ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ФРАНЦИЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ФРАНЦИЯ

«Новая история — это история тайных обществ». Злое слово, но ему нельзя отказать в частице истины. Мы легко убедимся в этом, если бросим взгляд на Францию и на положение вещей в южноевропейских государствах.

11 августа 1814 г. гордый император отрекся от престола и отправился на указанный ему остров Эльба, преследуемый проклятиями, насмешками и угрозами того самого народа, который едва год спустя встретил его с ликованием и восторгом. Любовь толпы непрочна и не приносит счастья, а в те дни люди менялись скорее, чем вещи.

Старый королевский трон заняли Бурбоны, высокомерная, упрямая и полная предубеждений против нового мировоззрения династия, которая «ничему не научилась и ничего не позабыла» за эти 25 тяжелых лет. Все было опять восстановлено в прежнем стиле. Нравы и воззрения черпались из минувших, давно забытых времен. «Эпоху, порядки, идеи, которые для одной стороны являлись апогеем величия родины, другая сторона стремилась заклеймить названием заблуждения, позора и преступления и старалась, по мере сил, искоренить из всех сердец воспоминание о них. Духовенство в большей своей части хотело вернуться к средневековому обскурантизму, дворянство — к своим феодальным порядкам, двор — к своему былому всевластию». В аристократическом обществе вскоре снова установился легкий остроумный тон, легкомысленная страсть к наслаждениям и рафинированное изящество, в той же мере, в какой они господствовали в салонах до революции.

Глубокое уныние охватило нацию, которая, уставшая и загнанная, исполненная глубокой жажды спокойного, мирного существования, изнемогала под гнетущею тяжестью неуменьшающихся податей. Первоначальное воодушевление в пользу Бурбонов исчезло безвозвратно в течение немногих месяцев. Начали с восхищением оглядываться на героическое прошлое, с отвращением смотреть на действительность, полную коварных и нечестных затей реакции. В сатирических стихотворениях Беранже отражаются чувства насмешки и презрения, с которыми в ту эпоху народ глядел на возвращающиеся тени минувших времен.

Человек с таким демоническим честолюбием, как Наполеон, не мог долго выдержать соседства с возбужденной, кипящей страной. И в один прекрасный день, подобно фантастической сказке, из гроба восстала гордая императорская эпоха и снова очаровала умы. Растерявшиеся и опешившие Бурбоны вторично покинули отечество. Стодневное царствование началось при счастливых предзнаменованиях для Наполеона, и Европе, казалось, грозила новая революция. Снова по улицам зазвучали песни революционной эпохи, рабочие требовали оружия; появились патриотические союзы.

Но Наполеон не отделался еще от своего отвращения к народным движениям и революционным силам. Он ненавидел общественную свободу и боялся ее. Кроме того, он утратил всю свою самоуверенность и чувство удачи. Поэтому все великолепие вскоре окончилось. 18 октября 1815 г. «генерал Бонапарте» прибыл в качестве английского государственного преступника на остров Св. Елены посреди Великого Тихого океана. Без понимания свергнутого судьбой величия, следуя единственно внушениям хладнокровного расчета, гордое островное государство унизилось до позорной роли палача. После шести мучительных лег, сломленный скорбью Прометей обрел в могиле покой, который был так чужд ему при жизни. Ни одна демоническая жизнь героя не кончалась более трагически.

Под защитой английских штыков Людовик XVIII и его двор снова въехали в Тюльери. Народ на этот раз держался тихо и безучастно. И снова царство Бурбонов приняло характер партийного управления страной в интересах одного класса избранных и привилегированных.

С новым утверждением королевской власти было соединено нечто вроде терроризма. Доносы, судебные обвинения, преследования, заключения в тюрьмы, ссылки следовали одна за другой в невероятных размерах. Высчитано, что в промежуток времени в 10 месяцев 70 тыс. человек было заключено в тюрьму за свои политические убеждения, около 100 тыс. чиновников было по той же причине уволено, цифры, которые, может быть, преувеличены, но из которых все же можно почерпнуть мерило для характеристики действительности.

В противовес железной власти реакции образовался прямо?таки необозримый ряд тайных обществ, которые стремились охранять идеи государственной жизни нового уклада и противодействовать насильственным действиям путем конспиративных средств.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.