«Послание». Хроника Саббатая Гакогена

«Послание». Хроника Саббатая Гакогена

Отрывок из заупокойной молитвы по мученикам г. Немирова 20 сивана 5409 (1649) года.

Свиток тягот.

В воспоминание о бедствиях, которое составил мудрый учитель наш Саббатай Гакоген, да продлятся дни его, из святой общины Вильно, о злых делах и тяжелых бедах, которые по грехам нашим постигли братьев наших по дому Израилеву в годы пять тысяч 408 и 409 от сотворения мира в королевстве Польша. (Амстердам, (5)415).

Разве вы не знаете, неужели не слышали вы, весь народ Господень, люди справедливые, к которым воззвал Господь?

По слову Его вы дрожите, рассеянные по четырем концам земли.

Во всяком месте, куда достигает слово и закон Господа Воинств, горе огромное постигает евреев.

Пост и горестный плач — удел многих, люди великие и почтенные оделись во вретища, и посыпали пеплом главы свои начальники и вельможи[1] по дому Израиля и по народу Господа, ибо настигли его меч и бедствия, в руки проклятых злодеев попали они.

Убиты руками нечестивых десятки тысяч чистых праведников, силы Израиля драгоценные, золото чистое, ученые, светочи знания, учителя с учениками.

Убийцы их народ презренный, низкий и пустой, веры греческой, по прозванию казаки.

Крестьяне и виноградари, земледельцы, собрались из близких и далеких мест, и подняли руку на короля и вельмож его, народ великий и крепкий, как великаны.

Имя ему Владислав, король законный, достойный считаться среди праведников, ибо всегда был он милостив к евреям и союзу своему с ними верен.[2]

Ибо по непреложному закону в королевстве польском в книге 12 тысяч вооруженных воинов, которые должны, подпоясавшись поясами своими, служить королю и делать все, что он повелит им.[3] А теперь нарушили они этот закон и союз свой и заключили союз с другими негодными соплеменниками и соединились с многолюдной ордой татар. И вот они окружили королевского военачальника со всеми его подчиненными и слугами, многих из них перебили и разграбили все их добро, а начальников и прочих панов убили[4]. Все это случилось незадолго до праздника «шевуот», за три дня до христианского праздника троицы, в четверг, в день, свыше предначертанный для этого несчастья.

В этот же день король польский приказал долго жить, и почил он вдалеке от Украины, на Литве, вблизи столичного города Вильно[5]. Умирая, он еще ничего не знал о разразившейся войне, а бунтовщикам не было известно о смерти короля. А мы, стадо Господне, рассеянное по Литве, оплакивая и печалясь по королю, тоже еще ничего не слыхали о жестоком приговоре господа, осудившем дом Израилев на Украине. В день праздника «шевуот» бежали украинские евреи, побросав свои дома и свою родину; спасая свою жизнь, они захватили с собой из своих пожитков только нужное для пропитания. Страх смерти заставил их нарушить святость праздничного отдыха. Многие бежали в св. общину Немиров, большой и славный город, главу многих общин. В тех краях еще не знали о кончине короля, и потому евреи надеялись, что господь руками короля и его большого войска придет на помощь. Узнав же о смерти короля, они сильно опечалились, стали горько стенать, плакать и молиться предчувствуя, что на них надвигается большое бедствие. Бунтовщики, услышав о кончине короля, возликовали; поляки же были охвачены страхом и трепетом: «не стало странствующих, опустели пути и дороги»[6].

При помощи хитрой уловки в св. общину Немиров проникло пятьдесят бунтовщиков; подойдя к городу, они, прикинувшись поляками, трубили в трубы и роги и потребовали, чтобы перед ними, их лошадьми и телегами были раскрыты ворота, что и сделали жители города, приняв их за поляков. Так увенчался успехом их дьявольский замысел и они осуществили свои гнусные намерения. В городе было перебито около шести тысяч душ мучеников: гаонов и раввинов, ученых и мудрецов, пожилых людей и старцев, юношей и девушек, женихов и невест, малых детей и женщин. Среди убитых был также мудрый гаон р. Иехиель-Михель. Несколько сот евреев утонуло и было подвергнуто всевозможным мучениям. В синагоге, подле алтаря, были зарезаны кантор, певчие и служки. На месте, где евреи возносили свои жертвоприношения, там славные мужи предавали себя, словно ягнята и овцы, искупительной жертве господу. После этого синагоги были разрушены, а злодеи и насильники, рыча, извлекали старинные и новые священные свитки, раздирали их в клочья, топтали их ногами, обратили в подстилку для скотины, делали из них обувь, называемую «пастлес»[7], и разное одеяние. Все это было в четверг, в двадцатый день месяца сивана, в тот же самый день, в какой произошли бедствия 4931 года[8].

Св. община Немиров была первой среди общин, подвергшихся разгрому гнусных и тупых бунтовщиков, а оттуда бунтовщики, разделившись на ватаги, распространились по всей стране, и прежде всего они направились к св. общине Тульчин. Они осаждали в течение восьми дней крепость, и все, находившиеся в ней, испытывали голод и жажду. А там собралось множество евреев и панов. Но не зная покоя ни днем, ни ночью, они воевали с бунтовщиками, пока последние не заявили панам: «Зачем вы, христиане, защищаете несчастных евреев, Которые испокон веков являются нашими врагами?». И они мягко уговаривали панов (а ведь «слова наушника, как лакомство»[9]). «Ведь мы ничего не замышляем против вас, почтенное и многочисленное панство. Отдайте нам только неверных евреев, и они отопьют от чаши возмездия, когда окажутся в нашей власти». Паны приняли предложение бунтовщиков и выдали им евреев. Там было убито около трех тысяч душ праведников[10]: они были перебиты и изранены всевозможными видами оружия, а также сохами, плугами, заступами. Это произошло в пятницу, в день, в который было завершено сотворение неба, земли и всех звезд[11], в четвертый день месяца тамуза, в тот самый месяц, в который были разбиты скрижали завета[12] и исчезли Урим и Тумим[13].

Тяжесть вынесенного небесами приговора совершенно явственно и наглядно сказалась еще в том, что в ту же самую пятницу произошло второе бедствие в Гомеле, на Руси[14], находящемся от Тульчина на отдалении семидесяти миль (что в 260 раз превышает расстояние, которое дозволяется пройти в субботу[15]). И там было замучено и перебито 1500 евреев. Как стало совершенно точно известно, евреи, осажденные и захваченные в Гомеле, с особливым — даже по сравнению с праведниками других мест — благочестием отдали свои жизни за святость единого Бога. Гнусные, как псы, бунтовщики вошли и здесь в соглашение с панами. Паны предали евреев, словно беззащитное стадо. И они выгнали их из города, в поле и виноградники. Там они были окружены бунтовщиками и раздеты донага. И там сидели молчаливо опозоренные и пристыженные евреи, словно овцы на бойне. Тогда бунтовщики стали утешать их, завели с ними добрые речи, они говорили: «Вы ведь будете удушены и зарезаны, как искупительная жертва вашему Господу, так безжалостно проливающему вашу кровь. Не лучше ли вам будет перейти на сторону нашего Господа, наших священных изображений и крестов и обратиться в одно племя с нами? Тогда вы будете освобождены, жизнь ваша будет в безопасности и все имущество будет вам возвращено, и вы станете большими богачами и знатными панами». Но священное семя — юноши и девушки, старые и отроки — преданное Господу, презрело земную жизнь. Собравшись все вместе, они с громким и горьким воплем отвечали: «Слушай, Израиль, Господь Бог твой — Бог единый», и исповедовавшись в своих прегрешениях, они признавали приговор небес справедливым, и траурные и поминальные песни, которые они пели самим себе, возносились к небесам. Бунтовщики, убедившись, что евреи крепки в своей вере, перешли к угрозам. Они говорили: «Доколе вы будете настолько жестоковыйны, уподобляясь самоубийцам, не желая принять нашу веру? Вы ведь сами повинны в пролитии своей крови и сами создаете повод к тому, чтобы вас убивали, резали и беспрестанно приносили в жертву». На это отвечали евреи: «Вы напрасно мешкаете и не убиваете нас. Ведь мы не послушаем вас, и творение рук человеческих мы не назовем Господом. Господь Бог наш един на земле и на небесах и он спасет нас, а вы являетесь только его посланцами. Да будет благословен Господь, разящий нас. Ведь Господь взыскивает с нас долги руками таких грешников, как вы, наши враги и неприятели. Если вы не убьете нас, у небес сыщется достаточно посланцев. Разве мало львов и медведей у Господа. Так что, если вы — меч Господень — готовы и вооружены, делайте свое дело». Тогда бунтовщики подняли руку и избили их за прегрешения наши. Так было перебито множество верных завету, юных и старых равно. Все добро было разграблено, и деньги наши валялись на улицах. Ведь большинство богачей с Украины бежало туда, к своим соплеменникам, а там к ним присоединилось много местных евреев.

Бунтовщики разделились там на множество ватаг и стали рыскать по всей стране нашей. Они разгромили много местностей и разрушали в них синагоги. В св. общине Чернигов они убили около двух тысяч, а в св. общине Стародуб 1200 евреев. Кроме того, на дорогах и путях они поубивали сотни и тысячи евреев. А многие умирали от голода, жажды, другие утонули в реках и прудах, вода которых, окрашенная кровью, стала совсем красной. Воистину мы были судимы мечом, голодом и мором. Много сот женщин и девушек было замучено, опозорено и осквернено на наших глазах, а сотни и тысячи женщин и девушек было уведено в плен. Священные книги, свитки торы были разодраны и сожжены. От сего изнывает душа наша, от сего померкли глаза наши[16]. После этого будешь ли ты еще сдерживать свой гнев и молчать, Господи![17]

Бунтовщики, находившиеся на Украине, также распространились по всей стране. Они разорили Украину, Подолию, Волынь и мы не знали, где нам сыскать убежище. Также и на Литве они разграбили наши поселения и нагромоздили горы жертв. Преследователи наши были и быстрее орлов небесных[18]. Св. общину Паволочь они разрушили до основания, повергнув нас в трепет. Св. община Погребище была разорена и по всей округе нельзя было сыскать пропитания, а в св. общине Белая Церковь мы стали «черны, словно два горшка»[19]. В св. общине Бар было убито три тысячи мучеников, разрушено наше пристанище, разодраны священные свитки, растоптаны святилища. В св. общине Константинов было убито тысяча пятьсот наших соплеменников. На всех улицах св. общины Полонное было перебито множество народа, не менее десяти тысяч славных мучеников, ибо это был укрепленный город, и там укрывались наши гаоны и множество любезных нашему сердцу. После этого в св. общине Острог были перебиты все оставшиеся, а город и все прикагалки и все общины, что в его округе и поблизости от него, были разрушены; всего более 300 общин, среди них св. община Нароль, св. община Щебржешин, св. община Томашов. Так в месяце тишри 5408 г. (1648 г.) были убиты десятки тысяч. Расстелив по земле, на улицах и проулках священные свитки, бунтовщики поверх них резали своими саблями и кинжалами семью за семьей, ученых и мудрых, стариков и старух, мужчин и женщин. Братьев убивали на глазах сестер, сыновей — на глазах их отцов. В воды ритуального бассейна, очищенного от всякой скверны, было брошено тысяча пятьсот чистых детей, и они, еще трепещущие и шевелящие губами, были засыпаны землей. Неужели при виде этого Господь сдержит свой гнев и, царящий в высотах, будет молчать!

Несколько погодя была учинена великая резня в св. общине Владава и слышался там горький плач и стенание. В округах и районах св. общин Брест и Пинск нельзя было сыскать места, где бы не валялись трупы убитых. А всего в течение этих двух лет убито более ста тысяч евреев; помимо того на нашу долю выпали еще и многие другие бедствия и страдания.

Ища в бегстве спасения от смерти, многие умерли в пути, в близких и отдаленных местностях. Во всех поселениях не найдешь дома, в котором кто-нибудь бы не умер. Перестали даже сшивать саваны и приготовлять гробы, а стали класть в ямы по двадцать-тридцать трупов. Так на нас осуществились все 98 проклятий[20], равно как и всякие непредусмотренные напасти и несчастья. В особенности в св. общине Львов: во время осады города, когда все население было заперто, а дома вокруг были разрушены, там царили мор и голод, от которых умерли десятки тысяч душ. Тогда почило также несколько гаонов и рош-гаиешив![21].

Евреи, спасшиеся от бунтовщиков-православных остались наги и нищи. Богачи утратили все свое достояние и обратились в бедняков. Оборванные, вспухшие от голода, изможденные, бродили евреи в поисках подаяния, но никто не давал им ни хлеба, ни милостыни. Так они бродили из города в город, обращаясь повсеместно за помощью к своим соплеменникам — евреям, милосердным сынам милосердных, воздающим праведникам всегда по заслугам. С разбитым сердцем они вымаливали смиренно прощения у Господа, исповедуясь перед ним в своих грехах и проступках.

Я также установил для себя, для своего поколения и для своих потомков на веки вечные пост и траур в двадцатый день месяца сивана[22], в тот самый месяц, в который была дарована нам тора[23], что дороже алмазов, лежащая сейчас перед нами, разодранная и оскверненная неверными. В этот день, 20 сивана, было начало наших мук и бедствий, в этот день дважды случилось несчастье с нами и в этот же самый день были бедствия 4931 (1171) года[24]. Кроме того, по точным календарным исчислениям, этот день не может пасть на субботу. Мною были сочинены элегии и поминальные песни, которые должны читаться в этот день из года в год — вечно[25]. И всякий, боящийся бога и носящий еврейское имя, должен сделать этот день, в который произошло два разгрома, для себя днем поминания и траура. Тогда, может быть, смилостивится небо, ибо по сей день еще не улегся гнев Господа и вооруженный враг все еще готов к войне и уничтожает евреев всюду, где только сыщет. Множество бунтовщиков и тьма татар, живущих невдалеке от этих мест, собираются вместе, говоря: «Давайте уничтожим народ израильский и не оставим даже следа его».

Да отомстит Господь за кровь своих рабов, которая, словно вода, орошала камни и деревья. Отомсти за всех убитых в эти годы за твое святое Имя: за праведных мучеников, за ученых и мудрых, за гаонов, вооруженных в доспехи учености и раввинов, за канторов, служек, синагогальных певчих и за юношей и девушек, малых мальчиков и девочек, за почтенных учителей и их юных учеников.