Глава 28. Экватор по традиции

Глава 28. Экватор по традиции

«Позже мы узнали, что на шхуне «Восток», купленной в Англии и ушедшей из Портсмута вместе с фрегатом, Нептуново торжество всё-таки справляли». Заметим лишь, что в отличии от «Паллады», «Восток» имел стационарный винтовой ход и не зависел от штиля, как это случалось с фрегатом. Но паровая машина требовала значительных запасов угля. Мощность же движителя была всего 40 л.с. (!!) Но даже сам секретарь Иван Александрович чисто по-человечески полностью полагал, что праздник Нептуна натяжка страшная: практически бесцельно дурачиться среди неимоверных трудностей. И это при том, что до трети экипажа маялись с зубовным скрежетом от ожоговых болей и экзем. Не было и речи посылать их авралить на паруса и «дед» определил болящих на палубные работы по рангоуту под спасительным тентом. Старший офицер справедливо полагал, что команда поймёт серьёзность ситуации: надо увести корабль из мёртвой зоны как можно быстрее. Вскоре компас начал располагаться параллельно магнитному экватору, солнце оставалось в зените вопреки обыкновению уходить к югу. «Рулевой матрос тотчас в недоумении донёс об этом штурману».

По большому счёту каждый из нас жаждет праздника, оставаясь до старости в душе ребёнком. У матросов, принимавших на свои плечи все тяготы и унижения за время многомесячных походов, чувства общения обострялись. Но неунывающий Иван Иванович ободрял: «Да всё просто отлично! Главное выйти из штилевого пояса, а экватор только у Сингапура можем дважды пересечь! А мадеры хватит с лихвой, отпразднуем, коли бог даст!»

Согласно записям в корабельном журнале Паллады 6 января 1853 г. винтовая шхуна «Восток» и «Паллада» вышли из Портсмута совместно, но уже в первую же ночь разлучились. Лишь 11 января, в Ла-Манше судна встретились вновь и тогда фрегат взял шхуну на буксир, полагая сэкономить для «Востока» топливо за счёт попутного бодрого ветра. Но когда ветер усилился, то буксировку прекратили: возникла опасность порвать паруса на «Палладе». Местом встречи назначили остров Мадейра. Без буксировки фрегат стал давать скорость до 11 узлов. Провиант и воду добавили, встав на якорь на рейде города Фуншал. Порта как такового поселение не имело. У островов Зелёного мыса и вовсе задержались на несколько часов и почти безрезультатно. Купленных там цитрусовых в качестве еды матросам явно недоставало. При их изнурительном, подчас круглосуточном труде, апельсиновая диета с перекуской из солонины в бескрайнем и знойном океане подобны изощрённой казни. Запасы воды почти на исходе. Но вернёмся к событиям на шхуне «Восток». Они могли позволить себе неслыханную беспечность для парусных судов и лечь в дрейф. Купленный в Портсмуте «Восток» возымел свою команду из членов экипажа «Паллады», набранную специально в большинстве своём ещё в Кронштадте. Её командир лейтенант Римский-Корсаков предусмотрел такую ситуацию и матросов для шхуны максимально подверг морской подготовке. Механиков на паровую машину он стажировал на английском заводе «Бабкок Вилькокс». К намеченным к переходу в команду шхуны офицерам лейтенант Римский-Корсаков присматривался особо на переходе в Портсмут. То же было рекомендовано будущим командирам по отношению к матросам. Ведь предстоящий переход Портсмут-Владивосток был более чем сложный. Но при всех упреждающих мерах большая часть как матросов, так и офицеров не проходили обряда крещения Нептуном на экваторе. В самом плавании сей фактор не столь важен, но в моральном отношении… Так что обряду на шхуне «Восток» следовало приличествовать неукоснительно. Едва ветер расправил паруса и шхуна легла на проторённый курс Нью-Йорк – Кейптаун, как Воин Андреевич собрал своих подопечных для согласования проведения празднества Нептуна. Всего на судне офицеров было 6 человек, нижних чинов с гардемаринами до трёх десятков. Всех на ходу под парусами едва хватало на трёхсменную вахту, плюс кочегар на малом пару. Его держали для упреждения расхождения с вездесущими купцами и внезапными рифами, да банками. Шхуну для ритуальной встречи Нептуна положили в дрейф. Отсюда могли высвободить большинство матросов, врача, механика, штурмана и самого командира… Сначала штурман и командир определили тех, кого намеревались крестить, то есть не пересекавших экватор. А далее дело обстояло так. «Солёные» и «шелобаны», коих насчитывалось чуть более дюжины, построились при параде во главе с командиром. Вахтенный офицер скомандовал: «Для встречи бога морей Нептуна и его свиты стеньговые флаги поднять!» А по исполнении команды прогремел пушечный выстрел: «У-у-рра!!!» – вторили ему в строю. И так трижды. Гром пушки раскатами прошёлся над океаном. Порядка ради скажем, что в почётном строю на полубаке стояли те моряки, кто уже возымел от Нептуна звание «шелбанов» (одно пересечение экватора) и «солёных» (многократное пересечение). Откуда-то из кубрика на юте высыпала разудалая компашка, ибо откуда ей быть большей: в свите Нептуна должны быть только «солёные», либо «шелбаны». Их одеяния и хулиганский грим из мазута, угля и залежалой грунтовки были вне критики и вообще далеки от реального восприятия. Взять образ Русалки, обезобразить до обличия чёрта и ополосатить лентой Тритона. Не менее «красочно» и многолико выглядел Звездочет, Стражник. Но особенно выделялся Главный Сатана: его украшали фактические рога со скотобойни и хвост. Последний характерно выпирал основанием уже впереди между ног. И в довершении импровизированный квазифаллос обильно был покрыт рыжекрасной грунтовкой, очевидно им же её и размешивали. Сам Нептун, он же инженер-механик Иван Зарубин был само великолепие: голову венчала коралловая корона, на предплечьях, груди и спине красовались исключительно художественные, но смываемые татуировки. Икры ног и локти украшали инкрустации на восточный лад. Довершали облик Владыки кустистые брови, зеленоватые усы и борода (зелёнку в обмен на коньяк добыл у врача штурман). Но торг состоялся при условии, что сам корабельный врач Г. Вейрих будет крещён заочно. Чистюля-эскулап приходил в ужас при одной мысли быть облапленным «этими чумазыми ушкуйниками».

Свита двинулась к почётной шеренге из матросов и офицеров. По ходу шествия Сатана демонстрировал полигамной Русалке огрызок хвоста, вернее его парадную часть между ног. Черти оттягивали хвост своего предводителя по сторонам и норовили потискать перси морской Девы. Оная визжала, чем приводила всех празднующих в неописуемый восторг. Мажор ранее окрещённым подкрепили двойной чаркой казённой выпивки. А в качестве компенсации за ритуальные притязания свежим «шелбанам» Русалка преподносила спиртное в конце действа и омовения. Перед Нептуном выставили чан с водой и жбан с выпивкой. И тут началось нечто вроде оргии. В момент кульминации Нептун водрузился на трон и извлёк из-за спины некую пищаль с раструбом. Конечно же это из коллекции командира, что украшала ковёр в его каюте. Не буду возводить напраслину: вот же те, кому не заказано пересекать экватор – стоят в строю. Трижды громыхнул трезубцем о железную палубу царь Морской и, подняв над собой оружие, громоподобно выстрелил, все недоумённо стихли:

– Шхуна «Восток», – командую я, член Российской Академии, – «Кто такие будете, из каких стран-государств подданные?! Как посмели явиться предо мной нехристями без моего на то ведома? Хотя заказан вход беспошлинно во веки веков в мои владения! Кто сего судна командир? Куда на сей раз путь держите?!»

– О Владыка морей и океанов, царь Нептун! Кораблём, именуемым наук, лейтенант флота российского Воин Андреевич Римский-Корсаков. Большей части моих подчинённых дозволено тобой бороздить воды твоих владений и пользоваться твоим благодушием, о грозный вершитель судеб морских! И на сей раз просим тебя, царь Посейдон, называемый нами на экваторе Нептуном, владыку всех тварей плавающих в твоих пучинах не чинить нам в пути козней и благоприятствовать с твоим собратом Эолом попутными ветрами! Повели отвратиться тайфунам и свирепым бурям на всём пути от экватора до берегов Востока Дальнего и земли огненных вулканов – Камчатки!»

– Немало я повидал мореходов, сынов земли русской на всех широтах в Океанах и морях! И не ведаю случая ослушания паствы моей среди мужественных русичей. Даже в часы гнева моего не слышал ответной хулы от вас. А по обычаю морскому даруйте нам бочонок рому! Эй, командир, в знак твоих щедрот дарю ключ от экваторных ворот! А теперь, Звездочёт мой, выкликай креститься новоиспечённых шелбаков! (Член свиты в звёздных колпаке и халате вынес список).

– А вы, черти, не юродствуйте зело в помазании илом придонным, дабы чан не треснул от прегрешений смываемых! Русалочка, для благостного празднества и незлобного деяния и чертям выдай по чарке под ответственность Сатаны Главного!

Крики, смех, брызги из чана, ликующие черти… Вот только искупаться в нептуновой купели не рискнул никто: вокруг шхуны время от времени кружили акулы. Хотя при появлении дельфинов хищницы исчезали. Порой казалось, что Посейдон продолжал своё веселье уже в царствии своём. Воин Андреевич часа через три освободил от вахты для торжества «шелбаков» и «солёных», заменив их на новичков. С утренней прохладой сыграли аврал по поднятию парусов. Не обманул Нептун: дул почти фордевинд, что для экваторной широты – благостный подарок мореходам.