Кризис

Кризис

Само собой разумеется, что посулы Пиппо Кало, обещавшего верную возможность сколотить состояние, не возымели действия на Томмазо Бускетту, тем более что последний давно уже понял, что гораздо легче обогатиться на торговле наркотиками, нежели на спекуляциях недвижимостью. Понимая, что Пиппо Кало попытается любой ценой извлечь для себя из этого максимальную выгоду, Томмазо Бускетта все же затеял с ним разговор о кризисе, который угрожает «Коза ностре».

В конце концов Пиппо Кало был одним из немногих очень влиятельных в Капитуле людей, и он не мог не обозначить официально своей позиции в отношении корлеонцев и их противников. Томмазо Бускетта поделился с ним своими опасениями, произнеся даже имя своего друга Стефано Бонтате.

Несмотря на прежнюю дружбу — оба они когда-то немало наворотили вместе, — Пиппо Кало был явно раздосадован:

— Стефано Бонтате плохо обращается со своим братом Джованни, — сказал он, — а еще хуже — с членами Комиссии. Он связался с этим придурком Сальваторе Инцерилло. А тебе известно, что Сальваторе Инцерилло прикончил прокурора Косту без разрешения Комиссии?

Бускетта не знал об этом, но пообещал попытаться пролить свет на это преступление, которое только что было совершено в Палермо. Не желая углубляться в детали, он предпочел увести разговор в сторону. Настал его час сыграть роль третейского судьи. Если он пользовался еще определенным влиянием в «Коза ностре», настал момент это влияние применить на деле.

— Давай организуем твою встречу с Бонтате и Инцерилло, — сказал он Пиппо Кало. — Вам нужно объясниться и объединить свои усилия, чтобы предотвратить возможную катастрофу.