Преданность священным рекам

Преданность священным рекам

Примерно во II тысячелетии до н. э. часть россо-ариев из Волго-Уральского региона двинулась на юг, часть на запад… Что послужило движению с насиженных мест – загадка. Возможно, нашествие врагов, возможно, природные знаки, принятые за указания богов, возможно, эпидемия прежде неизлечимых болезней (чума, оспа…), возможно, что-то еще.

Английский индолог А. Бэшем («Чудо, которым была Индия». М., 1977) изучал великое переселение. Бэшем считал: «Высокие, довольно светлокожие люди… Они приручали лошадей и впрягали их в повозки на колесах со спицами». «Они принесли с собой… почитание небесных божеств, умение пользоваться конными колесницами».

Полагаю, что большая часть россо-ариев вернулась на родные просторы Поволжья… Частью ассимилировались среди местных народов, оставив им ведическую веру, часть традиций.

На территории России росоланы проживали непрерывно. Благодаря этому значительное число гидронимов уцелело. Вера и промыслы, требующие дальних походов (звероловство, рыболовство, бортничество), устройство зимниц в глухих урочищах, тому способствовали.

Приверженность россов родным рекам и умение вести партизанскую войну общеизвестны. Достаточно привести один пример.

Орда чингизидов в XIII в. огнем и мечом прошла по Китаю, Средней Азии, Ирану, Закавказью и Кавказу, вплоть до Египта и Центральной Европы. Сожгли и Русь. Русские князья платили дань ханам Золотой Орды.

Однако на самом пике расцвета могущественной империи монголов в Диком поле хозяйничали русские воинские братства. Золотая Орда могла передвигаться по Дикому полю только очень крупными воинскими соединениями, да и то зачастую не без ущерба.

В Саратовском Поволжье, на Волге, возведен по тем временам огромный город Увек (Укек). Напротив Увека укрепрайоны русских партизан. Арабский путешественник Ибн Батута в 1334 году посетил золотоордынский Увек и оставил следующую запись: «На один день пути от этого города находятся горы русских; последние христиане, рыжие, голубоглазые, безобразной наружности, народ плутовской».

В наше время в «укрепрайоне» со рвами и валами археологи нашли монеты чеканки 761 г. и 1223 г., а еще оружие: кинжалы, пики, бердыши, кольчуги…

То же обнаружил ваш автор совместно с самарским краеведом А. Громовым в Сокольих горах, в черте города Самара.

Эти данные подтверждают, что носители русского языка, хранители гидронимов в Поволжье и на Урале, жили даже в годины самых жестоких испытаний и опустошений. Оттого и сохранились древнерусская топонимия и гидронимы в Поволжско-Уральском регионе в огромном количестве.

В III–IV вв. на Европу хлынула волна гуннов, азиатских кочевников. Их вождь Атилла покорил полмира. Очевидно, что в это время стерты с лица земли и русские города и селения на Рась (Волге). Но следов в топонимике гунны практически не оставили. Почему? Ответ на этот вопрос дает Карл Беккер:

«Гунн покупает и продает, ест и пьет и, что может показаться невероятным фактом, склонившись на шею быстрого скакуна, предается глубокому сну; даже если по какому-нибудь важному делу собирается совет, то и на нем он участвует верхом на коне».

«У гуннов никто не обрабатывает землю и не касается плуга; все они, не имея ни постоянного местопребывания, ни родины, ни законов, ни обязательных обычаев, подобно беглецам, ведут постоянную бродячую жизнь… Ни один гунн не в состоянии ответить на вопрос, где он находится» (К. Беккер. «Мифы древнего мира». Саратов. 1995).

Гуннов несколько упрощают, но то, что это люди без Родины, что их родина там, где пастбище для скота, постоянная кочевка, – факт. Гунны принесли росоланам много бед, но имен русских рек они не затронули. Отсидевшись в лесах, россы сохранили и свои рыболовные промыслы, и пашню, и предания глубокой старины, и имена обожествляемых рек. Это ценнейшие памятники. Имена ведических рек – ключ к воротам Древнего мира, его культуре и таинствам.