Беседа третья. Что такое «украинская культура»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Беседа третья. Что такое «украинская культура»

Часть I

После длительного перерыва мы наконец?то опять продолжили наши беседы об украинской мифологеме. Надо заметить, что наши предыдущие беседы вызвали серьезный резонанс в сетевом сообществе. Тексты бесед активно перепечатывались. Было много жарких споров. Похоже, то, о чем вы пишете и говорите, зацепило за живое очень многих на Украине. В чем причина? Новизна темы?

Не думаю. Я говорю об известных вещах. Я не делаю каких?то невероятных открытий. Тот, кто более?менее образован и не задавлен пропагандой, знает те факты, которые мной излагаются. Наверное, единственная заслуга Ваджры — это системность подачи информации. Ну, может, еще четкость изложения. Люди хотят видеть мир не в виде клиповых ошметок, а цельно. Люди чувствуют острую потребность в правде. Они хотят обрести точки опоры, чтобы сопротивляться лжи. Я даю им такую возможность.

Ваши противники утверждают, что вы ангажированы, что вы пишете заказные статьи. Некоторые вообще уверены, что «Ваджра» — это спецгруппа ФСБ.

Я тоже слышал эти версии. Ерунда все это. Буйная фантазия. Народ так привык к тому, что сейчас все продается и все покупается, к тому, что без предоплаты никто, простите, даже не пукнет, поэтому автоматически во всем ищет чьи?то «руки», коварные планы и, конечно же, ФСБ. Ну а если кто?то просто устал от лжи и маразма? Если кому?то просто страшно за будущее своих детей? Если кто?то не согласен мириться с тем, что сейчас происходит на Украине? Ваджра не продается и не покупается. Я делаю только то, что считаю нужным и правильным.

На самом деле цикл «РАСПАД» и наши с вами беседы — это явление сетевого пространства ничем не ограниченной интернетовской свободы. Это мой личный проект, моя личная правда. Это возможность сказать что?то важное без оглядки на что?либо и кого?либо.

Вас публикует украинская пресса?

Нет.

Почему?

Потому что мои тексты антисистемны. А украинская пресса, даже наиболее радикальный ее сегмент, — элемент системы. Любому журналисту будет позволено «гавкать» по всякому поводу, но только до тех пор, пока он не ставит под сомнение необходимость существования системы. Можно издеваться над Ющенко, можно ругать Януковича, «покусывать» Ахметова, публично переживать по поводу «отдельных недостатков» национального строительства, но не дай вам бог сказать, что «Украина» — это ложь, ошибка, трагедия, предательство, то, что обречено на гибель и достойно этой гибели.

То есть ожидать ваших публикаций в украинской прессе не стоит?

Ну… я не был бы столь категоричным… Могу сказать одно, если тексты Ваджры появятся в наших СМИ, это будет свидетельствовать о том, что украинское общество готово к радикальным, а не косметическим преобразованиям.

Вы выступаете против существующего государства?

Нет. Дело даже не в этом. Реально украинского государства не существует. Есть лишь его симулякр, фантом, имитация (я об этом подробно писал еще в 2005?м, в одной из статей «РАСПАДА»). И людям, которые этот симулякр олицетворяют, в действительности наплевать на «украинское государство». Дело в том, что если «Украина» вдруг исчезнет, а вместо нее появится нечто иное, те несколько сотен семейных кланов, которым принадлежит моя страна, потеряют не только власть, но источники своих доходов. Понятно, что и «свидоми» сказочники, идеологически обслуживающие существующий режим, окажутся невостребованными. Этим двум немногочисленным категориям наших граждан «Украина» необходима как трупным червям дохлая кошка. Всех остальных от нее мутит уже 16 лет.

Я выступаю не против государства, а против людей, которые его приватизировали, и той системы, которую они построили «под себя». И не более того.

Некоторые ваши оппоненты считают, что вы просто не любите свою Родину.

Хм… Некоторые из моих оппонентов просто не могут отличить большую и толстую, прошу прощения, задницу начальника от Родины. Коллективные ягодицы украинского начальства они считают Родиной и поклоняются им. Кто?то из?за корысти, кто?то по глупости. Это у них считается архипринципиальным патриотизмом. Поэтому когда кто?то говорит что «король?то голый!», они моментально впадают в истерику и начинают демонстративно, с восторгом лобызать все то, что правящая украинская верхушка исторгла из себя за эти 16 лет. Но ведь даже если молиться на кучу экскрементов, от этого они не станут золотом.

Да, я не люблю то, что свора продажных, тупых и алчных пигмеев сотворила с моей Родиной под брендом «Украина». Да, я не люблю «Украину», потому что «Украина» — это 16 лет «руины», упадка, развала, отупения, умирания, разложения, деградации, обнищания, лжи, подлости… Некоторые оптимисты скажут, что я все вижу в мрачном свете. Ну что ж, в таком случае я очень хочу услышать их светлую и яркую историю об эпохе шестнадцатилетнего украинского расцвета. Я хочу узнать о великих украинских достижениях. Я просто мечтаю о том, чтобы меня распирало от гордости за «Украину» и ее «золотой век»!

Прислушайтесь к заунывной риторической «тошниловке» «свидомых» и тех, кого они обслуживают, — грызущейся своре властей предержащих. Сколько пышных разглагольствований о том, как «тяжко виборювалася Украйина», как много жертв устлало путь к ее торжеству и триумфу! Ну и? Где ЭТО? Помните, как в старом советском анекдоте? «И как один умрем в борьбе за ЭТО!» Так, я спрашиваю вас, «шановне панство», где ЭТО?!

Когда мне заявляют, что Ваджра в глубокой депрессии и просто не хочет видеть прекрасного и удивительного в украинской реальности, то я всегда вспоминаю четверостишие Губермана:

Мой небосвод хрустально ясен

И полон радужных картин.

Не потому, что мир прекрасен,

А потому, что я — кретин.

Оранжоидные умники говорят, что Родину не выбирают. А что такое наша Родина? Странный, кем?то когда?то придуманный «прикол» под названием «Украина»? Нет уж, увольте! У меня и, думаю, многих миллионов моих соотечественников нет желания находиться в рамках чьих?то бредовых фантазий. Я и мои оппоненты можем жить на одной земле, в одном городе, но понимание и ощущение Родины у нас совершенно разное. Ведь Родина — это индивидуальные образы, смыслы, ценности, символы…

Понимаете, о чем я? Наша страна — это уникальный эксперимент, расколовший живущих в ней людей в понимании и ощущении того, что такое их Родина. Понимание «Родины» «свидомых» и оранжоидов мне чуждо, и я пытаюсь пояснить своими текстами почему. Их «Родина» вызывает у меня в лучшем случае смех, в худшем — отвращение. До меня об этом просто никто не говорил открыто, хотя огромное количество людей ощущают и думают примерно так же, как я. Именно поэтому сейчас народ проявляет достаточно высокий интерес к моим текстам. Я говорю о том, о чем думают, но о чем молчат миллионы.

Вы выбрали не простой путь. Многие будут вас поносить, может, даже не всегда понимая вас.

Да, вы правы. Образно говоря, я вызываю огонь на себя. И смысл того, о чем я говорю, из принципиальных соображений, а чаще по глупости и неграмотности, будет кем?то извращаться. Ну, так это нормально. К тому же их «аргументы» не сложно предугадать. Они ведь не о сути мною сказанного рассуждать будут, а о том, что Ваджра продался москалям и пишет ради обогащения. Как будто старую польско?австрийскую аферу, выродившуюся в грустный сельский водевиль задорных и неунывающих олигофренов, нельзя не любить совершенно бескорыстно. На самом?то деле, кроме лишних проблем, мои тексты мне ничего не приносят и не принесут. Просто я делаю то, что должен делать. Это мой личный выбор, моя личная война, если хотите.

Появились ли у вас серьезные оппоненты, способные при помощи фактов и логики опровергнуть ваши утверждения?

Нет. Аргументированной критики моих текстов я не увидел вообще. Хотя ждал этого. А критика моей скромной персоны не идет далее высказываний типа «Ваджра — клятый кацап?шовинист» или «Ваджра — некомпетентный дурак». Для этого некоторые оранжоиды даже пытаются перейти на «ридну мову», как будто корявое владение «украйинською» может компенсировать их дремучее невежество.

Вас это расстраивает?

Меня это забавляет. Смешно наблюдать полную несостоятельность этой публики. Я ведь достаточно много написал. Достаточно много сделал прогнозов и оценок. Воевать с Ваджрой на самом деле очень легко. Надо просто взять то, о чем я писал в старых текстах «Распада», и сравнить с тем, что происходит сейчас или что уже произошло. Это не сложно, ведь так? Меня очень легко ткнуть носом в ошибки, заблуждения или ложь. Я весь на ладони. Главное, это чтобы они были.

Есть, правда, те, которые понимают мою правоту и видят неопровержимость тех фактов, которые я излагаю. Но они плавно «съезжают с темы» и заявляют примерно следующее: «Да, «Украина» творение большевиков, да, вся ее история — миф, да, современная Украина — это адский проект, монстр, пожирающий живых людей, да, она на последнем издыхании! Ну и что? Ведь сейчас?то она существует! Так пусть уже все будет, как оно есть. Может, когда?нибудь это недоразумение станет полноценной страной».

Не правда ли, странная логика? Это то же самое, если бы они прошли медицинское обследование и им сообщили, что у них обнаружен рак, а они на это ответили: «Ну и что? Рак?то уже есть. Это же медицинский факт! Поэтому пусть будет все как есть. Примем реальность такой, какова она есть! Может, болезнь сама рассосется». Но в том?то и дело, что она?то не рассосется! Вот в чем проблема.

Получается, что вы пытаетесь разобраться в причинах тех катастрофических процессов, которые сейчас набирают силу на Украине, а вас обвиняют за это в ненависти к Родине?

Да. Одним выгодно, чтобы народ не знал правду об украинских реалиях, а другие по своей глупости считают, что у нас все просто отлично и будет еще лучше, а даже если и плохо, то об этом никто не должен знать. Я же смотрю на все это несколько иначе…

Ладно, давайте вернемся к нашим «баранам».

Если я не ошибаюсь, сегодня мы собирались поговорить с вами об украинской культуре.

Да. Но не только о ней. Дело в том, что невозможно понять феномен, который называется «украинская культура», без понимания того, что собой представляет культура русская.

Почему? Вы намекаете на их близость?

На мой взгляд, все гораздо сложнее. Думаю, что вообще было бы некорректно говорить о русской и украинской культурах.

Что вы имеете в виду?

В отношении украинской культуры все гораздо сложнее, чем даже в отношении украинского языка. В прошлой нашей беседе я, можно сказать, на пальцах показал, что на современной Украине реально существует не двуязычие, как это принято считать, а триязычие. Примерно та же ситуация сложилась и в отношении культуры.

Вы хотите сказать, что на современной Украине существует несколько культур?

Не совсем. Дело в том, что само понятие «украинская культура» по своей сути относится к нескольким разным культурным феноменам. Т. е. то, что официальная пропаганда подразумевает под «украинской культурой», на самом деле не является чем?то цельным как в плане историко?культурной, так и духовно?психологической преемственности. То, что принято называть «украинской культурой», это лишь фрагментарные, локальные проявления совершенно разных культур, оказавшихся в ту или иную эпоху на территории современной Украины и нелепо «сшитые» националистической пропагандой в корявую мифологему национально?культурного наследия.

Я так понимаю, что вы говорите о своеобразном подлоге?

Да. Совершенно верно. По логике идеологов «украинства» великая нация просто обязана иметь великую культуру. Но откуда ее взять, если ее нет? В данном случае возможен лишь один выход — кража, присвоение себе чужого. В данном случае мышление «свидомых» идеологов крайне примитивно. По их мнению, все те культурные артефакты, так или иначе оказавшиеся на территории, которую большевики в свое время назвали «Украиной», являются «украинской культурой». Точно так же они записывают в деятели «украинской культуры» всякую творческую личность, которая родилась на территории Малороссии или имеет фамилию с окончанием на «ко».

Критерий смешной не только с точки зрения культурологии, но и здравого смысла. Однако «свидомых» можно понять, по?другому им не удалось бы создать мифологему об «украинской культуре».

Давайте остановимся на ней подробнее. Как она создавалась? Что собой представляет?

Итак, как я уже сказал, главным принципом, по которому определялась «украинскость» того или иного культурного феномена, является его присутствие на территории под названием «Украина».

Дабы изумить «украинцев» и все мировое сообщество невероятной древностью украинской культуры, многие «свидомые» во главе с нашим господином президентом торжественно провозгласили трипольскую культуру культурой древних украинцев. Раз трипольцы жили когда?то на территории современной Украины, то, значит, они были предками украинцев, рассуждают они. Для обывателя подобный довод выглядит убедительно, у историка он может вызвать только смех.

Почему?

Ну, во?первых, науке неизвестно ни откуда взялась эта культура, ни куда подевалась. Есть лишь несколько гипотез, одна из которых легла в основу политической мифологии.

Во?вторых, совершенно непонятно, почему в качестве пращуров украинцев выбраны именно трипольцы, ведь в те времена на территории современной Украины существовало еще несколько десятков примитивных культур. На каком основании, хотелось бы знать, наши «свидоми» идентифицировали именно трипольские горшки в качестве «украйинських».

В?третьих, если трипольская культура сугубо украинская, то что тогда делать румынам и молдаванам, на чьих территориях также залегают под землей артефакты трипольской культуры?

В?четвертых, как утверждают антропологи, черепа трипольцев относятся к т. н. армянскому антропологическому типу. Это вообще, мне кажется, — скандал.

И, наконец, в?пятых, трипольская культура исчезла приблизительно в середине IIІ тысячелетия до н. э., а первые исторические свидетельства о славянах относятся только к началу I тысячелетия н. э. То есть между исчезновением трипольцев и появлением славян прошло около двадцати веков. А это означает, что из трипольцев невозможно вывести не только «украинцев», появившихся, как я уже подробно рассказал в нашей первой беседе, во второй половине XIX века, но даже славян…

А жаль! Чертовски жаль! Ведь как бы замечательно было, если бы трипольская мифологема могла выдержать хотя бы самую слабую критику: еще не были построены египетские пирамиды, а украинцы уже ваяли самые уникальные в мире расписные «глэчыкы», обосновавшись в «вишневых садочках биля хат». Идиллия!

Самое забавное, что «свидоми» идеологи вполне серьезно рассуждают о том, что украинцы появились чуть ли не в неолите. Эта серьезность обусловлена их желанием доказать свою автохтонность, т. е. убедить себя и других в том, что украинцы всегда жили на «исконно украинской земле» (!). Если учитывать, что причерноморские степи традиционно были своеобразным «проходным двором», соединяющим Европу и Азию, через который во все исторические эпохи циркулировали огромные людские массы, «почвенническая» установка «свидомых» не более чем очередной бред политической мифологии.

Вообще странно, что до сих пор ими не сочинена «научная концепция» о том, как миллионы лет назад, когда только начался процесс формирования на Земле первых форм жизни, в уникальном украинском черноземе зародилась колония одноклеточных «украйинцив». Уверен, что «свидоми» легко опишут во всех подробностях, как «славэтни проукрайинци» в процессе дальнейшей эволюции под песни на «ридний мови» выбрались из жирного, плодородного гумуса. Думаю, было бы уместно заявить, что именно в этот момент на Земле возникли первые «укросапиенсы». Ну а потом, понятное дело, что эти прародители человечества принялись создавать не только самую древнюю на Земле культуру, но и вообще «колыску свитовойи цивилизаций».

Хорошо, первый элемент мифологемы под названием «украинская культура» это т. н. трипольская культура. Далее, я так понимаю, идет культура Киевской Руси?

Да. «Свидомэ» панство с пеной у рта «доказывает», что средневековая Русь на самом деле не Русь, а «Украина?Русь» (!), как завещал «великий» пан Грушевский.

Естественно, что по этой логике и культура Руси сугубо украинская.

Однако на основании чего был сделан такой радикальный вывод? Неужели существуют факты, его подтверждающие?

Рассмотрим основные культурные проявления той эпохи.

Язык. Ни для кого не секрет, что где?то в конце II — начале III века из т. н. праиндоевропейской языковой общности выделилась т. н. праславянская языковая общность, а уже из нее в IX веке отпочковался древнеславянский (церковнославянский) язык. Последний возник среди греческих славян, а затем получил свое дальнейшее развитие и оформление в языковой среде славян Моравии, Македонии и Болгарии. Именно из Болгарии древнеславянский пришел на Русь. А уже только потом, под его сильным влиянием, в X–XIII веках формируется древнерусский язык. Так утверждает наука.

Далее начинается политика. В конце XIX — начале XX века, на волне идеологической борьбы за признание «украйинськойи мовы» в качестве отдельного славянского языка «свидомыми науковцямы» делаются попытки доказать, что придуманный ими украинский язык (о чем я подробно рассказал в предыдущей нашей беседе) произошел непосредственно от праславянского.

И как? Им это удалось?

Вы понимаете, здесь в силу опять?таки вступил фактор чистой, незамутненной веры. «Свидоми» в своем узком коллективе единомышленников просто верят в то, что украинский язык произошел от праславянского. И самозабвенно самоудовлетворяются этой верой.

Для них является принципиально важным доказать, что украинский язык очень древний и «самостийный». Ведь факт существования общего для всей Руси древнерусского языка опровергает идею «свидомых» о существовании на территории южной Руси отличного от русского, украинского языка. Наличие западнорусского и восточнорусского наречий в рамках единого древнерусского языка их совершенно не устраивало. Им нужен был только «нерусский» язык и ничего другого. Именно поэтому «свидоми» категорически отвергают существование в X–XIII веках структурно единого, разговорного древнерусского языка. По их мнению, особенности лингвосистемы юга Руси, прежде всего звуковые, четко выделяются уже в X–XIII веках в отдельный, древний «русскоукраинский» или «украинскорусский» язык. Вон оно как!

Все эти умозрительные конструкции выглядят смешно. Мышление «свидомых», деформированное априорными пропагандистскими установками и политическими мифологемами, вообще штука весьма смешная. С ними разговаривать приходится как с маленькими детьми. По?другому просто невозможно. Иначе — крики, слезы, сопли, обиды и т. п. Хотя среди них есть и такие, которые понимают, что говорят чушь, но считают, что во имя великих национальных идей можно пламенно, до остервенения, до приступов диареи и чушь нести, лишь бы утвердить свою правоту. Как писал когда?то вождь малорусских украинофилов Драгоманов о популяции первых «украйинцив» Галиции, «в Галиции к праздности мозга приобщаются еще явные болезни, которые выносят люди из школ поповской и адвокатской, через которые обычно проходят образованные галичане. Эти болезни: поверхностная болтовня и партийность, при которой человек и сам знает, что говорит ерунду, но довольствуется тем, что так, мол, надо для дела, которое мы теперь защищаем»[67].

А с другой стороны, ну как можно без улыбки слушать мудреные рассуждения «свидомых фахивцив» об особенностях звучания языка, которого никто не слышал? Ну, скажите на милость, откуда они могут знать звуковые особенности живого, разговорного языка запада или востока древней Руси? Об этом можно лишь строить догадки и слагать мифы. И не более того. Тем более что историческим фактом является то, что русские южной Руси прекрасно понимали русских восточной или северной, и наоборот.

Делать какие?то выводы можно лишь на основании письменных источников, но тут?то «свидомые» как раз вынуждены признать, что в XI–XIII веках на территории всей Руси существовал один общий письменно?литературный язык, называемый древнерусским. И создан он был на основе слияния местного разговорного с пришлым старославянским (церковнославянским) языком.

Странно. Отрицается существование общего разговорного языка, но признается общий письменный язык. Какая?то несуразица.

Конечно, несуразица. Но дело в том, что отрицать наличие общего для всей Руси письменного древнерусского языка просто невозможно. Ведь другого, альтернативного ему, тогда не существовало, и это доказывается дошедшими до нас письменными памятниками средневековой Руси. Они написаны только на древнерусском языке (с незначительными региональными отличиями). И от этого никуда не деться. А вот фантазировать о разговорном «древнеукраинском» языке, которого из нас никто не слышал и не услышит, можно. Тут открывается огромное пространство для мифотворчества.

Честно говоря, лингвистические конструкции «свидомых украинцев» выглядят крайне запутанно, надуманно и очень мутно.

Как и вся их идеология в целом. Ведь доказывать им приходится совершенно недоказуемые вещи. Отсюда и вся эта изощренность.

А может, древнерусский язык все?таки как?то близок к современному украинскому?

Это легко проверяется. Берем, к примеру, «Слово о полку Ігоревім» XII века. Читаем: «съ зараніа до вечера, съ вечера до свЂта летять стрЂлы каленыя; гримлютъ сабли о шеломы; трещать коша харалужныя, въ полЂ незнаемЂ среди земли Половецкыи. Чръна земля под копыты, костьми была посЂяна, а кровію польяна; тугою взыдоша по Руской земли… Бишася день, бишася другый: третьяго дни къ полуднію падоша стязи Игоревы … Ту кроваваго вина недоста; ту пиръ докончаша храбріи Русичи; сваты попоиша, а сами полегоша за землю Русскую. Ничить трава жалощами, а древо с тугою къ земли приклонилось. Уже бо, братіе, невеселая година всътала…»[68]

Или, к примеру, возьмем летопись?автобиографию Владимира Мономаха «Поучения Мономаха своим детям» (приблизительно 1066–1117 гг.). Читаем: «Уклонися отъ зла, сотвори добро, взыщи мира и пожени, и живи в вЂкы вЂка». «И єще мало — и не будетъ грЂшника; взыщешь мЂста своєго, и не обрящеть. Кротции же наслЂдять землю, насладяться на множьст†мира»[69]. «О, Владычице Богородице! Отьими от убогаго серца моєго гордость и буєстъ, да не възношюся суєтою мира сего; в пустошнЂмь семь житьи научися, вЂрный человЂче, быта благочестию дЂлатель». «Смертни єсмы, днесь живы, а заутра в гробЂ; се все, что ны вдалъ, не наше, но твоє, поручилъ ны єси на мало дний»[70].

И где тут хоть малейший намек на «украйинську мову»? В этом тексте можно увидеть лишь присутствие, в той или иной мере, орфографии и морфологии церковнославянского. Но именно под его влиянием, как я уже говорил, сформировался древнерусский, ставший своеобразным прототипом современного русского литературного языка.

Как писал в 1920 году граф Александр Волконский: «Нам нет надобности останавливаться на характеристике нашей древней литературы. Нам важно лишь отметить, что памятники ее писаны на русском языке. Все мы, учившиеся в русских школах, читали их в их подлинном тексте, и читали, поверьте, без словаря, ибо и словарей таких не имеется. На странице встретится три?четыре архаических слова или название предмета, вышедшего из употребления, — тогда требуется толкование; но это русский, древнерусский язык, стоящий на полпути между нашим современным и церковнославянским. Когда украинофилы утверждают, что «Поучение» Мономаха есть «образец украинской литературы», это не более как неприличная выходка, рассчитанная на неосведомленность иностранной публики»[71].

Таким образом, сам собой напрашивается вывод, что все заявления «свидомых» идеологов украинства о том, что на юге Древней Руси с центром в Киеве населением использовался древний украинский язык («украинскорусский»), являются откровенной ложью. Средневековая Русь говорила и писала на едином древнерусском языке, имевшем, однако, в западных, восточных и северных регионах государства некоторые отличительные особенности, что, впрочем, присуще любому живому языку. Ну, еще на территории Русского государства использовался церковью в литургиях, обрядах, проповедях и т. п. старославянский (церковнославянский) язык. И все.

Но «свидоми» украинофилы, как запрограммированные на самоуничтожение терминаторы, соорудив в своей теории миф о древнем «украинскорусском» языке, в фанатическом угаре набросились на русский, вырывая из него с мясом то, что им не понравилось, а затем за несколько лет сотворили из оставшихся «ошметков» и польско?немецких заимствований «ридну мову».

Рецепт подобного «креатива» крайне прост. Необходимо взять какое?нибудь региональное наречие, а лучше поднаречие, выудить из него в качестве будущей основы все отличающие его от литературного языка черты, заимствовать как можно больше слов из какого?нибудь иностранного языка, параллельно выдумав новые, тщательно это смешать, а затем зафиксировать данный микс в системное целое при помощи нового алфавита. Опля! Вот вам и «ридна мова»!

Вы знаете, что во второй половине XIX века в среде украинофилов шла мощная дискуссия относительно создания «подольского», «волынского», «литвинского» «языков»? Кстати, на основе великорусского наречия тоже можно «сварганить» отдельный, самостоятельный «язык». И не один. А какое пространство для творчества открывается на ниве великорусских поднаречий!

Между прочим, когда?то Лев Толстой хотел написать азбуку на «тульском» поднаречии для крестьянских детей Тульской губернии. Дабы облегчить им овладение грамотой. А там, глядишь, нашлись бы тульские патриоты?самостийники и «свидоми» литераторы, которые бы принялись бороться с «москалями» за «ридну мову» и творить литературу на «древнем тульском» языке.

Ну, хорошо, с языком мы более?менее разобрались. А что вы можете сказать о литературе Киевской Руси? Насколько я понимаю, если в те времена не существовало украинского языка, то и с украинской литературой была та же ситуация?

Вы совершенно правы. Украинской литературы в средневековой Руси не было. Тут даже дискутировать не о чем. Но дело в том, что и термин «древнерусская литература» по своей сути весьма условен.

Что вы имеете в виду?

Культура домонгольской Руси в целом — это всего лишь калька с греческой, византийской культуры. Русская культура той эпохи не была чем?то оригинальным и самодостаточным, она представляла собой совокупность заимствований. Даже древнерусский литературный язык, о котором я только что говорил, в значительной степени был некой региональной, стилистической разновидностью древнеславянского. Культура высокого стиля Руси не возникла самостоятельно на русских землях, а была привнесена греческим христианством. И это в первую очередь касается письменной культуры.

К примеру, церковнославянский язык создавался в течение нескольких столетий на основе кириллицы — продукта сложной, творческой переработки греческого алфавита. Первоначально кириллица состояла более чем наполовину из греческих букв. Графика букв кириллицы близка греческому, византийскому алфавиту. Со временем в соответствии с особенностями славянской фонетики в нее вносились новые оригинальные славянские буквы, а греческие вытеснялись. Болгары придали ей завершенную, системную форму. От них кириллица попала к нам.

Что представляла собой литература домонгольской Руси? Переписанные или переведенные греческие и болгарские тексты религиозной тематики. Оригинальных русских произведений в ту эпоху было крайне мало. Да, был митрополит Илларион с его «Словом про закон и благодать», был Нестор с его «Житием… Феодосия… Печерского», были Кирилл Туровский, Феодосий Печерский, Данила Заточник, но все они в совокупности не представляли целостной литературной традиции, не были носителями оригинального, сугубо национального литературного стиля. И наличие летописей также ситуации не меняет, тем более если сравнить всю русскую литературу того времени с предшествующими ей древнегреческой, древнеримской и византийской.

Идем дальше. Религия.

Официально христианство было введено на Руси в конце X века. Заметьте, опять?таки речь идет о заимствовании. Причем переход русских от своего автохтонного язычества к христианству, переход не формально?внешний, а внутренний, духовно?психологический был длительным и сложным. Сменилось не одно поколение, пока новая вера прочно утвердила себя на Руси. Язычество умирало долго, еще дольше существовало т. н. двоеверие. Весь этот процесс затянулся аж до татарского погрома. Окончательное утверждение христианства на Руси началось лишь во второй половине XIII века. Понятное дело, что говорить о какой?то уникальности русского христианства той эпохи не приходится. Особым, уникальным оно стало, превратившись на русском духовно?психологическом грунте в православие.

Далее. Право и законодательство.

Надеюсь, вы понимаете, кто именно готовил договоры между Киевом и Константинополем, если учитывать, что Византия, в отличие от Руси, обладала развитой и, можно даже сказать, изощренной правовой системой, регулирующей политические, социальные и экономические процессы?

Относительно происхождения источников внутреннего законодательства Руси дискуссии между специалистами не утихают до сих пор. Естественно, что «почвенники» отстаивают идею того, что законы Русского государства той эпохи базировались на стародавних обычаях русского народа, однако, если учитывать, что после принятия христианства Русь практически полностью заимствовала византийскую культурную матрицу, подобные утверждения выглядят крайне сомнительно.

Далее. Наука.

Ситуация примерно та же. Русь усваивала знания Византии, которые представляли собой наследие античной натурфилософии. Благодаря византийцам русские познакомились с Аристотелем, Эпикуром, Платоном и т. д. Отрывки этих мыслителей входили в сборники под названием «Пчела» и были главным источником научных идей той эпохи для наших предков. Также на Руси активно распространялись натурфилософские тексты греческих христианских авторов, изучалась математика, физика, астрономия и т. д. Гносеологический подход был взят русскими у античных авторов. Как видите, опять заимствования.

Музыка.

Сегмент примитивной народной музыки мы не рассматриваем. Да и информация о ней косвенного характера, на основании письменных источников и древних рисунков.

О профессиональной инструментальной музыке также известно крайне мало. Специалисты предполагают, что она была заимствована у итальянцев. В частности, использовалась четырехлинейная нотная система итальянского музыканта, монаха Гвидо из Ареццо. Профессиональные христианские церковные песнопения пришли на Русь, как вы понимаете, из Византии. Музыка записывалась византийской нотной системой, которую русские называли «крюками». Также византийской была система богослужебных жанров христианской гимнографии. Интересно то, что они сохранились в Русской православной церкви до наших дней. В основе песнопений лежала византийская музыкальная система из восьми ладов — т. н. «осьмогласие». Искусству церковных песнопений русских обучали специальные византийские учителя, которых называли «доместики».

С архитектурой на Руси сложилась примерно та же ситуация. Если рассматривать не народную деревянную архитектуру в виде срубов, а зодчество уровня культовых построек, дворцов и фортификационных сооружений, то здесь имеет место опять?таки заимствование средневизантийской техники строительства и архитектуры. Да и кроме всего прочего сами архитекторы Руси того времени были византийцами. К примеру, первый каменный храм Руси — киевская Десятинная церковь, сооруженная в 989–996 годах в Киеве, строилась византийскими мастерами, о чем свидетельствует даже летопись. В основу проекта церкви они положили канонический для византийской архитектуры тип т. н. тринавного триапсидного храма, окруженного с трех сторон галереями.

Где?то в конце XII века на Руси усиливается влияние романского архитектурного стиля, проявляющегося в технике постройки сооружений и в характере архитектурных форм и их декора. В XIII же веке монголо?татарское вторжение ставит точку в развитии архитектуры того периода.

Как писал еще в 1920?м граф Александр Волконский, «наша каменная архитектура — иноземного происхождения: она пришла к нам с христианством от греков, и протекло не менее одного?двух столетий, пока лег на нее национальный отпечаток. Она пришла к нам не только в Киев, но почти одновременно и в Новгород. Постройка киевской Святой Софии закончена в 1037 году, а уже в 1045?м заложена по тому же плану Святая София новгородская. Ясно, что видеть в киево?софийском соборе проявление «украинского искусства», как то делают иные анонимные брошюры украинской пропаганды, не имеет смысла. Собор этот даже не русское создание, а греческое; русского в нем только воля Ярославова да рабочие руки»[72].

Так, что там еще осталось?

Изобразительное искусство.

Иконография.

Ситуация аналогичная. Византийское христианство пришло на Русь как раз в момент расцвета греческой иконографии. Мозаичные и фресковые ансамбли Византии, ее иконопись, миниатюра в рукописных книгах не могли не впечатлить русских язычников. Именно они становятся источником, из которого Русь несколько столетий черпала технику, эстетику, сюжеты для своих храмовых мозаик, фресок, икон, миниатюр и т. п. В Киеве того времени, как и на Руси в целом, в изобразительном искусстве мы не сможем найти чего?то такого, что принципиально отличалось бы от византийского прототипа.

Вот что по этому поводу писал Волконский: «В стенных росписях и иконах киевского периода почти нет национальных черт, национальных особенностей. Схема украшения церквей, стиль мозаик — все было византийское. Насколько влияние Византии было всесильно, видно из того, что даже содержание фресок Киево?Софийского собора взято исключительно из древности византийской и никакого прямого отношения к древнерусскому быту не имеет». О фресках лестниц Киево?Софийского собора. (Фрески изображают сцены из Царьградского ипподрома.) Значение живописи домонгольского периода, говорит Грабарь, «важнее для историка византийского искусства, чем для историка искусства русского. Более чем памятники русского искусства это памятники византийского искусства в России»[73].

Я так понимаю, что вы не зря уделили столько внимания культуре Киевской Руси?

Совершенно верно. Дело в том, что современная украинская пропаганда подает культуру дотатарской Руси как начальный этап формирования исключительно «украинской культуры». По мнению «свидомых», на тот момент русские юго?западной Руси (украинцы) отличались от русских восточной и северной Руси как в этническом и языковом плане, так и в культурном. Основываясь на этом утверждении, они заявляют, что «украинская культура» — наследница особой культуры юго?западной Руси с центром в Киеве, а современная русская (российская) культура возникла на основе культурного прототипа восточной или северо?восточной Руси, где доминировал угро?финский этнический и культурный элемент.

Но ведь на самом деле Русь до нашествия монголов не знала своей, национальной, оригинальной культуры высокого стиля. Она целиком была заимствована у византийцев вместе с христианством, причем заимствована на всей своей территории, от Черного до Балтийского моря. Литература, архитектура, живопись, музыка были одинаково византийскими как на юго?западе, так и на северо?востоке Русской земли. Лишь «свидомые» клоуны от истории могут, брызгая слюной, убеждать свою паству в том, что юго?западная Русь была «Украиной» и что ее культура была оригинальной «украинской культурой», принципиально отличной от «азиатско?москальской». Ведь тогда не то что «украинской», но даже самобытной русской культуры высокого стиля по сути?то не существовало. Лишь где?то в XIII веке культурное наследие Византии начинает постепенно «перевариваться» Русью. Однако трансформироваться во что?то сугубо национальное, оригинальное оно не успело. Вторгшаяся монгольская армия превратила в руины большую часть Русской земли. Процесс был заторможен.

Как писал уже упомянутый мною Волконский, «с татарским погромом исчезли почти все южные памятники византизма. Целые города превращались в пепел, а каменные церкви — в развалины. […] Искусство Киевской Руси оказалось как бы замкнутым циклом, эпизодом, не имевшим прямой связи с последующими эпохами»[74].

Таким образом, разговоры о том, что якобы вокруг Киева, на юго?западных землях Руси существовало отдельное государство, с нерусским («украинским») народом и особой, «украинской» культурой, не более чем украинофильская мифология. «Свидоми» опускают русскую историю до уровня политической проститутки, дабы она удовлетворяла их извращенные политические фантазии. При этом исторические источники и факты ими тупо игнорируются.

Хорошо, период Древней Руси мы рассмотрели. А что, с вашей точки зрения, представляла собой культура Малой и Червонной Руси после татар?

Давайте об этом поговорим в нашей следующей беседе.

Хорошо. Тогда до встречи.

26.09.2007

Данный текст является ознакомительным фрагментом.