейндт, не смутился, увидев заходящий в атаку самолет. Его лодка была одной из первых, получивших усиленное зенитное вооружение в виде «фирлинга» — счетверенного 20-мм автомата. «Немка» не стала погружаться, а встретила «Эвинджер» ураганным огнем. На помощь торпедоносцу подоспели еще несколько самолетов, но субмарина снова отогнала их огнем зенитных установок. Американские пилоты было растерялись, они никак не ожидали такого яростного отпора и кружили вокруг опасного врага. Лодка так же медленно описывала циркуляцию, как будто ее командир раздумывал, что ему предпринять дальше. И тогда один из пилотов, лейтенант Фил Перабо, рискнул. Он бросил свой «Уайлдкэт» в пике, невзирая на бивший в него почти в упор «фирлинг», вышел на дистанцию стрельбы своих шести пулеметов и обрушил град крупнокалиберных пуль на палубу и рубку подлодки. Зенитная установка оказалась поврежденной, и тогда Фейндт скомандовал «срочное погружение». «У-бот» стремительно ушел под воду, а сброшенные «Эвенджером» глубинные бомбы легли мимо цели, U-758 спаслась и дожила до конца войны. В 1947 году ее разобрали на металлолом.

Решительные и умелые действия обер-лейтенанта Фейндта попробовали повторить другие командиры подлодок. 12 июня самолеты с «Боуга» засекли западнее Канарских островов большую субмарину в надводном положении. Ею оказалась U-118 (ХВ серии), переоборудованная в лодку снабжения — «дойную корову». Командир «коровы» корветтен-капитан Вернер Циган, совершавший четвертый боевой поход, потопивший четыре корабля и повредивший три судна общим водоизмещением 28 189 тонн, встретил атакующие самолеты огнем зениток. Потребовались усилия семи истребителей и торпедоносцев, чтобы справиться с расхрабрившейся «немкой». Она в конце концов пошла на дно с 43 членами экипажа, 15 подводников угодили в плен.

Другая поисково-ударная группа в составе эскортного авианосца «Кор» (типа «Боуг») кэптена Маршалла Грига и четырех старых эсминцев-«гладкопалубников» осуществляла прикрытие конвоев UGS-11 и GUS-9. 13 июня в центральной части Атлантики ее самолеты заметили еще один подводный танкер — U-847. Командир субмарины обер-лейтенант Хельмут Метц неосторожно вышел в эфир с донесением в штаб подводного флота о выполнении задания по дозаправке четырех подлодок, оставшихся было почти без горючего. Радиограмма предопределила судьбу U-847: английская служба радиоперехвата и пеленгации засекла ее позицию. Союзники сработали очень оперативно. Англичане тут же поставили в известность командование американского Атлантического флота о лодке, а через три часа на «дойную корову» обрушились самолеты с «Кора». Немцы никак не ожидали атаки с воздуха в центре Атлантики, но приняли бой, они сбили один самолет, а затем бомбы отправили подлодку на дно. 31 подводник разделил участь своего корабля, 33 человека попали в плен. 16 июля самолеты с «Кора» уничтожили еще одну лодку, U-67 (IX-С серии) корветтен-капитана Гюнтера Мюллер-Штокхейма затонула почти со всем экипажем: 48 погибших, 3 спасенных.

«У-боты» серии XB были самыми большими подводными кораблями, построенными в Третьем рейхе. При водоизмещении 2177 тонн (в подводном положении) они крайне редко применялись в боевых операциях. В основном их использовали как лодки снабжения

14 июля патрульные самолеты с авианосца «Сэнти» (типа «Сэнгамон») обнаружили южнее Азорских островов U-160 обер-лейтенанта Герда фон Помер-Эше. Истребители «Уайлдкэт» пулеметным огнем загнали немецких зенитчиков внутрь лодки. А когда она погрузилась, в атаку вышел торпедоносец «Эвенджер», сбросивший в место погружения новинку — самонаводящуюся Торпеду. «Немка» была потоплена со всем экипажем. 15 июля авиагруппа «Сэнти» записала на свой счет и U-509 капитан-лейтенанта Вернера Витте, также погибшую со всем экипажем. 30 июля пилот истребителя «Уайлдкэт» заметил две подлодки, соединенные топливными шлангами. Он немедленно вызвал подкрепление. Появившийся вскоре «Эвенджер» сбросил глубинные бомбы на не успевшую скрыться под водой «дойную корову» и уничтожил ее. Второй лодке удалось уйти.

23 июля вновь отличились «Боуг» и его авиагруппа, потопившие U-527 капитан-лейтенанта Герберта Улига, совершавшую второй боевой поход и успевшую потопить лишь один транспорт: 40 подводников погибли, 13 были подобраны американцами.

Успехов добивались не только эскортные авианосцы, но и сопровождавшие их корабли. 23 июля эсминец «Джордж Бэджер» под командованием лейтенанта Томаса Бэрда южнее Азорских островов обнаружил германскую субмарину. Подлодка пыталась скрыться в подводном положении. Американцы засекли ее гидролокатором и начали преследовать. После 23 атак глубинными бомбами экипаж «Бэджера» услышал мощный подводный взрыв, а затем на поверхности появилось большое масляное пятно, в котором плавали куски дерева, разорванные матрасы и изуродованные трупы. Так закончили свое существование U-613, ее командир капитан-лейтенант Хельмут Конке и 47 членов экипажа.

В начале августа 1943 года пятидневную битву с подлодками вела группа в составе эскортного авианосца «Кард» (типа «Боуг») кэптена Арнольда Исбелла и трех эсминцев-«гладкопалубников». Все началось 7 августа, когда экипаж торпедоносца «Эвенджер» лейтенанта Салленджера заметил «дойную корову», заправлявшую другую субмарину. Вызвав подкрепление, Салленджер атаковал и совместно с двумя другими самолетами отправил лодку-танкер на дно.

Ею оказалась U-116 обер-лейтенанта Вильгельма Гриме, погибшая со всем экипажем. Вторая лодка U-66 спаслась[61].

На следующий день, 8 августа, «Эвенджер» Салленджера и «Уайлдкэт» энсайпа[62] Джона Спрэга обнаружили и атаковали еще одну пару субмарин — U-664 и U-262. Немцы встретили американские самолеты сосредоточенным зенитным огнем и обоих сбили. Спрэг погиб, а Салленджер и его стрелок забрались на резиновую спасательную шлюпку, позже их подобрал один из эсминцев группы. Дерзость «бошей» возмутила американцев. Кэптен Исбелл провел бессонную ночь, придумывая, как покарать обнаглевших «немок». В полдень 9 августа группа патрульных самолетов застала U-664 на поверхности. Ее командир обер-лейтенант Адольф Грэф решил подзарядить аккумуляторы… Разорвавшиеся рядом с корпусом субмарины бомбы нанесли ей смертельные повреждения, и команда покинула корабль. Американцы взяли в плен 44 подводника, 7 немецких моряков погибли. 11 августа настал черед U-525 капитан-лейтенанта Ханса-Иоахима Древитца. Самолеты загнали ее под воду и сбросили самонаводящиеся торпеды. U-525 погибла со всем экипажем из 54 человек.

Наконец, 27 августа три самолета с «Карда» потопили еще одну «дойную корову» — U-847. Вместе с обломками субмарины на дно Саргассова моря легли останки ее командира капитан-лейтенанта Герберта Куппиша и 61 члена его экипажа.

За 98 дней похода четыре американские поисково-ударные группы, посланные в Центральную Атлантику адмиралом Ингерсоллом, уничтожили 24 германские подлодки, из них 8 лодок снабжения.

Летом 1943 года у южной оконечности Флориды произошел необычный бой летательного аппарата и немецкой субмарины — единственное в годы Второй мировой войны боевое столкновение дирижабля с подводной лодкой.

Для патрулирования прибрежных районов океана американцы привлекали летательные аппараты легче воздуха. Один из них, дирижабль «К-74», командир корабля лейтенант резерва флота Нельсон Гриллс, в полночь 18 июля обнаружил вражескую подлодку, которая подкрадывалась к проходившим невдалеке транспорту и танкеру.

По инструкции Гриллс был обязан лишь навести на «у-бот» противолодочные корабли или самолеты. Однако помощь могла не успеть до того момента, как лодка атакует беззащитные суда. А на борту дирижабля имелись бомбы. И, видя, что немцы не замечают его аппарат, Гриллс в нарушение инструкции решил атаковать. Германской субмариной оказалась U-134 капитан-лейтенанта Ханса-Гюнтера Брозина. В момент атаки Брозин находился на мостике. Внезапно лодку накрыла тень, немцы задрали головы и увидели нависшую над ними гигантскую китообразную тушу дирижабля. Изумленные, они тут же полоснули по ней из 20-мм автомата. Гриллс открыл ответный огонь из бортовых пулеметов и приказал сбросить на лодку бомбы. Однако на «К-74» не сработали бомбосбрасыватели, и бомбы зависли на держателях. Упрямый Гриллс сделал второй заход, предварительно «причесав» палубу и рубку субмарины из пулеметов. Но бомбы так и не удалось сбросить. Когда же медлительный гигант прошел над U-134, подводники вновь обстреляли дирижабль, подбив на сей раз его правый двигатель. Через несколько минут воздушный корабль рухнул в океан недалеко от лодки.

Никто из американских воздухоплавателей не пострадал. Но, опасаясь взрыва своих глубинных бомб, американцы быстро надели спасательные пояса и поспешили отплыть подальше от дирижабля. Воздушный корабль тем не менее не тонул, и Гриллс с экипажем вернулся обратно, чтобы уничтожить секретные документы и не допустить их захвата немцами.

На рассвете U-134 подошла к плавающему на поверхности «К-74». Немцы сфотографировали его, а затем спустили надувную шлюпку и обследовали то, что осталось от летательного аппарата. Удивительно, но противники друг друга так и не увидели. Вскоре подлодка ушла, а американцы остались одни посреди океана.

Впрочем, на базе хватились и выслали на поиск пропавшего дирижабля гидросамолет. Он обнаружил обломки «К-74» и людей, плавающих рядом. Но сесть не смог, мешало сильное волнение. Командир гидросамолета вызвал на помощь эсминец и продолжал кружить над местом катастрофы. В 8.45 дирижабль, наконец, затонул. Гриллс, очевидно, хороший пловец, решил доплыть до рифа, находившегося в 40 милях. На месте падения воздушного корабля остались восемь человек, один из членов экипажа, механик, утонул. Вскоре подошел эсминец и подобрал уцелевших. Гриллса позже спас катер — охотник за подводными лодками.

На следующий день патрульный самолет обнаружил U-134 и нанес ей повреждения. Лодка ускользнула от преследователей. Но рассказать о курьезном сражении с дирижаблем немецким подводникам не довелось — 23 августа 1943 года у берегов Испании U-134 был отправлен на дно со всем экипажем английским противолодочным самолетом «Веллингтон».

О взаимном ожесточении сторон в боях на море свидетельствовал С. Морисон:

«…Последуем за „Кардом“ кэптена Исбелла. В сентябре 1943 года он провел две недели на профилактическом ремонте в Нордфолке, а потом вышел в море, чтобы сопровождать идущий в Гибралтар конвой. 4 октября эта группа (авианосец и три эсминца. — Р. Х.) сорвала банк. Она обнаружила сразу четыре подводные лодки, заправлявшиеся топливом. Две из них были потоплены сразу, третья — 13 октября. Заглянув в Касабланку, „Кард“ снова вышел в море и 31 октября потопил еще одну парочку примерно в 660 милях севернее острова Флорес. Еще одна лодка, U-91, удрала, и кэптен Исбелл отправил эсминец „Бори“ (лейтенант Чарльз Г. Хатчинс) заняться ею».

«Бори» принадлежал к большой серии четырехтрубных эсминцев-«гладкопалубников», он прослужил уже 23 года, порядком обветшал, но исправно выполнял свои нелегкие обязанности эскортного корабля. 1 ноября он настиг «немку». Сражение, которое произошло в этот день, очень напоминает сюжет из американского кинобоевика о Второй мировой войне на море:

«1 ноября в 2.00 „Бори“ глубинными бомбами выкинул на поверхность другую лодку — U-405. Хатчинс открыл огонь из 4-дюймовых орудий и пулеметов с дистанции 1400 ярдов (около 980 метров). Потом он приблизился, попытался таранить и действительно воткнул форштевень эсминца в борт лодки. Два корабля оставались сцепленными в течение 10 минут. Оба орудия „Бори“ и три автомата продолжали непрерывно вести огонь по рубке лодки и той части палубы, которая была видна над водой. Негры-стюарты, составлявшие расчет 20-мм автомата, в запале принялись стрелять прямо сквозь ветроотбойный обвес. Свободные моряки похватали винтовки, пистолеты и вообще все, что попало под руку, и обрушили это на немцев. Кто-то попал мясницким тесаком прямо в живот немцу, бежавшему к орудию (наверное, кок. — Р. Х.). Сильное волнение раскачивало и било корабли друг о друга. Они издавали ужасный скрежет. Все это время „чумазая шайка“ („духи“ — кочегары и машинисты. — Р. Х.) „Бори“ отчаянно пыталась удержать пары. Обшивка эсминца, не слишком прочная и в годы его юности, теперь проржавела почти насквозь. Поэтому прочный корпус лодки проделал в борту эсминца огромную дыру. Механики работали по колено в воде, однако оставались на своих постах. Старший механик М.Р. Браун сумел удержать полную мощность, хотя соленая вода попала в котлы.

Через 10 минут этой безумной свалки лодка смогла выскочить из-под киля эсминца и отошла на 400 ярдов (280 метров). Потом она круто повернула. „Бори“ кружил вокруг нее, пытаясь таранить ее второй раз. Эсминец яростно обстреливал лодку и выпустил торпеду, которая прошла мимо, U-405 попыталась удрать. Хатчинс приказал установить глубинные бомбы на малую глубину, включил прожектор, дал 27 узлов и пошел на таран. Командир лодки, корветтен-капитан Хопман, сделал то же самое. Хатчинс, проявив незаурядное самообладание, приказал переложить руль влево, дать левой машине „полный назад“, а правой — „стоп“. В результате корму эсминца занесло, и бомбометы оказались направлены прямо на приближающуюся лодку. Три глубинные бомбы упали вокруг лодки, подбросив U-405. Она остановилась всего в 6 футах (около 2 метров) от кормы „Бори“. Лодка дала полный назад и попыталась отойти. „Бори“ быстро повернул влево и погнался за ней, ведя огонь. Один 4-дюймовый снаряд сбросил всех людей с мостика лодки за борт. Еще один снаряд угодил в выхлопную трубу дизелей, и лодка встала. Подводники начали выскакивать на палубу с поднятыми руками, крича: „Камерад!“

1 ноября в 2.57 U-405 затонула и взорвалась под водой[63]. На борту израненного „Бори“ начался триумф».

Однако досталось и победителю. Вода заливала котлы, и машины встали, корабль обесточился. Запустив аварийный генератор, Хатчинс отправил на авианосец короткую радиограмму: «Потопил». Кэптен Исбелл почуял неладное по этой не очень радостной депеше и поднял в воздух два самолета. В 11.29 один из них обнаружил стоящий без хода эсминец. «Бори» глубоко осел кормой в воду и сильно раскачивался. На помощь терпящему бедствие кораблю Исбелл отправил оба имевшихся у него эсминца: «Гофф» и «Барри». Авианосец остался без прикрытия и некоторое время представлял собой легкую добычу для подводных лодок.

Спасатели не смогли подойти к борту «Бори», волны достигали высоты 12 метров, и вечером 1 ноября лейтенант Хатчинс приказал команде покинуть корабль. Всю ночь «Гофф» и «Барри» искали среди волн спасшихся, выловив из воды 127 человек из 150 членов команды. В 9.45 «Эвенджер» с «Карда» добил бомбами полузатонувший старый эсминец.

12 декабря вновь отличился «Боуг». Его самолеты застигли в районе Канарских островов «дойную корову» U-172 капитан-лейтенанта Германа Хофмана, заправлявшую U-219. Бой продолжался 15 часов, и немцы стойко сражались: U-172 выдержала 14 атак глубинными бомбами, а затем была расстреляна сопровождавшими авианосец эсминцами. 13 подводников погибли, 46 — попали в плен. U-219 ускользнула от преследователей[64].

Раздосадованный потерями, Дёниц послал в район Азорских островов специальную группу подлодок. Он поставил перед командирами «у-ботов» задачу истребить эскортные авианосцы, которые едва не превратились для него в это время во врага № 1. На «стаю» «волков-истребителей» нарвался со своей группой авианосец «Кард». 23 декабря эсминец «Шенк» обнаружил и потопил бомбами U-645 обер-лейтенанта Отто Ферра. Она затонула со всем экипажем из 50 человек. Однако другая субмарина, U-245, торпедировала и отправила на дно эсминец «Лири»[65]. Командир эсминца коммандер Джеймс Кийз отдал свой спасательный пояс матросу и погиб вместе с кораблем. Его судьбу разделил еще 41 моряк.

Декабрь 1943 года оказался «урожайным» для американских и английских поисково-ударных групп: 8 «у-ботов» отправил на дно «Боуг», 5 — «Кор», 3 — «Кард», и по две лодки утопили «британцы» «Трэккер» и «Байтер». А всего в ноябре-декабре союзники уничтожили в Атлантике 22 германские субмарины.

В первой половине 1944 года поток грузов и войск из Америки в Англию значительно возрос, ежедневно Северную Атлантику пересекало около 1000 судов — союзники готовились к операции «Оверлорд» — высадке на севере Франции. Германский подводный флот, понесший большие потери, был вынужден отказаться от тактики «волчьих стай» и действовать небольшими группами «у-ботов» или поодиночке. Часть лодок продолжала действовать в Центральной Атлантике. В период подготовки к вторжению в Западную Европу на противолодочные силы союзников была возложена задача сократить до минимума присутствие субмарин противника на маршрутах движения конвоев и потери в транспортных судах. По-прежнему очень успешно действовали корабельные поисково-ударные группы, ядром которых являлись эскортные авианосцы. Так, в феврале-марте 1944 года в центральной части океана адмирал Ингерсолл отправил группу из четырех эскортных миноносцев во главе с авианосцем «Блок Айленд» кэптена Френсиса Хьюза. Уже по пути к району патрулирования миноносцы «Бронштейн» и «Томас» потопили 3 немецкие подлодки. Когда же группа приблизилась к Островам Зеленого Мыса, 19 марта самолеты с «Блок Айленда» «застукали» на поверхности очередную «немку» — U-1059. Ее командир обер-лейтенант Гюнтер Лейпольд, очевидно, никак не ожидал появления неприятеля в благословенных тропических водах. Экипаж субмарины купался! Расплата за легкомыслие оказалась скорой и страшной: сброшенная с самолета бомба угодила в погреб боезапаса, чудовищной силы взрыв разворотил подлодку. Для 47 подводников купание стало последним в жизни, 8 человек спаслись. Правда, и немцы умудрились сбить атаковавший их самолет, погиб и его пилот лейтенант Даути.

Следующий поход в этот район стал для «Блок Айленда» последним. А началось все удачно. В ночь на 1 мая один из патрульных самолетов выследил германскую подлодку и навел на нее эскортный миноносец «Бакли». Лунная ночь позволила накрыть субмарину внезапным шквалом артиллерийского огня, затем командир миноносца лейтенант Брейт Абель таранил ее. Несколько немецких подводников полезли на борт «американца», как в «доброе старое время», на абордаж! Началась рукопашная схватка. Ошарашенные дерзостью врага американские матросы отбивались с помощью ручного оружия, в качестве метательных снарядов в дело пошли снарядные гильзы, посуда с камбуза, кое-кто орудовал кулаками. Драка продолжалась несколько минут. Наконец корабли расцепились и… теперь подлодка нанесла «Бакли» таранный удар, а затем стала уходить в надводном положении на большой скорости. На ней полыхал сильный пожар, из открытых люков вырывались высокие языки пламени. Когда лодка затонула, американцы подобрали из воды 36 немецких подводников, от них и узнали, что потопили U-66 капитан-лейтенанта Герхарда Зеехаузена; 24 члена экипажа субмарины погибли.

Но немцам удалось отомстить. 29 мая в 420 милях от Азорских островов авианосец «Блок Айленд» подкараулила U-549 капитан-лейтенанта Детлева Кранкенхагена. Три торпеды поставили точку в биографии удачливого «охотника» за «у-ботами»: через полчаса корабль затонул. Миноносцам охранения осталось лишь подобрать из воды 951 члена команды. А один из «эскортников» — «Юджин Элмор» — догнал-таки субмарину-убийцу и потопил ее со всем экипажем из 57 человек.

4 июля 1944 года американской поисково-ударной группе, возглавляемой авианосцем «Гуадалканал» (типа «Касабланка») кэптена Дена Гэллэри, довелось захватить германскую подлодку U-505. Она принадлежала к большим лодкам IX-С серии и вошла в строй в 1941 году. Начала успешную боевую работу: потопила 8 судов общим водоизмещением почти 45 тысяч тонн. Но затем удача отвернулась от нее. U-505 уничтожила парусный корабль под колумбийским флагом, а у военных моряков бытовало поверье: пустить ко дну парусник — значит навлечь на себя несчастье. По возвращении из боевого похода на берег списали командира капитан-лейтенанта Акселя-Олафа Лёве — подвело сердце. Первый же выход в море с новым командиром оказался неудачным: самолет противника сбросил на лодку авиабомбу, проломившую прочный корпус. Лодку отремонтировали, но, очевидно, не очень качественно. При первом же погружении «заплата» дала течь, обнаружились и другие неисправности. Команду заподозрили в саботаже, к делу подключилось гестапо. Наконец лодка вышла в поход и… нарвалась на противолодочные корабли союзников. Начались изнурительная погоня и бомбежка. У командира не выдержали нервы, и он застрелился прямо в боевой рубке…

В двенадцатый боевой поход лодку повел обер-лейтенант Геральд Лангс, которому, казалось, удалось поднять боевой дух экипажа, убедить его в будущем успехе. Но на полпути от Канарских островов к Островам Зеленого Мыса «у-бот» обнаружили корабли сопровождения «Гуадалканала». Эскортный миноносец «Шателейн» лейтенанта Дадли Нокса установил с U-505 гидроакустический контакт. С кораблей и самолетов на нее посыпались глубинные бомбы. В это время немцы, не подозревавшие, что за ними началась охота, собрались завтракать. Грохот разрывов, стремительно возникший крен, шум вливающейся в лодку воды вызвали панику у команды, и она передалась командиру. Лангс продул цистерны, и лодка вылетела на поверхность, как пробка. Американцы действовали стремительно и смело. Пока немцы не пришли в себя, к борту лодки подлетел миноносец «Пиллсбери». Подготовленная для подобного случая абордажная команда бросилась на палубу субмарины, захватила в плен 59 деморализованных немцев, один подводник в потасовке был убит. Американцы быстро закрыли клапаны балластных цистерн, обезвредили 15 подрывных зарядов и не дали лодке затонуть. Взятую на буксир U-505 отбуксировали сначала к Бермудским островам, а затем к берегам США.

Трофей оказался просто бесценным: в руки союзников попали две шифровальные машины «Энигма», кодовые книги с шифрами на каждый день, секретные карты со всеми обозначениями и, наконец, акустические торпеды Т-5 «Цаункёниг»!

Подводя итоги сражений в Атлантике в 1943 году, Уинстон Черчилль, выступавший в парламенте с необычной даже для него помпой, порадовал слушателей сообщением о неоспоримых успехах союзников в борьбе с германским подводным флотом. Однако он прозорливо заметил, что борьба потребует еще немалого напряжения сил. И Дёниц действительно готовил союзникам новые сюрпризы.

В 1944 году, когда германские войска и флот несли одно поражение за другим, руководство рейха стало уповать на «чудо-оружие». О вере в чудо российский писатель Михаил Кураев однажды очень верно заметил: «Так уж устроена душа человеческая: когда надежда не находит опоры и помощи нигде и ни в чем, когда последняя беда… надвигается, лишая воли и сил, последним прибежищем души остается вера в чудо». «Чудо-оружием», призванным спасти Германию от разгрома, ведомство Геббельса объявило ракеты «Фау» и реактивные самолеты, тяжелые танки «Королевский тигр» и сверхтяжелые — «Маус», реактивные противотанковые гранатометы и планирующие управляемые авиабомбы.

Таким «чудо-оружием» должна была стать и самонаводящаяся акустическая торпеда Т-5 «Цаункёниг» («Крапивник»). Когда новый вид вооружения прошел испытания и стал серийно производиться германской промышленностью, Дёниц порекомендовал командирам «у-ботов» новую тактику. Ее суть сводилась к следующему: при атаке конвоя предлагалось сначала наносить удар «чудо»-торпедами по эскортным кораблям, а затем обычными парогазовыми расстреливать беззащитные транспорты.

В подобном предложении был резон: акустическая торпеда гарантированно поражала корабль в кормовую часть и если не топила его, то выводила из строя и лишала хода. Транспортные суда оставались в таком случае без прикрытия. Первые атаки немецких подлодок, проведенные с помощью Т-5, застали союзников врасплох. Поэтому захват этих торпед на борту U-505 являлся чрезвычайно важным для противодействия им и совершенствования разрабатываемых в то время союзниками «торпедных ловушек».

Свой вклад в борьбу с новым оружием немцев внес и советский Военно-морской флот.

30 июля 1944 года подводная лодка U-250 действовала в Финском заливе. Утром немцы обнаружили в проливе Бьерне-зунд стоявший на якоре русский сторожевой катер. Им оказался МО-105, командир которого, в нарушение всех инструкций и здравого смысла, встал на якорь и разрешил экипажу обедать. Погода была замечательная: солнце, ни единого облачка, и «отец-командир» разрешил команде катера позагорать и искупаться…

Командир же «у-бота» капитан-лейтенант Вернер-Карл Шмидт наблюдал в перископ за беззаботными русскими более двух часов. Сначала с удивлением, затем с раздражением, но когда они еще и стали нырять в воду с борта катера, он очень разозлился на этих «курортников» и выпустил по ничтожной цели торпеду. Взрыв разорвал деревянное суденышко на части; из 26 человек экипажа в живых осталось семь человек.

Торпедировав «Мошку», Шмидт неблагоразумно остался в этом же районе. Он не имел серьезного боевого опыта — вывел субмарину лишь во второй боевой поход, а потопленная скорлупка русских была первым «судном», пущенным им на дно. Кстати, в штаб капитан-лейтенант радировал о потоплении сторожевого корабля! В подводном флоте Шмидт оказался против своей воли. Начинал он офицером надводного флота, служил на легком крейсере «Кенигсберг». Жажда подвигов во имя фюрера увлекла его в авиацию. Сначала на гидросамолете, затем на бомбардировщике он совершал разведывательные полеты и минные постановки в Северном море, бомбил Лондон, Ливерпуль, Глазго, Белград, Суэц, Александрию, Москву. Был награжден Железным крестом с Дубовыми листьями. А в 1942 году его направили на курсы командиров «у-ботов», после чего он получил в командование строившуюся в Киле U-250.

В тот день, когда Шмидт уничтожил русский «сторожевик», неподалеку производил траление 12-й дивизион катеров-тральщиков советского Балтийского флота. Ему были приданы два катера-дымзавесчика, чтобы в случае обстрела с берега прикрыть тральщики завесой. В 19.06 с одного из катеров, КМ-910, обнаружили перископ. Дымзавесчик имел на вооружении всего один пулемет «максим», но его командир главный старшина В. Павлов не растерялся, он стал циркулировать вокруг перископа и одновременно выпускать ракеты, чтобы привлечь внимание находившегося рядом в дозоре «охотника» МО-103 (рации на КаэМке не было). Один раз Павлов даже увидел немецкую подлодку сквозь толщу светлой воды на небольшой глубине!

Через пару минут подлетел «охотник» под командованием гвардии старшего лейтенанта В. Коленко. Получив сообщение о присутствии подводной лодки противника и тут же обнаружив ее гидроакустической станцией, в 19.15 МО-103 вышел в атаку и сбросил на U-250 серию глубинных бомб. Глубины моря здесь составляли максимум 30 метров, поэтому промахнуться было трудно. На поверхности появились воздушные пузыри и масляное пятно. Коленко сбросил еще серию глубинных бомб. В районе атаки из глубины появился огромный пузырь воздуха, всплыли матрасы, подушки, а затем показались и головы немецких подводников. Взрыв глубинной бомбы проломил корпус U-250, и Шмидт, недолго думая, отдраил люк боевой рубки и покинул умирающий «у-бот» вместе с теми, кто находился рядом с ним: двумя офицерами и тремя матросами. Об остальных 46 подводниках капитан-лейтенант Кригсмарине и кавалер двух Железных крестов не подумал…

С финского берега по МО-103 открыли артиллерийский огонь. Снаряды ложились в 200 метрах от катера, но Коленко подобрал шестерых немцев. На допросе у начальника разведки капитана 2-го ранга Петра Грищенко[66], в штабе Балтийского флота, Шмидт сообщил, что на борту его лодки находятся «специальные» секретные торпеды Т-5. Командование флотом приняло решение поднять потопленную лодку, благо она лежала на глубине 27 метров. Аварийно-спасательная служба блестяще выполнила поставленную задачу. Несмотря на артобстрелы места подъемных работ с финского берега, атаки неприятельской авиации и торпедных катеров, U-250 подняли и отбуксировали в Кронштадт. Специалисты Балтийского флота получили в свои руки не только торпеды Т-5, но и шифромашинку «Энигма», секретные документы[67].

Советское командование, верное союзническому долгу, поставило в известность союзников о «секретном» трофее. В ноябре 1944 года премьер-министр Великобритании У. Черчилль обратился к Верховному Главнокомандующему Вооруженными силами СССР И. Сталину:

«Адмиралтейство просило меня обратиться к Вам за помощью. Советский Военно-Морской флот информировал о том, что в захваченной подводной лодке были обнаружены две германские акустические торпеды Т-5. Это единственный известный тип торпед, управляемых на основе принципов акустики, и он является весьма эффективным не только против торговых судов, но и против эскортных кораблей… Изучение образца торпеды Т-5 было бы крайне ценным для изыскания контрмер. Адмирал Арчер просил советские военно-морские власти, чтобы одна из двух торпед была немедленно предоставлена для изучения в Соединенное Королевство».

Сталин удовлетворил просьбу Черчилля. Союзники получили возможность изучить новое оружие германского подводного флота.

Известно, что от действия акустических торпед только англичане теряли до 100 кораблей и транспортов ежемесячно! Поэтому создание средств противодействия этой торпеде стало для союзников чрезвычайно актуальным.

Вскоре англичане и американцы с большим успехом начали применять акустические «ловушки» против торпед Т-5, и хотя бед эти торпеды причинили немало, переломить ход войны на море с их помощью немецким подводникам не удалось.

Чудовищные потери весной и летом 1943 года (169 лодок), террор, устроенный противолодочной авиацией союзников, заставили командование подводного флота Кригсмарине лихорадочно искать средства для снижения заметности «у-ботов». Незаметной для самолета, оснащенного радаром, субмарина могла оставаться только под водой. Однако необходимость в зарядке аккумуляторов выгоняла ее на поверхность, да и постоянно идти в подводном положении на электродвигателях она не могла, так как аккумуляторные батареи довольно быстро разряжались. И тем не менее немцам удалось найти решение проблемы и увеличить время пребывания лодок под водой.

Еще в ноябре 1942 года на совещании в штабе подводного флота в Париже, посвященном перспективам создания новых типов субмарин, Гельмут Вальтер предложил снабдить подлодки специальным приспособлением, обеспечивающим работу дизелей под водой. Дёниц писал в своих мемуарах: «При наличии такого устройства отпадала необходимость всплывать для зарядки аккумуляторных батарей. Таким путем на базе подводных лодок старого типа представлялось возможным удовлетворить потребность в подводных лодках с высокой скоростью подводного хода. Такую лодку можно было скорее довести до серийного производства, чем подводную лодку Вальтера.

Я приветствовал это предложение. Разрешение на ускоренную разработку конструкции было получено. Предполагалось немедленно приступить к проведению испытаний вентиляционной системы, предложенной Вальтером. Впоследствии эта система получила название „шнорхель“».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.