Черная Африка встречается с древней Мексикой

Черная Африка встречается с древней Мексикой

Сторонники давних доколумбовых контактов чернокожих обитателей Африканского континента с Америкой в своих гипотетических построениях особенно часто обращаются к Мексике. Правда, число ученых, отстаивающих идею о подобного рода контактах, остается до сего дня незначительным. Объяснить это можно следующим образом. Во-первых, как уже говорилось, исследование доколониального прошлого африканских народов по-настоящему еще только начинается; весьма далекими от окончательного решения остаются многие, даже кардинальные проблемы. Во-вторых, в ученых кругах широко распространено мнение о том, что жители Черного континента, обитавшие к югу от Сахары, всегда были сухопутными людьми, неспособными совершать далекие океанские плавания. И наконец, в-третьих, не приходится сбрасывать со счетов и популярные до сих пор в исторической науке стран Запада европоцентрические взгляды, согласно которым негритянским племенам и народам от природы не дано быть искусными мореходами и строителями процветающих государств.

Ученые приводят различные доказательства существования давних трансатлантических связей двух континентов.

Это и данные ботанической науки — растения, характерные для одного региона и найденные на территории другого (хлопок, тыква-горлянка, табак, маис и др.), и материалы физической антропологии, из которых следует, что у скелетов американских индейцев доиспанской эпохи были обнаружены негроидные черты. Говорится также о произведениях древнемексиканского искусства, изображающих людей с явно негроидным типом лица. Наконец, последнее, что оправдывает появление гипотез о проникновении африканцев в Новый Свет в доколумбовы времена, — это свидетельства письменных источников о далеких походах негритянских флотилий в голубые просторы Атлантики. Причем считается, что интенсивные мексикано-африканские контакты начались в эпоху ольмекской культуры (1500–1000 годы до н. э.) и продолжались до XIV столетия.

Не имея возможности подробно разбирать все существующие в науке гипотезы подобного рода, я остановлюсь лишь на некоторых из них, наиболее значительных и оригинальных.

Первым, кто в полном объеме открыл африканскую тему при рассмотрении проблемы доколумбовых связей Старого и Нового Света, был профессор-филолог из Гарвардского университета (США) Л.Винер. В 1920–1923 годах он выпустил солидный трехтомник "Африка и открытие Америки", где попытался на основе свидетельств древних письменных источников доказать существование непрерывного и длительного воздействия Черного континента на происхождение и развитие доколумбовых культур американских индейцев [114].

Позднее, в 1930 году, француз Ж.Кювье утверждал в своей книге "Берберы в Америке", что обитатели этой североафриканской области не раз пересекали Атлантику и оказали заметное влияние на аборигенов Нового Света. Доказательством этому служили "совпадения" в названиях народов и местностей: например, племена липи из Боливии и древние ливийцы; мозгу из Сахары и американские мускоги, моки, москито, мохо, мошка и т. д.

Со своей стороны, американец Р.Харрис (1936 год) утверждал, что географические названия в районе побережья Мексиканского залива и на Антильских островах полностью совпадают с североафриканскими. Однако эти лингвистические манипуляции лишены научности. Языки древних индейцев по грамматическому строю и лексике абсолютно не похожи ни на индоевропейские, ни на африканские. Это совершенно разные языковые группы, и, выхватывая случайные звуковые эквиваленты, горе-теоретики совершают грубейшую методическую ошибку, которая, естественно, влечет за собой и ложные выводы.

В настоящее время наиболее активным проповедником несколько скорректированных взглядов Л.Винера выступает некий Л.Клегг. Приводя безупречные, по его словам, факты из антропологии, археологии, фольклора и истории искусства, он утверждает, что негроидные группы переселенцев пришли в Новый Свет еще в незапамятные времена: не только раньше европейцев, но и задолго до монголоидов — признанных праотцов индейского населения Америки. Для Клегга даже австралоиды — темнокожие с густыми волосами люди — всего лишь вариант африканских негроидов. Далее он заявляет, что цивилизация ольмеков — первая яркая и высокоразвитая культура доколумбовой Мексики — создана исключительно пришельцами из Черной Африки[115].

Особенно часто используются для доказательства трансокеанских контактов Америки и Африки некоторые древнемексиканские скульптуры, изображающие людей с явно африканскими чертами (гигантские каменные головы, принадлежащие культуре ольмеков на побережье Мексиканского залива; глиняные фигурки и каменные изваяния индейцев науа, сапотеков, тотонаков, майя и др. в Центральной и Южной Мексике).

В 1869 году в "Бюллетене Мексиканского общества географии и статистики" появилась небольшая заметка за подписью X. М. Мельгара. Ее автор, инженер по профессии, утверждал, что в 1862 году ему посчастливилось обнаружить близ деревушки Трес-Сапотес (штат Веракрус) на плантации сахарного тростника удивительную каменную скульптуру, не похожую на все известные до сих пор, — голову африканца. Заметка сопровождалась довольно точным рисунком самого изваяния. А уже в 1871 году Мельгар объявил, ссылаясь на "явно эфиопский" облик обнаруженной им скульптуры: "Я абсолютно убежден, что негры не раз бывали в этих краях и это случилось еще в первую эпоху от сотворения мира". Надо сказать, что подобное высказывание было абсолютно беспочвенным, но вполне отвечало общему духу господствовавших тогда в науке теорий, объяснявших любое достижение американских индейцев культурными влияниями из Старого Света.

Гигантские каменные головы в шлемах, высеченные из глыб базальта, неоднократно находили после этого в различных районах южномексиканских штатов Веракрус и Табаско (побережье Мексиканского залива). Как выяснилось, все они (сейчас известно 11 штук) принадлежат древней культуре ольмеков, расцвет которой приходится, по мнению одних ученых, на I тысячелетие до н. э.(800–400 годы до н. э.), по мнению других — на XIII–X века до н. э. После внимательного их изучения было установлено, что эти каменные изваяния изображают головы людей монголоидной расы. Африканцы — это, как правило, длинноголовые люди с сильно выступающей нижней частью лица, а ольмекские скульптуры представляют собой круглые головы монголоидного типа[116].

В болотистых джунглях Южной Мексики до сих пор можно встретить чистокровных индейцев, как две капли воды похожих на древние скульптурные изображения ольмеков.

Другой часто встречающийся аргумент в пользу существования доколумбовых плаваний африканцев в Центральную Америку — фигурки темнокожих людей, нарисованные на глиняных сосудах древних майя. Но на рисунках хорошо видно, что люди изображены во время исполнения каких-то религиозных ритуалов и раскрашены у них только лица и некоторые части тела.

Черный цвет считался у майя священным и зловещим цветом. Жрецы обычно раскрашивали себя для участия в человеческих жертвоприношениях. Такой же краской майяские художники изображали богов грозы, войны и смерти.

В 1961 году два спелеолога из США обнаружили в глубине пещеры Лольтун на полуострове Юкатан (Мексика) странную каменную скульптуру человека негроидного облика. Некоторые досужие головы тут же объявили это надежным доказательством пребывания негров в стране древних майя. Были вытащены на свет и давно забытые строки из майяских манускриптов о приходе с востока, со стороны моря, свирепых чернокожих людей — пожирателей человеческого мяса. Однако специалисты сразу же отвергли эти нелепые домыслы, убедительно доказав, что в летописях майя речь шла об одном из набегов на Юкатан каннибалов-карибов — воинственных обитателей Антильских островов[117].

Иногда, руководствуясь стремлением доказать наличие значительных культурных достижений у древнего населения Тропической Африки, современные авторы допускают явные преувеличения в выводах. Так, Г.Лоуренс в статье "Африканские первооткрыватели Нового Света" утверждает, что негроидные племена открыли и колонизовали Америку задолго до плаваний Колумба и Веспуччи. В поддержку своих взглядов он ссылается на древнемексиканские изображения антропоморфных существ с негроидными чертами, а также на захоронения в Новом Свете людей явно негроидного облика (в долине реки Пекос, в Техасе и на Виргинских островах). Увы, последние исследования в этой области полностью опровергли его гипотезы. Изучая группы крови американских индейцев, антрополог Э.Матсон (США) и его коллеги убедительно доказали: америнды (коренные жители Америки) не были потомками древнеафриканских пришельцев, поскольку в их крови нет никаких характерных для негроидных групп элементов[118].

Внесли свою лепту в этот "панафриканский бум" и некоторые советские авторы. Так, Э.Львова, известная своими трудами по истории и этнографии Африки, тоже попыталась найти "негроидные корни" древнеамериканских цивилизаций. При этом она использована аргументацию многих упоминавшихся выше авторов, в том числе и Г.Лоуренса.

"Испанцы, — утверждает Э.Львова, — встретили в Америке незнакомых им животных — нелающих собак. По позднейшим сообщениям, европейцы встречали таких животных только в одном месте мира — Западной Африке… Нельзя не упомянуть и об "африканских" мотивах, запечатлевшихся в изобразительном искусстве Америки. Это скульптурные изображения в Чичен-Ице "высоких фигур с узкими головами, толстыми губами и курчавыми короткими волосами, производящими впечатление шерсти…""[119]

Однако приведенные здесь доказательства существования в древности афро-американских связей через Атлантику не выдерживают никакой критики. Сначала о нелающей собаке. Такие животные были распространены по всему свету и в Америке тоже (они есть и на севере, и на юге этой части света). Вряд ли они происходят из одного и обязательно мексиканского источника. Скорее всего в разных регионах нашей планеты их выводили совершенно независимо.

Упоминание Э.Львовой о скульптурах людей с негроидными чертами скорее следует рассматривать как курьез, а не как серьезное доказательство в научном споре. Дело в том, что люди, которые запечатлены на рельефах и меднозолотых дисках из Чичен-Ицы, вовсе не имеют ни "африканских" волос, ни негроидных черт лица. Оки изображены в круглых мохнатых (возможно, меховых) шапках или шлемах — обычная деталь одежды тольтекского воина. Легионы завоевателей-тольтеков вторглись в X веке из Центральной Мексики на земли майя и обосновались там на севере полуострова Юкатан, превратив майяский город Чичен-Ицу в свою столицу[120].

Как появляются на свет некоторые доказательства афроамериканских связей, можно увидеть на примере находки "древнеафриканского предмета" в Сальвадоре, "на глубине свыше двух метров от поверхности земли"[121].

Местный археолог-профессионал С.Боггс решил проверить достоверность этого факта и отправился в городок Колон (Сальвадор). Выяснилось, что предмет был обнаружен в непотревоженном слое земли на глубине более 2 метров, что явно указывало на его древность. Он сделан из изогнутого клыка гиппопотама около 19 сантиметров длиной и является стилизованным изображением чудовища (крокодил или змея), заглатывающего обнаженную женскую фигурку. По заключению авторитетных специалистов, эта вещь действительно африканского происхождения и изготовлена скорее всего в Восточном Конго, но… не ранее конца XIX века. Предмет был обнаружен около дороги в слое вулканического пепла, выброшенного при земляных работах из близлежащего рва, что и дало такую глубину — 2 метра. Неподалеку ото рва в XIX веке стоял дом одного полковника — коллекционера старинного оружия и прочих редких вещей, и нет никакого сомнения, что вещь принадлежала именно ему[122]. Таков финал этой истории. Но дело было сделано. Слухи о находке разошлись достаточно широко, проникли в местные газеты, и "сальвадорский шедевр" для наиболее рьяных диффузионистов стал еще одним доводом в пользу африканских влияний на доколумбову Америку.

В спорах о доколумбовых связях Африки и Америки очень часто используется и такой аргумент, как наличие негроидных черт у древнемексиканских скульптур, изображающих антропоморфные существа (например, терракотовые фигурки из могил ольмеков, науа, тотонаков, сапотеков, миштеков и майя). Западногерманский искусствовед и дипломат Александр фон Вутенау собрал обширную коллекцию подобных раритетов и изложил свои взгляды на интересующую нас проблему в двух красочно оформленных книгах: "Искусство терракоты в доколумбовой Центральной и Южной Америке"[123]и "Неожиданные лики в древней Америке, 1500 г. до н. э. — 1500 г. н. э.."[124]. Главный постулат дипломата-археолога прост: индейские мастера не смогли бы изобразить типично африканские лица и детали африканских украшений и костюма, не увидев самих африканцев[125].

Но разве не демонстрирует коренное население Нового Света огромное разнообразие физического типа, волосяного покрова, цвета кожи и прочих признаков на протяжении всей территории этой части света — от Аляски до Огненной Земли? И кто, как не сами антропологи после долгих дебатов и тщательного изучения фактов единодушно решили, что многие генетические черты американских аборигенов были принесены в Америку через Берингов пролив и Аляску первыми переселенцами из Северо-Восточной Азии. Среди этих первобытных охотников и собирателей были люди и с монголоидными, и с негроидными, и с европеоидными чертами. "Поэтому негроидные скелеты (а также изображения людей с негроидными чертами. — В. Г.) не являются доказательством того, что какая-либо флотилия или отдельные корабли пересекали в доколумбовы времена Южную Атлантику"[126].

Наиболее серьезными аргументами в пользу древних афро-американских связей являются биологические, вернее, ботанические данные — находки растений, характерных для одного региона и обнаруженных на территории другого. Безусловно, главную роль играет среди них маис (кукуруза) — культура, как известно, исконно американская и возделываемая индейцами Мексики и Перу чуть ли не с V тысячелетия до н. э. В почве, которую специалисты достали из глубокой скважины, вырытой на территории города Мехико, была обнаружена пыльца дикого маиса. Ученые определили, что в почву пыльца попала около 80 тысяч лет назад, то есть задолго до появления человека в Новом Свете[127].

До сих пор считалось, что маис принесли в Африку португальцы после своих открытий в Южной Америке (Бразилия), не ранее первой половины XVI века. Но вот археолог А.Гудвин в ходе раскопок города Ифе (Нигерия) — столицы древнего государства йорубов — обнаружил несколько обломков керамических сосудов, украшенных отпечатками початков кукурузы. Другой археолог-энтузиаст, М. Д. Джеффрис, поспешил определить возраст этих орнаментированных черепков— 1000–1100 годы. Таким образом, получалось, что племена йорубов из Западной Африки знали кукурузу за 400–500 лет до плаваний Колумба[128]. Как же она могла попасть на Черный континент? Кто привез ее туда? Наконец, достаточно ли точно определен возраст столь важной находки?

Последний вопрос — отнюдь не дань современной археологической моде. От его решения зависит окончательный ответ: поддерживали ли трансокеанские контакты с индейцами жители Черной Африки. Тем более что проблемы хронологии и периодизации в истории доколониальной Африки еще далеки от своего окончательного решения. Не были исключением в этом плане и находки в городе Ифе. Черепки с отпечатками маиса вместе с другими тысячами обломков керамики образовывали вымостку в одном из городских кварталов. При каком царе появилась керамическая вымостка? Точно ответить на этот вопрос пока невозможно. Как же возникла тогда дата 1000–1100 годы?

М.Д.Джеффрис вывел ее чисто умозрительно, на основе следующих рассуждений. Некоторые старые предания йорубов гласят, что первая столица этого африканского государства находилась в Иле-Ифе (т. е. в Ифе). Но во времена правления четвертого царя местной династии столицу перенесли в город Ойо. По другим источникам известно, что между 600 и 1000 годами страну наводнили какие-то пришельцы с востока, которые и основали Иле-Ифе. Далее следует нехитрый прием: оба полумистических предания соединяются, и время функционирования Иле-Ифе как столицы ограничивается 1000 годом. Есть также сведения, что город Ойо был основан около 1100 года. Маис найден в Ифе, и, значит, археологический слой с черепками относится не позднее чем к 1000–1100 годам[129].

Между тем, даже не принимая в расчет приведенных выше сомнительных хронологических выкладок М.Д.Джеффриса, можно сослаться здесь на критические выступления против идеи о произрастании маиса на африканской земле в доколумбову эпоху целого ряда ученых, в том числе Ф.Уиллета, доказавшего с помощью фактов явное португальское участие в распространении этой ценной сельскохозяйственной культуры на западе Черного континента[130]. Другие авторы высказали предположение, что по влажной глине "прокатили" не початок маиса, а какой-то другой похожий злак — например, сорго. Но, несмотря на возражения специалистов, сенсационная новость о том, что кукурузные початки попали в Африку из-за океана за 400–500 лет до Колумба, моментально разошлась по всему свету и до сих пор успешно продолжает переходить из книги в книгу.

Другое растение, используемое обычно для доказательства афро-американских связей в древности, — тыква-горлянка. Она всегда считалась только африканской культурой. Но уже первые европейцы, прибывшие в Новый Свет в XVI веке, с изумлением увидели это же растение у индейцев. Значит, все-таки были трансокеанские связи? Не спешите с выводами. Дело в том, что остатки семян тыквы-горлянки найдены сейчас в горных пещерах Мексики в слоях, относящихся к 7000–5000 годам до н. э..[131] Но еще ни один, даже самый фанатичный сторонник доколумбовых контактов не утверждал, что в то время первобытные жители Африки могли пересечь океан. Более того, длительные опыты ученых Т.Уитакера и Дж. Картера с семенами тыквы-горлянки доказали, что эти семена могут находиться в соленой морской воде без изменения свойств свыше 225 дней, то есть времени, вполне достаточного для естественного их дрейфа от Африки до американских берегов[132].