Глава 5. «Нет мира за линией дружбы»

Глава 5. «Нет мира за линией дружбы»

Несмотря на серию громких побед в Атлантике и Карибском море, война против Испании и ее колоний не оправдала всех возлагавшихся на нее надежд и не привела к пополнению государственного бюджета. Если в 1655 году государственный долг Англии оценивался в 781 тыс. ф. ст., то к 1660 году он вырос почти до 2 млн. ф. ст.

В период так называемой Второй английской республики (1659–1660) Ричард Кромвель (сын и преемник умершего лорда-протектора) начал склоняться к мысли о необходимости прекращения войны. Но он не был уверен, что испанский король согласится оставить Ямайку в руках англичан, так как «это со временем перечеркнуло бы все права, на основе которых он владеет своими американскими колониями».

В апреле 1659 года венецианский посол во Франции Франческо Джустиниан сообщал дожу и сенату, что виделся с английским послом сэром Уильямом Локартом, который «упомянул о нежелании испанцев разрешить англичанам торговать в Мексике или предоставить там или в иных портах Испании древние привилегии и свободу жить в соответствии с их религией в собственных домах, не подвергаясь жестокостям инквизиции».

В мае того же года английское правительство предприняло новые попытки сближения с испанской короной, утверждая, что «государство никогда не помышляло о разрыве и не участвовало в нем, а всё происходило из-за каприза и узурпации власти прежним протектором [Кромвелем]». Испания, потерявшая в годы разрыва Ямайку и часть «серебряного флота», также стремилась к перемирию.

Вскоре после реставрации монархии в Англии (май 1660 года) король Карл II Стюарт направил испанскому послу предложение заключить перемирие в Европе и Америке и восстановить торговые отношения между двумя королевствами. Английский посол в Мадриде сэр Генри Беннет сделал аналогичное предложение испанскому королю. 15 июня 1660 года все английские каперские свидетельства, выданные частным лицам для действий против подданных испанской короны, были отменены соответствующей прокламацией:

«Карл король.

Принимая во внимание, что различные каперские поручения были ранее изданы и пожалованы как Королевским Величеством, так и его Королевским Братом, герцогом Йоркским, верховным лордом-адмиралом Англии, различным подданным его Величества и иным лицам на морях с полномочием и приказом во враждебной манере преследовать его врагов; Его Величество, с благословения Всемогущего Бога счастливо восстановленный на своем троне, исходя из заботы и уважения к благополучию своих подданных, решил, что полномочия названных каперских поручений могут быть, вероятно, расширены (вопреки их целям) к причинению ущерба и нанесению вреда его честным и преданным людям и к великому препятствию торговли и коммерции его Королевств и Доминионов; для предотвращения этого он любезно пожелал отменить, аннулировать и ликвидировать и настоящим отменяет, аннулирует и ликвидирует все и каждое из упомянутых каперских поручений и все полномочия и силу, содержащиеся в них или в любом из них благодаря его Величеству или герцогу Йоркскому, пожалованные до первого мая кому-либо из его подданных или прочим [лицам] для морских дел в вышеупомянутый способ; тем самым желает и приказывает им и каждому из них воздержаться в дальнейшем от применения, использования или выполнения этих каперских поручений или чего бы то ни было, в них содержащегося, под страхом такого наказания, какое по законам может быть применено к ним как к пиратам. И его Величество впредь желает, требует и приказывает всем и каждому из своих подданных, кто теперь пребывает на службе у какого-либо иностранного государя или государства на море или в морских предприятиях, немедленно после этого уведомления вернуться домой на службу его Величеству».

В Мадриде о прекращении войны с Англией было объявлено 10 сентября 1660 года. Но поскольку новости о европейских делах доходили до вест-индских колоний с большим опозданием, Эдвард Дойли продолжал санкционировать военные походы против испанцев до 5 февраля 1661 года.

Когда первые известия о реставрации монархии в Англии достигли Ямайки, местное население восприняло их неоднозначно. Поскольку остров был захвачен в период протектората Кромвеля, господствующим стало мнение о том, что король Карл наверняка вернет это антильское владение испанцам. Деловая активность плантаторов и купцов на острове тут же пошла на спад; сахарные предприятия и плантации начали сворачивать свою хозяйственную деятельность, многие деловые люди были готовы покинуть колонию.

Несмотря на это, военная администрация Ямайки не прекращала выдачу каперских и репрессивных грамот флибустьерам, главным портом базирования которых был Пойнт-Кагуэй.

27 октября (6 ноября) 1660 года Дойли выдал очередное каперское свидетельство капитану Ризби. В нем указывалось:

«Эдвард Дойли, эсквайр, генерал-лейтенант и главнокомандующий всеми наличными силами его величества как на суше, так и на море в Америке, капитану Ризби.

В силу данных мне полномочий и власти я сим выбираю и назначаю вас капитаном фрегата “Бетти”, давая полномочие вам на названном фрегате и солдатам, которые находятся под вашим командованием, сражаться, убивать и захватывать как на море, так и на суше кого бы то ни было из подданных короля Испании, захватывать их корабли и товары и присваивать всё это в вашу и корабельной команды пользу, передав мне в этом городе десятую часть такого приза или призов, которые вы сможете таким образом захватить, в пользу его величества.

Дано за моей подписью и печатью в Пойнт-Кагуэе на острове Ямайке 27 октября 1660 года».

Необходимость всемерной поддержки приватиров диктовалась не только соображениями материальной выгоды, но и тем, что количество военных кораблей на Ямайке с каждым годом неуклонно сокращалось. Если в 1656 году их насчитывалось восемь, то в 1658-м — семь, в 1659-м — шесть, а к 1660 году — только два, да и те из-за нехватки провизии вскоре были отправлены домой. В следующие восемь лет в Порт-Ройяле не было ни одного военного корабля, из-за чего его охраной занимались пираты и приватиры.

23 января 1661 года Ямайку покинул последний военный фрегат, «Конвертин», командиром которого был капитан Томас Уикс. Он должен был доставить в Англию отчет Дойли о текущих делах и просьбу о королевской протекции, продлении полномочий губернатора и новых законах для острова (о них мечтал «наиболее благоразумный сорт людей, ибо прочие были склонны к мятежу»). Кроме того, на борту судна находились пять арестованных флибустьеров, которых собирались судить за пиратство. Их звали Джордж Фрибурн, Роджер Тейлор, Роберт Мартин, Уильям Фоксери и Джереми Медликот. Один из арестованных, Фрибурн, позже благополучно вернулся на Ямайку, где в ноябре 1662 года получил для своего шлюпа «Пикеро» репрессальное свидетельство. Некий Роджер Тейлор в 1670 году командовал 12-пушечным судном «Гифт», которое присоединилось к флоту Генри Моргана для участия в походе на Панаму.

С уходом последнего военного корабля единственной защитницей Ямайки со стороны моря осталась флотилия частных флибустьерских судов. Можно себе представить огорчение ямайского губернатора, когда 4 (14) февраля того же года он получил от испанского губернатора Сантьяго-де-Кубы письмо с сообщением Генри Беннета, английского посла в Мадриде, о прекращении войны между Англией и Испанией (вместе с письмом испанский губернатор прислал с Кубы и около тридцати английских пленных). Прекращение военных действий неизбежно вело к отмене английских каперских поручений против испанцев, а без этих поручений флибустьеры могли покинуть остров и уйти «под крылышко» к французскому губернатору на Тортугу. Тем не менее, 5 (15) февраля Дойли вынужден был издать в Пойнт-Кагуэе объявление о прекращении враждебных действий против испанских подданных:

«Эдвард Дойли, главнокомандующий в Америке, всем губернаторам островов, капитанам кораблей, офицерам и солдатам под их командованием. Его Величество запретил любые враждебные действия против короля Испании или каких-либо из его подданных и велел вести себя с ними вежливо и учтиво. Всем капитанам военных кораблей, находящихся в море с каперскими поручениями генерала Дойли, вернуться как можно быстрее для получения новых инструкций».

8 (18) февраля в Вестминстере Карл II Стюарт своей властью назначил Эдварда Дойли королевским губернатором Ямайки (Дойли узнал об этом в самом конце весны, 29 мая). Губернатор имел право выбрать Совет из двенадцати лиц и по согласованию с не менее чем пятью из них учредить гражданские суды. Он по-прежнему должен был руководить военными силами колонии, ««чтобы бить, убивать, уничтожать, подавлять и покорять всех, кто попытается во враждебный или мятежный способ, через восстание или вторжение нарушить мир или попытается неожиданно захватить остров», а также, при необходимости, вводить военное положение. Кроме того, король уполномочил его принять у жителей Ямайки присягу на верность британской короне и назначить специальных уполномоченных по торговле, которым надлежало заботиться о «защите и процветании» колонистов. В случае смерти или отставки губернатора управление островом переходило к семи членам Совета, которые должны были в течение недели избрать и. о. губернатора до получения новых указаний из Лондона.

Ежегодные расходы правительства Ямайки ограничивались суммой в 1640 ф. ст. При этом губернатор должен был получать 800 ф. ст., а главный судья — 100 ф. ст.

Несколько позже в Англии были подготовлены подробные инструкции для Дойли. Он обязан был собрать армейских офицеров и плантаторов, чтобы объявить им о своем назначении и зачитать королевскую прокламацию; приступить к избранию Совета; учредить суды для ведения гражданских дел, а также адмиралтейский суд; всех судей и должностных лиц привести к присяге на верность королю; пресекать пьянство и дебоши; всячески поощрять священников, «чтобы христианство и протестантская религия в соответствии с делом Англиканской церкви почитались ими и использовались»; организовать работы по завершению возведения укреплений в Пойнт-Кагуэе; поощрять колонистов к занятию земледелием; произвести генеральную топографическую съемку острова с подробным описанием его ресурсов; приказать секретарю Совета составить регистр уже заселенных плантаций с указанием их границ и требовать от тех, кто претендует на получение нового земельного участка, засеять его в сжатые сроки; поощрять оставшихся от испанцев «негров, туземцев и прочих», которые согласятся повиноваться Его Величеству; поощрять купцов и запрещать любую скупку товаров, которая может вредить свободной торговле; с целью усиления обороноспособности острова привлекать корабли для доставки переселенцев из других колоний и не разрешать солдатам самовольно оставлять остров; беречь провизию и амуницию, отправленные на Ямайку для общественных нужд; своевременно предоставлять отчеты о положении дел на острове и в Вест-Индии.

Одновременно с инструкциями корабли «Дайемонд» и «Роуз буш» должны были доставить на Ямайку большой запас бренди, провиант и военное снаряжение; бренди планировалось продать колонистам, а вырученные средства использовать для финансирования работ в Форт-Чарлзе и строительства новых фортификаций в Пойнт-Кагуэе.

Но еще до того, как новые инструкции достигли Ямайки, Дойли и созванный им в марте военный совет пришли к выводу, что прокламация о мире «не касается территорий за демаркационной линией, и вряд ли его возобновление возможно». Поэтому «решили оставить все как было, имея уже после объявления о прекращении войны достаточно сильное возмущение жителей, которые живут лишь с добычи и грабежей и которых никакой закон и суровый судья не в состоянии удержать в повиновении». Об этом Дойли написал своему родственнику, секретарю Николсу, подчеркнув, что до получения королевских приказов будет «следовать прежним инструкциям».

Что еще, кроме традиционного представления о невозможности мира за «линией дружбы» (т. е. южнее тропика Рака) и возмущения жителей, могло повлиять на вышеупомянутое решение губернатора и Совета Ямайки? Очевидно, не последнее место среди причин сохранения статус-кво имела материальная заинтересованность в приватирстве различных слоев ямайского общества. Морской разбой долгое время служил средством обогащения не только организаторов и непосредственных участников антииспанских экспедиций, но и всех тех, кто скупал и перепродавал награбленное. Часть добычи в обязательном порядке отчислялась в пользу покровителей флибустьерского промысла, среди которых были представители высшего колониального чиновничества, а со временем — лорд-адмирал Англии и сам король.

Кстати, ряд иных поступков, совершенных Дойли «под занавес» его губернаторства, определенно указывает на то, что сэр Эдвард с готовностью шел на нарушение законов там, где имелась возможность поправить свое материальное положение. Показательным в этом отношении является дело голландского невольничьего судна, сначала задержанного в Пойнт-Кагуэе, а затем освобожденного по приказу губернатора. В британском «Календаре государственных бумаг» кратко сообщалось: «14 июня 1661 года полковник Дойли, тогдашний губернатор Ямайки, получил в гавани Кагуэй голландский корабль, нагруженный 180 неграми; и, желая получить от них для себя доход, он созвал Совет и убедил их позволить торговлю с голландцами, хотя и вопреки Акту парламента, говоря, что негры были весьма необходимы и что единственным наказанием ему может быть потеря им службы, которой он уже фактически лишился; но благодаря благосклонности Его Величества Совет отказался нарушить Акт, и это так разгневало губернатора, что он сказал Совету, что они сами были бедными и ничего не могли купить, однако он купит их всех и сделает сие в течение двух-трех часов. Уайтинг, командир Его Величества фрегата «Дайемонд», захватил названный корабль; но губернатор сделал его «освобождение и возврат» и продал 40 негров майору Джону Коупу, квакеру и старому мятежнику, а остальных, по высокой цене, — испанскому кораблю, которому он также предоставил пропуск. На это Совет спросил его и пожелал знать, в силу каких полномочий и оснований он действовал, на что он ответил, что он не потерпит подобных допросов, что он не забыл еще, что он генерал… что специальное поручение капитана Уайтинга не имело силы там, где командовал губернатор Дойли, и что он не был ответственен перед Советом, но ответит перед Его Величеством дома».

Из этого документа видно, что ямайский губернатор нарушил положения Навигационного акта, запрещавшие торговлю с голландцами. Последние действовали в Пойнт-Кагуэе как контрабандисты, но Дойли, вместо того, чтобы поддержать капитана «Дайемонда» Ричарда Уайтинга, захватившего нарушителей Навигационного акта, пошел на сделку с голландцами, а заодно — явно не бескорыстно — разрешил подключиться к сделке неким испанским негоциантам. При этом он игнорировал мнение большинства членов своего Совета, в который в то время входили полковники Сэмюэл Бэрри, Филипп Уорд и Ричард Уилбрэхэм, подполковник Генри Арчболд, майоры Томас Фейрфакс и Джон Коуп (сообщник губернатора), секретарь Ричард Пови и капитаны Уильям Валет, Томас Баллард, Корнелиус Барроу, Джон Харрингтон и Хамфри Гроувз.

16 (26) января 1662 года губернатор и Совет Ямайки в составе полковника Сэмюэла Бэрри, подполковника Генри Арчболд, полковника Ричарда Уилбрэхэма, майора Джона Коупа, секретаря Ричарда Пови и капитана Джона Харрингтона разрешили голландцу Леонарду Янсзоону, капитану 26-пушечного невольничьего корабля «Мартен ван Россен» из Мидделбурха, продать часть негров-рабов, находившихся на его борту, а вырученные деньги использовать «для снабжения и ремонта» судна. Капитан «Дайемонда» Ричард Уайтинг, узнав о том, что голландцы сбыли 48 негров, вполне обоснованно усмотрел в этих действиях нарушение Навигационного акта и 2 (12) февраля захватил упомянутое судно как контрабандиста. Но в дело опять вмешался Дойли. 10 (20) марта Уайтинг жаловался в Адмиралтейство, что, когда он задержал голландское судно, «через 24 часа губернатор освободил его, и, забрав негров и деньги, отпустил».

Очевидно, зная о своей отставке, Дойли спешил до приезда на Ямайку нового губернатора поправить свое финансовое положение.