III и IV династии

III и IV династии

Первым выдающимся правителем III династии, заложившим основы государственности Древнего царства – самой блестящей, по мнению самих египтян, эпохи их истории, – был Джосер (ок. нач. XXVIII в. до н. э.). При нем местопребывание двора и царский некрополь окончательно перемещаются в Мемфис. На усиление царской власти при Джосере указывает введенный им титул, свидетельствовавший о том, что тело царя, подобно плоти богов, сотворено из золота (так называемое золотое имя: у Джосера – «Солнце в золоте»). Этот титул (как и Хорово имя Джосера Нечерихем – «Божественный плотью») означал, что царь уже не просто сопоставлялся с некоторыми богами, а признавался равным им.

Гробница Джосера была сооружена в районе Саккара его придворным архитектором и главным советником Имхотепом. Цари первых династий уже возводили в этом месте к западу от Мемфиса свои погребения, однако гробница Джосера превосходила любое из них. Она была возведена из известняка и представляла собой первую в истории Египта пирамиду, пока еще ступенчатой формы, состоявшую как бы из шести мастаб, поставленных одна на другую, и достигшую в высоту 60 м. Вокруг пирамиды Джосера был возведен целый комплекс культовых построек, редких по своей простоте и изяществу.

Имхотеп был не только талантливым архитектором, но и разносторонним ученым и опытным государственным деятелем. В частности, его усилия смягчили последствия семилетней засухи, постигшей Египет при Джосере, и, по-видимому, именно при его участии в царствование Джосера был введен календарь, основанный на отсчете нового года от дня появления на предрассветном горизонте звезды Сириус – 19 июля. Установив таким образом день нового года в восемнадцатый год царствования Джосера (ок. 2781 г. до н. э.), египтяне отсчитывали в дальнейшем от этого дня по 365 дней. Благодаря своей мудрости Имхотеп стал впоследствии одной из самых известных фигур египетской истории и даже был обожествлен (в I тыс. до н. э. древние греки сопоставляли с ним своего бога врачевания Асклепия).

Об истории Египта в период правления III династии после Джосера ввиду скудости письменных данных известно очень мало. Судя по всему, при преемниках Джосера завершилось формирование отлаженного и жестко подчиненного царской власти аппарата централизованного государства. Цари III династии, вслед за Джосером, воздвигают к западу от Мемфиса свои пирамиды, то ступенчатой, то почти правильной геометрической формы. Прекращаются церемонии «следования Хора», и ни о какой самостоятельности прежних государств додинастического периода – номов – речи уже не идет. Номархи превратились хотя и в высокопоставленных, но полностью зависимых от царя чиновников, которые могли на протяжении своей карьеры побывать наместниками нескольких номов в разных частях Египта.

Джосер

Пирамида Джосера в Саккара

Как показывает жизнеописание чиновника конца III – начала IV династии Мечена, записанное на стенах его гробницы, важной частью обязанностей номарха было увеличение числа принадлежащих государству хозяйственных угодий (так называемых дворов и селений). Чтобы создавать новые угодья, Мечен, в частности, покупал землю у независимых от государства сельских общин. На Древнем Востоке главным условием существования общины было наличие у нее достаточного для пропитания своих членов массива земли в полной собственности. Поэтому, продавая участки своей земли, община подрывала, если не полностью разрушала, собственные устои. Членам общин, и так находившимся под государственным контролем (видимо, об этом говорит их обозначение в надписи Мечена термином «несутиу» – «царевы [люди]»), после утраты своих земельных участков оставалось только влиться в число полностью зависимых от государства работников его хозяйств. То, что общины в принципе шли на такие сделки, свидетельствует о давлении на них государства, по-видимому, целенаправленно стремившегося к их полной ликвидации.

Принадлежность к общине накладывала на человека ряд священных в понимании того времени обязательств перед ней, и для государства была крайне нежелательна ситуация, при которой эти обязанности могли бы вступить в противоречие с долгом этого человека как подданного. Наиболее радикальным способом устранения самой возможности таких противоречий была ликвидация общины. Тем самым работа человека в государственном хозяйстве (на поле или в мастерской) или чиновничья служба превращалась в единственный признак, определявший его положение в обществе. Прямых указаний на то, что египетское государство проводило в начале Древнего царства подобную политику, в источниках нет, однако такой вывод можно сделать, приняв во внимание всю совокупность имеющихся данных и по аналогиям из истории других стран Древнего Востока (например, Месопотамии эпохи Аккадской династии или Китая I тыс. до н. э.). При этом очень раннее объединение долины и Дельты Нила под властью государства, мощь которого усиливалась узостью его естественных границ, сделало возможной, по-видимому, полную ликвидацию в Египте сельской общины (кроме жизнеописания Мечена, у нас вообще нет сведений о ее существовании).

Период правления IV династии начинается с царствования Снофру (рубеж XXVII–XXVI вв. до н. э.). Он запомнился египтянам как мудрый и добрый правитель. Снофру воевал в Нубии и на Синайском полуострове, где в районе современного Вади-Магхара сохранились рельефные изображения, прославляющие его победы. При III–IV династиях египтяне вообще стремились прочно подчинить этот район, богатый месторождениями меди, причем позднее его местным божеством стал считаться как раз Снофру. На восточной границе Дельты он создал систему укреплений – «Дом Снофру». Снофру долго выбирал место своего погребения и построил целых три пирамиды: одну, возможно начатую еще его предшественником Хуни, в современном Медуме и две собственные пирамиды в современном Дахшуре (грани одной из них изломлены под углом посередине; вторая же имеет совершенно правильную геометрическую форму).

Существенно, что Хорово имя и имя «Обеих Владычиц» у Снофру звучат как «Небмаат» – «Владыка маат». Маат (досл. «правда, праведность» в противоположность «злу, лжи» – исефет) – это фундаментальное мировоззренческое понятие египтян, обозначающее состояние гармонии и равновесия природных сил и явлений и в отношениях между людьми. Важнейшим условием поддержания этой гармонии во всем мироздании египтяне считали служение богам на созданной ими якобы специально для этого земле Египта. Согласно их верованиям, при прекращении в египетских храмах ритуала боги не только перестают приходить на помощь людям в Египте и во всем мире, но и неупорядоченностью действия своих собственных космических сил начинают вредить самим себе и друг другу; Египет и мир впадают при этом в так называемое время болезни.

Ритуал в каждом египетском храме совершался от имени царя, а теоретически – им лично. На всех памятниках царь изображался приносящим жертвы и совершающим ритуальные действия перед богами. Эти действия приносили результат, поскольку царь, подобно богам, был наделен способностью адекватно постигать взаимосвязи явлений мира, составляющие маат, и, стало быть, совершать соответствующие ей действия – «творить маат». Собственно говоря, благодаря этой способности власть царя и являлась божественной, а его особа была объектом культа.

Считалось, что максимальной эта способность царя была в момент вступления на престол, по мере его старения она ослабевала, а в мире накапливались явления, противоположные маат и соответствующие исефет. Однако восстановлению способности царя творить маат содействовал обряд хеб-седа (обычно 30-летний юбилей правления царя, хотя реально этот обряд мог совершаться и раньше). Понятно, что своего минимума данная способность достигала у царя в глубокой старости, и на этом этапе к торжеству маат мир должен был вернуться лишь благодаря вступлению на престол после его смерти нового царя.

Принятые Снофру титулы можно считать первым в египетской традиции четким свидетельством существования этих представлений о царе и его роли в мироздании. Не случайно в дальнейшем Снофру воспринимался как идеальный правитель, способность которого к творению маат была неоспорима.

Именно строительство грандиозных пирамид становится главным делом Египетского государства при нескольких преемниках Снофру. Первый из них, Хуфу (гр. Хеопс), возвел в районе современной Гизы (теперь западная часть Каира) самую грандиозную из египетских пирамид высотой около 147 м. Пирамида его сына Хафра (Хефрена), выстроенная там же, чуть ниже – 143 м, но зрительно кажется выше благодаря своему положению на возвышенном месте. Наконец, последняя из пирамид Гизы, возведенная сыном Хафра Менкаура (Микерином), достигает всего лишь 66 м. Эти пирамиды строились из известняка и облицовывались гранитными плитами, сохранившимися сейчас лишь на вершине пирамиды Хафра; вблизи них возводились малые пирамиды родичей царей и гробницы вельмож. Согласно Геродоту, к их строительству привлекалось в порядке повинности все население Египта; скорее всего подобным же образом возводились и погребения царей III династии, однако ясно, что именно строительство «великих пирамид» в Гизе потребовало особенной концентрации труда и напряжения ресурсов страны.

Правление IV династии было временем максимальной централизации Египетского государства под властью царя. По преданию, Хуфу и Хафра закрыли все египетские храмы и вели себя высокомерно по отношению к богам. Возможно, эти сведения косвенно отражают произошедшие при этих царях изменения в религиозной жизни – введение нового общегосударственного культа верховного бога солнца Ра. Похоже, что Хуфу отождествлял себя с этим богом; его преемники стали принимать особый титул «сын Ра» и имена, включавшие имя бога солнца (например, Хафра – «Воссиевает он, Ра»).

Царь Хуфу

Хафра

Вероятно, в это время сложилось представление об уникальном статусе «царя Верхнего и Нижнего Египта» и о его рождении от бога – высшего правителя мира, также наделенного царским статусом, и избранной богом смертной женщины – его матери. Эта идея стала главной в системе обоснования царской власти; представления о связи царя и бога Хора отошли на второй план. Именно титул «царь Верхнего и Нижнего Египта», употреблявшийся и по отношению к верховному божеству, стал основным обозначением власти египетского царя. Укоренившееся в нашей терминологии обозначение «фараон» (др.-евр., от егип. пер-аа – «Великий дом», т. е. дворец – иносказание, позволяющее обойтись без упоминания его имени и титулов) появляется только в середине II тыс. до н. э. и становится особенно употребительным в I тыс. до н. э.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.