1

1

Уже в сентябре 1990 года, когда в Советском Союзе и слыхом не слыхивали о Договоре с Германией, телевидение ФРГ передало сенсационную новость: в Москве завершена работа над текстом соглашения о предоставлении СССР финансовой помощи, связанной с содержанием и выводом Западной группы войск. Была названа и конкретная цифра: 12 миллиардов немецких марок.

И действительно, через месяц в Бонне правительства ФРГ и СССР подписали соглашения о некоторых переходных мерах. 7,8 млрд. марок планировалось использовать для финансирования строительства, 1 млрд. выделялся на транспортные расходы и 200 млн. на переподготовку и переквалификацию военнослужащих и членов их семей.

Однако Западной группе войск все эти годы надо было на что-то жить, и потому в статье 1-й соглашения было записано: «Договаривающиеся Стороны соглашались»… Здесь специально хочу обратить внимание, на что же соглашались стороны? На то, что «Советская Сторона на основе соответствующих договоров с Федеративной Республикой Германии несет расходы и затраты, связанные с временным пребыванием советских войск, их личного состава и членов семей».

Для погашения «расходов и затрат» создается так называемый «переходный фонд», в который ФРГ вносит 3 млрд. марок. Это, подчеркну, беспроцентный кредит.

Ах, соблазнительные миллиарды Коля! На дворе, не забудем, кризисная осень девяностого года, а впереди — невообразимо тяжелая зима. Впервые за многие десятилетия после войны мы встали перед катастрофической проблемой — нечем кормить армию.

А тут «живые» немецкие денежки. Как хотелось запустить руку в казну ЗГВ. Конечно же, во имя самого святого — спасения Отечества. Ну а переживем зиму, поднимем экономику, вернем долги, построим квартиры. Эти мысли вынашивались в ЦК, в правительстве. Начальник Политического управления Западной группы громогласно возмущался, мол, немцы не хотят отдать почитай наши, кровные денежки.

Какое все-таки счастье, что немцы не отдали тогда миллиарды. Не было бы сегодня ни квартир, ни жилья, а денег и подавно. Правительство ФРГ поставило жесткие условия — финансирование только под конкретные программы. Будь то жилье, транспортировка, переквалификация военнослужащих.

Но были миллиарды, которые Федеративная Республика не могла не отдать. Речь идет о переходном фонде. И она регулярно выплачивала деньги. В IV квартале каждого года Советский Союз, а позже Россия, запрашивали полагающиеся суммы на содержание ЗГВ, и они выделялись. Итак, с 1991 года по 1994 год — 3 млрд. марок.

Не открою Америку, если скажу, что наше родное государство время от времени умело обкрадывает свой народ. Не стану долго распространяться по этому поводу, — это известно каждому, прессой писано-переписано, и потому лишь задам вопрос: имея возможность «наложить лапу» на немецкие миллиарды, неужто оно не воспользовалось этой возможностью? Неужто не обокрало Западную группу войск?

Вижу скептическую улыбку на вашем лице, дорогой читатель. Конечно же, воспользовалось. В 1991 году правительство страны еще перечисляло на содержание группы войск 820 млн. марок, а уже в следующем, 1992-ом, ЗГВ в «затяжных боях и походах» удалось вырвать лишь 19,8 млн. На том все и кончилось.

А где же, простите, остальные денежки из толстого кошелька «друга Гельмута»? Где они, миллиарды Коля? И как, в конце концов, жила и служила, выполняла важнейшую государственную задачу по выводу войск Западная группа без пфеннинга в кармане? Ведь ей надо было выплачивать денежное довольствие военнослужащим и заработную плату вольнонаемным, рассчитываться по закупкам продовольствия, топлива, производить оплату коммунальных услуг, материалов, необходимых для службы и вывода войск. Да мало ли на что нужны деньги при содержании многотысячного коллектива.

На лечение в немецких клиниках наших больных детей, оплату операций пострадавших в автомобильных катастрофах, закупку квартир бездомным офицерам и многое, многое другое.

Однако Отечество забыло о своих сыновьях, которые несли нелегкую службу за тремя границами. И вспоминало лишь тогда, когда надо было в очередной раз запустить руку в тощую казну ЗГВ.

Но все-таки эта казна существовала. Ведь сегодня многоголосный хор отечественной прессы трубит лишь об одном, — отдельные личности, стоящие у кормила власти в ЗГВ, разворовывали, проматывали и пускали по ветру богатства России, имущество вооруженных сил в Германии. Но кто тогда кормил, поил, платил деньги тысячам людей, если родное правительство бросило их, по существу, на произвол судьбы? Откуда брались миллионы в казне ЗГВ, если «переходной фонд» перешел Бог знает куда?

Поначалу, признаться, надеялись на «недвижимость». Вот мол, продадим городки и аэродромы и заживем. Не вышло. Подоспел «нулевой вариант», и все пошло прахом.

Но надо было выживать, выводить группу, а значит, искать способ заработать. И искать его в совершенно новых условиях. Если в родной стране еще только говорили, рассуждали о какой-то далекой и непонятной рыночной экономике, то в ЗГВ «рынок и капитализм», как непрошеные гости, стояли на пороге каждой части, подразделения, отдела. В группе не было и быть не могло специалистов по международной торговле и финансам, международному праву, земельным вопросам и недвижимости, экологии. Всему приходилось учиться на марше.

Мне рассказывал мой земляк — смолянин, подполковник Сергей Будиловский, кстати прекрасный специалист, занимавшийся передачей немцам наших городков, с каким удивлением и страхом смотрел он в первый раз на германский земельный кадастр. Да и где ему было изучать немецкое земельное право, в КЭЧ смоленского гарнизона? Однако он его изучил. И работал на равных с самыми лучшими правоведами — профессионалами Германии.

Но это было потом. А поначалу офицеры ЗГВ немало набили себе шишек. Нас учили. Учили по-разному. Кропотливо и заботливо, как например «Дойче-банк», и очень жестоко, как некоторые представители немецкого бизнеса.

В 1990 году Западная группа продавала металлолом по цене 50–60 ДМ за тонну. К весне 1991 года цена подскочила до 140 ДМ. И вдруг, по чьей-то команде, все фирмы-покупатели отказались брать наш металлолом. Полгода никто его не покупал. Что делать, пришлось снижать цену.

Однако и специалисты ЗГВ обретали опыт, работая в условиях реального рынка. Для этого надо было порою «перевернуть» себя. Ну где это видано, чтобы на заборах воинских частей размещали рекламу? А собственно, что в том дурного? Помните километры наших унылых заборов, выходящих на улицы и дороги городов? От рекламы в Германии они не стали хуже, наоборот. Да еще и «принесли» в копилку группы ни много ни мало, а 600 тысяч марок.

Теперь Западная группа не хватала первую попавшуюся фирму и не заключала контракт на поставку продовольствия. Тем более, что закупки продовольствия делались в весьма крупных объемах. От желающих продать не было отбою. 38 фирм боролись за право насытить прилавки магазинов группы мясом. Но в ходе проведенного конкурса победили те, кто предлагал свои услуги на лучших условиях и по более низким ценам. И это немалая экономия.

Группа искала любую возможность, чтобы пополнить собственную копилку. Деньги нужны были как воздух. Пожалуй, больше воздуха. Группа закупала квартиры для своих офицеров, оплачивая 75 процентов их стоимости. Закуплено более 2 тысяч квартир. Она строила 100-квартирный дом в Смоленске для выведенного туда управления 1-ой танковой армии, а также дом в Чебаркуле. Она помогала Центральному театру Российской Армии в ремонте и поставках оборудования. Она в групповом госпитале в Беелитцах открыла отделение реабилитации детей из России, Беларуси, Украины, пострадавших от Чернобыльской катастрофы.

Поэтому сдаются в аренду здания, помещения, аэродромы, земельные участки, радиочастоты. Экономический эффект -5,7 млн. ДМ.

Сокращается управленческий аппарат. Доход — 8 млн. марок.

Деньги зарабатываются даже на элементарной финансовой аккуратности. За счет своевременной оплаты счетов и четкого выполнения условий договоров получена скидка и сэкономлено 2,1 млн. марок.

Премия, или на языке финансистов всего мира — бонус — за размещение больших объемов поставок продовольствия или топлива. Эта статья дала 780 тысяч.

Было и еще много чего — сокращение аренды холодильников, уменьшение каналов связи, снижение цен на производственно-техническую продукцию, банковский процент от умелого размещения валютных средств ЗГВ.

Не стану больше заниматься перечислениями. Знаю и без того, голос мой одинок, словно глас вопиющего в пустыне. Все пишут о том, как Западная группа продавала, проматывала, пускала на ветер народное добро, а я рассказываю о неких находках, сбережениях. Право же, это не очень интересно и совсем не попахивает сенсацией. Что поделаешь — жизнь, армейские будни не сотканы только из скандалов и сенсаций. И слава Богу!

В конце концов, важно другое, — брошенная на произвол судьбы крупнейшая военная группировка не только успешно справилась с беспрецедентной в мировой практике операцией по выводу войск, но и первой встретившись с капитализмом, познала законы рынка, освоилась и выжила в нем, по существу, сама себе заработав на жизнь. Она накопила редкий опыт, которого нет, да и не могло быть в вооруженных силах России. Нужен ли он сегодня армии? Трудно сказать. Ведь многое, чем занималась группа, уникально и неповторимо.

Канула в историю Западная группа войск… Но как бы не хотелось, чтобы сама история величайшей группы канула в лету.