«Атлантис»

«Атлантис»

В середине — конце тридцатых годов XX века одна из самых крупнейших немецких судоходных кампаний «Ганза» заказала на отечественных верфях крупную серию сухогрузов из девяти единиц — «Эренфельс», «Гольденфельс», «Хоэнфельс», «Мольткефельс», «Найденфельс», «Райхенфельс», «Танненфельс» и немного отличавшиеся «Кандельфельс» и «Кибфельс». Руководством Кригсмарине эти суда с самого начала рассматривались как потенциальные вспомогательные крейсера и в проект заранее заложили подкрепления корпуса в местах установки орудий. Поэтому неудивительно, что с началом войны их планировали переделать в коммерческие рейдеры, однако эти планы были осуществлены только в отношение «Гольденфельса» и «Кандельфельса», ставших, пожалуй, одними из самых эффективных надводных единиц немецкого ВМФ. Наибольшую известность получил «Гольденфельс», вошедший в историю Второй мировой войны на море как «Атлантис». Это в первую очередь связано с личностью его командира Бернхарда Рогге. Однако обо всем по порядку.

«Гольденфельс» заложили в 1937 г. на стапеле завода «Бремер-Вулкан», расположенного в пригороде Бремена Вегезаке. 16 декабря судно сошло на воду, а 27 января следующего года было принято владельцем. Уже в самом начале сентября 1939 года Кригсмарине мобилизовало недавно вернувшийся из рейса транспорт, работавший на дальневосточных линиях, и отправило для перестройки во вспомогательный крейсер номер два (HSK-2) на верфь концерна «Дешимаг» в Бремене. К этому времени стал известен и командир будущего рейдера: на эту должность был выбран тридцатидевятилетний фрегаттен-капитан Бернхард Рогге.

Бернхард Рогге (Bernhard Rogge).

Родился 4 ноября 1899 г. в Шлезвиге в семье квалифицированного рабочего. На флоте с 1 июля 1915 г. На линейном крейсере «Мольтке» участвовал в Ютландском бою, затем служил на легких крейсерах «Штральзунд» и «Пиллау», став 13 декабря 1917 лейтенантом-цур-зее. В 1919 г. ненадолго вышел в отставку, вернувшись обратно на флот через год. В 20-х годах Рогге служил на старых бронепалубных крейсерах «Аркона» и «Амазоне», затем яхте «Ашта» и учебном корабле «Ниобе», пребывание на которых навсегда отставило в его сердце любовь к парусным судам. Командование заметило несомненную педагогическую жилку в молодом моряке, после чего практически вся остальная довоенная служба Рогге оказалась связана с обучением будущих офицеров нового германского флота. Так, в 1930–1931 гг. он в должности офицера по учебной части совершил дальний поход на легком крейсере «Эмден», по окончании которого в течение трех лет служил в Учебной инспекции ВМС. В 1935–1936 гг. Рогге — первый офицер на легком крейсере «Карлсруэ», а затем свершилась его мечта — он получил под свое командование учебный парусник Кригсмарине «Горх Фок» (1936–1938 гг.). В феврале 1938 г. Рогге провел испытания новейшего парусного учебного корабля «Альберт Лео Шлагетер», став после их окончания его командиром. Он оставался на этой должности до 6 сентября 1939 г., когда получил назначение на HSK-2 для комплектования команды и подготовки корабля к походу. В списке офицеров, планировавшихся на должности командиров рейдеров, составленном кадровой службой флота еще до начала войны, Рогге значился одним из первых. Командирские качества, профессионализм, знание психологии подчиненных, характер, интеллект, ум и предприимчивость делали его идеальным кандидатом на этот пост.

Получив назначение, Рогге прибыл в Бремен. Обнаружив, что на «Голденфельсе», получившем для операционных целей обозначение «Шифф-16», работы еще даже и не начинались, он развернул кипучую деятельность. Особое внимание фрегаттен-капитан уделил комплектованию своей будущей команды. Так в мемуарах он писал:

«Требовались особые моральные качества команды, способность людей выдерживать напряжение и преодолевать трудности на протяжении максимально долгого времени. Пределы возможного в этой сфере совпадают с пределами человеческой стойкости, с границей тех физических и эмоциональных нагрузок, которые люди способны перенести в длительном плавании».

Из присланных РВМ 214 низших чинов Рогге после личной беседы с каждым отклонил 104 кандидатуры. Не прошли также и несколько офицеров.

Употребив все свои связи и влияние, фрегаттен-капитан добился назначения на рейдер только тех людей, которые устраивали его полностью. Не меньше проблем было и по перестройке самого корабля, а также его снаряжения. Рогге несколько раз посетил К. А. Нергера — командира знаменитого вспомогательного крейсера «Вольф» — и получил от него много ценных практических советов. Немало времени отнимала и борьба с неповоротливой бюрократической машиной: так, один раз пришлось обращаться непосредственно к командующему флотом, чтобы получить такую, казалось бы, незначительную вещь, как четыре сигнальные ракетницы для абордажной команды.

1 ноября Рогге стал капитаном-цур-зее. 19 декабря на крейсере состоялась торжественная процедура подъема боевого флага. В немецком флоте существовала традиция, согласно которой командиры сами выбирали для вспомогательных крейсеров наименования. Рогге назвал свой корабль «Атлантис» — «Атлантида».

Через два дня «Шифф-16» покинул Бремен и направился в Киль. И надо же было такому случиться, что буквально сразу рейдер сел на мель. И хотя в этот момент Рогге даже не находился на мостике, а вел корабль по реке Везер лоцман, это показалось всем очень плохой приметой: в похожей ситуации во время Великой войны Адмирал-штаб сменил первого командира «Вольфа», посчитав его слишком «неудачливым» для такой должности. К счастью, все обошлось, и «Атлантис» прибыл в Киль вовремя. На новом месте началась жизнь, насыщенная учениями и тренировками. В этот период рейдер замаскировали под плавбазу — его покрасили в шаровый цвет, установили фальшивую второю дымовую трубу и деревянные макеты пушек. 31 января корабль посетил командующий военно-морским флотом Германии гросс-адмирал Эрих Редер, оставшийся весьма довольный увиденным. Он ни словом не обмолвился о неприятном инциденте, и только тогда команда, боготворившая своего командира, вздохнула облегченно. Февраль прошел в различного рода учениях, причем много времени уделялось изменению силуэта корабля. В начале марта на HSK-2 скрытно загрузили боекомплект, и он оказался полностью готовым начать поход. Вернувшись из Берлина, Рогге объявил, что выход в море состоится 13 марта, чем привел в немалую тревогу своих людей, суеверных, как и все моряки. Посмеявшись, капитан-цур-зее успокоил экипаж, назначив отплытие на 23.55 12-го.

Точно в этот срок «Атлантис» поднял якорь и вместе с двумя другими рейдерами — «Орионом» и «Виддером» — направился следом за старым эскадренным броненосцем «Гессен», использовавшимся в качестве ледокола, Кильским каналом в Северное море, где возле залива Яде предполагалось провести учебные стрельбы. В течение двух дней Рогге нещадно гонял свою команду, объявив 19 марта, что назад они возвращаться не станут, а пойдут в небольшую бухту Зюдерпип на побережье Шлезвиг-Гольштейна к северу от устья Эльбы. Там в ночь на 23 марта «Атлантис» впервые сменил облик, превратившись из двухтрубного вспомогательного судна немецкого флота, в норвежский сухогруз «Кнут Нельсон». Фальшивый «норвежец» простоял в бухте еще неделю, до 31-го, когда получил приказ выйти в море. В тот же день маскировка сменили еще раз — теперь в Зюдерпипе находилось советское судно «КИМ». Капитан-цур-зее лично проверил маскировку, обойдя рейдер на катере и оставшись довольным увиденным за исключением одной детали — советский флаг висел вверх ногами.

1 апреля «Атлантис» в сопровождении миноносцев «Леопард», «Вольф» и подводной лодки U-37 (корветтен-капитан Вернер Хартман) неторопливо направился на север. На его пути в Атлантику находилось три опасных участка: гигантское Фризское минное заграждение, которым британцы перегородили Северное море, узкий пролив между Шетландскими островами и побережьем Норвегии, а также район Датского пролива. К вечеру отряд прошел минное заграждение, и миноносцы повернули обратно. Уже ночью разыгрался сильный шторм, и Рогге отпустил субмарину, договорившись с Хартманом о новой встрече уже к востоку от Датского пролива. С наступлением утра на горизонте наблюдатели заметили мачты, принадлежавшие двум военным кораблям противника. В течение нескольких часов «Атлантис» шел максимальным ходом, несмотря на непогоду. В результате роковой встречи удалось избежать. Около полудня состоялся еще один контакт, предположительно со вспомогательным крейсером противника, но и на этот раз все обошлось. Далее путь лежал к острову Ян-Майен, где после полудня 4 апреля состоялось рандеву с U-37, во время которого на лодку перекачали 25 тонн соляра. Получив сводку о погоде и ледовой обстановке с метеорологических судов WBS-3 «Фриц Хоман», WBS-4 «Хинрих Фреезе» и WBS-5 «Адольф Финнен», рейдер и лодка двинулись к входу в Датский пролив, огибая Исландию с севера. Совместное плавание продолжалось недолго из-за сильной непогоды, и Рогге распрощался с Хартманом, двинувшись на прорыв в Атлантику в одиночку. 8 апреля 1940 г. первый немецкий вспомогательный крейсер со времен Первой мировой войны вышел в Атлантику, пройдя траверз южной оконечности Гренландии мыса Фарвель.

Далее путь «Атлантиса» лежал на юг. Для экономии топлива он шел 10-узловым ходом на одном дизеле, постоянно уклоняясь от нежелательных встреч с торговыми судами. Вскоре на нем сменили маскировку, укоротив стеньги на одну перекладину и сняв «вороньи гнезда» с мачт. 16 апреля радисты принесли капитану-цур-зее радиограмму с коротким сообщением — «1814/16/57». Командование приказывало полным ходом идти в Южную Атлантику и начать действия на маршруте Кейптаун — Фритаун, хотя первоначальной задачей Рогге была постановка мин у мыса Доброй Надежды. Этим планировалось хоть как-то оттянуть морские силы союзников от Норвегии, недавно оккупированной Германией. 22-го «Атлантис» пересек экватор, но торжественно это событие отметили только через два дня. Так как нахождение советского транспорта в этих водах могло вызвать подозрение, то, перебрав очень большое количество кандидатов, Рогге и его адъютант лейтенант-цур-зее резерва Ульрих Мор составили список из 26 судов, под которые мог замаскироваться «Атлантис». В итоге выбор пал на японское «Касии-Мару» компании «Кокусай Кисен». 29 апреля работы завершили, и HSK-2 был готов начать боевые действия. Три дня он курсировал по кейптаунскому маршруту, но, как назло, море оставалось пустынным. Только 2 мая наблюдатели заметили английский лайнер «Сити оф Эксетер», однако капитан-цур-зее отказался от атаки, не желая уже в самом начале похода обременять себя больших количеством пленных. Лайнер проследовал мимо, не обратив никакого внимания на скромный транспорт. Однако как выяснилось впоследствии, это оказалась не так, и как только «Атлантис» скрылся за горизонтом, капитан «Сити оф Эксетер» дал радиограмму о подозрительном японском судне, весьма похожем на коммерческий рейдер.

Ждать пришлось недолго. Уже на следующий день британский сухогруз «Сайентист» (6199 брт, 1938 г.), принадлежавший «Т. & Дж. Харрисон», стал первой жертвой «Атлантиса». Он направлялся из Дурбана в Ливерпуль, имея на борту 2500 т кукурузы, 1150 т хромовой руды, 2600 т коры австралийской акации и ряд других товаров. В 14.00 наблюдатели рейдера заметили дым на горизонте. Через пятьдесят минут, подошедший на близкое расстояние «Атлантис» сбросил маскировку, отдав приказ остановиться. Однако англичане никак на него не отреагировали, и поэтому пришлось произвести предупредительный выстрел из 75-мм сигнальной пушки. Когда же и это не принесло желаемого результата, Рогге отдал приказ сделать еще два предупредительных выстрела, но уже из 150-мм орудий. После этого «купец» начал менять курс и попытался оторваться. В 15.03 «Атлантис» открыл огонь на поражение, попав в корму беглеца первым же залпом. Тем не менее, с «Сайентиста» в эфир полетело сообщение «QQQ»,[4] которое немцы сразу же забили помехами, продолжив обстрел. При этом несколько залпов прошли мимо, так как на некоторое время вышел из строя дальномер. Через двадцать минут горящий сухогруз остановился, а его экипаж перебрался в спасательные шлюпки. Абордажная партия обнаружила на борту только капитана и старпома с типично британскими фамилиями Виндзор и Уотсон. Забрав все ценное, немцы заложили подрывные заряды и покинули обреченный транспорт. Несмотря на пожар и взрывы зарядов «британец» тонул очень неохотно. Тогда в дело вновь вступили орудия рейдера, но и это помогло слабо, и только торпеда около 6 часов вечера отправила «Сайентист» на дно. Семьдесят семь человек стали первыми пленными. При обстреле один моряк погиб, двое получили ранения, причем один из них, радист, умер уже на «Атлантисе».

Теперь HSK-2 предстояло выставить заграждение из контактных якорных мин типа ЕМС у мыса Игольный. Вначале Рогге увел свой корабль в Индийский океан, а когда оказался на маршруте, ведущем из Австралии в Южную Африку, повернул обратно. 10 мая в отличную погоду «Атлантис» подошел к месту операции, находившемуся всего в пяти морских милях от мыса, начав в 20.45 постановку. Через четыре часа заграждение из 92 мин протянулась до точки находившейся в 26 милях от побережья. Рискованная операция прошла без сучка и задоринки, после чего рейдер вновь направился в Индийский океан для действия на торговом маршруте Дурбан — Австралия в районе между 25° и 28° ю.ш. Уже 13 мая с маяка на мысе Игольный поступило сообщение о взрыве. Англичане направили туда флотилию тральщиков и объявили этот район закрытым из-за дрейфующих мин, чем немало озадачили немцев, прослушивавших радиосообщения. Впоследствии выяснилось, что минрепы оказались не приспособленными для бурных южноафриканских вод, и многие мины просто-напросто сорвало с якорей. Из-за этого эффективность постановки оказалась нулевой и ни одно судно не получило повреждений. Всего же тральщикам удалось обезвредить только семь мин. Капитан-цур-зее вначале казался довольным, но узнав, что берлинское радио выдало в эфир хвалебное сообщение об успешной операции немецкого рейдера у южной оконечности африканского континента приведшей к значительным потерям, пришел в ярость из-за нарушения режима секретности. Следующей неприятность стало британское сообщение из Коломбо о том, что в южных водах находится германский рейдер, замаскированный под японское судно. Так «Атлантис» стал фигурировать в документах британского Адмиралтейства как «Рейдер „С“». Пришлось еще раз менять маскировку, и 22 мая «Касии-Мару» превратился в голландский «Аббекерк» компании «Vereenigge Nederlansche Scheep Vaarts My, NV». Затем Рогге сменил район действий, перейдя на линию Маврикий — Австралия. В этот период для воздушной разведки немцы активно использовали гидросамолет. Однако вскоре, при подъеме крылатой машины с воды, ее двигатель вышел из строя от удара о борт. Его заменили, но и второй мотор получил подобные повреждения, после чего капитан-цур-зее решил использовать «Хейнкель» только в крайних случаях.

Следующий успех пришел 10 июня, когда наблюдатели заметили на горизонте судно. Рейдер начал постепенно сближаться с ним, но когда расстояние сократилось до 3000 метров, транспорт дал полный ход и начал уходить. Погоня за ним длилась около трех часов, пока, наконец, в полдень «Атлантис» не приблизился на расстояние полутора километров до беглеца. Рогге приказал открыть огонь. Несмотря на это, норвежское судно «Тирранна» (7230 брт, 1938 г.), принадлежавшее компании «Вильгельм Вильгельмсен» из Тёнсберга, убегало еще в течение более трех с половиной часов, подавая сигналы бедствия, и даже пыталось отстреливаться из 120-мм орудия, установленного на корме. Немцам потребовалось произвести 39 залпов и потратить более полутора сотен 150-мм снарядов, чтобы остановить его (23° ю.ш./69° в.д.). Всего же в сухогруз попало шесть снарядов, приведших к гибели пяти человек из 45 находившихся на борту. Еще один умер уже на «Атлантисе». Капитан «Тирранны» Эдвард Хауфф Гундерсен на вопрос, почему в самом начале он уходил на полном ходу, сообщил, что принял рейдер за реальный «Аббекерк» и никак не мог позволить «голландцу» обогнать свое новое судно. Таким образом, маскировка сработала на все сто, так как всего менее года назад «Тирранна» стояла в Бомбее борт об борт с «Гольденфельсом», а его команда даже играла с немцами в футбол! Транспорт шел в Момбасу из Сиднея и Мельбурна с грузом, состоящим из 3000 т пшеницы, 27 000 мешков муки, 6000 тюков шерсти, 178 армейских грузовиков, 5500 ящиков пива, 300 коробок с табаком, 3000 ящиков с консервированными персиками и 17 000 ящиков с джемом для австралийских войск в Палестине. Так как «норвежец» не получил сильных повреждений, то Рогге решил сохранить его в качестве приза. Единственной проблемой было малое количество топлива. Поэтому судно с призовой командой из 27 человек во главе с лейтенантом-цур-зее резерва Вальдеманом отправилось на юг, где должно было ожидать до 31 августа «Атлантис» с захваченным танкером. Сам же рейдер пошел на восток в направлении перекрестка маршрутов Аден — Австралии и Дурбан — Зондский пролив. 18 июня на нем в очередной раз сменили камуфляж, выбрав на этот раз в качестве образца судно «Тарифа» все той же компании Вильгельмсена.

Рейдер безрезультатно бродил по Индийскому океану в течение месяца. Единственным заметным, но печальным, событием стала смерть от теплового удара старшего матроса Мартина Йестера.

Только 11 июля, в 6.43, когда HSK-2 находился на полпути между Цейлоном и Суматрой, на горизонте вновь показался дым. Очередной жертвой «Атлантиса» стало британское судно «Сити оф Багдад» (7506 брт, 1920 г.) компании «Эллерман Лайн». Оно шло из Англии в Пенанг (Малайя) с 9324 тоннами стали, проката, химических реактивов, запчастей и сборным грузом. В 7.45, сократив расстояние до километра, «Атлантис» сбросил маскировку и выстрелом из сигнальной пушки приказал остановиться. «Британец» вначале не подчинился и стал подавать сигналы «QQQ». Но следующий залп уже из 150-мм орудий разрушил радиорубку, и сопротивление прекратилось. Число пленных увеличилось на 81 моряка во главе с капитаном Армстронгом Уайтом, двое из которых были ранены. Как приз «Сити оф Багдад» не представлял ценности (немцы забрали только все продовольствие и документы), и его быстро потопили подрывными зарядами. При этом, размещавший взрывчатку подрывник обер-лейтенант-цур-зее Иоганн Фелер, перестарался с мощностью зарядов и едва не ушел на дно вместе со своей жертвой. Среди трофейных бумаг немцы обнаружили обрывки кодированных сообщений, с помощью которых удалось расшифровать британские кодовые таблицы. Там же обнаружилась копия рапорта капитана лайнера «Сити оф Эксетер», с которым рейдер повстречался еще 2 мая. В нем приводилось детальное описание «Атлантиса», замаскированного под «Касии-Мару», высказывалось предположение, что это вспомогательный крейсер и прилагалась фотография очень похожего немецкого судна «Фрайенфельс»! В связи с этим, для изменения силуэта Рогге приказал соорудить две дополнительные стеньги.

Суббота 13-го стала роковой для британского грузопассажирского судна «Кеммендайн» (7769 брт, 1924 г.) Британско-Бирманской пароходной компании, шедшего из Глазго в Рангун. На его борту находилась команда из 112 человек во главе с капитаном Р. Рейдом, 35 пассажиров, включая пять женщин и двух детей, а также небольшой груз виски и пива. С рейдера пароход заметили в 9.43, а уже через 26 минут «Атлантис», следуя новой тактике Рогге, открыл огонь из 150-мм орудия без предупреждения, стремясь поразить радиорубку. Этого удалось добиться только пятым и шестым выстрелом. Судно начало гореть и остановилось без попытки воспользоваться радио. Увидев, что экипаж и пассажиры садятся в шлюпки, капитан-цур-зее приказа прекратить огонь. Внезапно, через девять минут, после того как с «Кеммендайна» передали сигнал об остановке машин, из его кормовой 76-мм пушки раздался выстрел и снаряд пролетел поблизости от мостика «Атлантиса». В ответ рассвирепевший Рогге приказал расстрелять пароход, превратившийся вскоре в пылающий костер. Абордажная команда нашла его изрешеченным снарядами и горящим с носа до кормы. Немцы смогли забрать только немного одежды для пленных и спешно покинули обреченное судно. Для быстроты «Кеммендайн» добили двумя торпедами, и он затонул, разломившись пополам. Вскоре всех пленных подняли на борт, где выяснилось, что, к счастью, никто из них не пострадал. Рогге устроил целое разбирательство по факту выстрела с «британца». Выяснилось, что его произвел артиллерист, бывший до войны по профессии мойщиком окон в Лондоне. В окружающем шуме он просто не услышал приказа капитана покинуть судно.

Теперь количество пленных на борту достигло 327 человек, что становилось большой проблемой. На следующий день РВМ прислало уже второй приказ за последнюю неделю о возвращении рейдера в родные воды. Однако капитан-цур-зее, оценив обстановку, в ответе сообщил о своем решении продолжить плавание и вместо «Атлантиса» отправить в Европу «Тирранну» с пленными на борту.

С 14 по 22 июля HSK-2 двигался зигзагами к югу от архипелага Чагос на маршруте Маврикий — Сабанг, затем повернул обратно и направился на рандеву со своим призом. Встреча состоялась 29 июля в точке с координатами 31°10? ю.ш. и 86°59? в.д. Для того, чтобы «Тирранна» достигла берегов Старого Света, на нее пришлось передать 420 т драгоценного горючего. Машинная команда в это время перебирала дизели крейсера, а все остальные занимались ремонтом и покраской обеих судов. 2 августа, когда работы были в самом разгаре, на расстоянии менее четырех километров из дождевого шквала, появился вооруженный транспорт, идущий на высокой скорости. Рогге немедленно приказал двигаться ему навстречу. Первые два залпа легли недолетами, зато два последующих попали в цель. Выяснилось, что очередной жертвой «Атлантиса» стал норвежский «Талейран» (6732 брт, 1927 г.), как и «Тирранна», принадлежавший компании Вильгельмсена. Его капитан Матиас Фойн, заметив знакомый силуэт рядом с неизвестным судном, решил, что произошла авария, и поспешил прийти на помощь. «Талейран» направлялся из Сиднея через Фримантл и Кейптаун в Англию, на его борту находилось 4500 т стали, 16 ООО тюков шерсти, 22 686 мешков пшеницы и 240 т тиковой древесины. Количество пленных на борту рейдера увеличилось еще на 36 человек. При этом выяснилось, что в обеих норвежских командах оказались множество знакомых и даже родственников. Так корабль Кригсмарине стал местом встречи братьев Бьёрнебю — Свенна и Финна, служившими третьими помощниками на «Талейране» и «Тирранне» соответственно, и не видевшихся до этого три года. Рогге хотел сохранить второго «норвежца» также в качестве приза, но и на нем оказалось мало топлива. Это и определило его судьбу. Немцы опустошили топливные цистерны, забрали новый моторный катер и все продовольствие. Затем пилот лейтенант-цур-зее Рихард Булла потренировался на обреченном транспорте, сделав несколько заходов с целью оборвать радиоантенну, после чего сбросил на него две бомбы (мимо) и обстрелял надстройки из бортового пулемета. После чего подрывная команда пустила «Талейран» на дно.

В 0.05 5 августа «Атлантис» и «Тирранна», на борту которой находились призовая команда из 18 немецких моряков под командованием лейтенанта Вальдмана и 274 пленных, расстались. Рейдер продолжал оставаться без движения до 11 августа, пока механики не закончили ремонт и переборку дизелей, после чего взял курс на восток. Две недели прошли в скучной повседневной службе, пока 24 августа в 2.45, когда «Атлантис» находился в двухстах милях севернее острова Родригес, вахтенные не заметили судно, ведшее себя весьма странным образом: его ход постоянно менялся от пяти до девяти узлов, кроме этого пару раз оно вообще остановилось. Посчитав, что перед ним британский «Q-шип» (судно-ловушка), Рогге дождался, пока расстояние сократилось до трех километров, и приказал атаковать без предупреждения вначале торпедой, а затем и артиллерией. Но «угорь» прошел мимо, а вот канониры не подкачали и практически сразу добились трех попаданий в корпус жертвы, вызвав пожар в надстройке и средней части транспорта. Из допроса капитана Х. В. Маршалла выяснилось, что атаке подвергся британский угольщик «Кинг Сити» (4744 брт, 1928 г.) компании «Рирдон Смит и сын», шедший с 5000 тоннами отборного угля и кокса из Кардиффа в Сингапур, а его странное поведение объяснялось серьезными неполадками в энергетической установке. В ходе обстрела погибло пять моряков из 44, еще один умер на операционном столе. Затем пылавшее судно добили артиллерией.

После потопления «Кинг Сити» рейдер продолжал крейсировать в Индийском океане, постепенно сдвигаясь на юго-восток. В конце месяце Рогге получил сообщение от РВМ, в котором говорилось, что он награждении Железным крестом 1 класса, а еще 50 человек — Железным крестом 2 класса. Отправляясь в поход, капитан-цур-зее отказался взять с собой награды, но теперь для поднятия боевого духа команды он принял решение провести награждение. Поздним утром 1 сентября экипаж рейдера был собран для торжественного построения и командир объявил о награждении 80 моряков Железными крестами, вручив официальный документ, отпечатанный на борту корабля.[5]

9 сентября настал черед английского вооруженного танкера «Этелкинг» (9557 брт, 1926 г.), принадлежавшего «Юнайтед Молассес Компани» и направлявшегося из Австралии в Восточную Африку с экипажем из 40 человек. В тот день стояла исключительно хорошая погода, и видимость составляла до сорока миль. В 6.30 наблюдатели заметили на расстоянии 14 миль трубу какого-то судна. «Атлантис» начал подбираться поближе, чем вначале насторожил англичан, но затем, видя, что неизвестный не предпринимает резких движений, те успокоились и даже показали свой флаг, предложив немцам сделать тоже самое. В ответ в 8.01, когда расстояние между судами составляло 6200 метров, на мачте HSK-2 взвился флаг Кригсмарине. Первые два залпа оказались неточными, и с атакуемого танкера понеслись сигналы «QQQ». Через две минуты после начала боя на «Атлантисе» отказал электродвигатель рулевого привода, и он начал описывать циркуляцию. «Британец» заметив это, бросился наутек, продолжая передавать сигналы бедствия. Починив двигатель, немцы быстро настигли беглеца, который попытался оказать сопротивление и даже произвел три неточных выстрела из установленной на корме пушки. Ответный прицельный залп с «Атлантиса» сломил сопротивление англичан, и те остановились. Рейдер прекратил стрельбу и направился к поврежденной жертве. Однако радисты доложили командиру, что рация на «Этелкинге» заработала вновь. Тогда капитан-цур-зее приказал возобновить огонь. Фугасные 150-мм снаряды с близкой дистанции нанесли смертельные повреждения теплоходу, при этом погибло три члена экипажа, включая капитана А. И. Томкинса. Абордажная команда смогла забрать с обреченного танкера 37 оставшихся в живых моряков. Оказалось, что во второй раз немцы перехватили сигнал не с танкера, а с какого другого судна и не было никакой необходимости в расстреле. Затем медленно тонувший «Этелкинг» отправили на дно, истратив в общей сложности 91 150-мм снаряд, что не обрадовало Рогге. Покончив с танкером, «Атлантис» направился на северо-восток, чтобы сменить район действия.[6]

В полдень следующего после потопления «Этелкинга» дня на горизонте вновь показалось какое-то судно. Однако сблизиться с ним не удалось — неизвестный, выполняя приказ британского Адмиралтейства, сразу же изменил курс и стал удаляться от «Атлантиса». Поняв, что подойти на удобное для обстрела расстояние не удастся, Рогге решил использовать «Хейнкель». Гидросамолет, пилотируемый лейтенантом Буллой, в течение 20 минут совершал атаки на судно. Летчики оборвали растяжки антенны, сбросили две 50-кг бомбы, обстреляли надстройки, дымовую трубу и палубу из пулемета, после чего вернулись к своему кораблю. Однако к их удивлению, рейдер промчался мимо, не остановившись, чтобы подобрать с воды крылатую машину. Это объяснялось тем, что радист британского «Бенарти» (5800 брт, 1926 г.), принадлежавшего «Бен Лайн Стимере», успел таки отправить один сигнал о помощи, но в спешке неверно указал координаты своего судна. Транспорт шел из Рангуна в Ливерпуль с ценным грузом — 1000 т свинца, 400 т вольфрама, 100 т цинка и большое количество парафина. На его борту находилась команда в количестве 49 человек под командой капитана Уатта. После нападения гидросамолета китайские кочегары покинули котельное отделение, и поэтому «Атлантис» быстро догнал сухогруз, выскочив из дождевого шквала всего в пяти милях от жертвы. С дистанции в три километра рейдер сделал несколько предупредительных выстрелов, после чего судно остановилось. Абордажная команда уже сидела в катере, когда на «британце» неожиданно вновь заработала рация. Немцы тут же открыли огонь на поражение, в результате чего на «Бенарти» вспыхнули пожары, которые потом удалось потушить. Самыми ценными трофеями стали тридцать мешков почты, а также официальные документы, среди которых наиболее важной оказалась копия новой британской кодовой таблицы, обнаруженная лейтенантом Мором в мусорной корзине капитанской каюты. Затем судно отправили на морское дно с помощью подрывных зарядов, а его команда в полном составе обрела статус пленных на борту рейдера. Покончив с «Бенарти», «Атлантис» отправился на поиски своего гидросамолета, который находился в добром десятке миль от места атаки, а затем, стремясь быстрее покинуть этот район, ушел на юго-запад в направлении австралийского маршрута.

Изучив обстоятельства своих последних акций, Рогге решил, что теперь «Атлантис» будет изображать британское судно. Для этого с кормовой 150-миллиметровки сняли маскировку и придали ей вид стандартного 4,7-дюймового английского орудия. В полдень 18 сентября рейдер лег в дрейф для экономии топлива, но уже вечером следующего дня вахтенные заметили густое облако дыма, и HSK-2 бросился в погоню. С наступлением новых суток немецкий корабль приблизился к большому однотрубному судну и приказал остановиться и не пользоваться радио. Вначале «Комиссар Рамель» (10061 брт, 1921 г.), ранее принадлежавший французской Морской почтово-пассажирской службе, подчинился требованиям и сбросил ход. Рогге уже предвкушал, что избавится от 230 пленных, создававших определенные проблемы, как внезапно с парохода в эфир понеслись сигналы бедствия. В ответ 56 150-мм снарядов быстро превратили его в пылающую развалину, при этом из 66 человек экипажа погибло трое. Из допроса капитана Маккензи выяснилось, что он приказал передавать сигналы бедствия, еще не зная о том, что старший помощник, стоявший на вахте, уже сдал судно противнику. «Комиссар Рамель» 12-го вышел из Фримантла и направлялся в Кейптаун, а затем в Англию с грузом жира, мыла, кожи, фруктов и джема. В этот раз немцы не смогли чем-либо поживиться из-за сильнейшего пожара. Как только все пленные очутились на борту, пароход добили артиллерией.

Потопив французское судно, вспомогательный крейсер, чтобы запутать противника, двинулся на восток в сторону Зондского пролива. Уйдя на достаточное расстояние от места атаки, на «Атлантисе» приступили к ремонту и профилактике дизельной установки. 27 сентября радисты получили печальное известие — четыре дня назад, из-за ошибок и несогласованности действий РВМ и местной береговой охраны, «Тирранна» была торпедирована в устье Жиронды британской субмариной «Тьюна» и затонула в течение двух минут (45°19? С.Ш./01°20? з.д.). Погибло 86 пленных, в том числе женщины и дети, а также обер-машиненмаат Карл Зеегер. Эта новость произвела гнетущее впечатление на команду «Атлантиса».

К 1 октября все намеченные работы были выполнены, и HSK-2 вновь вышел на охоту. Теперь Рогге решил крейсировать у Зондского пролива. Однако следующие три недели оказались безрезультатными, пока 22 октября рейдер не перехватил югославский пароход «Дурмитор» (5623 брт, 1913 г.), принадлежавший пароходной компании из Дубровника. Он шел с 8200 тоннами соли из Испании в Японию. Несмотря на то, что древний пароход принадлежал нейтральной стране, Рогге под довольно-таки надуманным предлогом объявил его призом. Основным обстоятельством, по которым ему понадобилась эта старая посудина, явилось желание избавиться от пленных. Капитан-цур-зее перевел на «югослава» призовую команду из 13 человек во главе с лейтенантом-цур-зее Эмилем Денелем и отправил пароход в условленную точку, где тот должен был ожидать прихода рейдера. На следующий день Рогге решил разобраться с вопросами дисциплины, которая из-за продолжительного безделья начала явно слабеть. На всеобщем построении команды он объявил, что вплоть до принятия самых жестких мер, не потерпит недовольства и отказа повиноваться приказам. В свою очередь, он разрешил свести судовые работы в послеобеденное время к минимуму, а также ввел политику «отпуска на борту», согласно которой четыре матроса из каждого подразделения освобождались на неделю от любых обязанностей, исключая боевые ситуации. Находящиеся в «отпуске» переводились в пустующую карантинную зону лазарета, расположенную в корме, где были свободны от всех построений, учений и утренней побудки, хотя им предписывалось носить форму и отдавать честь офицерам. Вскоре состоялась повторная встреча с «Дурмитором». Так как по расчетам немцев угля на пароходе хватало, чтобы дойти до Итальянского Сомали, то Рогге решил отправить на нем пленных. 26-го на судно перевели 299 человек и передали точно рассчитанное на 19 суток количество воды и продовольствия. Предполагалось, что за это время Денель доберется до Могадишо. В тот же день рейдер и приз расстались.

«Атлантис» продолжал действовать в районе Зондского пролива до 1 ноября, после чего направился в Бенгальский залив. В ночь с 8 на 9 ноября на торговом маршруте, связывавшем Коломбо и Сингапур (5°35? с.ш./88°22? в.д.), был замечен силуэт судна, в котором опознали танкер, идущий в полном наливе. Под прикрытием дождевого шквала рейдер смог подобраться на расстояние в 500 метров до ничего не подозревающей жертвы, после чего приказал остановиться, представившись как вспомогательный крейсер британского флота «Энтенор». В итоге без единого выстрела, с помощью хитрости, немцы захватили норвежский танкер «Тедди» (6748 брт, 1930 г.), принадлежавший «А. Ф. Клавенесс и Ко» и шедший из Абадана в Сингапур с 10 000 т сырой нефти и 500 т столь нужного немцам соляра. Так как заправка в Бенгальском заливе представлялась весьма опасным предприятием, Рогге отправил на танкер призовую команду во главе с лейтенантом-цур-зее Бройерсом, которому приказал идти в точку «Мангр», находившуюся в 500 милях к югу. В обратную сторону проследовали 20 из 32 человек норвежской команды во главе с капитаном Тором Люткеном.

Тем временем Булле и механикам удалось наконец-то починить гидросамолет, бездействовавший из-за различных поломок около месяца. Утром 10 ноября «Хейнкель» отправился в полет. Вернувшись вскоре на корабль, летчики доложили, что обнаружили к северу от него идущее на восток неизвестное судно. «Атлантис» пошел на перехват с таким расчетом, чтобы выйти на цель после наступления ночи. И вновь это оказался вооруженный танкер в наливе. Хотя с норвежского «Оле Якоб» (8306 брт, 1939 г.), принадлежавшего компании «Йоханнес Хансен», в ярком свете луны заметили немецкий корабль и даже передали сигналы бедствия, Рогге, надеясь получить с него топливо, не стал открывать огонь. Как и в случае с «Тедди», рейдер представился британским крейсером «Энтенор» и выслал для переговоров катер, в котором кроме Мора, одетого в мундир британского офицера, штурмана капитан-лейтенанта резерва Пауля Каменца и рулевого, под брезентом находилась абордажная группа из десяти моряков, вооруженных автоматами. И на этот раз немцам удалось одурачить норвежцев, захватив, как в голливудском боевике, в течение десятка секунд судно без единого выстрела (6°30? с.ш./90°13? в.д.). После этого радисты «Атлантиса», воспользовавшись рацией «Оле Якоба», отменили сигналы бедствия как ошибочные.[7] Как выяснилось, нерешительность капитана Лейфа-Кристиана Крога и остальных 32 человек команды танкера, шедшего из Сингапура в Суэц, отчасти объяснялась характером груза — десять тысяч тонн авиационного высокооктанового бензина. Это слегка разочаровало Рогге, ожидавшего найти дизельное топливо. К вечеру перевод пленников и перегрузка припасов закончилась. Капитан-цур-зее назначил Каменца командиром призовой команды и отправил танкер в точку «Раттанг», находившуюся в трехстах милях к югу, неподалеку от австралийского острова Рождества.

Следующий день стал роковым для уже тринадцатой жертвы «Атлантиса» — британского парохода «Аутомедон» (7528 брт, 1922 г.), принадлежавшего «Альфред Холт энд Ко». Он вышел из Ливерпуля на Дальний Восток с очень ценным грузом, включающим самолеты, автомобили, оборудование, медикаменты, микроскопы, пиво, виски, сигареты и большое количество продовольствия. Британское судно следовало тем же курсом, что и «Атлантис», поэтому Рогге приказал сбросить ход, что бы оно смогло догнать крейсер. С «Аутомедона» также заметили неизвестный сухогруз, но его капитан У. Б. Ивен принял рейдер за одно из голландских судов, обычно курсировавших в этом районе. В 9.04 «Атлантис» сбросил маскировку и, совершив правую циркуляцию, сделал предупредительный выстрел из 150-мм орудия с дистанции 4200 метров. Британцы тут же начали передавать сигнал о нападении со своими координатами. В ответ «Атлантис» открыл огонь на поражение. Уже первый залп накрыл мостик «торговца», при этом погибли почти все офицеры за исключением первого помощника Д. Стюарта. Всего же для восьми моряков встреча с рейдером оказалась роковой. Немецкие снаряды быстро превратили среднюю часть в груду искореженных и перекрученных обломков. Англичане попытались было уйти, но уже через двадцать одну минуту после начала стрельбы абордажная партия с «Атлантиса» взобралась на борт сухогруза. Найденные во время обыска документы оказались настоящим сокровищем — морские приказы, инструкции британского Адмиралтейства, страницы из шифровальной книги, распоряжение по обороне британских портов на Дальнем Востоке, 7-я, 8-я и 9-я части морских кодовых таблиц для британского торгового флота, боевые приказы для военно-морских сил, дислоцировавшихся на Дальнем Востоке, 120 мешков почты, один из которых предназначался лично командующему британскими ВВС на Дальнем Востоке маршалу сэру Роберту Брук-Попхэму. Рогге приказал как можно быстрее переместить на борт наиболее ценное из груза поврежденного «Аутомедона» и потопить его подрывными зарядами. Однако в трюмах оказалось столько разнообразных «сокровищ», что лишь в 15.07 британское судно скрылось под волнами. Количество пленных увеличилось еще на 93 человека.

Потопив транспорт, «Атлантис» 10-узловым ходом ушел на рандеву со своими призами. Вечером того же дня радисты перехватили сигналы с «Хеленуса» — еще одного судна компании Холта. Оно находилось где-то поблизости и постоянно вызывало «Аутомедон». Однако к счастью для англичан, вахтенный офицер не стал будить Рогге. Встреча с «Тедди» состоялась 13 ноября. Так как дизельного топлива на нем было мало, то Рогге решил потопить норвежский танкер. С него забрали все ценное, выкачали 500 т соляра и на следующий день потопили подрывными зарядами. РВМ раскритиковало действия капитана-цур-зее, отметив, что груз «Тедди» очень пригодился бы другим рейдерам, но при этом само и пальцем не пошевелило, чтобы организовать подобную акцию. 15-го «Атлантис» обнаружил в условленном месте и «Оле Якоб». Рогге решил отправить танкер в Японию, где его груз мог оказаться востребованным. Он назначил командиром штурмана капитан-лейтенанта Каменца, который после прибытия в Японию, должен был направиться в Берлин с копиями КТБ рейдера и документами, захваченным на «Аутомедоне». Кроме призовой команды, на борту находились норвежцы из экипажей самого «Оле Якоба» и «Тедди». Танкер ушел 16 ноября и 6 декабря бросил якорь в Кобэ.[8] Немецкий военно-морской атташе в Японии контр-адмирал Пауль Веннекер организовал обмен бензина с танкера на равное количество нефти и гидросамолет. Кроме этого японцам были переданы копии секретных документов с «Аутомедона», в том числе план обороны Сингапура. Информация оказалась настолько ценной, что впоследствии Бернхарду Рогге по рескрипту японского императора Хирохито был дарован самурайский меч. Кроме командира «Атлантиса» такой чести из немецких военных удостоились еще только двое — рейхсмаршал Герман Геринг и фельдмаршал Эрвин Роммель.

Разобравшись с призами, Рогге решил дать отдых команде, пополнить запасы свежей пресной воды и провести ремонт «Атлантиса». Для этих целей он выбрал пустынные острова Кергелен, принадлежавшие Франции. Рейдер двигался в юго-западном направлении до 1 декабря, пока радисты не перехватили сообщение с другого вспомогательного крейсера — «Пингвин» — о том, что тот направляет в Европу призовой танкер «Шторштадт» с дизельным топливом и пленными. Рогге немедленно связался с Берлином и попросил организовать встречу. Рандеву было назначено в точке «Тульпе» (34°47? ю.ш./59°55? в.д.), расположенной в 900 милях к юго-востоку от Мадагаскара. Рейдеры встретились 8 декабря. Командир «Пингвина» капитан-цур-зее Эрнст-Феликс Крюдер стал первым немцем не из команды «Атлантиса», ступившим на его палубу впервые за более чем триста дней плавания. Вечером пришел и «Шторштадт». Тут же началась перекачка 1670 т топлива, закончившаяся с наступлением новых суток. В обратную сторону передали продовольствие и свежую воду. Тем временем экипажи обменивались визитами. На следующий день радисты получили поздравительную телеграмму, подписанную гросс-адмиралом Редером. В ней говорилось, что 7 декабря капитан-цур-зее Бернхард Рогге был награжден Рыцарским крестом. Вечером «Пингвин» продолжил плавание. На следующие сутки «Атлантис» расстался и с танкером, на который к этому времени перевели 124 пленных. Еще два моряка с рейдера пополнили призовую команду «Шторштадта». 11 декабря РВМ передало очередной приказ о награждении моряков Железными крестами. Торжественную церемонию провели в тот же день.

14 декабря на горизонте показались туманные вершины гор Кергелена. Вначале на берег отправилась десантная партия из девяти человек под командованием лейтенанта Мора. Они обследовали поселок французских китобоев в бухте Порт-Кувре залива Газелле и нашли его пустынным и заброшенным еще с 1936 года. Местом для стоянки Рогге выбрал небольшую бухточку, являвшуюся ответвлением залива. Однако когда корабль входил в узкий проход, то напоролся носовой часть на одинокую скалу, торчавшую из грунта словно игла. Пробоина пришлась как раз в то место, где находился один из резервуаров с пресной водой. Спустившийся под воду водолаз доложил о том, что повреждения, по его мнению, очень серьезные, если даже не безнадежные. После этого Рогге и старший механик обер-лейтенант-цур-зее Вильгельм Кильхорн сами отправились под воду. Их оценка оказалась не столь пессимистичной. Командир приказал как можно больше разгрузить носовую часть. Авральные работы продолжались более двух суток, в результате чего рейдер осел на корму на 8,5 градусов. Утром 16-го было предпринято три попытки сойти с камня, дав полный ход, но они оказались тщетными. Однако судьба явно благоволила Рогге и «Атлантису» — внезапно пришедшая с океана большая пологая волна одним движением освободила корабль.

Стоянка в бухте Газелле продолжалась двадцать шесть дней. За это время удалось полностью устранить повреждения корпуса, а также отремонтировать и перебрать двигатели. Цистерны полностью наполнили свежей пресной водой. Изменился и облик рейдера. Теперь он маскировался под норвежский сухогруз «Тамезис» компании Вильгельмсена: с верхней надстройки удалили крышу, передвинули дефлекторы вентиляторов, укоротили мачты, перекрасили надстройку и расширили трубу. В итоге корабль выглядел более приземисто, чем на самом деле. Вся команда смогла некоторое время размять ноги на берегу, поохотится на кроликов и уток, а также немного отдохнуть от корабля и общества друг друга. Булла на гидросамолете каждый день вылетал на разведку, исследуя с воздуха острова и близлежащие воды. Кроме этого немцы отметили Рождество, во время празднования которого еще 15 человек получили Железные кресты 2 класса, и наступление нового, 1941 года. Однако сочельник оказался омраченным трагическим случаем со старшим матросом Бернхардом Германом, упавшим на палубу во время покраски дымовой трубы. Он получил тяжелые переломы бедренных костей обеих ног и скончался 29 декабря.[9]

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ПОХОД РЕЙДЕРА «АТЛАНТИС»

Из книги 100 великих тайн Второй мировой автора Непомнящий Николай Николаевич

ПОХОД РЕЙДЕРА «АТЛАНТИС» Стоял май 1940 года, шла война, армии нацистской Германии победоносно продвигались на запад, и когда вперёдсмотрящий британского лайнера «Сити оф Эксетер», бороздившего воды Южной Атлантики, доложил о замаячившей на горизонте мачте, капитан


Роберт ЛИТТЕЛЛ ПОХОД РЕЙДЕРА «АТЛАНТИС»

Из книги Тайны военной агентуры автора Непомнящий Николай Николаевич

Роберт ЛИТТЕЛЛ ПОХОД РЕЙДЕРА «АТЛАНТИС» Стоял май 1940 года, шла война, армии нацистской Германии победоносно продвигались на запад, и когда впередсмотрящий британского лайнера «Сити оф Эксетер», бороздившего воды Южной Атлантики, доложил о замаячившей на горизонте


«Атлантис»

Из книги Энциклопедия Третьего Рейха автора Воропаев Сергей

«Атлантис» Один из эсминцев ВМФ Германии во время 2-й мировой войны. Первоначально построен на верфях Бремена как грузовое судно «Гольденфельс». Вскоре после начала войны был поставлен в док и за четырнадцать недель перестроен в военный корабль. Водоизмещение 7860 т, длина