3. Усилия по стабилизации положения на Кавказе

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

3. Усилия по стабилизации положения на Кавказе

Российские республики Северного Кавказа

С трудом завоеванные и «замиренные» в XIX в. районы Северного Кавказа по завершении советского периода стали главной проблемой, доставшейся в наследство Российской Федерации, – из-за попытки отделения, предпринятой чеченцами, и вызванного ею эха, прокатившегося по всему региону[212]. Усилия сепаратистов дали о себе знать после революции 1917 г., а депортация народов во время Второй мировой войны[213] стала трагической страницей их истории. Посему распад pax sovietica (советского мира) мог привести лишь к новым попыткам отделения, основывающимся на нефтяных интересах, поскольку через территорию Чечни проходит Северо-Кавказский нефтепровод. В 1991 г. чеченец Джохар Дудаев, генерал Советской армии, в одностороннем порядке провозгласил независимость Чеченской республики, которую Россия не признала, тем не менее на протяжении трех лет Россия мирилась с этой неопределенностью. В 1994 г.[214] Москва заметила, что грозненский лидер пытается договориться о поставках нефти со своими партнерами из Баку. В декабре того же года Россия, стремящаяся подавить сепаратистские тенденции, начинает Первую чеченскую войну[215]. Эта война оказывается невероятно сложной для российских войск, которым лишь ценой невероятных потерь удается захватить почти полностью разрушенный Грозный. Им приходится столкнуться с партизанской войной, традиционной в подобной ситуации для тамошних районов Кавказа, но на сей раз поддержанной исламистами, желающими продолжить политику вытеснения России – в тот самый момент, когда сами чеченцы еще не понимали, какую опасность таят для них отношения с исламскими «союзниками». В августе 1996 г. российский генерал Александр Лебедь – чья недолгая политическая карьера (вскоре он погибнет в авиакатастрофе) началась именно тогда – договаривается с бывшим офицером Советской армии Асланом Масхадовым (в апреле 1996 г. Дудаев был убит) о прекращении боевых действий и о выводе российских войск. Пятилетний период нестабильности завершается проведением референдума о самоопределении Чечни. В январе 1997 г. Масхадов избран президентом, однако исламист Шамиль Басаев и полевой командир Хаттаб решают продолжать борьбу и тем самым повторить на Кавказе джихад, оказавшийся столь победоносным в Афганистане на протяжении предыдущего десятилетия. Назначение в 1998 г. Шамиля Басаева премьер-министром Чечни не изменило ход событий. Теракты в Москве в сентябре 1999 г., о которых западные СМИ писали как о провокациях, организованных российскими спецслужбами, вынудили только что пришедшего к власти Владимира Путина начать Вторую чеченскую войну с целью уничтожить сторонников джихада, теперь распространявших свои идеи и в Дагестане. Осужденное западными СМИ[216] вмешательство России оказалось в этот раз более эффективным, чем в 1994 г., а события 11 сентября 2001 г. позволили Владимиру Путину узаконить свои действия во имя борьбы с исламским терроризмом. Американцы даже включили Шамиля Басаева в список международных террористов. Чеченский сепаратизм быстро достиг своих пределов, и его лидеры – Хаттаб, Аслан Масхадов и, наконец, сам Шамиль Басаев – были один за другим уничтожены. Тем не менее их гибель не привела к полной победе над терроризмом: в августе 2004 г. были взорваны два российских самолета (около сотни погибших), в том же году осуществлены теракты на нескольких станциях московского метрополитена, а в сентябре – захват заложников и убийство школьников в североосетинском Беслане (334 погибших, б?льшая часть из которых – дети); в октябре 2005 г. произошли массовые захваты заложников и убийства в самом сердце Кавказа, Нальчике (Кабардино-Балкария), – 135 жертв… Однако Владимир Путин понимал, что необходимо законным путем «передать» власть в Чечне местному уроженцу. С апреля 2007 г. республикой «железной рукой» управляет Рамзан Кадыров, сын великого муфтия и президента Чечни Ахмада Кадырова, погибшего в мае 2004 г. Ему удалось подавить ваххабитские настроения, тем не менее он узаконил многие элементы шариата, противоречащие Российской конституции – например, в январе 2011 г. разрешил многоженство и ношение платков в госучреждениях и учебных заведениях. Стабилизация положения в самой мятежной северокавказской республике сопровождалась ухудшением ситуации в соседних районах, особенно в Дагестане и Ингушетии, в свою очередь, пострадавших от множества террористических актов. Борьба продолжилась, и в октябре 2010 г. полномочный представитель президента Медведева на Северном Кавказе Александр Хлопонин, напрямую не указывая на ЦРУ, заявил о том, что местные ваххабитские группировки поддерживаются «западными спецслужбами»; один из чеченских главарей, Доку Умаров, называющий себя главой исламского имарата Кавказ, выступил в апреле 2011 г. по «Радио Свободная Европа», сказав, что «у России не будет ни малейшей передышки». Несмотря на общую нестабильность региона, Россия не может уйти с Северного Кавказа, продолжающего оставаться жизненно важным в нефтяной игре; тем не менее полное искоренение исходящей от исламских группировок угрозы не будет достигнуто в ближайшее время, особенно учитывая предстоящее важнейшее событие – зимние Олимпийские игры 2014 г. в Сочи.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.