ЗАЩИТНИКИ ПУСТЫНИ

ЗАЩИТНИКИ ПУСТЫНИ

Военная ситуация в Ираке начала меняться к лучшему только тогда, когда там стали понимать, что война «за сердца и умы» не может быть выиграна, если придерживаться стратегии, выстроенной теми, кто обосновался в Зеленой зоне, а то и за стенами Пентагона. Успеху мятежников во многом способствовал просчет американцев, отказавшихся сотрудничать с исключительно влиятельной структурой суннитского Ирака — племенами, которые сильно пострадали от дебаасификации. Саддам понимал важность этих зародившихся еще в глубокой древности общин, состоящих из семей и кланов, и поэтому включил их в свою систему господдержки: племена контролировали контрабанду и черный рынок — все это под покровительством ад-Дури.

То, что племена не стали совместно с Коалицией бороться с мятежниками, не означает, что они не стремились к этому. Один из шейхов влиятельного племени Албу Нимр предложил сотрудничество Правящему совету Ирака и ВКА в создании столь необходимой пограничной охраны еще в 2003 г. Это предложение было отражено в докладной записке, подготовленной для Объединенного комитета начальников штабов в октябре того же года. «Как выяснилось, лидеры этих племен — многие из которых все еще пребывают на ответственных постах в структурах местной власти — выразили искреннюю готовность сотрудничать с Коалицией в целях восстановления и для удержания своих позиций в постсаддамовском Ираке, — говорилось в записке. — Потерпев неудачу, они могут предпринять другие действия, включая создание альтернативных руководящих институтов и спецслужб, сотрудничество с антикоалиционными силами или участие в преступных действиях ради обеспечения благосостояния и безопасности своих племен»4. Эта записка осталась практически незамеченной.

И тут аз-Заркави вновь повел себя более тонко, чем ВКА или американские военные — по крайней мере на первый взгляд. «Заркави и работающие на него иракцы понимали, кто есть кто в племенах, и использовали это, — объяснил нам Дерек Харви. — Благодаря этому он контролировал территории в провинции Аль-Анбар и в долине реки Евфрат»5.

Его роковая ошибка заключалась, однако, в том, что он действовал слишком жестко, и защита, обещанная АКИ, превратилась в тираническое джихадистское правление. Племена не желали жить по законам XVII в. под пятой фундаменталистов.

Многие из них родились за границей и вели себя в точности как колониальные захватчики, которых они вроде бы призваны были изгнать. Контрабандный бизнес, которым занимались племена, был уничтожен или захвачен боевиками, желавшими быть в нем монополистами, и АКИ защищала свои интересы с мафиозной жестокостью, устраняя конкурентов.

Поэтому, когда в 2005 г. был убит один из шейхов племени Албу Нимр, майор Адам Сач, командир боевого подразделения войск специального назначения «Альфа 555» армейского спецназа в составе 1-й дивизии Корпуса морской пехоты США, воспользовался возможностью превратить АКИ во врага тех, кто до этого составлял ее поддержку. Он включил соплеменников убитого шейха в состав созданного по этому случаю ополчения, которое контролировало дороги вблизи города Хит, расположенного в провинции Аль-Анбар, — другого стратегически важного населенного пункта, который позднее, в 2014 г., захватила ИГИЛ. Это была хорошая идея, хотя ей и не хватило необходимой поддержки, для того чтобы полностью изменить ситуацию. В то время войска США не размещались в этом районе постоянно, а только их присутствие могло бы убедить местное население в том, что выслеживание АКИ — не разовая акция, а долговременная задача. Тем не менее тот факт, что иракцам вдруг потребовалось присутствие американцев в самом сердце страны, свидетельствует о том, что джихадисты слишком злоупотребили их гостеприимством.

Другим городом, в котором это подтвердилось, стал Эль-Каим, который аз-Заркави по понятным геостратегическим причинам сделал столицей своего Западно-Евфратского «эмирата». Этот город, населенный суннитами и бедуинами, примыкает к сирийской границе, по другую сторону которой расположен город Альбу-Камаль; к тому же рядом с ним проходит главная дорога, соединяющая Ирак и Иорданию. Здесь также находятся крупнейшие на Ближнем Востоке шахты по добыче фосфатов и огромная сеть пещер, через которую боевики могли незаметно перебрасывать через границу людей и оружие6.

В сентябре 2005 г. в ответ на вылазки, совершаемые с баз АКИ в Западном Евфрате, подразделение морской пехоты США выдвинулось в этот регион с намерением захватить Эль-Каим. Американцы построили укрепленные бетонными конструкциями блокпосты, чтобы отметить свое присутствие и тем самым предотвратить вылазки джихадистов на поверхность. Кроме того, опираясь на опыт Адама Сача в Хите, они обратились к племенам Эль-Каима. Некоторые из них уже были так напуганы действиями АКИ, что взяли в руки оружие и приготовились направить его против заркавистов7. Батальон Альбу Махал Хамза состоял из добровольцев, рвущихся покончить с боевиками8.

Не считая коррупции, основная причина, по которой ИСБ часто оказывались несостоятельны или попросту не желали вступать в противостояние с АКИ, заключалась в том, что многие ее сотрудники были шиитами и поэтому не рвались воевать на территориях, где большинство населения составляли сунниты и где на них смотрели с подозрением или с нескрываемым презрением. Представители суннитских племен подобных проблем не испытывали и горели желанием избавить свои земли от тех, кого поначалу приветствовали как представителей антиамериканского «сопротивления», но кто затем превратился в банду одержимых головорезов. Из участников программы, реализованной в Эль-Каиме, был сформирован батальон «Защитники пустыни»9. Название явно отдает романтизмом в духе «Лоуренса Аравийского», но тем не менее именно этот батальон в декабре 2005 г., во время парламентских выборов, обеспечивал порядок и предотвращал акции саботажа, спланированные террористами.

К 2006-му количество инцидентов, связанных с террористами, в Эль-Каиме резко сократилось. Это можно считать успехом, но американские военные так и не сумели понять, что племена были движимы не какими-то высокими патриотическими устремлениями — они лишь хотели обеспечить мир и покой на своей земле, а отнюдь не во всей стране. Поэтому треть состава батальона «Защитники пустыни» покинула его, как только было объявлено, что он становится подразделением сил национальной обороны, а не просто местной каимской жандармерией, а потому может быть передислоцирован в любую точку Ирака10.

Тем не менее общенациональные парламентские выборы показали, что ситуация развивается хоть и в непредвиденном, но благоприятном направлении. В частности, это выразилось в превращении доктора Мухаммеда Махмуда Латифа, давнего и известного лидера иракского сопротивления, в партнера США. После того как суннитский бойкот январских парламентских выборов лишил суннитов возможности участвовать в самоопределении страны, Латиф осознал, что план аз-Заркави по делегитимизации нового иракского правительства привел к обратным результатам. К тому же у него были и собственные политические амбиции11. В преддверии парламентских выборов он собрал шейхов племени Эр-Рамади, готовых объявить войну АКИ, а также — что требовало не меньшей храбрости — сотрудничать с американцами, правда, при одном условии. Как и «Защитники пустыни», члены племени Эр-Рамади хотели получить гарантии того, что, когда АКИ прекратит свое существование, власть и влияние в провинции Аль-Анбар перейдет к ним.

Убедившись в том, что американцы готовы выполнить это условие, они создали Народный совет провинции Аль-Анбар. Его первой инициативой стал призыв к суннитам вступать в иракскую полицию. Для этого было решено провести большую кампанию по набору желающих на местном стекольном заводе12. В результате деятельности Совета появились сотни таких желающих, и они неизбежно стали мишенью для боевиков аз-Заркави. На четвертый день проведения кампании на стекольном заводе террорист-смертник устроил там взрыв, в результате которого погибли не менее 60 иракцев и два американца13. После этого АКИ объявила тотальную войну шейхам Аль-Анбара, вступившим в Совет, устроив на каждого из них охоту, которая продолжалась в течение многих недель после взрыва на заводе. Латиф бежал из Ирака, боясь попасть в руки террористов. А еще через несколько недель под силовым давлением аз-Заркави Совет прекратил свое существование14.

Американским военным понадобилось еще два года на то, чтобы осознать стратегический смысл того, что произошло в Хите, Эль-Каиме и Эр-Рамади. Спонтанные, непродуманные действия, предпринятые племенами в ответ на действия возглавляемых иностранцами террористических организаций, становятся понятны в свете истории этих племен. На протяжении веков они выживали за счет того, что заключали прагматичные соглашения с теми, кто был сильнее. Так было и с Саддамом, и с аз-Заркави, и так они готовы были поступить с американцами. Относясь к Соединенным Штатам с опаской, они тем не менее видели в их армии возможного союзника в борьбе против общего сильного врага.

«Я знал одного капитана, служившего в корпусе морской пехоты, — рассказывал нам бывший американский офицер. — Он был индейцем-сиу. Он понятия не имел об Аль-Анбаре или Ираке. Но попав туда, сразу во всем разобрался. Иракцы видели, что он понимает их, и любили его за это».

Для Дерека Харви понимание того, как организованы иракские племена, стало ключом к пониманию Ирака в целом. «Там много властных уровней, иерархию которых мы себе толком не представляем. Ключевой фигурой может быть не тот, кто находится во главе, а второй или третий человек. И это правило — то, что ты никогда не знаешь точно, кто всем руководит, — применимо и к саддамистам, и к ИГИЛ. Внутри племен существуют профессиональные, а в некоторых случаях и религиозные сообщества, которые определяют все, что происходит в стране. Для нас трудность заключалась в том, чтобы выяснить, кто что делает».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.