Геополитика и мораль украинской драмы: логическая цепь

Геополитика и мораль украинской драмы: логическая цепь

Постепенно ситуация с Новороссией, и особенно Донбассом, более или менее прояснилась и оказалась в совокупности весьма тревожной и серьезной. В целом она выглядит следующим образом.

На Евромайдан Москва ответила воссоединением с Крымом. Это полностью вписывалось в логику классической геополитики (Великой Войны Континентов). Переворот и свержение Януковича привели к власти радикально русофобских и проамериканских политиков. Они идеологически представляли собой смесь либералов с неонацистами, а геополитически — атлантистов, однозначных сторонников США и НАТО. Действия Кремля были направлены на предотвращение ультиматума Киева о ликвидации военно-морской базы в Севастополе, что было логичным следствием геополитической природы переворота. На выпад атлантистов (отрыв Украины от России) Москва ответила евразийским ходом в Крыму. Сложилось впечатление, что Путин Крымом не ограничится и продолжит евразийскую геополитическую стратегию на всем пространстве Новороссии. Это явление и получило название Русская Весна. Ответ Запада должен был быть самым жестким, за исключением вероятности ядерной войны и прямого столкновения с войсками НАТО. Следуя этой логике, против Киева поднялись самые прорусские регионы бывшей Украины: Донецк и Луганск, наделенные совершенно особой идентичностью. Лидеры народного восстания Болотов, Губарев, Пургин, Пушилин и другие были осознанными евразийцами и убежденными сторонниками Русского Мира.

На волне Русской Весны на Донбасс хлынула волна добровольцев из России (еще в Крым), включая харизматичного организатора героической обороны Славянска Игоря Стрелкова. Общий вектор событий по геополитической логике вел напрямую к освобождению всей Новороссии, начиная с Донбасса. Тогда же и родился лозунг «Путин, введи войска!», развивающий тезисы, высказанные самим Путиным в ходе «прямой линии», фиксирующей результаты и причины воссоединения с Крымом. Путин ясно дал понять, что считает Новороссию частью Русского Мира и что в обиду жителей этого региона не даст, как не дал ранее в обиду жителей Крыма, а еще ранее Южной Осетии и Абхазии.

Общая картина была безупречной. Запад делает первым агрессивный ход и поддерживает (даже провоцирует) свержение Януковича. При такой либерально-нацистской политике Киева и об щей громогласно озвученной русофобии (включая принятие первым делом закона о запрете русского языка) Россия неминуемо теряла Украину. Русское и пророссийское (хотя и украинское) население Новороссии оказывалось в положении заложников нового ультранационалистического и атлантистского порядка. Поэтому объединение с Крымом, «вежливые люди» и жесткая российская оппозиция Киеву были вполне логичным ответом, чтобы не дать уйти в лагерь НАТО всей Украине. Это было естественно и закономерно с геополитической точки зрения и абсолютно оправданно с моральной. Но продолжение раздела Украины по границам исторической Новороссии от Одессы через Донбасс до Харьковщины было не менее логичным и морально оправданным. И на первых порах все так и выглядело. От Аксенова из уже русского Крыма открыто звучало поощрение Одессе и Донбассу в их борьбе за свободу и Русский Мир. Ввод российских войск, по идее, должен был бы остановить украинский режим от использования армии против гражданского населения и выполнял важную превентивную функцию.

Но после того как на волне Русской Весны Донецк и Луганск, где власть захватили пророссийские силы, объявили о Референдуме о независимости, Москва свернула с этого, казалось бы, логического пути. Путин попросил не проводить Референдум, что представляло собой явный сбой первоначальной линии.

Далее последовала героическая оборона Славянска. И после того, как украинские войска начали уничтожать мирное население, ввода российских миротворческих войск не последовало. Более того, началась активная борьба против самой идеи о таком вводе. Это был второй явный признак сбоя.

Далее Славянск падает, героический Стрелков, успевший стать центральной фигурой русского мифа, вынужден отступить в Донецк. И здесь он становится объектом нападок со стороны московского политтехнолога С. Кургиняна, специально прибывшего в Донецк для дискредитации Стрелкова под надуманным предлогом. При этом военные действия киевских карателей приобрели такой размах, что на Донбассе разразилась настоящая гуманитарная катастрофа, а истребление мирных жителей приобрело характер спланированного геноцида. Вместо введения войск от Москвы стали раздаваться призывы отозвать добровольцев и отдать Донбасс Киеву. Третий звонок указывал на то, что Русская Весна захлебнулась и поднимается волна отката на соглашательские позиции. При этом моральный аспект поведения Москвы был полностью дезавуирован, так как воссоединение с Крымом обосновывалось недопущением геноцида, тогда как геноцид Донбасса шел полным ходом.

И наконец, в начале августа 2014 года под жестким ультиматумом из Москвы Стрелков (уход в обмен на критически необходимую для выживания помощь ДНР и ЛНР) вынужден был уйти со своего поста. Это был четвертый, последний звонок о несостоявшейся Русской Весне.