Свадьба исподтишка

Свадьба исподтишка

Эта разница оказывается существенной – один за другим претенденты на руку Изабеллы, предлагаемые Энрике, ей почему-то совершенно не подходят. А вот наследника престола соседнего Арагона, сына арагонского короля Хуана II, дона Фернандо, юношу симпатичного, неглупого и воспитанного, Энрике в списки претендентов на руку Изабеллы не включал ни разу. Лично ему гораздо больше импонировал тот самый Афонсу Португальский, дядя беззаконной Бельтранихи. Соединить браком Кастилию и Португалию, два самых могущественных государства на Пиренеях, казалось Энрике гораздо более привлекательной перспективой, чем породниться с каким-то Арагоном, в котором и народу было в шесть раз меньше, чем в Кастилии, и ремесла особо не процветали. Да вот какая беда – Изабеллу король Афонсу категорически не устраивал. Обычно в те времена невест с потенциальными мужьями знакомили по портретам – так вот, похоже, что портрет Афонсу для Изабеллы рисовал бездарь, халтурщик и мазила, а вот портрет дона Фернандо был явно большой удачей его создателя… Даже сведения о том, что у совсем молодого дона Фернандо есть уже двое незаконных детей, Изабеллу совершенно не напугали. Может быть, даже привлекли – женщин понимать ни у кого понималки не хватит. В общем, неожиданная инициатива толедского архиепископа, предложившего Изабелле этот брачный вариант, встретила очень доброжелательный прием. Переговоры жениха с невестой шли лучше некуда, за одним малым исключением – имеющему право вето на этот план королю Энрике не сообщали ни слова. Ясно было, что согласия на такой союз от него будут ждать, пока в великой испанской реке Гвадалквивир не начнут ловиться золотые рыбки. Да и не единственная это проблема. Дон Фернандо, как и положено между пиренейскими королями, Изабелле родня, там все несколько столетий подряд на близких родственниках женились. Это не только дополнительная угроза для здоровья потомства (как мы скоро увидим, совершенно реальная), но еще и великолепный способ сделать всех благоверных пиренейских государей зависимыми от римского папы. Захочет папа – даст разрешение на брак с близкой родней, рожайте потом кого хотите, хоть кроликов с тремя ушами…. Не захочет – ищите дальнюю, а где ее взять, если все уже полтысячелетия только внутри маленькой группы родовитой аристократии и женятся? Так что пожениться этой парочке оказалось, как видите, не так уж и просто…

Сама свадьба произошла как в детективном романе – жених со свитой тайно пробрались к невесте в Вальядолид, переодетые купцами. Похоже на сюжет комедии Кальдерона или Лопе де Вега, но совершеннейшая реальность – так все и было на самом деле. Переодевались, даже боюсь, что гримировались? узнают клевреты враждебного кастильского короля – всякое может случиться. Самое главное для венчания с собой привезли – документ от папы, что можно венчать близких родственников. Ну, не совсем от папы – пришлось самим соорудить: чтоб у папы такое получить, надо минимум несколько месяцев ходить от одной ватиканской канцелярской крысы к другой, подписи на бегунках собирать. Они не то что рассчитывали самого папу обмануть, а просто решили, что потом вопрос задним числом согласуют. Папа добрый – он поймет.

Кстати, в наше время от них тоже потребовали бы специальный документ, как минимум справку о беременности – Изабелле к моменту бракосочетания уже исполнилось восемнадцать, а счастливому жениху еще нет. В общем, в нарушение соглашений с королем Энрике, без согласования им кандидатуры жениха, которого бы он не одобрил ни за какие блага мира, более того, нарушая веками устоявшиеся и даже с современной научной точки зрения разумные правила католической церкви о близкородственных браках, за нарушение которых им грозило вечное проклятие и муки ада, любящая пара наконец-то воссоединилась. Да и что Изабелле было терять? Кастильский престол ей все равно унаследовать было довольно непросто, потому что незадолго до этой свадьбы король Энрике окончательно обиделся за племянницу, не желающую выходить за Афонсу Португальского, и лишил ее права наследования. Для этого он отказался от всех своих слов относительно незаконности рождения Хуаны Бельтранихи и торжественно поклялся, что она совершенно законная его дочка, а Бельтран де ля Куэва его верный слуга и преданный вассал, который и подумать бы не посмел совершить то, что ему раньше сам же король приписывал. Вот такая она, королевская доля: государственные соображения потребуют – сам себя во лжи уличишь.

А наши молодые голубки все воркуют-воркуют, а дело делать не забывают. Как ни в чем не бывало тщательно делят полномочия: Фернандо продолжает оставаться наследником арагонского престола, но в Кастилии он супруг королевы, только и всего. Жить он должен в Кастилии, важные документы подписывают они оба, войском и казной Кастилии и Леона распоряжается исключительно Изабелла – в общем, при хороших отношениях между супругами Кастилия и Арагон как минимум находятся в прочном союзе, но как только они портятся, поводов для скандала не счесть. Не говоря уже о том, что король Энрике теперь превратился в открытого врага Изабеллы, а ее неудачливый жених король Афонсу, чтоб приобрести права на кастильский престол, женится на этой самой Хуане Бельтранихе, свое родной племяннице, и требует себе кастильскую корону, да еще и опираясь на волю реально царствующего короля! Просто голова кругом идет от такой смены позиций, и кастильским грандам она тоже оказывается не по нутру – большинство их переходят на сторону Изабеллы. У Энрике Бессильного, как и положено, не хватает силы удержать свои позиции, и его смерть в 1475 году просто ставит точку в и так ясном деле. Португальский король даже пробует воевать за свои права, но в итоге терпит поражение и отступается. К тому времени уходит в лучший мир и папочка дона Фернандо, Хуан II Арагонский, и большая часть территории Пиренейского полуострова впервые со времен расцвета халифата оказывается под единым управлением. Вот такие дела, наша сладкая парочка получила все, что хотела, теперь пусть все увидят, какая ей от этого польза.