Глава 6 «Облик города»
Глава 6
«Облик города»
При Николае I центр Санкт-Петербурга с Петропавловской крепостью, Стрелкой Васильевского острова, Дворцовой набережной, Адмиралтейством, Дворцовой и Сенатской площадями — уже имел хорошо знакомый нам облик. Сам же город, ограниченный с запада изгибом Невы и Финским заливом, заканчивался на юге за Обводным каналом, на востоке едва переступал Неву, а на севере занимал большую часть Васильевского острова, Петербургскую сторону и прибрежную часть Выборгской стороны.
Петербург первой половины николаевского царствования был строгим и величавым городом, в архитектуре которого господствовал классицизм. Этот стиль на основе античных понятий о красоте и гармонии, законов и пропорций установился еще во второй половине XVIII века, отличаясь благородной простотой и изящным вкусом, и расцвел в ансамблях первой трети XIX века, соединив в себе архитектуру и монументальную скульптуру. Дворцы, государственные учреждения, казармы, манежи, театры, церкви и многие жилые дома имели строгие фасады золотисто-желтого имперского цвета, стройные ряды белых колонн, похожих на солдат в строю, многоступенчатые карнизы, барельефы. Общий вид домов и целых архитектурных ансамблей был гармоничный, соразмерный, парадный и торжественный. Классицизм с его высоким гражданственным пафосом, с обращением к примерам античности должен был воспевать подвиги во славу Отечества и вдохновлять на новые героические деяния. Грандиозные ансамбли просторных центральных площадей, наполненные символами воинской славы, оружием, доспехами, лавровыми венками, триумфальными колесницами, фигурами античных воинов, символизировали могущество Российской империи и героизм русского народа в победе над Наполеоном в войне 1812–1814 годов. Гармоническая законченность и соразмерность архитектурного облика столицы Российской империи вызывала восторги современников и продолжает восхищать в наши дни.
Благодаря творчеству великого архитектора Карла Росси в 1829 году окончательно оформились Дворцовая площадь, которую огромным полукольцом охватило величественное здание Главного штаба с Триумфальной аркой. Центральной точкой в 1834 году стал грандиозный гранитный монолит Александровской колонны работы Огюста Монферрана, а в 1838 году был снесен экзерциргауз, и через пять лет с востока пространство площади замкнуло строгое здание Штаба Гвардейского корпуса работы Александра Брюллова. Эти новые постройки прекрасно сочетались с более ранними — Зимним дворцом и Адмиралтейством. На Дворцовой по утрам в теплое время года происходили разводы караула в присутствии государя, всех гвардейских офицеров и массы зрителей. Здесь можно было встретить известных генералов и высших государственных сановников, блестящих свитских и штабных офицеров. Днем в одно и то же время император выходил из дворца для совершения ежедневной прогулки — один, без охраны, пешком, верхом, или в экипаже, с кучером или — зимой — в небольших санях, которыми сам управлял. Вечерами огромное количество гостей в каретах съезжалось на многолюдные придворные балы.
Сквера перед Зимним дворцом со стороны Адмиралтейства еще не было, и на этой свободной площадке устраивались малые парады и смотры.
В 1820-х годах на Васильевском острове здание Биржи работы Тома де Томона, куда нередко заходили обедать гвардейские офицеры, получило обрамление в виде Северного и Южного пакгаузов (морских складов) постройки архитектора И.Ф. Лукини. Тогда же он возвел и здание Таможни, башня которой стала симметрична башне старинной Кунсткамеры. Вместе с ней и другими зданиями XVIII века — Академии наук, Двенадцати коллегий, Меншиковским дворцом и Академии художеств — образовалась красивейшая панорама. В 1832 году Константин Тон установил на Неве, у Академии художеств, две фигуры древних гранитных сфинксов, вывезенных из Египта.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_134.jpg)
Петропавловский собор. Литография А. Дюрана. 1841 г.
Марсово поле, место парадов и учений гвардии, с 1819 года украшало здание Павловских казарм работы Василия Стасова, а с 1825 года сквозь невысокие еще деревья Михайловского сада уже можно было видеть великолепный Михайловский дворец, построенный Росси. В 1830-е годы в саду еще были каналы, соединенные со рвами Михайловского замка, по которым катался в лодке хозяин дворца. Главный фасад выходил на Михайловскую площадь, в ансамбль которой входил и Михайловский театр, где благодаря великому князю Михаилу Павловичу установились строгие порядки. На площади постоянно наблюдалось оживление, стояли кареты, спешили с докладами адъютанты, командиры частей получали разносы или благодарности, офицеры шли представляться по случаю убытия или прибытия, просители надеялись получить помощь. Во всем чувствовались дух строгости и зоркий глаз великого князя. Неподалеку, на Манежной площади, в 1825 году появился Михайловский манеж, где разводы проходили в зимнее время.
Поблизости высился красный Михайловский замок, овеянный мрачным романтическим ореолом, памятный старожилам по короткому и бурному царствованию Павла Петровича, убитого в этих стенах группой заговорщиков — генералов и гвардейских офицеров. С 1820 года этот воспетый Пушкиным «пустынный памятник тирана, забвенью брошенный дворец» уже жил новой жизнью — в нем размещалось Главное инженерное училище. Замок получил второе название — Инженерный.
На Казанской площади со стороны Невского проспекта в 1837 году были воздвигнуты памятники М.И. Кутузову и М.Б. Барклаю де Толли скульптора Б.И. Орловского. В 1832 году Росси создал ансамбль Александринского театра, Театральной улицы и Чернышевой площади, а в 1834 — новые здания Сената и Синода на Сенатской площади. Рядом с ними Монферран с 1818 года возводит грандиозное величественное здание Исаакиевского собора. Строительные работы были завершены к 1841 году, а отделка внутренних помещений продолжалась до 1858 — вся работа заняла 40 лет. Начиная с 1830-х годов строящийся собор большинство художников включали в свои петербургские пейзажи как уже готовый, и лишь немногие изображали его в реальном виде, неоконченным и в лесах. Чтобы проехать с Дворцовой набережной в сторону такой же аристократической Английской, нужно было обогнуть Адмиралтейство по Дворцовому проезду, Адмиралтейской площади и через Сенатскую площадь вернуться к Неве — пока работала верфь, прямого пути не было. С трех сторон ее закрывали великолепные фасады с белыми колоннами, барельефами и стройными шпилями, недавно возведенные А.Д. Захаровым, а со стороны Невы тянулась прерывистая линия причалов, стояли деревянные бараки, складские постройки, штабеля бревен и досок, остовы будущих кораблей. Последний корабль был спущен отсюда в 1844 году, после этого судостроение было полностью перенесено ближе к гавани, в Новое Адмиралтейство. На старом месте решено было устроить набережную, чтобы связать Дворцовую с Английской, но решение этого вопроса затянулось на много лет.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_135.jpg)
Санкт-Петербург на плане Шуберта. 1831 г.
Вид арки Главного штаба. Литография К.П. Беггрова. 1820-е гг.
Арка Главного штаба. Раскрашенная литография К.П. Беггрова. 1822 г.
Васильевский остров. Фрагмент панорамы Петербурга. И.-Ш.Башелье. 1851 г.
Панорама Дворцовой площади с лесов Александровской колонны. Литография по рис. Г.Г. Чернецова. Нач. 1830-х гг.
Александринский театр. Фрагмент панорамы Невского проспекта. Литография П.С. Иванова по рис. В.С. Садовникова. 1830-е гг.
Исаакиевский собор и памятник Петру Великому. Худ. М. Воробьев. 1844 г.
Кондитерская Вольфа и Беранже и Полицейский мост. Фрагмент панорамы Невского проспекта. Рис. П.С. Иванова с оригинала В.С. Садовникова. 1830-е гг.
Фрагмент панорамы Невского проспекта с А.С. Пушкиным. Рис. П.С. Иванова с оригинала В.С. Садовникова. 1830-е гг.
Вид от Дворцовой площади на Адмиралтейство. Гуашь. И. Барта. 1810-е гг.
Два часа на Невском проспекте. Рис. из альбома 1830-х гг.
Невский проспект, воспетый великим Н.В. Гоголем и почти неизвестным в наше время А.П. Башуцким, был парадной центральной магистралью и одним из любимых мест для прогулок гвардейского офицерства. Знаменитая панорама В.С. Садовникова в 1830-х годах навсегда запечатлела каждый дом от Дворцовой площади до Аничкова моста, многочисленные вывески, фонари, экипажи, всадников, прохожих всех сословий. Рисунки преображенского офицера П.А. Челищева и других рисовальщиков-любителей доносят до нас типажи людей. С 1819 года деревья, рассаженные по центру проспекта, пересадили на обочины, а 1841 году по приказу императора убрали. В 1832 году вместо булыжников появилась новая мостовая, вымощенная торцами — шестигранными деревянными шашками, которые обеспечивали мягкую и бесшумную езду.
В домах на Невском были самые роскошные квартиры с анфиладами парадных комнат, первые этажи домов занимали дорогие модные магазины, салоны, ресторации, кондитерские. По мостовой проносились щегольские кареты и пролетки, фланировали ловкие военные, штатские франты, красавицы, разодетые по последней моде. Бравые молодые офицеры в поисках любовных приключений заглядывались на девушек, которые чинно шли под охраной строгих маменек, и на молодых дам, идущих в сопровождении лакеев или под руку с пожилыми мужьями. С конца 1830-х годов еще одним модным и гораздо более престижным местом для гуляний стала Английская набережная, где строились особняки петербургской знати, но и Невский не потерял своего значения.
По Невскому проспекту того времени ходили известные писатели: А.С. Пушкин, Н.В. Гоголь, В.А. Жуковский, П.А. Вяземский, В.Ф. Одоевский, выделялся своей грузной фигурой баснописец И.А. Крылов. Здесь бывали поэт и дерзкий гусар М.Ю. Лермонтов, отставной измайловский офицер В.Г. Бенедиктов — модный, цветистый поэт, а также «неистовый» критик А.Г. Белинский и такие одиозные литературные фигуры, как Ф.В. Булгарин, Н.И. Греч, Н.В. Кукольник, О.-Ю. И. Сенковский. Книги и журналы с их произведениями появлялись в знаменитой книжной лавке Смирдина на углу Невского и Большой Конюшенной. Нередко покупатели, заходя к Смирдину и перелистывая новинки, видели рядом с собой и их знаменитых авторов. В 1840-е годы появились новые лица — получившие первую известность писатели Н.А. Некрасов, И.С. Тургенев, Ф.М. Достоевский, И.И. Панаев, Д.В. Григорович, А.К. Толстой, И.А. Гончаров и другие. В николаевские времена кроме писателей здесь бывали художники О.А. Кипренский, А.Г. Венецианов, П.Ф. Соколов, братья Карл и Александр Брюлловы, братья Григорий и Никанор Чернецовы, финляндский офицер и художник П.А. Федотов, композиторы М.И. Глинка, А.С. Даргомыжский, флигель-адъютант и композитор А.Ф. Львов. Ученые, артисты, известные архитекторы, строившие известные здания, заезжие знаменитости, высшие сановники государства, блестящие аристократы, первые красавицы, всевозможные чудаки и оригиналы — все более или менее заметные люди Петербурга каждый день проходили и проезжали по Невскому, были узнаваемы гуляющей публикой и друг другом.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_146.jpg)
Церковь Святого Петра. Гравюра Л. Тюмлинга. 1830-е гг.
Рядовой гвардейских инвалидных рот. Литография после 1833 г.
Пантелеймоновский мост. Литография К.П. Беггрова по рис. Г. Треттера. 1820-е гг.
Сенная площадь. Акварель А.П. Брюллова. 1822 г.
Вид Главного штаба со стороны Мойки. Литография К.П. Беггрова по рис. В.С. Садовникова. 1830-е гг.
Извозчики на набережной реки Мойки. Литография А.О. Орловского. 1820-е гг.
Сенатская площадь, Исаакиевский мост и Исаакиевский собор. Литография Бишбуа, фигуры Адама. 1830-е гг.
От центра расходились улицы похожих друг на друга домов в три, а позже и в четыре этажа — с ярко-желтыми или бледно-желтыми стенами и строгими фасадами, с античными портиками от четырех до восьми-двенадцати и даже более колонн, или же, наоборот, вообще без колонн. Ближе к окраинам их сменяли скромные дома в один-два этажа. Среди них было немало деревянных, которые составляли около двух третей от всех городских построек. Многие деревянные дома были оштукатурены и покрашены так, что имели вид каменных. Рыночные площади, из которых самой большой и многолюдной была Сенная, представляли собой столпотворение людей, лошадей с телегами среди торговых рядов. Купцы вели бойкую торговлю в длинных двухэтажных лавках, с галереями, зданиях Гостиного, Апраксина, Щукина двора, Никольского, Андреевского рынков. Устремлялись вверх, к пасмурному петербургскому небу пожарные каланчи и колокольни церквей. В любой час и в любое время года издали бросались в глаза будки часовых, окрашенные широкими черными и белыми полосами с тонкой оранжевой полоской между ними, такие же полосатые ограждения караульных платформ, сошки для барабанов и для ружей караульных солдат. В такие же цвета были окрашены большие будки будочников, фонарные столбы на улицах, а на заставах — шлагбаумы. На окраинах, в том числе на дальних линиях Васильевского острова, на Петербургской и Выборгской стороне, в воспетой Пушкиным и Гоголем Коломне и у Знаменской площади фасады скромных деревянных строений перемежались длинными заборами, тянулись обширные огороды, пастбища и пустыри. Под стать отдаленным бедным районам было и их население.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_153.jpg)
Магазин. Рис. П.А. Федотова. 1844 г.
За фасадами высоких каменных домов скрывались грязные дворы, занятые сараями и поленницами дров, темные лестницы, тесные и убогие жилища, населенные публикой, которая в то время служила типажами для писателей, создавших образ «маленького человека». Здесь жили мелкие чиновники, ремесленники, торговцы, рабочие, бедные студенты, перебивавшиеся частными уроками, старики и старухи с грошовой пенсией и прочая подобная публика, чьи будни, праздники, нужды, трагедии и радости старались запечатлеть тогдашние литераторы. В те времена еще не было дворов-колодцев, они появились позже, к концу столетия, а пока дворы оставались достаточно большими и не слишком темными — высокие стены еще не окружали их со всех сторон.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_154.jpg)
Аничков дворец. Акварель В.С. Садовникова. 1838 г.
Уже второе столетие переправой через Неву служили наплавные деревянные мосты, которые стояли на специальных больших лодках — плашкоутах. Два раза в году, во время весеннего ледохода и зимнего ледостава, мосты убирались, и сообщение между разделенными Невой частями города прекращалось. Морозной зимой извозчики с санями и пешеходы переправлялись не только по мостам, но и по льду. В 1840-х годах петербуржцы с интересом наблюдали за постройкой первого постоянного моста через Неву — от Благовещенской площади к Васильевскому острову. Работы велись под руководством военного инженера С.В. Кербедза. Строительство такого моста в то время было делом настолько сложным, серьезным и ответственным, что в народе ходили слухи, будто государь за каждую возведенную опору жалует Кербедзу новый чин. Действительно, в 1843 году он начал работу будучи капитаном, а в 1850 году закончил ее генерал-майором. Мост был назван Благовещенским по ближайшей площади и стоявшей на ней церкви Л.-гв. Конного полка. Наплавной Исаакиевский мост, оказавшийся слишком близко к постоянному, был передвинут к Зимнему дворцу и переименован в Дворцовый. На память о прежнем местонахождении моста остались выступы набережной на Сенатской площади и на Васильевском острове.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_155.jpg)
Аничков мост. Литография Л.-Ж. Жакотте. 1850-е гг.
Три острова в северной части дельты Невы — Елагин, Крестовский и Каменный, которые с 1833 года были включены в городскую черту, — представляли собой как бы пригород, с массой воды и зелени, великолепное место для летнего отдыха, где соседствовали императорские дворцы, парки, места для гуляний и увеселений, роскошные дачи аристократической знати и более скромные дачи, отдаваемые внаем. Каждое лето почти все городские чиновники, кроме самых бедных, вместе с семьями и мебелью переезжали на дачи. Близость островов к центру Петербурга и «присутственным местам» давала большое удобство. Днем чиновник находился на службе, а вечером на лодке отправлялся к семье на дачу. Офицеры гвардейских полков после службы также появлялись на островах в качестве гостей на дачах, а кавалергарды вообще проводили в этих живописных местах почти все свободное время, когда полк на все лето, кроме лагерей, выводился в Старую Деревню.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_156.jpg)
Новый Эрмитаж. Литография Л.-Ж. Жакотте и Обрана по рис. А.И. Шарлеманя. 1850-е гг.
С выступлением всей гвардии в лагеря под Красным Селом Петербург заметно пустел, затихал, чтобы по окончании лагерей снова наполниться военными мундирами, звуками команд, рокотом барабанов, пением флейт и кавалерийских труб.
В 1830-е годы Петербург утратил вид строящегося города, его облик приобрел четкость и завершенность. Но одновременно с этим классицизм стали называть скучным, казенным, однообразным. Говорили, что целые улицы, застроенные похожими друг на друга строгими желтыми домами, напоминают огромные казармы. Писатель Алексей Константинович Толстой в середине XIX века дал ироничную характеристику архитектуре того времени:
В мои ж года хорошим было тоном
Казарменному вкусу подражать,
И четырем или восьми колоннам
Вменялось в долг шеренгою торчать.
Под неизбежным греческим фронтоном
Во Франции такую благодать
Завел, в свой век воинственных плебеев,
Наполеон, — в России ж Аракчеев.[59]
Новые исторические и экономические условия, изменения в настроении общества, требования прогресса привели к кризису классицизма, к его разложению. Стали появляться постройки с большим количеством деталей, которые не вписывались в античные каноны; другие фасады, наоборот, упрощались до предела. Архитекторы обращались к опыту самых разных веков, искали новые пути, которые давали бы больше простора для разнообразия и функциональности. То тут, то там посреди надоевшей строгой простоты вырастали яркие особняки и общественные здания новой архитектуры, которую позже назвали историзмом. В 1840-1850-е годы были построены дворцы работы Андрея Штакеншнейдера — Мариинский на Исаакиевской площади, Белосельских-Белозерских на углу Невского и Фонтанки, Николаевский на Благовещенской площади и др. Новые казармы строились без портиков, колонн и античных статуй: Конногвардейские работы И.Д. Черника, выходящие на Мойку; Гвардейского экипажа, на Екатерининском канале, созданные группой инженеров и архитекторов; 1-го батальона Преображенского полка, работы В.П. Львова, выходящие на Зимнюю канавку, напротив только что возведенного Нового Эрмитажа работы Лео Кленце. Суровое, сдержанное, или напротив, очень нарядное, со множеством украшений, убранство новых зданий заимствовалось в архитектуре романского стиля, ренессанса, барокко. Вместо единственно возможного желтого цвета появились самые разные цвета и оттенки.
На Невском в 1840-е годы по образцу европейских столиц возник новый тип магазина — пассаж, постройки Р.А. Желязевича, представляющий собой крытые многоярусные галереи между двумя улицами. На Аничковом мосту вместо гранитных башен талантливый скульптор, отставной артиллерийский офицер П.К. Клодт установил свои знаменитые группы «Укротители коней».
В 1851 году, одновременно с завершением прокладки железной дороги из Петербурга в Москву, архитектор К.А. Тон возводит на Знаменской площади здание Московского (Николаевского) вокзала. Быстро меняется облик площади, которая становится привокзальной. Кроме развлекательной железной дороги от Петербурга до Царского Села и Павловска, работавшей с 1837 года, появилась дорога, связавшая две столицы.
Петербург 1840-1850-х годов представлял собой сочетание старинных зданий XVIII столетия в стиле барокко, огромного наследия классицизма, состоящего из ярких архитектурных шедевров и большого количества простой рядовой застройки, и пока еще немногих новейших построек, подражающих барокко, ренессансу и другим стилям прошлого. Еще красовались на волнах парусники, и главным транспортом считался конный, но уже дымили пароходы на Неве и пароходы, тянувшие поезда по железной дороге, — позже их назвали паровозами. На Выборгской стороне и на других окраинах города вдоль берегов поднимались заводские здания и трубы из красного кирпича.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_157.jpg)
Знаменская площадь. Литография Л.-Ж. Жакотте. 1850-е гг.
Царскосельская железная дорога. Литография С.Г. Обольянинова. Кон. 1830-х гг.
Благовещенский мост с набережной Васильевского острова. В.С. Садовников 1851 г.
Невский проспект у Аничкова дворца. Худ. С. Садовников. 1840-е гг.
Вид Невского проспекта с Полицейского моста. Литография неизв. худ. 1830-е гг.
В галерее Петербургского Пассажа. Хромолитогр. П. Семечкина. После 1848 г.
Почти на всех многочисленных картинах и рисунках 18201850-х годов, изображающих николаевский Петербург, непременно можно видеть людей в военной форме. Художник хочет запечатлеть улицу, площадь, дворец, мост, парк, церковь, памятник, блестящий центральный ансамбль или скромный вид городской окраины. И всякий раз на рисунке изображен какой-нибудь отряд, шагающий на учение или в караул, или часовой у будки, или разводящий с караульными, идущий с поручением нижний чин или скачущий адъютант, прогуливающиеся офицеры, конные фигуры кавалергардов, конногвардейцев, жандармов, казаков. Нередко частью такого городского пейзажа оказывается сам император, проезжающий в экипаже. Военные отдают ему честь, вытянувшись и приложив руку к головному убору, а статские сгибаются в низком поклоне и снимают шляпы.
Примечательно, что наличие одной или нескольких фигур в мундирах помогают определить временные рамки создания картины или рисунка с точностью до года, а иногда и еще точнее. Вместо обтекаемых формулировок, относящих петербургский вид к началу, первой половине, первой четверти или середине XIX века, можно по тем или иным предметам обмундирования сказать, что он создан, например, в период с 1828 по 1843 год. Одна из литографий неизвестного художника, изображающая Невский проспект, может быть отнесена только к летнему периоду 1844 года. На окнах домов видны летние навесы, которые назывались маркизами. По Невскому — очевидно, из караула или в караул — следует отряд гвардейской пехоты в летней форме — панталоны белые, лацкан мундира открыт. Все солдаты и офицеры в киверах. А по тротуару прогуливается офицер в сюртуке и нововведенной каске. В 1844 году шло массовое изготовление солдатских касок, которые должны были заменить кивера. Офицеры заказывали каски за свой счет в магазинах. Приказом по Гвардейскому корпусу от 9 мая им уже было дозволено носить каски вне строя. Этот момент и был запечатлен. В течение года вся гвардейская пехота перешла на каски, а кивера ушли в прошлое.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/307656_7_i_163.jpg)
Чины Л.-гв. Преображенского полка. Литография К. Гиллера с картины А.И. Гебенса. 1855 г.
На некоторых видах города, которые художники копировали с более ранних, они изменяли фигуры военных, делая их более современными. Шляпы или кивера после 1844 года заменяли касками, а после 1855 года — пририсовывая к мундирам юбки вместо фалд.
И это только обычные, «мирные» виды Петербурга, но даже по ним видно, что этот город — военная столица. А кроме них было создано множество картин, акварелей и литографий, где военные являются главными героями: разводы и парады на Дворцовой площади, парады и учения на Марсовом поле, парады у казарм того или иного полка в день полкового праздника, караул, выстроившийся перед генералом, полк в полном составе на плацу, большие массы войск на маневрах под Красным Селом. Можно узнать императора Николая I, великого князя Михаила Павловича, наследника цесаревича Александра Николаевича, известных генералов. Другие картины изображают группы чинов какого-либо гвардейского полка в разных вариантах формы на фоне дворцов, казарм, церквей, гауптвахт, манежей, конюшен. Зачастую это тоже не абстрактные фигуры в мундирах, а конкретные офицеры и нижние чины с соблюдением портретного сходства.
Данный текст является ознакомительным фрагментом.