Дальние родственники

Дальние родственники

Христина Сергеевна – урожденная Голицына. Арсеньева – это по мужу. Следовательно, знать о ней может кто-нибудь из Голицыных.

Вспоминаю, кто-то говорил, что в редакции журнала «Ревю де Моску» переводчиком с русского языка на французский работает Николай Владимирович Голицын.

Еду к нему. Вбегаю в редакцию, первому встречному начинаю объяснять: «Лермонтов, Н.Ф.И., она Иванова, она за Обресковым…» Вижу – на другом конце комнаты от стола поднимается высокий пожилой человек с окладистой бородой.

– Это, очевидно, ко мне! – удивленно поясняет он своим сослуживцам.

Я снова начинаю рассказывать о своих злоключениях.

– Рад вам помочь и буду с вами совершенно прямодушен, – говорит Голицын, задумчиво комкая и снова разглаживая бороду. – Александра, Наталья и Христина Сергеевны – это мои сестры. Не могу только сказать вам точно – четвероюродные или пятиюродные. Когда-то часто встречал их. Только это было очень давно. И единственное, что запомнилось, – это то, что в молодости они очень хорошо танцевали. Что касается Александры и Натальи Сергеевны – не знаю, давно не слышу о них. Что же касается Христины Сергеевны, то в отношении нее у меня более положительные сведения. Дело в том, что Христина Сергеевна умерла. Жила она где-то тут, под Москвой…

Вы, мне кажется, правы: возможно, что у нее и хранилась какая-нибудь связка старинных писем или какой-нибудь сувенир ее бабушки. Проще всего было бы узнать ее адрес у ее мужа, Николая Васильевича Арсеньева. Но он, к сожалению, умер. Ивану Васильевичу, брату его, тоже, безусловно, был ведом адрес. Но Иван Васильевич тоже умер. Вот, пожалуй, кто может знать – это сын Ивана Васильевича Арсеньева, Сергей Иванович. Он, насколько я понимаю, жив и находится здесь в Москве. Поэтому вам, прежде всего, следует повидать его, поскольку он сын покойного брата покойного мужа покойной Христины Сергеевны. Я, правда, не в курсе того, где он живет. Но, вероятно, можно навести справку в бюро адресов…

Я снова кинулся в адресный стол. Достаю адрес Сергея Ивановича, еду к нему в Обыденский переулок и в полумраке небольшой передней вступаю в переговоры со старушкой – тещей Арсеньева, которая стремится побольше узнать от меня и поменьше сообщить мне. Выспросив решительно все, старушка начала подавать мне советы, и весьма дельные. Прежде всего, она объяснила, что, несмотря на солидный возраст, Сергей Иванович получил разрешение вторично поступить в вуз, потому что в молодости выбрал себе профессию не по сердцу. Он человек занятой, дома бывает редко, и мне застать его будет трудно.

– За Сергеем Ивановичем вам не стоит гоняться, да и не к чему, – говорит мне старушка. – Он ничего ровно вам не скажет. И адрес Христины Сергеевны вам тоже ни к чему. А лучше всего сходить бы вам к сестре ее, к Наталье Сергеевне.

Я всполошился:

– К какой Наталье Сергеевне?

– Как «к какой»? К Маклаковой.

– Да разве Маклакова жива?

– Да как же не жива, когда я на прошлой неделе с ней вместе в кассе чек выбивала!

– Чек в кассе?

– Ну да, в «Гастрономе». Поздоровались с ней, да и разошлись.

– А где она живет, Маклакова?

– Тут где-то, на Зубовском.

– А дом номер?..

– Номера дома не знаю. Чаю у нее не пила. Сходите в адресный стол.