ГЛABA I Еврейское засилiе въ новейшее время

ГЛABA I

Еврейское засилiе въ новейшее время

1. Еврей по крови и еврей по религiи. Игра фальшивыми именами. — 2. Расовая негодность. Отношенiе къ общественной испорченности. — 3. Какъ евреи использовались къ своей выгоде революцiей и оппозицiей. Извращенiе свободы. — 4. Ихъ хозяйничанье въ пресс?. Поведенiе ихъ въ Германiи въ посл?днее время. — 5. Влiянiе на нов?йшее н?мецкое законодательство. Всякую свободу они извращаютъ въ монополiю. Общiя напоминанiя по вопросу о еврейскомъ характер?.

1. Иногда вещи уже однимъ своимъ именемъ открываютъ доступъ весьма вреднымъ недоразум?нiямъ. Естественное и правомочное содержанiе еврейскаго вопроса непроизвольно, а иногда и нам?ренно, затемняютъ, когда, злоупотребляя двоякимъ значенiемъ выраженiя "еврей", пользуются имъ ради того, чтобы представить еврейскiй вопросъ въ ложномъ св?т?, а именно, какъ вопросъ религiозный, тъ.-е. какъ вопросъ, им?ющiй отношенiе къ еврейской религiи, къ мозаизму. Со временъ христианскаго средневековья у насъ укоренился обычай прежде всего думать о различiи въ религiозномъ отношенiи. Такимъ образомъ, словами еврей или iудей ложно и почти исключительно, обозначаютъ принадлежность къ религiи Моисея, а о принадлежности къ известной расе или, лучше, къ известному племени, враждебному всемъ современнымъ культурнымъ нацiямъ, при этомъ вовсе не думаютъ. Тотъ родъ просв?щенiя, который въ 18-мъ столетiи направленъ былъ главнымъ образомъ противъ всякихъ ст?сненiй въ религiозномъ отношенiи и не придавалъ никакого значенiя свойствамъ народнаго характера, также способствовалъ тому, что въ еврейскомъ вопрос? обращали вниманiе не на главное д?ло, а на д?ло въ вопрос? этомъ второстепенное. Благодаря этому, образованный классъ въ нов?йшее вр?мя привыкъ при слов? еврей думать только о религiи. Но къ религiонистическимъ догмамъ тъ.-е., въ сущности, къ догмамъ суев?рiя, съ точки зр?нiя высшаго образованiя въ позитивномъ направленiи, стали относиться бол?е и бол?е равнодушно, и потому плоды этой эмансипацiи состояли въ томъ, чтобы еврею по религiи, вообще, не ставить въ счетъ его религiи, и, сообразно этому, смотреть на него такъ, какъ будто-бы онъ былъ совершенно таковъ же какъ и мы, съ тою незначительною разницею, что по рожденiю онъ принадлежитъ одной религiи, а мы другой, и ходимъ какъ бы съ печатью своей религiи. И сами евреи до сего дня изо вс?хъ силъ стараются всякую критику еврейства и всякое отношенiе къ себ? представить въ такомъ вид?, какъ будто бы все это проистекало изъ в?роиспов?дныхъ различiй и изъ предразсудковъ, и что будто бы евреи отличаются отъ другихъ народностей просто своею религiей.

Но простой народъ и обыкновенныя городскiя сословiя перехитрить себя не даютъ, и ни духовенству, ни религiознымъ эмансипаторамъ вполн? исказить ихъ природныхъ инстинктовъ и чувствъ не удалось. Въ евре? всегда видели н?что такое, что, — по какимъ бы то ни было причинамъ, — никакъ съ ихъ собственными нравами несоединимо. Крещеный еврей, следовательно, еврей-евангеликъ или еврей-католикъ оставался и остается для нихъ, — тамъ, гд? они себя и свое отвращенiе къ еврейской пород? понимаютъ правильно, — все-таки, въ сущности, только евреемъ. Но это естественное чувство и это, на непосредственномъ впечатл?нiи основанное, сужденiе сбивалось съ толку сначала руководительствомъ духовенства, а зат?мъ несостоятельною религiозною эмансипацiею. Духовенство, лукавя, старалось внушить народу, что евреевъ нельзя терпеть изъ за несходства религiй — ихъ и нашей. А религiозные эмансипаторы, и между ними именно евреи, или сторонники ихъ образа мыслей, къ этой фальши, прибавляли параллель въ другомъ род?. Согласно съ духовенствомъ, всякое отвращенiе къ евреямъ и всякiя противъ нихъ м?ры они выдавали за что-то такое, что будто-бы им?ло д?ло только съ еврейскою религiей, и, сообразно этому, обязанность религiозной терпимости превратили въ необходимость выносить еврея и уважать наравн? съ остальными людьми — такимъ, каковъ онъ есть въ д?йствительности, со вс?ми его качествами. Такимъ образомъ, народъ и народы разучивались правильно истолковывать собственные свои чувства и свои наблюденiя, и правильнымъ образомъ объяснять себе свою противоположность еврейству. Даже высшiе, родовитые классы, въ глазахъ которыхъ порода и кровь значатъ многое, все-таки подпали этому затемн?нiю расоваго и нацiональнаго сознанiя и привыкли свое кровное отвращенiе къ евреямъ облекать въ форму религiознаго протеста.

Но уже р?шительнымъ образомъ пробивается наружу то основательное пониманиiе, которое въ еврее видитъ не религiю, а расу. Только все еще оно н?сколько искажено прим?сью элемента религiознаго. Но интересы благородной челов?чности, сл?довательно, истинной гуманности и культуры, прямо требуютъ, чтобы этотъ религiозный обскурантизмъ, досел? своимъ мракомъ прикрывавшiй и охранявшiй прямо дрянн?ейшiя свойства евреевъ, былъ полностью устраненъ, такъ чтобы iудей раскрылся передъ нами съ своими природными и неотъемлемыми качествами. Тогда культурныя свойства, развившiяся изъ природы расы, можно будетъ и понять, и оценить; тогда и на самую религiю будутъ смотреть не просто какъ на зеркало иныхъ свойствъ, но будутъ оценивать ее и самостоятельно, и эта оц?нка даже и весьма отлична будетъ отъ того способа сужденiя, который пущенъ въ ходъ духовенствомъ, съ одной, и религiозными эмансипаторами, съ другой стороны. Но есть своего рода невыгоды въ томъ, что названiе, къ которому изстари привыкли, постоянно и всюду зам?няютъ новымъ. Выраженiе семитъ въ высшей степени неудачно, ибо оно слишкомъ обще[2]. Iудеи cоcтавляютъ опред?ленный народецъ семитической расы, но не всю эту расу, къ которой н?когда принадлежали и — памяти разрушеннаго Карѕагена — пунiйцы. Арабы-бедуины — не иудейскаго племени, но также семиты. Iудеи, вообще, есть древн?йшiй отпрыскъ всей семитической расы, вылившiйся въ особенно опасную для народовъ нацiональность. Выраженiемъ „cемитичеcкiй” iудеи легко могутъ воспользоваться какъ комплиментомъ, и оно, конечно, имъ прiятн?е нежели известная старая народная кличка. На д?л? оно затемняетъ истинное отношенiе, тъ.-е. противоположность нацiональныхъ характеровъ, тамъ, напръ., гд?, какъ въ Алжир?, арабы, какъ и мы, считаютъ iудеевъ прямою себ? противоположностью. Въ этомъ случа? арабы-семиты презираютъ iудеевъ-cемитовъ какъ племя вредное, и выраженiе антисемитизмъ, которымъ европейцы хотели бы обозначить истинное отношенiе арабовъ къ iудеямъ, — тамъ гд? его понимаютъ, — становится прямо см?шнымъ. Различныя семитическiя племена обладаютъ гораздо лучшимъ характеромъ, ч?мъ жиды, и отсюда понятно, почему жиды съ такою охотою прикрываются именемъ этой обширной расы, большая часть которой, къ тому же играла въ исторiи кое какую роль, притомъ не всегда и не во вс?хъ отношенiяхъ совершенно дрянную роль. Сообразно этому, наименованiе жидовъ евреями или iудеями лучше всего послужило-бы усп?хамъ нацiоналистическаго проcвещенiя, и съ той и съ другой стороны противод?йствовало бы этой игр? съ подменою или съ выдвиганьемъ впередъ религiи. Не только въ среднiе в?ка, но и теперь двусмысленностью слова iудей пользуется духовенство, чтобы своротить съ дороги истинной критики еврейства или, если угодно, натуральнаго антигебраизма, и подменить его противоположностью христiанина iудею. Комично, что выраженiе еврей вместо iудей, даже прямо вм?сто обозначенiя принадлежности къ такой-то религiи, въ Россiи сделалось даже офицiальнымъ, следовательно, въ стран?, гд?, по крайней м?р?, въ публик?, еще всего мен?е привыкли въ еврейскомъ. вопрос? не выдвигать впередъ различiя въ религiозномъ отношенiи.

Еврейскiй вопросъ существовалъ бы и тогда, если бы вс? евреи повернулись спиною къ своей религiи и перешли-бы въ какую-нибудь изъ господствующихъ у насъ церквей, или если бы даже челов?чество покончило со всякими религiями. Я утверждаю даже, что въ такихъ случаяхъ объясненiе наше съ евреями чувствовалось бы какъ еще бол?е понудительная потребность, ч?мъ оно чувствуется и безъ того. Крещеные-то евреи и были т?ми, которые безъ всякой пом?хи проникали во вс? каналы общества и политическаго сожительства. Они снабжали себя какъ бы паспортомъ, и съ этимъ паспортомъ протискивались даже туда, куда правов?рные iудеи следовать за ними не могли. Изо всего, чему до сихъ поръ могли научить насъ факты, а также и изъ самой природы д?ла, я заключаю, что если бы были только iудеи по племени, и уже не оставалось бы вовсе iудеевъ по религiи то мозаическая прокладка нашего народнаго базиса осколками того, н?когда существовавшаго, народца, сд?лала бы еврейскiй вопросъ тол?ко еще бол?е жгучимъ. Мозаика въ кладк? нашихъ современныхъ культурныхъ народовъ или, другими словами, проникновенiе расоваго iудейства въ пазы и щели нашихъ нацiональныхъ жилищъ, ч?мъ совершенн?е оно будетъ т?мъ скор?е поведетъ къ отпору. Невозможно, чтобы это т?сное соприкосновенiе могло совершиться безъ того, что-бы мы тотчасъ же не почувствовали, какъ несовм?стима съ лучшими нашими стремл?нiями эта прививка свойствъ iудейской расы къ нашимъ состоянiямъ.

Итакъ, еврейскiй вопросъ лежитъ не столько за нами, сколько передъ нами. Во всякомъ случа?, что касается религiи, — это, преимущественно, д?ло прошлаго; что же касается расы, то это въ высшей степени важный предметъ настоящаго и будущаго. Фантазiи о внемiровомъ царств? потусторонностей и о потустороннихъ влiянiяхъ cоcтавляютъ главный матерiалъ религiй. Тамъ, где видятъ д?йствительность въ ея правд? и неприкрытую фантазiей, тамъ эта главная составная часть религiи отходитъ на второй планъ, а значенiе различiй и противоположностей, цеплявшихся просто за несуществующiе фантазiи, отпадаетъ. Но что не блекнетъ, а напротивъ выступаетъ со всею св?жестью натуральныхъ красокъ, это — т?лесное и духовное своеобразiе народовъ и имъ оплодотворялись и т? ложные религiозные фантастическiе образы и получали отличавшiй ихъ характеръ. Въ этомъ смысл? и религiи, какъ воплощенiе свойствъ характера и настроенiй, сохраняютъ поучительное значенiе.

2. Во всемъ последующемъ, говоря объ iудеяхъ я употребляю это названiе въ его натуральномъ смысл?, тъ.-е. разумею подъ этимъ происхожденiе и расу. Между вс?ми свойствами iудеевъ религiя или склонность къ определенной религiи есть лишь одинъ изъ элементовъ, и въ отношенiи къ остальнымъ значитъ не очень много. Iудей, такъ сказать, реформатъ, модернизирующiй свою религiю, и желающiй очистить ее отъ более грубаго cуев?рiя, или даже iудей спинозистическiй, пытающiйся перевести свою религiю на языкъ философiи, или iудей, выдающiй себя за атеиста и не признающаго никакой религiи, который хот?лъ бы выкроить ее, такъ сказать, по научному, — вся эта игра въ д?йствительности ничего не стоитъ, и, главное, ихъ расовыхъ свойствъ даже ничуть не ограничиваетъ, не говоря уже томъ, чтобы она ихъ парализовала. Напротивъ того, во все, что они заимствуютъ изъ духовныхъ сокровищъ другихъ народовъ вносятъ они свой племенной, неотъемлемо присущiй имъ, образъ мыслей. Въ главномъ пункт? они — iудеи какъ и другiе, и ихъ освобожденiе отъ, грубаго суев?рiя д?лаетъ ихъ моральныя качества только зам?тн?е и еще д?ятельн?е. Но въ моральныхъ то качествахъ все и д?ло, какъ скоро речь идетъ о сношенiяхъ и о сожительств? съ другими народами. В общественномъ сожительстве играетъ роль весь челов?къ, а не то или другое в?рованiе. Вся же совокупность расовыхъ свойствъ обнаруживается въ поступкахъ и должна быть изучаема какъ въ исторической всеобщности, такъ и въ поступкахъ отдъльныхъ лицъ. Характеръ народовъ познается изученiемъ хода жизни народовъ, какъ характеры отд?льныхъ лицъ изученiемъ теченiя жизни единицъ. Типы характера животныхъ продлежатъ въ нравахъ и обычаяхъ различныхъ животныхъ видовъ. Нравы и обычаи племенъ челов?ческаго рода отв?чаютъ тому же порядку, и только по степени выше. Поэтому естественнонаучный способъ разсмотр?нiя ум?стенъ и зд?сь. Его достаточно, по крайней м?р?, для грубаго фундамента, и нужно только пополнить изсл?дованiемъ, которое давало бы надлежащiй отчетъ и о влiянiи культуры. Но такъ какъ и сама культура есть созданiе, воздвигнутое на почв? природы, то все будетъ находиться въ согласiи, и каковы первоначальные природные инстинкты, таковы будутъ и культурные плоды, изъ нихъ созр?вающiе. Эта къ животнымъ свойствамъ примыкающая связь съ природою простирается до того самаго, что можно бы было назвать идеаломъ. Отм?нно эгоистическiй народъ им?етъ и cоотв?тсвующiй идеалъ или, лучше сказать, соотв?тствующаго идола. Онъ хочетъ заставить вс? народы служить своему изысканному эгоизму, и всюду и всегда держалъ себя соотв?тственно этой ц?ли.

На этомъ основанiи еврейскiй вопросъ не есть просто вопросъ расовый вообще, но спецiально и вполн? опреде?ленно — вопросъ о вреде, всюду наносимомъ этою расою. Сплошь и рядомъ расы и нацiональности, какъ напръ., германцы и славяне, вступаютъ въ соперничество другъ съ другомъ; но изъ этого еще не сл?дуетъ, чтобы можно было утверждать, что они вредны Другъ для друга. Для германцевъ славяне отнюдь не являются вредною разновидностью челов?ческаго рода, и когда при см?шенiяхъ народностей и при соприкосновенiи народовъ возникаютъ вопросы о рас? и о нацiональности, о внутреннихъ и о внешнихъ границахъ сферы ихъ действiя, то при этомъ нельзя д?лать такого же различiя, какое мы д?лаемъ въ животномъ царств? между вредными и безвредными животными. Но еврейское племя образуетъ при этомъ очевидное исключениiе; оно оказалось и матерiально и духовно, разновидностью вредною для всего челов?ческаго рода; поэтому, по отношенiю к этому племени, вопросъ не въ томъ, что это — раса чуждая, а въ томъ, что это — раса врожденно и бесповоротно испорченная. Но я не хочу пока заб?егать впередъ: расовыя свойства, одно за другимъ, будутъ раскрываться передъ нами, по м?р? того какъ мы будемъ подвигаться впередъ въ нашемъ обозр?нiи. Они даже сольются въ ц?льную и внутренне последовательную картину характера, и даже могутъ быть систематизированы. Предварительно же мы должны всмотр?ться не въ эту внутрен?йшую суть еврейского характера, а прежде разсмотр?ть вн?шнiя, легче уловимыя, черты его, фактическое и ближайшее.

Еврейскiй вопросъ не ограничивается однимъ народомъ; это вопросъ — народовъ. Он касается не столько государства, сколько общества; на него нужно отвечать съ интернацiональной точки зр?нiя. Въ немъ, какъ влiятельнейшiя культурныя государства, бол?е или мен?е заинтересованы Германiя, Австрiя, Россiя, Францiя, даже Англiя и С?верная Америка. Но это еще не все. Гд? только этотъ избранный кочующiй народъ ни появляется, всюду тотчасъ же возникаетъ для общества еврейскiй вопросъ, который съ усп?хами исторiи и просв?щенiя все ясн?е и правильн?е входитъ въ сознанiе народовъ. Хотя, всл?дствiе этого, еврейскiй вопросъ есть вопросъ европейскiй, даже вопросъ мiровой, все-таки, въ наше время, когда вопросъ этотъ выдвинулся впередъ особенно назойливо, всего больше были затронуты имъ наши родныя м?ста, по крайней м?р? на первыхъ порахъ путемъ внешней агитацiи; а что касается внутренняго обоснованiя предмета, то предлежащая книга заявляетъ претензiю, что она съ самого начала была единственнымъ высокопробнымъ введенiемъ въ суть д?ла, да остается таковымъ же и досел?. Поэтому, нечего удивляться, если въ ней особое значенiе будетъ придаваться нашимъ отечественнымъ отношенiямъ, съ которыми эта проблема неразрывно связана.

У насъ жиды разыграли свою нахальн?йшую роль въ посл?днее время, — эру, господствующею характерною чертою которой была все возрастающая общественная испорченность.

Правда, и прежде, и гд? угодно, то въ меньшей, то въ большей степени, существовала испорченность; но то, что мы пережили въ десятил?тiя бисмарковской эры, настолько превышало обычную м?ру испорченности, что и въ этомъ отношенiи она будетъ занимать въ исторiи выдающееся м?сто. Эра войнъ, начавшаяся съ шестидесятыми годами, и въ Германiи сопровождалась внутреннимъ разложенiемъ верности и дов?рiя, гибельно коснувшимся вс?хъ отношенiй и пошатнувшимъ даже и частныя сношенiя. Обманъ въ д?ловыхъ отношенiяхъ, составляющiй, впрочемъ, лишь одинъ изъ, элементовъ состоянiй и обыкновенно не любящiй дневного св?та, сделался общимъ правиломъ и уже не считаетъ нужнымъ со вс?ми своими уловками прятаться въ т?ни. Стыдъ отложенъ въ сторону, и презр?нье къ лучшему поведенiю сделалось темъ удовольcтвiемъ, которое дрянные элементы общества позволяютъ себ? открыто. Общество настолько парализовано этимъ моральнымъ ядомъ, что уже не въ силахъ дать отпора. Говорить о в?рности челов?ка челов?ку, какъ о чемъ-то такомъ, что въ н?которой м?р? должно быть въ наличности, чтобы общество и совм?стная жизнь могли держаться хоть какъ-нибудь, — говорить о н?которой в?рности въ сношенiяхъ, какъ о необходимомъ связующемъ средств?, теперь значитъ быть просто посм?шищемъ.

Какова же была роль жидовъ въ этой общественной порч?? Они ли виновники этой порчи нравовъ? Они ли носители этой порчи, которая въ нашемъ обществ? въ посл?днемъ покол?нiи достигла такихъ ужасающихъ разм?ровъ? Одного въ этомъ отношенiи отрицать нельзя. Гд? жиды на первомъ план? тамъ, и наибольшая испорченность. Это — основной фактъ всей культурной исторiи и всей культурной географiи. По этому признаку можно бы было набросать карту, и распространить ее на все страны, на всю землю, и такимъ образомъ начертить профиль исторiи, взявъ масштабомъ смешенiе народностей съ жидами въ различныя cтол?тiя и тыcячел?тiя. Такимъ образомъ былъ бы составленъ ц?лый атласъ испорченности. Но отсюда не следуетъ, чтобы каждый разъ состоянiя испорченности возникали благодаря однимъ жидамъ. Предполагать что-либо подобное значило бы слишкомъ высоко ценить ихъ способности, который даже и въ скверныхъ д?лахъ никогда не были ни велики, ни оригинальны. Скор?е, жидъ крадется следомъ за общею испорченностью, тамъ, гд? ее чуетъ или находитъ, чтобы и съ нею прод?лыватъ то, что онъ прод?лываетъ со вс?мъ на св?т?, — именно, чтобы на свой ладъ воспользоваться ею для себя и для своихъ отм?нно-эгоистическихъ, преимущественно, торговыхъ целей. Поэтому жидъ — на своемъ настоящемъ м?ст? тамъ где он можетъ сделаться паразитомъ уже существующей или нарождающейся испорченности.

Тамъ, гд? онъ въ т?л? народовъ чувствуетъ себя, въ своемъ род? всего прiятн?е, тамъ нужно позондировать, здорово ли еще это т?ло. Гд? сословiя, классы или группы жалуются, что имъ плохо приходится отъ жидовъ, тамъ виновны въ этомъ бываютъ не только жидовскiе нравы и порча нравовъ вследствiе присущей имъ испорченности, но ближайшее изсл?дованiе нер?дко показываетъ, что въ области самыхъ этихъ элементовъ что-либо такое не въ порядке, что очень на руку жидамъ, чтобы именно тамъ развести свои гешефты. Во всякомъ случа?, расовая вредность кое-что представляетъ и сама-по-себ?, все равно какъ вредность иного паразитнаго животнаго вида. Но паразиты-люди, какъ и паразиты-животныя, всего лучше и всего привольн?е плодятся и множатся въ грязи и въ организмахъ нездоровыхъ. Такъ и современные евреи, съ ихъ стремленiемъ вселяться въ организмы различныхъ народностей.

Это, далеко ниже другихъ народностей стоящее, но имъ по природ? своей — враждебное и вредное племя, всего пышн?е размножается и роскошествуетъ тамъ, гд? духовныя и соцiальныя отношенiя обнаруживаютъ, сравнительно, высшую степень испорченности, и потому изобилуютъ всякою грязью.

3. Въ д?л? распространенiя жидовъ и жидовскаго влiянiя им?етъ свою долю участiя и хорошее и дурное. Не только испорченность другихъ народовъ прельщаетъ жидовъ прибавить кое-что въ этомъ род? и отъ себя, и сд?лать для себя такимъ образомъ выгодный гешефтъ, но, къ сожаленiю, они ум?ютъ обратить себ? въ профитъ также и современную общественную свободу и современныя права. Великая французская революцiя, этотъ досел? единственный значительный взмахъ въ смысл? всеобщаго челов?ческаго права и соотв?тственной свободы, со своими посл?дствiями сд?лался также исходнымъ пунктомъ и для решительной эмансипацiи евреевъ.

Хотя, вопреки ей, все 19-ое стол?тiе носило печать реакцiи, все-таки, именно ея, въ т?сномъ смысл? слова гражданскiя д?йствiя развивались недурно даже среди господства реакцiи въ другихъ направленiяхъ. Завоеванiя въ сфер? общественно-гражданскихъ отношенiй, сл?довательно, торговыя и политическiя права того класса собственниковъ, который обыкновенно называютъ буржуазiей, были въ самомъ д?л? обезпечены, и въ различныхъ странахъ прiобр?тали большее и большее значенiе. Къ этой же области принадлежитъ и настоящiй кругъ д?йствiя жидовства. Какъ и все остальное, оно и эту свободу и лучшiя челов?ческiя права, захотело использовать въ смысл? своей д?ловой безсов?стности. Свободу, въ той м?р?, которая стала доступна, оно ограбило для расширенiя своего господства въ сфер? гешефтовъ. Тою м?рою равенства, которая осуществилась въ буржуазномъ смысл?, оно съ своей стороны воспользовалось, чтобы вынести наверхъ свое племя, и до крайней степени закабалить себ? все въ сфер? гешефта. Такимъ образомъ, оно усилило несвободу подъ видимостью свободы, и неравенство подъ видимостью равенства.

Гд? д?ло шло о гражданской равноправности различныхъ элементовъ населенiя, тамъ жиды, какъ бы разнородны ни были съ виду всюду разс?янныя ихъ группы, всегда им?ли авангардъ, состоявшiй изъ людей ихъ племени, у котораго была спецiальная задача — афишировать свободу и правовое равенство, Д?ла лучшихъ челов?ческихъ правъ люди эти никогда въ серьозъ не брали; ибо на д?л? на ум? у нихъ были только права для евреевъ. Несмотря на такое стремленiе, въ основ? своей отъ главнаго д?ла уклоняющееся, и даже ему враждебное, единичные представители ихъ при этомъ д?йствовали и должны были действовать такъ, что состоянiямъ несвободы они делали кой-какую действительную оппозицiю. Такимъ образомъ, даже и жиды въ прежнее время достигали н?которой либеральной популярности, и это-то именно обстоятельство необыкновенно сод?йствовало расширенiю ихъ влiянiя. Вместо того чтобы непосредственно касаться зд?сь ожидовленiя политическихъ партiй, я хочу напомнить зд?сь только о н?которыхъ изв?стныхъ прелюдiяхъ въ литератур?. Бёрне и Гейне, каждый въ своемъ род?, первый — какъ-будто бол?е серьозными аллюрами, посл?днiй — бол?е безсодержательною беллетристикою и шутовскимъ манеромъ, д?лали оппозицiю политическимъ состоянiямъ Германiи. Но неум?нiе достойно держать себя, и даже отсутствiе вкуса, было, при этомъ принадлежностью iудейскаго племени, а тайное крещенье обоихъ писателей было какъ бы печатью, свидетельствовавшею о такомъ недостатк?. Это были истые жиды, и они попытались, нельзя ли пустить въ оборотъ и свою религiю, но, когда этотъ гешефтъ не оправдалъ ихъ ожиданiй, тогда препонамъ, заграждавшимъ имъ доступъ въ государство и въ общество, они объявили войну на свой ладъ. При разбор? вопроса о способности евреевъ къ наук? и къ искуству я еще вернусь къ об?имъ этимъ персонамъ. Зд?сь я хот?лъ только напомнить, что они служатъ представителями того типа и того образа д?йствiя, благодаря которымъ еврейство нашло себ? н?котораго рода сочувствiе и вн? своихъ кружковъ, а въ слояхъ образованнаго общества даже завоевало cеб? отчасти и на н?которое время и кое-какую симпатiю.

Къ политической оппозицiи побуждала евреевъ въ изв?стныя времена ихъ собственная потребность въ эмансипацiи въ ихъ смысл?. Такимъ образомъ, благодаря положенiю отношенiй, сд?лались они сотрудниками т?хъ, которые рад?ли д?йствительно о всеобщей свобод?, или товарищами т?хъ, которые, как напръ., классъ собственниковъ, подъ девизомъ свободы также им?ли въ виду только права, ценныя преимущественно ихъ cоcловiю. Этимъ и объясняется сильная прим?сь жидовскихъ элементовъ, даже жидовскихъ ораторовъ во вс?хъ либеральныхъ и радикальныхъ партiяхъ. Этимъ же объясняется, что и остальное общество при случа? также откладывало въ сторону, естественное свое отвращенiе къ этой расе и къ ея морали и на время доверяло жидамъ н?что лучшее. Жиды зарекомендовали себя готовностью, съ какою они вступали въ д?ловыя предпрiятiя и брали въ руки д?ловую сторону политическихъ обстоятельствъ. Они оказались въ сущности агентами, тъ.-е. они не были деятелями въ смысле значительнаго д?йствiя, а дельцами-исполнителями и д?ловыми посредниками, какъ бы д?ло шло объ агентств? какого-нибудь страхового учрежденiя. Какую бы роль играть имъ ни приходилось, — всегда ядромъ ихъ деятел?ности было подобное агентское посредничество. Въ литературе вели они гардель политическими и соцiальными идеями, творцами которыхъ были другое. На службе у партiй они разносили пароли и распространяли программы, исходившiя оть другихъ. Гд? имъ удавалось выступать политическими деятелями, какъ напръ., въ функцiяхъ представительства, тамъ они вели переговоры и относились къ политическимъ правамъ общества такъ, какъ будто это были вексельныя сделки. Но они делали эту м?ну и выдавали векселя только такъ, чтобы это было для нихъ хорошимъ гешефтомъ, и пока ихъ собственные интересы требовали отъ нихъ бол?е серьозной оппозицiи, ихъ поведенiе еще кое какъ согласовалось съ д?йствительными требованiями общественной свободы. На основ? этого согласованiя и возникло появленiе ихъ на д?ловой арен? въ нов?йшее время. Поскольку они действительно служили подъ знаменемъ свободы, по какимъ бы побужденiямъ и какимъ бы образомъ они это ни д?лали, эта ихъ фактическая полезность для остальныхъ народовъ завоевала имъ уваженiе у последнихъ. И у насъ одно время общество пл?нилось этимъ жидовскимъ служенiемъ свободе. Но весьма быстро наступило разочарованiе. Десятил?тiя оть 1860 — 1880 являли уже иную картину, и жиды показали себя самыми ревностными агентами и хвалителями политическаго рабства. Только въ посл?довавшей зат?мъ агитацiи по еврейскому вопросу пришлось имъ снова попробовать помочь себ? вылазками въ сторону требованiй немножко гражданской свободы и въ сторону оппозицiи, натянуть на себя снова либеральную личину, прод?лывать самымъ решительнымъ образомъ либеральныя гримасы к разыгрывать плутни съ более смирными рабочими партiями, наводнивъ ихъ людьми своего племени, напръ., съ такъ называемыми соцiалъ-демократами. Но истинному благу и бол?е решiтельнымъ стремленiямъ оставались они всегда враждебны, и досел? они только разрушали вс? партiи, которымъ они в?шались на шею.

Эти десятил?тiя были у насъ временемъ нич?мъ не тревожимаго расцвета кое-чего, что нужно назвать уже не просто еврейскимъ влiянiемъ, а прямо господствомъ еврейства. Съ этимъ господствомъ евреи, конечно, у всего общества, стоящаго на почве свободы и нацiональности, снова лишились всего, чего раньше усп?ели достичь при н?которомъ снисхожденiи къ своимъ качествамъ. Но, сбросивъ съ себя маску, они не тотчасъ потеряли все, что усп?ли захватить. Отсюда понятно, что именно это, перешедшее въ господство, влiянiе вызвало противъ себя въ обществе такую сильную реакцiю, какой мы не видали у себя ц?лыя стол?iя. Летъ сто тому назадъ выступилъ Лессингъ со своею пьесою, взывавшею къ терпимости къ жидамъ, и его iудейскiй тендецiозный “Натанъ”, до самой средины прошлаго стол?тiя, встр?чалъ у насъ даже не мало сочувствiя. Именно потому, что эта театральная пьеса съ виду им?ла ц?лью обыкновенную религiозную терпимость, поскольку она является результатомъ освобожденiя оть груб?йшаго cуев?рiя, такъ, что изъ-за этого кое-какое славословiе въ честь еврейства было не такъ зам?тно, она встр?тила сочувствiе не въ одномъ еврейскомъ обществ?. Гд? хотели просв?щенiя въ свободы, тамъ находили справедливымъ отказаться оть предразсудковъ, коренящихся, — какъ представлено было въ пьес?, — въ одномъ cуев?рiи.

Но съ т?хъ поръ какъ iудей, съ своимъ характеромъ, въ д?йствительности оказался совс?мъ не такимъ, какимъ хот?ло представить его сродное жидовству или, лучше, жидовское перо Лессинга, — съ т?хъ поръ престижъ этого полупросв?щенiя, о которомъ такъ любовно грезила наша добродушная немецкая народная натура, долженъ былъ уступить м?сто очевидной д?йствительности. Теперь мы знаемъ, что наши идеалы всесторонней справедливой терпимости мы должны хранить какъ перлы, и что безнаказанно всюду разбрасывать ихъ нельзя. Такимъ-то образомъ познанiе это, хотя и поздно но т?мъ настоятельн?е пришло къ намъ. Сами евреи, понятно, прикидываются даже, что это ихъ страшитъ. Они д?лаютъ такъ, какъ будто бы д?ло шло объ ихъ религiи, какъ это было въ cреднiе в?ка, и что съ ними хотять свести счеты за ихъ Моисеевы догмы. Они д?лаютъ такую мину, какъ будто бы на отношенiе къ нимъ остального общества им?ло влiянiе ихъ в?роиспов?данiе. Но наcтоящiя основанiя д?ла, имъ отлично изв?стныя, они скрываютъ. Какъ бы тамъ ни было, они прикидываются, что имъ непонятно, при чемъ тутъ раса или расовая негодность, и въ свою защиту хотятъ все свалить на политическiя и соцiальныя отношенiя. Они чувcтвуютъ, что въ последнее покол?нiе они слишкомъ раскрыли свои карты передъ остальнымъ мiромъ, и имъ хот?лось бы обо всемъ молчать и чтобы все замалчивалось и другими, имъ хот?лось бы даже, чтобы о нихъ перестали говорить какъ о жидахъ. Но эта тактика уже не вывозитъ, съ т?хъ поръ какъ народы начали по отношенiю къ нимъ орьентироваться, такъ сказать, натуралистически. Политическая роль, какую жиды играли всл?дствiе новейшей испорченности, потеряла у насъ всякiй моральный кредитъ. Если прежде, благодаря ихъ участiю въ освободительномъ движенiи, на жидовъ смотр?ли все-таки снисходительно, несмотря на ихъ отталкивающiя свойства, зато теперь, за свое соучастiе въ д?л? искаженiя свободы они лишились всякихъ правъ на смягчающiя обстоятельства и подпали публичному приговору, каковой созр?лъ среди общества въ виду очевидныхъ фактовъ естественнымъ ростомъ снизу вверхъ и высказывается во всеуслышанiе съ соответствующею силою.

4. Чтобы дать полный обзоръ и надлежащую оценку всего, что въ разсматриваемыя десятил?тiя было при помощи жидовъ испорчено, нужно обратить вниманiе на два обстоятельства. Во-первыхъ, въ нов?йшее время пресса все бол?е и бол?е делается орудiемъ политики, притомъ не только политики партiй, ч?мъ была она всегда, но и политики правительствъ. Во-вторыхъ жиды сд?лались обладателями газетъ и вообще всякой перiодической печати, посредствомъ которой, большею частью незам?тно, руководятъ и опекаютъ публику. Это обладанiе прессою сосредоточило почти исключительно въ ихъ рукахъ вс? такъ называемые либеральные и даже радикальные органы. а кром? того въ ихъ рукахъ и подавляющее большинство органовъ консервативной прессы. Жалобы, что пресса попала въ руки жидовъ, почти повсем?стны. Германiя и Австрiя стоятъ въ этомъ отношенiи на первомъ план?, и къ нимъ примыкаетъ и Францiя со своимъ, централизованнымъ въ Париж?, жидовствомъ и съ своею наводненною жидами газетною и журнальною литературою. Но даже въ Англiи и въ С?верной Америк? ожидовленiе прессы сд?лалось достаточно очевиднымъ фактомъ. Газеты, это — своего рода имущество, чтобы не сказать, — родъ биржевого д?ла. Но он? не только въ ц?ломъ перешли въ руки евреевъ, но сд?лались предметомъ купли и продажи и въ деталяхъ своихъ cпецiальныхъ услугъ. Кром? того, ремесло писателей есть одно изъ самыхъ зависимыхъ и механическихъ. Будучи зависимымъ, оно портитъ лучшее въ челов?к?. Поэтому, оно издавна привлекало евреевъ не только свободою доступа къ себ?, большею по сравненiю съ другими ремеслами; оно притягивало къ себ? эту расу и потому, что все бол?е подходило къ ея дряннымъ качествамъ и къ ея дурнымъ запросамъ. Къ этому присоединялось и то, что жидъ всегда притягиваетъ къ себ? жида, и что жиды — обладатели газетъ и журналовъ — всего безцеремонн?е могуть вести свой гешефтъ съ редакторами, корреспондентами и сотрудниками изъ жидовъ же. Въ самомъ д?л?, торговля темъ товаромъ, который образуетъ содержанiе газетъ, не есть гардель слишкомъ реальный, а потому на жидовскую конкуренцiю долженъ д?йствовать какъ магнитъ. На 95 процентовъ товаръ этотъ состоитъ изъ лганья и всякихъ извращенiй, распространяемыхъ въ обществ?, а остальные 5 процентовъ также можно приобр?сти за сходную ц?ну, и они также могуть не блистать особенно хорошими качествами. Занятiе такимъ гешефтомъ для людей отъ племени Iуды особенно привлекательно. Сребренники зарабатываются зд?сь довольно легко. Поэтому, уже нельзя сказать, чтобы только свобода и доступность ремесла гнала жидовъ въ прессу. Эта раса по-преимуществу стремилась бы именно къ этому ремеслу, если бы рядомъ съ этимъ ей открытъ былъ доступъ куда угодно. Зд?сь находитъ cеб? подтвержденiе положенiе, что испорченность есть тоть магнить, который притягиваетъ к себ? жида.

Что относится къ пресс? вообще, поскольку она есть орудiе для добыванiя денегъ, и деньги д?лаетъ Молохомъ, въ жертву которому должны приноситься вс? высшiе интересы, — то самое относится къ пресс? въ еще высшей степени тамъ и тогда, где и когда пресса приходить въ положенiе, особенно соответствующее ихъ наклонностямъ. Испорченность слагается изъ элементовъ двоякаго рода, изъ спроса и предложенiя, следовательно, изъ активной части, которая портитъ и пассивной, которая даетъ себя портить или идетъ навстр?чу позорнымъ предложенiямъ. Чтобы можно было купить, должны быть на-лицо люди и фондъ; тогда видно будетъ, где есть продажный товаръ и сколько его им?ется. Выше я уже зам?тилъ, что и всемiрно-исторически, и въ частныхъ случаяхъ, несправедливо считать жидовъ единственными виновниками нравственнаго упадка народовъ. Та порча, какую жиды создаютъ д?йствительно самостоятельно составляетъ только часть того, что они, примыкая къ уже существующей испорченности своею услужливостью только увеличиваютъ и доводятъ до колоссальныхъ размеровъ. Тоже самое у нихъ и съ прессой. Они управляютъ этою прибыльн?йшею своею собственностью, приноровляясь къ обcтоятельcтвамъ и говоря языкомъ политической экономiи, смотря по состоянiю рынка. Разъ на политическомъ рынк? появляется особенно сильное требованiе на безнравственныя услуги прессы, то начинается настоящая скачка, и щедрому спросу отв?чаетъ въ избытк? предложенiе. При этомъ народъ Израиля получаетъ въ награду пальмы или, говоря не такъ тропически, крупный барышъ. Онъ готовъ на все; ибо рабья служба окочен?лому авторитету и безъ того есть древнейшiй элементъ iудейскаго гражданскаго строя, настолько же древнiй, какъ и несомн?ненная притягательная сила къ золоту и серебру Египтянъ.

Если бы не было руководителей государственной политики, которые бы ангажировали iудеевъ и давали имъ работу, то не было бы возможно и такое явленiе, что iудеи даютъ тонъ почти во всей пресс?. У насъ также была такая эра, въ теченiе которой нашъ мiръ, такъ сказать, подпалъ владычеству iудейскаго остроумiя, но последнее отличается скорее наглостью, ч?мъ д?йствительно острымъ или даже тонкимъ умомъ. У насъ была iудейская эра съ видимостью либерализма, и можно было пожелать, чтобы эта видимость когда нибудь исчезла. Открытая реакцiя все-таки не такъ большое зло, какъ скрытая. Пользоваться евпейскою прессою словно какимъ-то оспопрививаньемъ, чтобы въ обществ? и въ народ? сделать господствующимъ то, что желательно видеть всюду какъ общественное мн?нiе, — пользоваться такимъ образомъ еврейскою прессою, въ виду тесной сплоченности всей iудейской прессы, конечно, было очень удобно. И корпуса iудейской прессы стоять всегда наготов?, ожидая команды, чтобы за надлежащую плату тотчасъ выступить за всякое д?ло и противъ всякого д?ла, не спрашивая о том?, правое это д?ело или неправое. А если къ этой плат? и къ премiямъ прибавляется еще что-либо такое, что благопрiятcтвуетъ еврейству какъ таковому, то израелиты, и безъ особеннаго Alliаncе isrаеlitе, а инстинктивно и тотчасъ же образуютъ союзъ и ц?пь, которая ихъ всеобъемлющей, всеобвивающей сил? даетъ такое направленiе, въ которомъ они такимъ образомъ могли бы обделывать и гешефты собственной расы.

5. T? законы, которые, начиная съ шестидесятыхъ годовъ, были изданы у насъ въ дух? экономически свободнаго движенiя, охарактеризованы феодально-консервативною стороною какъ еврейскiя привиллегiи. Однако, iудеямъ д?лаютъ слишкомъ много чести, считая ихъ духъ тождественнымъ духу, изъ какого подобные законы возникаютъ во всемъ мiр?. Но, въ основ? своей, iудей не созданъ для всеобщей свободы, но всегда ищетъ монополiи. Избранный народъ, въ конц? концовъ, всегда хочетъ пользоваться исключительными правами, Онъ далекъ отъ того, чтобы удовольствоваться равенствомъ. Какъ только добивается онъ эмансипацiи, такъ тотчасъ же распространенiе его общественной с?ти переходить въ нестерпимое господство, и призывъ къ “эмансипацiи отъ евреевъ" раздается рядомъ съ призывомъ къ тому, возникшему изъ солидарности, благод?тельному освобожденiю. Эта перем?на ситуацiи объясняется темъ, что евреи, въ силу своихъ особыхъ наклонностей, злоупотребляютъ свободою и стремятся извратить ее въ н?что совершенно противное тому, что отв?чало бы законодательству въ дух? равенства и свободы. Такъ, свобода переселенiя сама по себ? есть вещь хорошая, цивилизованное бродяжничество — вещь скверная. Первая сод?йствуетъ оc?длоcти въ избранномъ м?ст?; второе переходитъ въ шатанье и въ выжиманье соковъ отовсюду, ибо оно только ищетъ случаевъ безо всякого труда присваивать себе то, что добыто другими. Народохозяйственная свобода переселенiя не есть разноска товаровъ по домамъ. Она должна служить для перенесенiя оседлости въ такiя м?ста, гд? лучше, а совс?мъ не къ тому, чтобы шатанье еврейства съ м?ста на место санкцiонировать какъ н?что такое, что для другихъ народовъ должно служить образцомъ.

Другой прим?ръ законодательства, которое само по cеб? хорошо, есть та часть свободы торговли и договора, которая называется свободою процента, и вырожденiемъ ея въ свободу ростовщичества, гнуснаго и столь гибельно отзывающагося на народ?, опять мы обязаны жидовству. Но зд?сь я не нам?ренъ распространяться о томъ, что вс? такiя народохозяйственныя свободы есть н?что недостаточное, и что и безъ жидовъ ими злоупотребляютъ для извлеченiя выгодъ изъ экономически слабыхъ элементовъ, какь скоро недостаетъ позитивныхъ соцiальныхъ энергiй и учрежденiй, которыя обезпечивали бы равнов?сiе экономическихъ силъ, или хотя-бы создавали политическiе случаи оказывать сопротивленiе вымогательству. Но я могу указать на то, что лихоимство не встр?чалось бы преимущественно у жидовъ, если бы им?лись просто общiе экономическiе естественныя законы, по которымъ формировались бы ростовщическiе гешефты. Утонченное злоупотребленiе чужою нуждою не есть натуральное и нормальное д?ло. Морально здоровыя сношенiя опираются на иную почву и изб?гаютъ той области. Но еврея, въ силу отличающихъ его качеcтвъ, тянетъ именно туда, гд? предстоятъ эти гнусные гешефты, коренится ли испорченность хозяйственной жизни, манящая его къ вымогательству, въ общихъ отношенiяхъ, или въ личной распущенности. И зд?сь не нужно забывать, что жиды сл?дуютъ по пятами испорченности, которую сами они хотя и усиливаютъ, но не одни они создаютъ. Если, наприм?ръ, иной легкомысленный юнкеръ, все равно будетъ ли это офицеръ или пом?щикъ, попадается въ ростовщическiя с?ти жида, то это скверное положенiе создано не однимъ этимъ жидомъ. Если бы у другой стороны было бы все въ порядк?, то не нужно бы было и кредитоваться за лихвенные проценты у жида. Для здраваго хозяйственнаго кредита, и просто для займовъ на прожитiе, которыхъ погашенiе было бы должнымъ образомъ обезпечено, были бы организованы другiе способы кредита хозяйственно лойяльнаго рода, если бы изв?стные элементы и группы съ самаго начала серьозно относились къ экономической сторон? своей жизни. Натуральный смыслъ лихвы состоитъ вовсе не въ превышенiи изв?стнаго процента, фиксированнаго закономъ. Это фиксированiе, для современныхъ и всеобщихъ сношенiй, есть просто безсильная хитрость. Настоящая лихва всегда и всюду, независимо оть произвольныхъ постановленiй, состояла въ томъ, чтобы утонченнымъ образомъ эксплоатировать нужду, установить изв?стную оц?нку личной нужды или ст?сненныхъ обстоятельствъ, и возможную потерю возместить громадной премiей. Но эта утонченность хватаетъ далеко за пределы банкирскихъ гешефтовъ и д?йствуетъ въ сфер? всякихъ экономическихъ отношенiй, гд? имеются на одной сторон? — хозяйственное безсилiе, а на другой — хищное стремленiе обогатиться насчетъ своего ближняго. Если жиды играютъ зд?сь особенно выдающуюся роль, то это-то именно и доказываетъ, что естественные народохозяйственные законы спроса и предложенiя даютъ посл?днiй свой итогъ только въ сочетанiи съ моральными предпосылками.

Почему еврейство относительно гораздо богаче остальныхъ общественныхъ группъ? Сами евреи ответятъ вамъ: вcл?дcтвiи большаго трудолюбiя и большей бережливости. Но в?дь это — старая сказка, которую они подслушали у вс?хъ неправдою разбогат?вшихъ элементовъ. Поэтому, я отвечаю просто такъ: величайшее и нич?мъ не ст?сняющееся стремленiе къ присвоенiю, — вотъ что побуждаетъ жидовъ высасывать деньги изъ всехъ каналовъ челов?чества. Поэтому, хозяйственная свобода для нихъ — просто средство, чтобы создать себ? родъ фактической монополiи и, вообще, чтобы съ ни ч?мъ не ст?сняющеюся наглостью заниматься грабежомъ. Ученiе о свободномъ равноправномъ хозяйств? и о соотв?тственныхъ экономическихъ правахъ, какъ они гуманно и благожелательно формулированы были шотландцами Юмомъ и Смитомъ, только расчистило евреямъ путь прямо къ ихъ монополiи. Жиды отнеслись къ свободнымъ хозяйcтвеннымъ ученiямъ совершенно такимъ же образомъ, какъ они отнеслись и къ идеямъ революцiи. Во-первыхъ, изъ техъ и изъ другой они извлекли всю пользу, какую только возможно было извлечь, зат?мъ, все исказили и, наконецъ, находясь уже въ обладанiи тою частью свободы, какая имъ особенно прiятна, они то и д?ло изм?няютъ ей. Однако, эти ученiя о хозяйственной свобод?, даже въ н?сколько уже изуродованной форм?, называемой ученiемъ манчестерской школы, все еще для жидовъ слишкомъ высоки. Та сторона ученiя манчестерской школы, которую консервативная партiя нам?ренно и ложно см?шиваетъ съ жидовствомъ, есть лишь партiйное искаженiе лучшихъ завоевавшiй Юмовской теорiи. Она допускаетъ свободу торговли, но игнорируетъ равенство, которое и было руководящею идеею въ т?хъ завоеванiяхъ знанiя. Она искажаетъ хозяйственную свободу въ свободу состоятельныхъ городскихъ сословiй. Но и съ этимъ искаженiемъ жиды все еще не дошли до конца своихъ желанiй. Въ сущности, имъ хочется изъ свободы сделать свободу для евреевъ, тъ.-е. еврейскую монополiю.

Поэтому, влiянiе еврейскихъ элементовъ и воплощенiе еврейскаго образа мыслей въ такъ называемомъ либеральномъ законодательстве выразилось не въ служенiи д?лу настоящей свободы, которая служитъ также и интересамъ еврейства, а въ подстановк? на м?сто этой свободы ярма монополiи. Такъ, напръ., свободная адвокатура, въ силу которой стряпчiй занимается своимъ ремесломъ не какъ лицо, состоящее на коронной служб?, а совершенно независимо, подобно врачу, наприм?ръ, есть прогрессъ въ смысл? большей свободы. Для публики такимъ образомъ возникаетъ свободное предложенiе, гд? она и д?лаетъ выборъ. Но что наше нов?йшее имперское законодательство им?ло въ виду вовсе не интересы публики, доказывается только имъ введеннымъ принужденiемъ, такъ сказать, правомъ принужденiя и отлученiя адвокатскаго сословiя, въ силу чего, каждое лицо, ведущее процессъ, обязано взять себ? адвоката. Этотъ порядокъ есть шагъ назадъ и является злоумышл?нiемъ противъ бол?е свободнаго и нацiональнаго духа, которымъ еще руководилось законодательство эпохи Фридриха II. Въ такомъ пункт?, гд? р?чь идетъ о гешефт? и о связанныхъ съ нимъ и требуемыхъ имъ покупателяхъ, еврей находитъ введенiе несвободы — совершенно въ порядк? вещей и д?ломъ въ высшей степени либеральнымъ. Онъ см?ло стоить за законы въ этомъ дух?. Еврейскiе депутаты въ германскомъ рейхстаг? поставили на сцену законодательство именно въ дух? такой несвободы. Н?что подобное было въ д?л? съ принудительнымъ оспопрививанiемъ. Врачебная профессiя изъ вс?хъ занятiй научнаго характера, наряду съ профессiей литератора, есть та область, куда всего сильн?е стремятся евреи. Стремясь искуственно увеличить спросъ на врачебныя услуги, они д?йствовали въ этомъ направленiи бол?е и бол?е безцеремонно. Если смотреть на д?ло съ соцiал-экономической точки зр?нiя, следовательно, отвлекаясь отъ суев?рныхъ страховъ передъ оспою, то принудительное оспопрививанiе всегда будеть средствомъ доcтавлениiя врачебному ремеслу недобровольныхъ покупателей. Но это уже не просто монополiя; это есть право принужденiя и отлученiя и не такъ невинно какъ среднев?ковыя права въ этомъ род?, которыя простирались все-таки на такiя вещи какъ варка пищи и ?да, но не распространялись на нашу кровь. Но евреи и зд?сь, при помощи всей прессы и своихъ людей и союзниковъ въ рейхстаг? вотировали это право принужденiя какъ вещь самопонятную, врачебное д?до бол?е и бол?е обращали въ простое торгашество, и обложенiе общества новою податью — на врачебныя услуги — сд?лали принципомъ.