«Оранжевые дети» Хрущева…

«Оранжевые дети» Хрущева…

«Оранжевые дети Третьего рейха» — телевизионная программа Михаила Леонтьева под таким названием была показана на днях. Эта передача заставила вспомнить и беспрецедентный хрущевский Указ Президиума Верховного Совета СССР 17 сентября 1955 г…

В телепрограмме подробно, интересно, документально рассказывалось о том, как со второй половины 1940-х гг. многие руководящие деятели гитлеровской разведки и большинство уцелевших «великоукраинских» шовинистов (бандеровцев) были приняты, в буквальном смысле, на работу в разведывательные структуры США, Великобритании, Западной Германии, Ватикана. А их дети, внуки и правнуки впоследствии участвовали в так называемой «оранжевой революции» в Украине. Или… еще до этой «революции» пробрались в украинские властные структуры, причем не только в Западной Украине (Галичине и Буковине).

Всё это так. Но возникает вопрос: только ли Запад «сподвиг» Украину на нынешнее прославление бандеровцев и их «коллег» из других украинско-шовинистических группировок? А в более широком контексте — на пересмотр итогов Второй мировой и, соответственно, Великой Отечественной войны? Те же вопросы уместны и в отношении стран Балтии.

Увы, еще в советский период была подготовлена не только идеолого-пропагандистская, но и юридическая почва для разнузданного ныне антисоветского-антирусского-антироссийского шовинизма в Балтии и Украине.

Начнем с того, что 17 сентября 1955 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны в 1941–1945 гг.».

Этот документ реабилитировал всех этих лиц любой национальности и позволял им беспрепятственно возвращаться в СССР. Причем этот Указ реабилитировал лиц, непосредственно работавших как в марионеточных органах власти в оккупированных регионах, так и тех коллаборационистов, которые и в 1955-м оставались на Западе, будучи наверняка завербованными западногерманской (BND) и другими западными разведками.

Такое решение, конечно, создало достаточно ёмкий канал для менее «проблемного» проникновения в СССР экс-гитлеровской агентуры, переподчинившейся еще в 1945 г. разведкам Запада.

Некоторые британские и западногерманские СМИ неспроста отмечали в сентябре — ноябре 1955 г., что «готовящееся Хрущевым массированное наступление на сталинский период и на сталинскую политику уже началось, и пока трудно сказать, где Хрущев остановится…».

Характерно и то, что бывших «великоукраинских» шовинистов, депортированных в 1944–1953 гг. в отдаленные регионы РСФСР, с осени 1955-го чуть ли не в массовом порядке возвращали на прежнее местожительство, где власти быстро помогали им с жильём и трудоустройством. И, подчеркнем, только этим «возвращенцам» — в отличие от большинства других реабилитированных в тот период советских этнических групп — почти полностью компенсировалось экспроприированное у них в 1944–1953 гг. имущество (см., напр.: «Вестник Антибольшевистского блока народов России». Мюнхен, 1959. № 4; «Прикарпатье». Ивано-Франковск, 1960, апрель. № 7).

По статистическим оценкам МИД и МВД УССР, из зарубежной Европы, Северной, Южной Америки, Австралии, Новой Зеландии и с Ближнего Востока (в том числе из Турции) в Украинскую ССР на постоянное местожительство прибыло только в 1955–1958 гг. свыше 20 тысяч лиц, реабилитированных упомянутым советским Указом.

А вот власти соседних соцстран периодически просили Москву и Киев селить вернувшихся в Западную Украину подальше от границы, чтобы предотвратить теракты и другие действия прибывших против этих стран. Ввиду прежней террористической деятельности этих украинских националистов. Но Москва фактически отвергла такие просьбы «братских стран» (см., напр.: «Ежегодник-1964 Мюнхенского Института по изучению истории и культуры СССР». Мюнхен, 1965).

По оперативным сводкам профильных органов Украины и прибалтийских республик, антисталинские решения ХХ и ХХII cъездов КПСС усилили русофобский-антисоветский-антиправославный характер «великоукраинского» национализма в Западной Украине. Причем наиболее активные подпольщики, раскрытые теми органами, утверждали, например, что «если столь жестоко обошлись со Сталиным, то, значит, через какое-то время официально осудят и советские действия против украинских, прибалтийских и других «национал-патриотов», пострадавших от сталинского произвола» или «от великорусского шовинизма Сталина…».

Такие прогнозы едва ли не сбылись в конце 1980-х — начале 1990-х гг. Прежде всего, это «торжественное» решение горбачевского руководства 24.12.1989 г. о нелегитимности документов Пакта Молотова — Риббентропа (1939 г.) и обусловленных ими советских внутри- и внешнеполитических действий в последующие два предвоенных г. Тем самым, фактически, было признано незаконным объединение Западной Украины с Украинской ССР (как и Западной Белоруссии с Белоруссией и Вильнюсского региона с Литвой, а Бессарабии — с советской Молдавией).

Такая линия была усугублена тем, что в 1989–1992 гг. руководство СССР, а затем РФ принимало решения о неполном, недостаточном выполнении решений высшего советского руководства второй половины 1950-х гг. о реабилитации депортированных национальностей и отдельных граждан «в годы сталинского произвола». Речь в этих новых государственных документах шла о том, что прежние реабилитационные решения надлежит всесторонне выполнить, одновременно сформулировав более объективную оценку национальным и схожим с ними депортациям.

По сути, упомянутая линия, начатая 17 сентября 1955 г., «развязала руки» всевозможным фальсификаторам истории и национал-шовинистам не только теперь уже в бывшем СССР. Но характерно, что 1988–1991 гг. на Украине и даже в Прибалтике ещё не проявлялось особой активности в «величественных» оценках местного антисоветского подполья. Зато прибалтийские и украинские националистические деятели и, естественно, их СМИ благожелательно откликались, да и сегодня откликаются на попытки в РФ представить некоторых военно-политических деятелей русской эмиграции, активно сотрудничавших в 1941–1945 гг. с Германией и Японией, в качестве русских патриотов. Например, русского фашиста Родзаевского, генералов Власова, Краснова, Шкуро, атамана Семенова (лоббистские русскоязычные публикации такого рода уже переполнили Интернет). Проще говоря, если даже Россия это делает, то нам и подавно — можно и нужно…

Нелишне напомнить в этой связи потрясающее высказывание генералиссимуса Китая Чан Кайши (1945 г.): «Предательства никогда не прикрыть патриотизмом. Хотя, в принципе, это могут попытаться сделать режимы — последователи прежних предателей».

Или приведем слова русского генерала А. И. Деникина (1946 г.): «Я ненавидел и презирал большевистский режим всегда. Но протягивать руку и даже сотрудничать с оккупантами и истязателями народов под предлогом «патриотической надобности» — тому нет и не будет ни названия, ни, тем более, оправдания».

Досье «Столетия»

Из Указа Президиума Верховного Совета СССР об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.

17 сентября 1955 г.

«…Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

1. Освободить из мест заключения и от других мер наказания лиц, осужденных на срок до 10 лет лишения свободы включительно за совершенные в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. пособничество врагу и другие преступления, предусмотренные статьями 58–1, 58–3, 58–4, 58–6, 58–10, 58–12 УК РСФСР и соответствующими статьями уголовных кодексов других союзных республик.

2. Сократить наполовину назначенное судом наказание осужденным на срок свыше 10 лет за преступления, перечисленные в статье первой настоящего Указа.

3. Освободить из мест заключения независимо от срока наказания лиц, осужденных за службу в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях. Освободить от дальнейшего отбывания наказания лиц, направленных за такие преступления в ссылку и высылку…

6. Снять судимость и поражение в правах с граждан, освобожденных от наказания на основании настоящего Указа;

Снять судимость и поражение в правах с лиц, ранее судимых и отбывших наказание за преступления, перечисленные в статье первой настоящего Указа.

7. Освободить от ответственности советских граждан, находящихся за границей, которые в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. сдались в плен врагу или служили в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях…».