ГЛАВА ШЕСТАЯ ДВЕНАДЦАТАЯ ПЛАНЕТА

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ДВЕНАДЦАТАЯ ПЛАНЕТА

Гипотеза о посещении Земли разумными существами из других миров предполагает существование небесного тела, на котором сформировалась более развитая, чем наша, цивилизация.

В прошлом в дискуссиях относительно посещения разумными существами нашей Земли в качестве возможной родины этих существ рассматривались планеты Марс и Венера. Сегодня нам достоверно известно, что на ближайших соседях Земли нет ни разумной жизни, ни высокоразвитой цивилизации, а те, кто верит в пришельцев, предполагают, что они прибыли к нам с далёких звёзд или из других галактик.

Неоспоримое достоинство этой гипотезы состоит в том, что её нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. Недостатком же можно считать то обстоятельство, что такой космический «дом» пришельцев находится на огромном расстоянии от Земли и полет оттуда займёт долгие годы, причём двигаться нужно будет со скоростью света. Авторы этой теории, однако, высказывают предположение о путешествии «в один конец»: либо экипаж изначально не рассчитывал вернуться на родную планету, либо космический корабль заблудился, потерял управление и совершил аварийную посадку.

Эта теория не совпадает с шумерскими представлениями о Небесной Обители Богов.

Шумеры верили в существование «Небесной Обители», «чистого места» или «первозданной обители». Энлиль, Эн-ки и Нинхурсаг переселились на Землю, а их отец Ану остался в Небесной Обители в качестве верховного правителя. В древних текстах встречаются не только отдельные упоминания о живших там богах, но даже подробные «списки богов», где перечислена двадцать одна супружеская пара божественной династии, занимавшей небесный трон до Ану.

Сам Ану имел необыкновенно пышный и роскошный двор. По свидетельству Гильгамеша (и это подтверждается в рассказе пророка Иезекииля), местом обитания Ану был искусственный сад, изготовленный из полудрагоценных камней. Там вместе с Ану жили его официальная супруга Анту, шестеро наложниц, восемьдесят детей (четырнадцать из которых были от Анту), один Первый Министр, трое командиров «му» (кораблей-ракет), двое Командующих, ведавших вооружением, двое Великих Магистров Письменного Знания, один Главный Казначей, двое Верховных Судей, двое тех, «кто поражает звуками», и двое Главных Писцов, в подчинении у которых находилось ещё пятеро младших писцов.

Месопотамские тексты часто рассказывают о величии чертогов Ану, а также об охранявших их богах. В легенде об Адапе говорится, что бог Энки дал Адапе «шем» и предупредил:

Когда до неба ты доберёшься,

Когда подойдёшь ты к воротам Ану, —

В воротах Ану Таммуз и Гишзида стоят…

Охраняемый божественным оружием ШАР.УР («царский охотник») и ШАР.ГАЗ («царский убийца»), тронный зал Ану служил местом проведения Совета Богов. Присутствующие на Совете боги входили в зал и занимали места в соответствии со строгим протоколом:

Энлиль заходит в тронный зал Ану, Тиары справа место занимает он, по руку правую Ану. Эа заходит (в тронный зал Ану), Тиары же священной место для него, по руку левую от Ану.

Боги Неба и Земли Древнего Ближнего Востока не только имели небесное происхождение, но и могли возвращаться в Небесную Обитель. Время от времени Ану посещал землю с государственными визитами; богиня Иштар не меньше двух раз поднималась на небо к Ану. Культовый центр Энлиля в Ниппуре считался местом, оборудованным для «связи небо-земля». В ведении Шамаша находились «орлы», а также стартовая площадка для ракет. Гильгамеш вознёсся в «Вечную Обитель» и вернулся в Урук; Адапа тоже совершил подобное путешествие и по возвращении поведал о нём потомкам. Побывал на небе и библейский царь Тира.

Во многих шумерских текстах упоминается «апкаллу»; это аккадское слово происходит от шумерского АБ.ГАЛ («великий, который ведёт за собой», «господин, который указывает путь»). Густав Гутербок («Die Historische Tradition und Ihre Literarische Gestaltung bei Babilonier und Hethiten») доказал, что это были «люди-птицы», изображавшиеся, как мы уже видели, в образе «орлов». В текстах, повествующих об их подвигах, упоминается о том, что один из «людей-птиц» «опустил Инанну с Небес, принёс её в храм Э-Анна». Эта и многие другие ссылки указывают на то, что «апкаллу» были пилотами космических кораблей нефилим.

Путешествие в оба конца было не только возможным — оно задумывалось с самого начала. В древних текстах мы читаем, что, задумав построить в Вавилоне Врата Богов, руководитель проекта поясняет, что всем должно хватить места и при вознесении в Обитель Богов, и при спуске на землю.

Осознав осуществимость перелётов между Землёй и Небесной Обителью, шумеры не стали «высылать» своих богов в далёкие галактики. По их представлениям Обитель Богов находилась в пределах нашей Солнечной системы.

На древних рисунках Шамаш предстаёт перед нами в образе командира «орлов». На запястьях он носит похожие на часы предметы, закреплённые металлическими зажимами. Другие изображения «орлов» дают основания сделать вывод, что все командиры носили на руках такие предметы. Мы не знаем, были ли это просто украшения или они выполняли какую-то функцию. Тем не менее все учёные едины в одном — эти объекты представляли собой нечто вроде розетки, то есть расположенную по кругу группу лепестков, отходящих от центральной оси (рис. 86).

В древности розетка была самым распространённым украшением храмов Месопотамии, западной Азии, Анатолии, Кипра, Крита и Греции. Общепризнанно, что розетка как храмовый символ является стилизацией небесного явления — Солнца в окружении своих спутников. Тот факт, что древние астронавты носили этот символ на запястье, свидетельствует в пользу данной гипотезы.

Ассирийский рисунок Врат Ану в Небесной Обители (рис. 87) подтверждает, что древние были знакомы с такой системой небесных тел, как наше Солнце и планеты. По обе стороны ворот располагаются орлы, напоминая о том, что для того, чтобы достичь Небесной Обители, необходимо воспользоваться их услугами. Над аркой врат изображён шар с крыльями — символ верховного божества. Рядом с ним можно увидеть семь небесных тел и полумесяц, символизирующие (по нашему мнению) Ану в сопровождении Энлиля и Энки.

Где же находятся небесные тела, обозначенные этими символами? И где искать Небесную Обитель? Древний художник отвечает на эти вопросы ещё одним рисунком, на котором один большой небожитель отбрасывает лучи на одиннадцать окружающих его небесных тел меньшего размера. Это изображение Солнца, вокруг которого вращаются одиннадцать планет.

И это не единственное изображение Солнечной системы. Подтверждением тому могут служить многочисленные цилиндрические печати вроде той, которая хранится в Берлинском музее (рис. 88).

Если центральную фигуру божества или небесного тела увеличить, то можно рассмотреть, что это большая испускающая лучи звезда в окружении одиннадцати небесных тел — планет. Эти планеты, в свою очередь, опираются на цепочку из двадцати четырёх сфер меньшего размера. Можно ли считать простым совпадением тот факт, что количество «лун», или спутников, в нашей Солнечной системе (астрономы учитывают лишь небесные тела диаметром более десяти миль) тоже равняется двадцати четырём?

Но есть ли у нас основания утверждать, что на этих рисунках — с изображением Солнца и одиннадцати планет — представлена именно наша Солнечная система? Ведь астрономы утверждают, что система, в состав которой входит Земля, состоит из Солнца, Земли и Луны, Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера, Сатурна, Урана, Нептуна и Плутона. Получается всего десять планет (если считать и Луну).

Однако шумеры думали иначе. Они утверждали, что наша система состоит из Солнца и одиннадцати планет (считая Луну), настаивая, что, кроме известных нам на сегодняшний день небесных тел, в неё входит ещё одна планета — родная планета нефилим.

Мы будем называть её Двенадцатой Планетой.

Прежде чем проверить точность информации, оставленной нам шумерами, вкратце вспомним историю исследования Земли и окружающего её пространства.

Сегодня нам известно, что позади гигантских Юпитера и Сатурна — на незначительном по галактическим меркам, но огромном для человека расстоянии — находятся ещё две большие планеты (Уран и Нептун) и одна планета поменьше. Однако эти знания относительно новы. Уран был открыт при помощи усовершенствованных телескопов только в 1781 году. После пятидесяти лет наблюдений астрономы пришли к выводу, что на его орбиту оказывает влияние ещё одна планета. Эти математические расчёты позволили в 1846 году обнаружить неизвестную планету — Нептун. Затем, в конце девятнадцатого века, стало ясно, что и Нептун находится под воздействием стороннего гравитационного поля. Неужели в Солнечной системе есть ещё одна планета? Ответ на эту загадку был найден в 1930 году, когда астрономы впервые увидели Плутон.

В 1780 году и четыре столетия до этого люди были убеждены, что в Солнечной системе всего десять небесных тел: Солнце, Луна, Меркурий, Венера, Марс, Юпитер, Сатурн.

Открытие того факта, что Земля является лишь одной из нескольких планет гелиоцентрической (с Солнцем в центре) системы, наши учебники приписывают Николаю Копернику. Боясь гонений со стороны церкви, считавшей еретическими утверждения, что Земля не находится в центре Вселенной, Коперник решился опубликовать свой труд («De revolutionibus orbitum coelestium») только в 1543 году, уже находясь на смертном одре.

Пересмотреть устоявшиеся за много веков астрономические теории Коперника побудили, в первую очередь, потребности навигации и открытия Колумба (1492), Магеллана (1520) и других путешественников, доказавших, что наша Земля не плоская, а имеет сферическую форму. В своих исследованиях Коперник опирался на математические расчёты и искал ответы в трудах древних. Кардинал^Шон-берг, один из немногих деятелей церкви, поддерживавших Коперника, писал ему в 1536 году: «Я узнал, что вы изучили не только основы древних математических теорий, но и создали новую теорию… согласно которой наша Земля находится в движении, а центральное и, следовательно, главное положение занимает Солнце».

Господствующие в то время представления были основаны на верованиях греков и римлян, которые считали, что Земля плоская, а над ней расположен «свод» далёкого неба с неподвижными звёздами. Вокруг Земли на фоне усыпанных звёздами небес двигались планеты. Всего насчитывалось семь подвижных небесных тел, каждому из которых соответствовал день недели: Солнце, Луна, Марс, Меркурий, Юпитер, Венера и Сатурн (рис. 90).

В основе этой астрономической концепции лежали работы Птолемея, астронома и математика из египетского города Александрия, жившего во втором веке нашей эры. К числу его открытий относится вычисление круговых орбит, по которым Солнце, Луна и планеты движутся вокруг Земли. Взгляды Птолемея господствовали на протяжении более чем 1300 лет, пока Коперник не поставил в центр системы Солнце.

Одни исследователи называют Коперника «отцом современной астрономии», другие считают его исследователем, возродившим уже существовавшие теории. И действительно, он глубоко изучил труды греческих предшественников

Птолемея, таких, как Гиппарх и Аристарх Самосский. Последний ещё в третьем веке до нашей эры указал на то, что движения небесных тел лучше объясняются в том случае, если в центр системы поместить Солнце. За 2000 лет до Коперника греческие астрономы перечисляли планеты в порядке их удаления от Солнца, признавая таким образом, что в центре Солнечной системы располагается не Земля, а именно Солнце.

Гелиоцентрическая система была всего лишь повторно открыта Коперником. Интересно, что в 5000 году до нашей эры астрономы знали больше, чем в 500 и даже в 1500 году нашей эры.

И действительно, современные учёные затрудняются объяснить, почему древние греки, а вслед за ними и римляне считали Землю плоской, покоящейся на мрачных водах, под которыми лежал Гадес, или «ад», тогда как работы греческих астрономов более раннего периода свидетельствуют о том, что они знали о ложности этих представлений.

Гиппарх, живший на территории Малой Азии во втором веке до нашей эры, писал о «смене знаков солнцестояния и равноденствия», то есть о явлении, которое на языке современной науки называется прецессией. Однако это явление можно объяснить только в терминах «сферической астрономии», когда Земля в окружении других небесных тел представляется в виде сферы внутри сферического пространства.

Знал ли Гиппарх, что Земля является шаром, и производил ли он свои вычисления по правилам сферической астрономии? Не менее важен для нас и другой вопрос. Явление прецессии можно наблюдать, если во время весеннего равноденствия соотносить положение Солнца (так, как его видно с Земли) с зодиакальными созвездиями. Однако перемещение из одного зодиакального дома в другой занимает 2600 лет. Гиппарх никак не мог прожить достаточно долго, чтобы накопить необходимые для такого вывода данные. В таком случае откуда он черпал информацию?

Ещё один греческий математик и астроном, Евдокс из Книда, живший в Малой Азии за два века до Гиппарха, изобрёл макет небесной сферы, копия которой была установлена в Риме — как часть статуи Атласа, держащего на своих плечах мир. На сфере были размещены изображения зодиакальных созвездий. Но если Евдокс представлял небеса в виде сферы, то какое место по отношению к ней занимала Земля? Считал ли он, что небесный шар покоится на плоской Земле — в высшей степени странная конструкция — или он знал о сферической Земле, окружённой небесной сферой? (Рис. 91)

Оригиналы работ Евдокса не сохранились, но его идеи дошли до нас благодаря поэме Арата, который в третьем веке до нашей эры «перевёл» изложенные астрономом сухие факты на язык поэзии. В этом произведении (вероятно, с ним был знаком св. апостол Павел, поскольку цитировал отрывки из него) подробно описывались «движущиеся» созвездия, причём группировка звёзд в созвездия и их имена приписывались глубокой древности.

Кем же были эти «древние люди», которым Евдокс приписывал обозначение созвездий? Основываясь на содержащихся в поэме сведениях, современные астрономы пришли к выводу, что описание неба в ней соответствует картине, которую можно было наблюдать в Месопотамии приблизительно в 2200 году до нашей эры.

Гиппарх и Евдокс жили в Малой Азии, и поэтому вполне вероятно, что в своих работах они пользовались хеттскими источниками. Возможно, они даже посещали столицу хеттов и видели вырезанный в скалах барельеф с процессией богов, среди которых были существа с телом человека и головой быка, несущие шар, — этот образ вполне мог вдохновить Евдокса на создание Атласа, поддерживающего небесную сферу (рис. 92).

Может быть, греческие астрономы из Малой Азии были более информированными, чем их преемники, потому что они имели в своём распоряжении месопотамские источники?

И действительно, Гиппарх в своих работах подтверждает, что его исследования основываются на знаниях, собиравшихся и проверявшихся на протяжении нескольких тысячелетий. Своими учителями он называет «вавилонских астрономов из Эреха, Борсиппы и Вавилона». Гемин Родосский называет «халдеев» (жителей Древнего Вавилона) первыми, кто вычислил точную траекторию движения Луны. Историк Диодор Сицилийский в первом веке до нашей эры указывал на точность месопотамской астрономии; он шсал, что «халдеи дали названия планетам… в центре их jHCTeMbi находилось Солнце, величайший источник света, а планеты были его «отпрысками», отражавшими блеск и положение светила».

Таким образом, общепризнанным источником греческой астрономии считалась Халдея, и древние жители этой страны, вне всякого сомнения, обладали более обширными и точными знаниями, чем народы, пришедшие им на смену. В древности для многих поколений людей слово «халдей» было синонимом таких понятий, как «звездочёт» или астроном.

Господь, ведя речь о будущих поколениях, сказал Аврааму, который родился в Уре Халдейском: «Посмотри на небо и сосчитай звезды». В Ветхом Завете содержится масса астрономической информации. Иосиф сравнивает себя и своих братьев с двенадцатью небесными телами, а патриарх Иаков благословляет двенадцать своих наследников, сравнивая их с двенадцатью зодиакальными созвездиями. В Псалмах и Книге Иова многократно упоминаются небесные явления, зодиакальные созвездия и другие группы звёзд (например, Плеяды), говорится о знании Зодиака и научно обоснованном делении небесной сферы, а также приводится другая информация из области астрономии, известная на Ближнем Востоке задолго до Древней Греции.

Диапазон знаний, накопленных месопотамской астрономией, был чрезвычайно широк Даже то, что по прошествии нескольких тысяч лет удалось найти археологам, складывается в огромную массу текстов, надписей, оттисков печатей, барельефов, рисунков, списков небесных тел, предзнаменований, календарей, таблиц восхода и захода Солнца и планет, предсказаний времени затмения.

Многие более поздние тексты относились скорее к астрологии, чем к астрономии. Похоже, что небеса и движения планет очень занимали и могущественных царей, и храмовых жрецов, и простой народ; наблюдения за звёздами проводились с целью найти на небе ответ, который помог бы решить земные проблемы, такие, как война, мир, изобилие, голод.

Собрав и проанализировав сотни текстов первого тысячелетия до нашей эры, Р. К. Томпсон («The Reports of the Magicians and Astrologers of Nineveh and Babylon») показал, что «звездочёты» были озабочены судьбами страны, её народа и её правителя, а не будущим отдельных людей (как современная астрология гороскопов).

Затмения Луны, появление комет, сближение Юпитера и Венеры связывались с такими событиями, как войны, засухи, народные волнения и благоволение богов.

Но и астрология требовала обширных и точных астрономических знаний, без которых были невозможны предсказания. Жители Месопотамии, обладая такими знаниями, проводили различия между неподвижными звёздами и «блуждающими» планетами, а также знали, что Солнце и Луна не относились ни к звёздам, ни к планетам. Они имели представление о кометах, метеорах и небесных явлениях, а также могли вычислять относительное движение Солнца, Земли и Луны и предсказывать затмения. Они наблюдали за движением небесных тел, связывая его с движением Земли по орбите внутри Солнечной системы. Этот принцип используется до сих пор — восход и заход звёзд и планет на земном небосклоне соотносится с положением Солнца.

Для того чтобы отслеживать движение небесных тел и их положение в небе относительно Земли и друг друга, вавилоняне и ассирийцы пользовались точными астрономическими таблицами. В них приводились положения небесных тел в прошлом и предсказывались будущие. Профессор Джордж Сартон («Chaldean Astronomy of the Last Three Centuries В. С») выяснил, что таблицы рассчитывались двумя методами, более поздний из которых применялся в Вавилоне, а более древний в Уруке. Неожиданностью для учёного стало то, что метод, использовавшийся астрономами Урука, был сложнее и точнее более позднего вавилонского. Сартон объяснил эту удивительную ситуацию, придя к выводу о том, что ошибочные астрономические теории греков и римлян стали результатом сдвига в сторону философской системы, объяснявшей мир с позиций геометрии, в то время как жрецы-астрономы Халдеи следовали формулам и традициям Шумера.

Раскопки древних цивилизаций Месопотамии, проведённые за последние сто лет, не оставили сомнений в том, что наши знания астрономии — как и во многих других областях — зародились именно в этом регионе. В этой науке мы опираемся на наследие Шумера, развивая и совершенствуя его.

Выводы Сартона подтвердил профессор О. Нейгебауэр («Astronomical Cuneiform Texts»), который с удивлением пришёл к выводу, что отличавшиеся необыкновенной точностью астрономические таблицы основывались совсем не на наблюдениях вавилонских астрономов, которые составили их. Они были рассчитаны «при помощи неких жёстких арифметических формул… которые считались заданными и не подлежали изменению» астрономами, которые использовали их.

Такое автоматическое вычисление по «арифметическим формулам» было возможно благодаря «процедурным текстам», которые сопутствовали астрономическим таблицам и представляли собой «правила для пошагового расчёта эфемерид» в соответствии с некоей «строгой математической теорией». На основании этого Нейгебауэр пришёл к выводу, что вавилонские астрономы не знали теории, служившей основой для эфемерид и математических вычислений. Он также признал, что «эмпирические и теоретические основы» этих точных таблиц в большинстве своём неизвестны и современным учёным. Тем не менее он был убеждён, что древние астрономические теории «должны были существовать, поскольку без тщательно продуманного плана действий невозможно создать вычислительные схемы такой сложности».

Профессор Альфред Жеремиас («Handbuch der Altori-entalischen Geistkultur») пришёл к выводу, что месопотам-ские астрономы были знакомы с таким явлением, как беспорядочное, змеевидное искривление видимых с Земли траекторий планет, которое является следствием несовпадения орбитальной скорости Земли со скоростями других планет. Важность этого факта заключается не только в том, что это явление предполагает движение планет вокруг Солнца, но и в том, что его выявление и исчисление требовало достаточно длительного периода наблюдения.

Где же родились эти сложные теории и кому принадлежали наблюдения, положенные в их основу? Нейгебауэр указал, что «в процедурных текстах мы встречаем большое количество специальных терминов, не только смысл, но и само произношение которых совершенно неизвестно». Некто, живший задолго до вавилонян, обладал знаниями в области астрономии и математики, намного превосходящими науку более поздних цивилизаций Вавилона, Ассирии, Египта, Греции и Рима.

Значительное место в астрономии ассирийцев и вавилонян занимало точное ведение календаря. Подобно современному иудейскому календарю, это был солнечно-лунный календарь, в котором солнечный год из 365 дней совмещался (это называется интеркаляцией) с лунными месяцами продолжительностью 30 дней. Календарь играл важную роль в торговле и других земных делах, но точность требовалась в основном для определения момента наступления Нового года, а также других религиозных праздников.

Чтобы измерять и коррелировать сложное движение Солнца, Земли, Луны и планет, астрономы-жрецы из Месопотамии обращались к сложной сферической астрономии. Земля в ней представлялась в виде шара с полюсами и экватором, а небесная сфера тоже была разделена воображаемым экватором и проходящей через полюса осью. Движение небесных тел соотносилось с эклиптикой, то есть проекцией плоскости земной орбиты на небесную сферу, а также с равноденствиями (точками и моментами времени, когда Солнце во время видимого ежегодного перемещения с севера на юг и обратно пересекает небесный экватор) и солцестояниями (точками и моментами времени, когда Солнце во время видимого ежегодного перемещения вдоль эклиптики дальше всего отклоняется к северу и югу).

Однако изобрели календарь и хитроумные методы его составления вовсе не вавилоняне и ассирийцы. Их календари, как и наш с вами, имеют шумерское происхождение. Именно там учёные нашли использовавшийся ещё в глубокой древности календарь, который стал основой всех более поздних календарей. Главным в Шумере считался календарь Ниппура, культового центра и священной обители Энлиля. Современный календарь создан по образцу нип-пурского.

Шумеры считали, что новый год начинается в момент прохождения Солнцем точки весеннего равноденствия. Профессор Стивен Лэнгдон («Tablets from the Archives of Drehem») обнаружил, что записи правителя города Ур по имени Дунги, жившего примерно в 2400 году до нашей эры, свидетельствуют о том, что при составлении ниппур-ского календаря выделялось определённое небесное тело, по расположению которого относительно точки захода Солнца можно было определить точный момент наступления нового года. Так, пишет правитель, делалось «за две тысячи лет до эры Дунги», то есть начиная приблизительно с 4400 года до нашей эры!

Возможно ли, чтобы шумеры, не обладая необходимыми инструментами и приборами, тем не менее были знакомы со сложными астрономическими и математическими методами, необходимыми для сферической астрономии и геометрии? Шумерский язык даёт положительный ответ на этот вопрос.

У шумеров был термин — ДУБ — для обозначения (в астрономии) ЗбО-градусной «окружности мира», то есть небесной дуги. В астрономических и математических расчётах они пользовались понятием АН.УР — воображаемого «небесного горизонта», относительно которого определялся восход и заход небесных тел. Перпендикулярно к этому горизонту воображаемая вертикальная линия НУ.БУСАРДА; с её помощью древние астрономы определяли точку зенита, называвшуюся АН.ПА. Кроме того, они имели представление о линиях, которые в современной науке называются меридианами, а также о линиях долготы, которые они называли «срединными линиями небес». Так, например, линия долготы, соответствовавшая летнему солнцестоянию на территории Шумера, называлась АН.БИЛ («огненная точка небес»).

Аккадские, хурритские, хеттские и другие литературные произведения Древнего Ближнего Востока, будучи переводами шумерских оригиналов, полны заимствований из шумерского языка, имеющих отношение к небесным телам и явлениям. Вавилонские и ассирийские учёные, которые составляли астрономические таблицы или вычисляли траектории планет, часто указывали, что они лишь копируют или переводят шумерские оригиналы. 25 тысяч глиняных табличек со сведениями по астрономии и астрологии, которые по преданию хранились в библиотеке Ашурбанипала в Ниневии, содержали множество ссылок на шумерские источники.

По свидетельству писцов, главный астрономический трактат, который вавилоняне называли «День Бога», был скопирован с шумерской таблички, написанной в эпоху Саргона Аккадского, то есть в третьем тысячелетии до нашей эры. Табличка, датируемая временами третьей династии Ура, — тоже третье тысячелетие до нашей эры — содержит такое точное описание небесных тел, что современные учёные без труда узнали в этом тексте классификацию созвездий, в число которых входили Большая Медведица, Дракон, Лира, Лебедь, Цефей и Треугольник Северного полушария неба, Орион, Большой Пёс, Гидра, Ворон и Центавр, наблюдаемые в Южном полушарии, а также знакомые зодиакальные созвездия центральной области неба.

В Древней Месопотамии секреты науки о небе охранялись, изучались и передавались из поколения в поколение астрономами-жрецами. Возможно, не случайно, что трое учёных, которым приписывают заслугу возвращения забытой халдейской науки, принадлежат к ордену монахов-иезуитов. Это Джозеф Эппинг, Иоганн Страссман и Франц К. Куглер. Куглер в своём главном труде («Sternkunde und Sterndienst in Babel») проанализировал, расшифровал и объяснил огромное количество текстов и списков. В одном случае он при помощи математических преобразований «повернул небеса вспять» и показал, что перечень тридцати трёх небесных тел в небе Вавилона в 1800 году до нашей эры в точности соответствует современной группировке звёзд в созвездия.

После кропотливой работы по выявлению истинных групп (в отличие от более мелких подгрупп) звёзд астрономическое сообщество приняло (в 1925 году) единые правила, в соответствии с которыми наблюдаемое с земли небо делится на три области — северную, центральную и южную, а звезды образуют восемьдесят восемь созвездий. Выяснилось, что в такой структуре нет ничего нового, поскольку ещё шумеры делили небесный свод на три «пути» — северный «путь Энлиля», южный «путь Эа» и центральный «путь Ану». В каждом из этих «путей» располагались определённые созвездия. Современная центральная область неба, в которой расположены двенадцать зодиакальных созвездий, в точности соответствует «пути Ану», на котором шумеры тоже группировали звезды в двенадцать созвездий.

В древности, как и сегодня, такое деление было связано с понятием Зодиака. Орбита Земли вокруг Солнца была разделена на двенадцать равных частей по тридцать угловых градусов. Звезды, наблюдаемые в каждом из этих сегментов, или «домов», группировались в созвездие, которому присваивалось имя — в соответствии с тем, на что была похожа данная группа звёзд.

Поскольку наименования созвездий, их частей и отдельных звёзд западная цивилизация унаследовала из древнегреческой мифологии, мы на протяжении двух тысячелетий приписывали их открытие именно грекам. Однако теперь доподлинно известно, что первые греческие астрономы просто включили в свой язык и мифологию уже готовую астрономию, позаимствованную у шумеров. Выше уже упоминалось о том, откуда черпали свои знания Гиппарх, Евдокс и другие. Даже величайший древнегреческий астроном Фалес, предсказавший солнечное затмение 28 мая 585 года до нашей эры, которое остановило войну между Лидией и Мидией, признавал, что источники его знаний имели досемитское месопотамское происхождение, а именно, шумерское.

Слово «зодиак» происходит от греческого «зодиакос кик-лос» («круг животных»), поскольку форму звёздных групп связывали с изображениями льва, рыб и так далее. Но даже эти воображаемые очертания и названия на самом деле были позаимствованы у шумеров, которые называли группу зодиакальных созвездий УЛ.ХЕ («сияющее стадо»):

1. ГУ.АН.НА («небесный бык») — Телец

2. МАШ.ТАБ.БА («близнецы») — Близнецы

3. ДУБ («клешни», «щипцы») — Рак

4. УР.ГУЛА («лев») — Лев

5. АБ.СИН («её отцом был Син») — Дева

6. ЗИ.БААН.НА («небесная судьба») — Весы

7. ГИР.ТАБ («тот, кто режет клешнями») — Скорпион

8. ПАБИЛ («защитник») — Стрелец

9. СУХУР.МАШ («рыба-козел») — Козерог

10. ГУ («хозяин вод») — Водолей

11. СИМ.МАХ («рыбы») — Рыбы

12. КУ.МАЛ («обитающий в полях») — Овен

Изображения знаков Зодиака и их названия за прошедшие несколько тысяч лет практически не изменились (рис. 93).

До изобретения телескопа европейские астрономы придерживались классификации Птолемея, согласно которой в Северном полушарии различали лишь девятнадцать созвездий. В 1925 году, когда была принята современная классификация, на шумерском «пути Энлиля» расположились двадцать восемь созвездий. Теперь у нас уже вряд ли вызовет удивление тот факт, что древние шумеры, в отличие от Птолемея, идентифицировали и дали название всем созвездиям северной части неба!

Из всех небесных тел на «пути Энлиля» двенадцать считались принадлежащими Энлилю — аналогично двенадцати зодиакальным созвездиям на «пути Ану». Точно так же в южной области небесного свода — «пути Эа» — выделялись двенадцать созвездий, принадлежавших богу Эа. Помимо этих главных созвездий Эа в южном небе древние шумеры различали ещё несколько групп звёзд, хотя и не так много, как современные астрономы.

«Путь Эа» создал серьёзные проблемы для ассириологов, которые поставили перед собой неимоверно сложную задачу: воссоздать древнюю астрономию не только в современных терминах, но и с учётом того, как небесный свод выглядел много столетий и тысячелетий назад. Наблюдая за Южным полушарием неба с территории Ассирии или Вавилона, месопотамские астрономы видели лишь чуть больше его половины; остальная часть была скрыта за линией горизонта. Тем не менее некоторые созвездия «пути Эа» — если их правильно идентифицировали — должны были располагаться именно в невидимой части. Существовала ещё одна, более серьёзная проблема: если, как предполагали учёные, жители Месопотамии (а вслед за ними и древние греки) верили, что Земля представляет собой массу суши, висящую над мраком преисподней (греческий Гадес) — то есть плоский диск с полусферой небес, — то Южного полушария неба не должно было быть вообще.

Ограниченные предположением, что месопотамские астрономы считали Землю плоской, современные учёные не позволяли себе в своих умозаключениях пересечь линию небесного экватора, отделяющую Северное полушарие неба от Южного. Факты, однако, свидетельствовали о том, что три шумерских «пути» охватывали всю небесную сферу круглой, а не плоской Земли.

В 1900 году Т. Дж. Пинчес в своём выступлении на собрании Королевского общества востоковедения сообщил, что готов реконструировать и воссоздать полную месопо-тамскую астролябию. Он показал, что это диск, разделённый подобно пирогу на двенадцать сегментов и три концентрических кольца, в результате чего образуются тридцать шесть областей. Вся конструкция представляла собой розетку с двенадцатью «лепестками», каждый из которых именовался в соответствии с определённым месяцем года. Пинчес для удобства обозначил их цифрами от I до XII, начиная с нисанну, первого месяца месопотамского календаря (рис. 94).

У каждой из тридцати шести областей было своё название, радом с которым располагался кружок, указывающий, что это наименование небесного тела. Эти имена встречаются в многочисленных текстах и астрономических таблицах и, вне всякого сомнения, являются названиями созвездий, звёзд или планет.

Каждой из тридцати шести областей также был присвоен номер, располагавшийся ниже названия небесного тела. Во внутреннем кольце эти номера находились в диапазоне от 30 до 60, в центральном кольце — от 60 (записывалось как «1») до 120 (в шестидесятиричной системе это «2», поскольку 60 х 2 = 120), а во внешнем кольце — от 120 до 240. Что же означали эти номера?

Херез пятьдесят лет после сообщения Пинчеса астроном и ассириолог Нейгенбауэр («A History of Ancient Astronomy: Problems and Methods») смог добавить лишь следующее: «Весь рисунок, по всей видимости, представляет собой схематичную карту звёздного неба… в каждой из тридцати шести областей мы находим название созвездия и простые номера, смысл которых нам остаётся неясен». Размышляя о закономерности увеличения и уменьшения соответствующих небесным телам номеров, один из ведущих специалистов в этой области, Б. Л. Ван дер Верден («Babylonian Astronomy: The Thirty-Six Stars»), высказал предположение, что «цифры имеют какое-то отношение к долготе дня».

Мы убеждены, что эту загадку можно разрешить, лишь отказавшись от предположения, что месопотамские астрономы представляли себе Землю плоской, а также признав, что их астрономические знания были не менее глубокими, чем у нас, — не потому, что они обладали более совершенными приборами и инструментами, а потому, что источником их информации были нефилим.

На наш взгляд, загадочные номера представляют собой градусы небесной дуги, причём за точку отсчёта был принят Северный полюс, а астролябия — это планисфера, то есть проекция небесной сферы на плоскость.

Соответствующие небесным объектам числа возрастают и убывают, но для «пути Энлиля» их сумма в противоположных сегментах (нисанну — 50, ташриту — 40) составляет 90, для «пути Ану» 180, а для «пути Эа» ЗбО (нисанну — 200, ташриту — 160). Эти цифры настолько знакомы, что в их интерпретации трудно ошибиться. Это части полной небесной дуги: четверть (90 градусов), половина (180 градусов) и целая (ЗбО градусов).

Числа, присвоенные шумерами «пути Энлиля», разбиты на пары таким образом, чтобы показать, что эта часть северного неба простирается на 60 градусов от Северного полюса и ограничивается «путём Ану» в 30 градусах от экватора. «Путь Ану» занимает центральную часть, захватывая область в 30 градусов к северу и югу от экватора. Ещё дальше на юг лежит «путь Эа» — часть небесной сферы, располагающейся между 30 градусом южной широты и Южным полюсом (рис. 95).

A. «Путь Ану» — область неба, в которой расположены

Солнце, планеты и зодиакальные созвездия

B. «Путь Энлиля» — северное небо

C. «Путь Эа» — южное небо

Номера в сегментах «пути Эа» в сумме составляют 180 лишь для месяцев аддару (февраль — март) и улулу (август — сентябрь). Единственная точка, расположенная в 180 градусах от Северного полюса — независимо от того, в каком направлении двигаться, — это Южный полюс. Это утверждение справедливо только для сферы.

Явление прецессии вызывается колебаниями земной оси, проходящей с севера на юг. В результате Северный полюс (указывающий на Полярную звезду) и Южный полюс описывают окружности. Видимое замедление движения Земли относительно созвездий составляет примерно пятьдесят дуговых градусов в год, или один градус за семьдесят два года. Таким образом, полный цикл (время, за которое Северный полюс земли опишет круг и снова начнёт указывать на Полярную звезду) равняется 25 920 годам (72 х 360). Этот цикл астрономы называют Великим Годом или Годом Платона (по всей вероятности, Платон тоже знал об этом явлении).

В древности огромное значение придавалось восходу и заходу различных звёзд, а также точному определению момента весеннего равноденствия (которое считалось началом нового года), причём эти события связывались с зодиакальным домом, в котором они происходили. Из-за явления прецессии весеннее равноденствие и другие небесные явления с каждым годом наступали чуть позже, в результате чего каждые 2160 лет происходит смещение на один дом Зодиака. Современные астрономы продолжают пользоваться понятием «нулевой точки» («первой точки Овна»), которая указывала на весеннее равноденствие приблизительно в 900 году до нашей эры, но к настоящему времени эта точка переместилась в дом Рыб. Примерно в 2100 году нашей эры точка весеннего равноденствия сместится в дом Водолея. Именно это имеется в виду, когда речь идёт о наступлении Эры Водолея (рис. 96).

Поскольку смещение от одного зодиакального дома к другому занимает более двух тысяч лет, учёные недоумевали, откуда Гиппарх во втором веке до нашей эры мог знать о явлении прецессии. Теперь нам доподлинно известно, что он пользовался шумерскими источниками. Открытия профессора Лэнгдона показали, что ниппурский календарь, введённый примерно в 4400 году до нашей эры, то есть в Эру Тельца, отражает сведения о прецессии и сдвиге зодиакальных домов, имевших место за 2160 лет до этого! Профессор Жеремиас, сравнивавший месопотамське и хеттские астрономические тексты, также придерживался мнения, что более древние источники фиксируют переход от дома Тельца к дому Овна. Кроме того, онпришел к выводу, что месопотамские астрономы предвидели и предсказали следующий переход от дома Овна к дому Рыб.

Соглашаясь с этими выводами, профессор Уильям Хартнер («The Earliest History of the Constellations in the Near East») предположил, что шумеры должны были оставить многочисленные изображения такого важного события, как переход от одного зодиакального дома к другому. В эпоху, когда весеннее равноденствие приходилось на зодиакальный дом Тельца, точка летнего солнцестояния располагалась в доме Льва. Хартнер обратил внимание на часто повторяющийся в древнейших шумерских рисунках мотив «битвы» быка со львом и выдвинул гипотезу, что этот мотив является отражением взаимного расположения созвездий Тельца и Льва — так, как их можно было наблюдать с тридцатого градуса северной широты (где находился и Ур) примерно в 4000 году до нашей эры (рис. 97).

Большинство учёных считают, что выделение шумерами созвездия Тельца как первого созвездия в зодиакальном ряду свидетельствует не только о древности Зодиака — предположительно, этот термин появился около 4000 года до нашей эры, — но и указывает на время внезапного возникновения шумерской цивилизации. Профессор Же-ремиас («The Old testament in the Light of the Ancient East») привёл доказательства того, что шумерская зодиакально-хронологическая «точка нуля» находилась строго посередине между Тельцом и Близнецами; исходя из этих и других данных, он пришёл к выводу, что Зодиак был изобретён в Эру Близнецов — то есть ещё до зарождения шумерской цивилизации. На шумерской табличке из Берлинского музея (VAT7847) список зодиакальных созвездий открывается созвездием Льва, унося нас в прошлое за 11 тысяч лет до нашей эры, когда человек ещё только начал обрабатывать землю.

Профессор X. В. Хилпрехт («The Babylonian Expedition of the University of Pensylvania») пошёл ещё дальше. Исследуя тысячи табличек с математическими расчётами, он пришёл к заключению, что «в основе всех таблиц умножения и деления из храмовых библиотек Ниппура и Сиппара, а также из библиотеки Ашурбанипала [в Ниневии] лежит число 12 960 000». Проанализировав это число и его возможное значение, Хилпрехт сделал вывод, что его можно связать только с явлением прецессии и что шумеры знали о существовании Великого Года продолжительностью 25 тысяч 920 земных лет.

Для такой глубокой древности эти знания выглядят просто фантастическими.

Совершенно очевидно, что знания в области астрономии шумерские звездочёты не могли приобрести самостоятельно; кроме того, большая часть известных шумерам научных сведений не имела для них никакого практического значения.

Это касается не только чрезвычайно сложных астрономических методов — кому, например, в Древнем Шумере требовалось точно знать расположение небесного экватора? — но и различных текстов, в которых указывается расстояние между звёздами.

В одном из таких текстов, известном под номером АО.6478, приводится перечень из двадцати шести созвездий, располагающихся вдоль линии, которую мы называем тропиком Рака, а также расстояния между ними, измеренные тремя различными способами. В тексте впервые встречается такая единица межзвёздного расстояния, как «мана шукулту» («измеренная и взвешенная»). Считается, что это название прибора, в котором время измерялось путём взвешивания вытекающей воды. Такое устройство вполне пригодно для измерения межзвёздного расстояния — в терминах времени.

Во втором столбце расстояния измерены в градусах небесной дуги. Полные сутки (день и ночь) делились на двенадцать двойных часов. Небесная дуга состояла из 360 градусов. Таким образом, на один «беру», или двойной час, приходилось 30 дуговых градусов. При этом способе течение времени на Земле служило мерой для определения расстояния между небесными телами.

Третий метод измерения назывался «беру ина шейм» («длина на небесах»). Ф. Тюро-Данжен («Distances entre Etoi-les Fixes») показал, что первые два метода являлись косвенными, основываясь на других природных явлениях, тогда как третий позволял получить абсолютные величины. Учёный и его единомышленники полагают, что «небесный беру» равнялся 10 692 метрам (11 693 ярдам). В вышеупомянутом тексте «длина на небесах» между двадцатью шестью звёздами вычислялась путём сложения с 655 200 «беру, протянувшимися в небе».

Существование трёх различных методов измерения межзвёздных расстояний свидетельствует о необычайной важности этого вопроса. Но кому из населявших Древний Шумер мужчин и женщин могли понадобиться такие знания и кто из них был способен изобрести подобные методы? Единственный правдоподобный ответ на эти вопросы выглядит так такими знаниями обладали нефилим, и именно им требовались эти точные расчёты.

Спустившиеся с небес нефилим, способные совершать полёты в космос и летать в атмосфере Земли, были единственными, кто мог даровать человеку знания в области астрономии, которые накапливались на протяжении тысячелетий, а также сложные методы и математические теории, востребованные астрономической наукой. Только у них была потребность научить писцов кропотливо переписывать таблицу за таблицей, в которых содержались сведения о расстоянии между небесными телами, о звёздах и созвездиях, гелиакальных восходах и заходах, а также сложный солнечно-лунный календарь и другие удивительные сведения о Земле и Небе.

На этом фоне уже выглядит нелогичным предположение, что астрономы Месопотамии, обучаемые и направляемые нефилим, не знали о планетах Солнечной системы дальше Сатурна — Уране, Нептуне и Плутоне. Неужели их знания о ближайшем окружении Земли, то есть о Солнечной системе, были менее полными, чем знания о далёких звёздах, об их взаимном расположении и расстоянии между ними?

Сведения в области астрономии приводятся в сотнях подробнейших текстов, содержащих списки небесных тел, расположенных в соответствии с их местом на небе, по ассоциации с тем или иным богом или месяцем, а также землями или созвездиями. Один из таких текстов, проанализированный Эрнстом Ф. Вейднером («Handbuch der Baby-lonischen Astronomie»), получил название «Большая таблица звёзд». В нём в пяти колонках перечислены десятки небесных тел, и для каждого указана связь с другими небесными объектами, с месяцами года, странами и божествами. В другом тексте приводятся главные звезды зодиакальных созвездий. Документ под номером В.М.86378 (в неповреждённой части) содержит список из семидесяти одного небесного объекта — в соответствии с их местоположением на небесной сфере. И так далее, и так далее.

Попытки учёных разобраться в этом огромном количестве текстов и особенно идентифицировать планеты нашей Солнечной системы приводили к противоречивым результатам. Теперь мы понимаем, что все их усилия были обречены на провал, поскольку они руководствовались ошибочным допущением. По предположениям исследователей, шумеры и их преемники не знали, что Солнечная система является гелиоцентрической, что Земля — это всего лишь одна из планет и что за Сатурном есть другие планеты.

Игнорируя вероятность того, что некоторые имена в списках звёзд могут относиться к самой Земле, и пытаясь применить огромное число имён и эпитетов только к пяти планетам, которые, по их мнению, были известны шумерам, учёные приходили к противоречивым выводам. Некоторые исследователи даже предположили, что виноваты в этой путанице не они, а сами шумеры — утверждалось, что по какой-то неизвестной причине халдеи постоянно меняли названия пяти «известных» планет.