Глава 6 «Репрессированные народы» и наши гуманисты

Глава 6

«Репрессированные народы» и наши гуманисты

Критика диссидентами советского строя и Сталина довольно однообразна – свыше 90 % ее сводится к ГУЛАГу, неудачам первого периода войны, «репрессированным народам» и строительству гидроэлектростанций и каналов.

О ГУЛАГе я уже много говорил, а теперь перейду к «репрессированным народам». Эта тема актуальна и тем, что «репрессированные народы» вошли в концепцию нового учебника по истории.

В поэме «За далью даль» Александр Твардовский писал:

Он мог на целые народы

Обрушить свой верховный гнев.

Представим себе ситуацию: сидит в кремлевском кабинете диктатор-параноик и думает: «А с кем бы мне еще расправиться?». А что же было на самом деле?

Начну с того, что диссиденты и нынешние недобросовестные историки умышленно путают два термина – «депортация» и «насильственное переселение». В первом случае речь идет о высылке граждан в другие государства, а во втором – о перемещении людей внутри страны.

В ходе Второй мировой войны и депортация, и переселение (далее речь будет идти только о принудительном переселении) были постоянным (рутинным) явлением в странах антигитлеровской коалиции, я уж не говорю о странах Оси.

Так, в США в 1942 году отправили в концлагеря 110 тысяч японцев, большинство из которых являлись гражданами Америки. Сделано это было вопреки Конституции по специальному указу президента Рузвельта.

Аналогичная акция прошла и в Канаде. Но там японцев было меньше, и в концлагерях оказались лишь 12 тысяч японцев, в основном женщин и детей.

В феврале 1945 года в Ялте «Большая тройка» решила передать Польше и Чехословакии ряд немецких земель. Причем в решении Конференции было сказано, что депортация немецкого населения должна проводиться «цивилизованными методами».

Чехи и поляки поняли это по-своему, и в 1945–1947 годах при депортации немецкого населения погибло, по немецким данным, до 3 миллионов человек. Замечу: депортировались в подавляющем большинстве женщины и дети, поскольку мужчины от 14 до 60 лет были еще ранее мобилизованы в вермахт и фольксштурм. Известны случаи, когда чешские солдаты останавливали поезда с депортируемыми, высаживали людей и расстреливали всех подряд.

Помимо немцев поляки в 1945–1947 годах депортировали и переселили свыше 600 тысяч польских граждан славянского происхождения. Из них поморян депортировали вместе с немцами в Германию, украинцев депортировали в СССР или вместе с лемками и кашубами переселяли на территории, очищенные от немцев. При этом украинцы и лемки переселялись не в уютные немецкие домики, а в их развалины, где было все разворовано, включая электропроводку, оконные рамы и т. д. Целые деревни поляков специализировались на грабеже депортируемых немцев.

Любопытно, что сейчас в Европе и Америке напрочь забыли обо всех этих депортациях, зато регулярно и охотно вспоминают о переселениях в Советском Союзе в 1944–1945 годах.

Забавный пример: русские выселили с Курильских островов 17 тысяч японцев, из которых 95 % не были местными уроженцами. А американцы выселили с Марианских и других островов Тихого океана свыше 60 тысяч японцев, подавляющее число которых родились на этих островах. О «южных» переселенцах, естественно, в Вашингтоне и Токио давно забыли. Зато День изгнанных «курильцев» ежегодно отмечают в Японии на государственном уровне и с большой помпой.

Переселение народов СССР лучше всего показать на примере крымских татар.

С начала XVI века основным способом производства крымских татар стал… разбой. Они практически ежегодно нападали или на Московское государство, или на Речь Посполитую. Так, только во второй половине XVI века они нападали на Русь 48 раз!

В 1511 году крымские татары дошли до Оки. В дальнейшем в каждое десятилетие происходило по несколько походов татар. Вот некоторые примеры. В 1527 году крымцы дошли до Оки, а затем разорили Рязанщину. В среднем один татарин привел из похода по 5–6 пленников. Крымский хан получил только в виде «тамги» (налога) с продажи русских пленных 100 тысяч золотых.

В июле 1632 году 20-тысячное татарское войско разграбило Елецкий, Карачевский, Ливенский, Мценский, Новосильский и Орловский уезды. Только в октябре татары ушли домой. В июне 1633 году 20-тысячное татарское войско во главе с Мубарек Гиреем разорило приокские уезды – Алексинский, Калужский, Каширский, Коломенский, Серпуховской, Тарусский и даже Московский за Окой.

Крымские татары были хорошо защищены самой природой: безводная степь, а затем стена на Перешейке, отсюда и название Перекоп. Ну а к тому же они были вассалами Оттоманской империи.

До нас дошло несколько грамот ханов Гиреев, направленных в Стамбул. Султаны просили ханов хотя бы год-два не нападать на соседей. Конечно, это было связано не с человеколюбием, а с тяжелыми войнами Турции с Персией, Beнецией и другими государствами. И каждый раз ханы отвечали одинаково: не можем не грабить, «чем я буду кормить своих людей»?

Русские великие князья и цари, начиная с Василия III, пытались откупиться от крымских разбойников и фактически платили дань Бахчисараю до середины XVIII века. Кроме того, на юге строили линии крепостей. Оба эти мероприятия разоряли страну, но не приносили должного эффекта.

Проблему решила Екатерина II в 1783 году, повелев навечно присоединить Крым к России. Указом Екатерины от 22 февраля 1784 года все татарские мурзы, улемы, а попросту каждый, кто носил саблю и орал, что он «балшой человек», были приравнены к русскому потомственному дворянству. 18 сентября 1796 года крымские татары были освобождены от рекрутской повинности и военного постоя. Им предоставлялось право разбирать взаимные тяжбы у улемов. Мусульманское духовенство навсегда освобождалось от уплаты податей. В начале XIX века была подтверждена личная свобода крымскотатарского крестьянства. Согласно постановлению 1827 года, крымскотатарское население имело по закону право собственности на движимое и недвижимое имущество.

Итак, крымские татары оказались в более привилегированном положении, чем русские в центральных губерниях России. Но они ответили… мятежом.

Крымская война 1853–1855 годов была проиграна, и Севастополь сдали англо-французам не в последнюю очередь из-за предательства крымских татар. В 1854 году союзная армия высадились в Евпатории, но у нее не хватало почти 2/3 штатных лошадей и повозок, то есть союзная армия была не в состоянии двигаться. Но все это было восполнено крымскими татарами, которые собрали телеги и лошадей со всего полуострова.

Тысячи татар вступили в турецкую армию. Ну а уж о грабежах и убийствах русского населения в Крыму и говорить не приходится.

У нас мало кто знает, что указ о выселении татар с полуострова был подписан… Николаем I. Несколько сот татар уже поехали «под фанфары». Однако медлительность русской бюрократии, окончание войны и прощение, дарованное татарам Александром II, остановили этот процесс.

Но вот лет через 5 татары сами стали уезжать из Крыма. Их подстрекали к этому религиозные деятели, а также правительство Оттоманской империи, пообещавшее им плодороднейшие земли в Болгарии и других местах. К этому времени в Стамбуле поняли, что удержать Балканы без заселения их мусульманами практически невозможно.

Казалось бы, Александр II должен был прийти в восторг. Но тут набежали крымские помещики и бюрократы во главе с графом Воронцовым. Они стали доказывать, что, мол, пока русские мужики переедут в Крым, помещичьему хозяйству будет нанесен огромный ущерб. В итоге ружейным огнем татар никто не останавливал, и многие уехали. Но крымские власти сделали все возможное, чтобы затруднить татарам их отъезд.

В 1920-1930-е годы большевики в Крыму действовали в духе «пролетарского интернационализма». Была создана Крымская АССР в составе РФСР. Государственными языками республики стали русский и татарский. Большевики проводили политику «коренизации» (татаризации) Крыма. В результате татары получили больше привилегий и прав, нежели другие народы полуострова.

С началом войны из крымских татар было сформировано четыре дивизии народного ополчения, переформированные позже в стрелковые. Кроме того, тысячи татар были привлечены к формированию партизанских отрядов. Ряд татарских коммунистов стали командирами оных отрядов.

Но вот в начале ноября 1941 года армия генерал-полковника Манштейна ворвалась через Перекоп в Крым. Все татары из этих четырех дивизий кинулись по домам. Ну а татарские «партизаны» начали грабить склады с продовольствием в горах, которые заранее были подготовлены для снабжения партизан. В итоге в 1941–1942 годах самым страшным врагом крымских партизан были не немцы, а голод. Отмечены даже случае каннибализма в партизанских отрядах.

Свыше 20 тысяч крымских татар вступили в отряды самообороны и другие подразделения вермахта и СС. Известны десятки случаев зверских расправ татар над пленными и мирным славянским населением. Крымские партизаны вели непрерывные бои с татарами. В приказе командующего партизанским движением в Крыму Александра Мокроусова говорилось, что в случае обнаружения карательного отряда первыми должны уничтожаться татары, а потом немцы.

Ну а что делал злодей Сталин? Он находился в эйфории большевистских теорий классовой борьбы и пролетарского интернационализма. Крымский обком партии, состоявший в большинстве из татар, драпанул на Кавказ еще задолго до пришествия Манштейна. Славные обкомовцы регулярно доносили в Ставку о том, как татарское население, все как один, поднялось на борьбу с немецко-фашистскими оккупантами. Только одна беда – руководители партизанских отрядов не знают об этом и, наоборот, нападают на татарские селения, провоцируя межнациональную рознь.

По приказу Ставки в конце 1942 года руководителей крымских партизан Александра Мокроусова и Павла Макарова самолетами доставили на Кавказ. Оба были арестованы. Их ждал трибунал. Помощь к ним пришла из… Арктики. Начальник Севморпути, имевший права наркома, Иван Папанин лично обратился к Сталину.

Почему Папанин? Да потому, что три друга – Мокроусов, Папанин и Макаров – в 1920 году руководили партизанским движением в Крыму. Их отряды громили угольные копи Врангеля, а затем до подхода Красной армии заняли ряд городов Крыма, включая Судак.

А в 1919 году Павел Макаров служил адъютантом при его превосходительстве командующем Добровольческой армией Владимире Зиновьевиче Май-Маевском. Вместе пили, развлекались с девочками, а в перерывах хаживали в полный рост в психические атаки на пулеметы красных. Немцы знали о похождениях Макарова и разбрасывали с самолетов листовки с его портретом с красноречивой подписью: «Хамелеон». Ну и обещали 200 тыс. рейхсмарок за его голову.

В начале 1943 года следствие против Мокроусова и Макарова было прекращено. Их умеренно наградили и… задвинули на полковничьи должности, не допуская впредь в Крым.

Крымские татары боготворили Гитлера, не понимая, что немцы их считали недочеловеками. Гитлер еще в апреле 1941 года решил, что в Готенланде (Крыму) должны жить только чистокровные арийцы. Но оборона Севастополя сорвала планы фашистов. Ну вот в начале июля 1942 года Севастополь пал, и Гитлером было принято решение о выселении татар из Крыма в ноябре 1942 года. Но тут помешал Сталинград.

После освобождения Крыма органы Госбезопасности провели переселение крымских татар в Узбекскую ССР и ряд других мест. Всего было выселено 180014 человек. За время операции, за двое суток, у татар было изъято: минометов – 49 шт., пулеметов – 622, автоматов – 724, винтовок – 9888, боепатронов – 326 887. Причем все цифры взяты не из газеты «Правда», а из совсекретной телеграммы Серова и Кобулова наркому Л. П. Берии.

Замечу, что этого вооружения хватило бы на две советские дивизии военного времени. Причем чекистам некогда (дано всего-то два дня!) было проводить подробные обыски в деревнях, вести допросы с целью выявления схронов оружия и т. д. Можно себе представить, сколько оружия хранит сейчас крымская земля.

Еще до освобождения Крыма советская разведка и партизаны доносили о надеждах татар на «третью силу», то есть западных союзников, которые, по мнению татар, должны были высадиться на полуострове. Все документы на эту тему до сих пор секретны. Но я могу сказать лишь одно: Приморская армия, выбросив немцев из Крыма в начале мая 1944 года, в полном составе так и осталась в Крыму до дня Победы и позже.

Мало того, непрерывно шло усиление Приморской армии береговыми орудиями, зенитной артиллерией, авиацией и т. д. Риторический вопрос – зачем? Ведь уже к октябрю 1944 года все государства Причерноморья объявили войну Германии и ближайший немецкий солдат находился от Крыма более чем в 1000 км.

Советские диссиденты любили рассказывать сказки о том, как крымские татары во время переселения гибли целыми вагонами, а «энкавэдэшники» выбрасывали сотни трупов на пути. Видимо, эти люди даже не представляли себе функции офицеров конвоя, которые отвечали за каждого человека. А где гарантия, что лейтенант или капитан не отпустил пару сотен татар за взятку? А вот факты: из 151720 татар, отправленных в Узбекскую ССР, по пути следования умер 191 человек.

Маленькая справка. Согласно Постановлению ГКО № 5858 от 11 мая 1944 года:

«Наркомздраву СССР выделить на каждый эшелон со спецпереселенцами, в сроки по согласованию с НКВД СССР, одного врача и две медсестры с соответствующим запасом медикаментов и обеспечить медицинское и санитарное обслуживание спецпереселенцев в пути; Наркомторгу СССР обеспечить все эшелоны со спецпереселенцами ежедневно горячим питанием и кипятком.

Для организации питания спецпереселенцев в пути выделить Наркомторгу продукты в количестве, согласно приложению № 1.

Суточная норма продуктов на одного человека в пути следования следующая:

– хлеба – 500 г

– мясо-рыба – 70 г

– крупы – 60 г

– жиров – 10 г.

‹…›

Установить следующий порядок и условия выселения:

а) разрешить спецпереселенцам взять с собой личные вещи, одежду, бытовой инвентарь, посуду и продовольствие в количестве до 500 килограммов на семью».

Те, кто проявил себя в борьбе с оккупантами, выселены не были. Всего в Крыму осталось около полутора тысяч крымских татар.

«Обязать Сельхозбанк выдавать спецпереселенцам, направляемым в Узбекскую ССР, в местах их расселения ссуду на строительство домов и на хозяйственное обзаведение до 5000 рублей на семью, с рассрочкой до 7 лет.

Выдачу спецпереселенцам муки, крупы и овощей в течение июня-августа с. г. производить бесплатно, в расчет за принятую у них в местах выселения сельхозпродукцию и скот».

Вот такие «зверства кровавого сталинского режима». Ссуда в 5 тыс. рублей, под 1 % годовых, за эти деньги можно было построить прекрасный каменный дом из 3 комнат. А попробуйте взять сегодня у демократических банков ссуду на квартиру под 1 %.

С начала XVI века по 1941 год численность татарского населения в Крыму составляла 180–250 тыс. человек, то есть почти не менялась. А вот так называемая «сталинская депортация» привела не к геноциду, а к демографическому взрыву! Так, только в Узбекистане, куда переселили 151,7 тыс. татар, у них к 1950 году родилось 188,3 тыс. детей. За последующие 30 лет число крымских татар увеличилось, по разным данным, от 10 до 15 раз.

Уже во второй половине 1950-х годов тема «репрессированных народов» стала интенсивно муссироваться советскими диссидентами. Причем самым лакомым кусочком для них стали крымские татары. Почему? Да потому что уже в 1957 году чеченцам, ингушам, калмыкам и другим народам было разрешено вернуться на свою историческую родину, что те охотно и сделали.

А вот вернуть в Крым татар было физически невозможно.

Во-первых, полуостров имел важное военно-стратегическое положение, и там находились главная база Черноморского флота, базы флотской и стратегической авиации, стартовые позиции ракет всех классов. В Балаклаве и Феодосии были два крупных ракетных полигона и т. д.

Ну а, с другой стороны, к 1958 году Крым и так был перенаселен. А татар было уже не 180 тысяч, а от одного до двух миллионов!

Первым, кто поднял татарский вопрос, был Алексей Евграфович Костерин. Карьера его типична для диссидентов 60-х. Был секретарем Обкома, параллельно занимался литературой и журналистикой.

6 мая 1938 года Костерин был арестован как «социально-опасный элемент» и приговорен к 5 годам исправительно-трудовых лагерей. Срок он отбывал на Колыме. В 1953 году вернулся в Москву. В марте 1955 года реабилитирован Верховным судом СССР, затем восстановлен в Союзе писателей и в партии.

В 1957 году Костерин начал правозащитную деятельность, написав письмо Н. С. Хрущеву с критикой политики партии по отношению к репрессированным чеченскому и ингушскому народам.

В середине 1960-х в Москве вокруг Костерина сформировался кружок инакомыслящей молодежи. В 1966 году к кружку присоединился Петр Григоренко, называвший Костерина своим «другом и учителем». Он же, Костерин, по признанию Григоренко, познакомил его с проблемами «наказанных народов».

В 1967 году Костерин выпустил статью «О малых и забытых». Статья широко использовалась в пропаганде татарских националистов.

Власти, как видно, не обращали на Костерина внимания, за исключением того, что 17 октября 1968 года партком Московского отделения Союза писателей заочно рассмотрел персональное дело Костерина и исключил его из партии.

В свое время Костерин занимался художественной литературой и журналистикой. Но, увы, все его произведения оказались невостребованными, а вот написал несколько статей о крымских татарах, и пришла мировая слава. И диссидент Анатолий Левитин написал в своей книге «Родной простор»: «Похороны Алексея Костерина вылились в волнующую демонстрацию… Власти всячески пытались предотвратить прощание… Во время похорон я в Москве не был, слушал отчет о похоронах в Пскове по радио из Лондона».

Главным же борцом за права крымских татар стал Петр Григорьевич Григоренко. Он родился в 1907 году в селе Борисовка Таврической губернии в семье крестьянина. В 15 лет стал секретарем сельской комсомольской организации. С 1926 года – секретарь Селидовского сельского райкома комсомола. В 1927 году – секретарь комитета комсомола транспортного комбината. В 1929–1931 годах учился в Харьковском технологическом институте, а в 1931 году перевелся в Военно-инженерную академию, которую и окончил в 1934 году.

В 1934–1936 годах Григоренко руководил разрушением православных храмов в Западном особом ВО. В 1945–1961 годах работал в военной академии им. М. В. Фрунзе. В 1959 году ему было присвоено звание генерал-майора.

Что дальше ждало нашего Петра Григоренко? Два-три года работы в академии и пенсия – на даче рыбку удить. Но ему хотелось славы и известности.

7 сентября 1961 года Григоренко выступил на партконференции Ленинского района Москвы с речью, содержавшей выпады против Хрущева. Он призывал «бороться за чистоту рядов партии». Его одернули, лишили мандата, уволили из академии и перевели на Дальний Восток. Замечу, что не в лагерь, а начальником оперативного отдела штаба 5-й армии.

Но там вместо службы Григоренко создал «Союз борьбы за возрождение ленинизма». Всего в Союзе было 13 человек, из них 4 Григоренко – папа и трое его сыновей.

2 февраля 1964 года Петр Григоренко был задержан в Хабаровске и на самолете доставлен в Москву. 12 февраля ему было предъявлено обвинение в том, что он «изготовил рукописный текст листовки антисоветского содержания». На допросе в качестве подозреваемого Григоренко заявил, что считает листовки не антисоветскими, а антиправительственными («антисоветские и антиправительственные понятия не идентичные»). В заявлении на имя Главного военного прокурора от 4 марта 1964 года указал, что следствие должно доказать антисоветский характер его деятельности, и ходатайствовал о назначении по его делу «социально-политической экспертизы». Однако 10 марта в ходатайстве ему было отказано, зато в этот же день была назначена «судебно-психиатрическая экспертиза» в отношении самого Петра Григоренко.

Как уже говорилось, весной 1966 года Григоренко познакомился с Костериным и занялся проблемой крымских татар. Замечу, что ни Григоренко, ни Костерин даже не пытались изучать историю крымских татар до апреля 1944 года.

5 сентября 1967 года был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР № 493 «О гражданах татарской национальности, проживавших в Крыму». Указ отменял предыдущие решения государственных органов в части, содержавшей огульные обвинения в измене родине «граждан татарской национальности, проживавших в Крыму», но одновременно утверждал, что татары «укоренились на территории Узбекской и других союзных республик». В Постановлении ПВС СССР № 494, которое следовало непосредственно за Указом, говорилось о том, что «… граждане татарской национальности… и члены их семей пользуются правом, как и все граждане СССР, проживать на всей территории в соответствии с действующим законодательством о трудоустройстве и паспортном режиме».

Казалось бы, и татарам, и Григоренко радоваться надо. Но Григоренко делает Указ мишенью для нападок. Этот указ Григоренко назвал «самым лживым и самым лицемерным указом из всех изданных по крымским татарам».

На самом деле указ уравнивал татар с остальными гражданами Союза. Предположим, ветеран ВОВ, колхозник Иванов из Тульской области взял да и решил проживать в Ялте или Ялтинском районе. Ему бы, естественно, отказали. Соответственно, по официальным данным, в 1967 году в Крыму было прописано 23 крымских татарина, и это притом, что после Указа в Крым прибыло несколько десятков тысяч крымских татар. Некоторые из них остались жить в Крыму без прописки, а большинство селились на ближайших подступах к Крыму, в украинских областях и в Краснодарском крае, продолжая осаждать правительственные и партийные органы.

А куда их было прописывать и почему? Колхозник Иванов и его родные воевали в 1941–1945 годах за Родину, но не имели права проживать в Крыму, а татарам, служившим в подразделениях вермахта и СС, можно?

И вот Григорович обращается с письмом к лидерам стран – участниц Будапештского совещания компартий: «Продолжается, правда, в меньших масштабах, чем при Сталине, но не менее возмутительный геноцид… В Указе от 5 сентября 1967 года и в последующих документах их [крымских татар – А. Ш.] называют „граждане татарской национальности, ранее проживавшие в Крыму“. Очевидно, что с таким же успехом о венграх, например, можно сказать, что они „граждане татарской национальности, проживающие пока что в Венгрии“».

17 марта 1968 года татарские активисты устроили сходку в московском ресторане «Алтай», якобы чтобы отметить 72-летие «писателя Алексея Костерина». Сам Костерин из-за болезни отсутствовал. Зато Григорович разразился обличительной речью. Он отметил, что, несмотря на определенные успехи, которых достигли крымские татары в своей борьбе, дискриминация народа продолжается. Как должны действовать крымские татары в новых условиях – после принятия Указа, который вроде бы решил судьбу крымских татар?

«Начинайте требовать. И требуйте не части, не кусочка, а всего, что у вас было незаконно отнято – восстановления Крымской Автономной Советской Социалистической Республики! Свои требования не ограничивайте писанием петиций. Подкрепляйте их всеми теми средствами, которые вам предоставляет Конституция – использованием свободы слова и печати, митингов, собраний и демонстраций…

Не считайте свое дело только внутригосударственным. Обращайтесь за помощью к мировой прогрессивной общественности и к международным организациям. То, что с вами сделали в 1944 году, имеет вполне определенное название. Это чистейшей воды геноцид – один из тягчайших видов преступления против человечества…». Геноцид – это оскорбление власти, оскорбление государства. И Григоренко, и все диссиденты ни разу не осудили геноцид при депортации немцев из Польши и Чехословакии, ни другие деяния западных держав. Ну уничтожила авиация США 3 миллиона мирных граждан в Корее. Так это ведь на благо демократии. А вот смерть 191 татарина по дороге в Среднюю Азию – это геноцид.

Честно признаюсь, противно писать о жулье, умышленно путающем переселение с депортацией, геноцид – с демографическим взрывом.

21 апреля 1968 года в городе Чирчике Ташкентской области, где проживала большая община крымских татар, националисты устроили массовые беспорядки. На следующий день телеграмма о Чирчикских событиях была послана Григоренко, который немедленно ознакомил с ней иностранных корреспондентов на пресс-конференции, устроенной Костериным в своей квартире.

Татарские националисты решили провести 17 мая 1968 года массовую демонстрацию крымских татар в Москве. 16 мая в телеграмме в ЦК КПСС и Верховный Совет СССР было сказано: «На этот раз народ не просит никакого приема, никаких обещаний. Он требует… фактическое безотлагательное организованное… возвращение в Крым…».

Милиция разогнала митинг. Несколько десятков человек были задержаны, а затем отправлены по железной дороге к местам постоянного проживания.

В мае 1970 года Петр Григоренко вновь оказался в специальной психиатрической больнице – на сей раз Черняховской, откуда его выписали лишь в 1974 году.

В мае 1976 года Григоренко стал членом-основателем Московской Хельсинкской группы, осенью того же года участвовал в создании Украинской Хельсинской группы.

18 мая 1976 года, в день очередной годовщины депортации крымских татар, в заявлении для печати и радио Григоренко говорил о том, что «отношение советского правительства к крымским татарам ни в коей мере не соответствует духу Хельсинки… Народы Европы не должны с этим мириться… Если они теперь не встанут на защиту крымских татар, то в будущем… сами могут оказаться в сходном положении. Приглянутся, например, кому-нибудь швейцарские горы и долины, и появятся вместо швейцарцев немцы, французы, итальянцы, ранее проживавшие в Швейцарии».

4 ноября 1977 года по инициативе Григоренко был издан документ Московской Хельсинкской группы, начинавшийся словами «Дискриминация крымских татар продолжается». Он был подписан членами группы П. Григоренко, С. Каллистратовой, М. Пандой, В. Слепаком, Н. Мейманом, Т. Осиповой, а также участвовавшим в его составлении А. Лавутом.

В ноябре 1977 года Петр Григоренко получил визу в США на шесть месяцев вместе с женой для операции и свидания с ранее эмигрировавшим сыном Андреем. Однако уже 13 февраля 1978 года Указом Президиума Верховного Совета СССР он был лишен советского гражданства и тем самым права возвращения в СССР. Мотивация: «Учитывая, что Григоренко П. Г. систематически совершает действия, не совместимые с принадлежностью к гражданству СССР, и наносит своим поведением ущерб престижу Союза ССР».

На Западе он активно включился в общественную жизнь. Петр Григорьевич возглавил заграничное представительство Украинской Хельсинкской Группы; читал в университетах лекции по правам человека, участвовал в различных международных форумах, встречался с главами правительств, включая президентов США Дж. Картера и Р. Рейгана, премьер-министра Великобритании М. Тэтчер и многих других; его статьи публиковались в ведущих средствах массовой информации демократических стран.

Мог ли об этом мечтать генерал-майор на пенсии?

Петр Григоренко умер в 1987 года в США.

В 1999 году в Симферополе на площади Советской по инициативе представительного органа крымских татар – Меджлиса крымскотатарского народа и при содействии Народного Руха Украины – был торжественно открыт памятник генералу Григоренко.

Посмертная психиатрическая экспертиза, проведенная в 1991 году, признала Петра Григоренко здоровым. В 1990 году Указом Президента СССР М. Горбачева ему посмертно возвращено советское гражданство. В 1993 году Указом Президента Б. Ельцина посмертно восстановлен в звании генерал-майора. В 1997 году Указом Президента Украины награжден Орденом «За мужество» I степени.

Поглядите в Интернет: там Григоренко герой. А я вот каждый год бываю в Большом Севастополе, и там Григоренко не помнят, а появился бы – морду набили. Ну а о наградивших его Горбачеве, Ельцине и Кучме все выражения нелитературные и воспроизведению не подлежат.

Мне стыдно, когда крымские старухи спрашивают: «За что вы нас предали?!». Ну а «демократы» гордятся всем ими содеянным в своих книгах, статьях и даже гимне.

Маленькое послесловие. Сейчас в Крым возвратилось 244 тысячи татар (по данным 2012 года). Киев выделил им на обзаведение 1,2 млрд. гривен, то есть примерно 5 млрд. рублей. К началу 2013 года они завладели 49 тысячами больших и средних земельных участков, из которых 46 тысяч присвоены методом самозахвата. Свыше 100 крымских боевиков воюют в Сирии на стороне исламистов. В Бахчисарае открыто проводятся митинги крымских татар, требующих установления халифата в Крыму.

В конце сентября 2013 года батальонная тактическая группа и усиленная механизированная рота отдельной бригады береговой обороны Военно-Морских Сил Вооруженных Сил Украины согласно плану боевой подготовки «на одном из полигонов» в Крыму проводят двустороннее тактическое учение, основной темой которого является поиск, блокировка, а в случае необходимости – уничтожение незаконных вооруженных формирований. Добавлю лишь, что хоть группа и называется береговой, но она уже свыше года отрабатывает боевые действия в горах.

Так как же быть с единым российским учебником истории? Писать ли там о «депортациях репрессированных народов»? На мой взгляд, важно, как писать. Если американцы, поляки, чехи и прочие наши бравые союзнички в 1941–1945 годах были «белыми и пушистыми» и никаких депортаций и переселений не проводили, а «репрессированные народы» не чинили массовых зверских убийств русских людей, то тогда политика Сталина – это поступки патологического злодея, параноика.

Риторический вопрос: нужно ли разжигать в стране русофобию, а русским людям прививать чувство вины и собственной неполноценности? А может быть, собрать старейшин «репремированных народов», да отправить их на месячишко в архивы, где каждый день им тыкать в нос фотографии и документы, свидетельствующие о зверствах их соплеменников. Пусть они сами решают, надо ли это публиковать в красках?

А может, следует поступать как в США, Польше, Чехии и других странах, то есть попросту забыть о депортациях и переселениях? Или, наоборот, издать большим тиражом сборники документов по каждому «репрессированному народу» с подробным описанием их деятельности и отправить их в каждую школу РФ. И, естественно, это же выложить в Интернете.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.