ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ

ДЕМОГРАФИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ

Средняя продолжительность жизни в Европе XVI–XVII вв. составляла 25–35 лет (если считать от рождения) и около 50 лет (если не принимать во внимание детскую смертность). Это, разумеется, не означало непременной гибели именно в этом возрасте: знаменитый Тициан прожил около 100 лет и умер лишь от чумы.

Подсчеты численности населения для этих веков страдают неизбежной неточностью: более или менее полные переписи в Европе стало принято проводить лишь с XVIII–XIX вв. Для XV–XVII вв. разброс данных по количеству европейского населения у различных специалистов весьма велик. К примеру, для 1450–1500 гг. их оценки укладываются в диапазон от 55 до 90 млн человек, для 1600 — от 78 до 105 млн (100 млн многим кажется наиболее правдоподобной цифрой), для 1650 г. — от 75 до 136 млн.

Вместе с тем общие тенденции не вызывают сомнений. «Победу жизни над смертью» датируют лишь серединой XVIII — началом XIX в., ранее же население европейских стран то увеличивалось, то вновь уменьшалось.

Обычно выделяют рост населения в 1450–1620 гг., за которым следует более или менее значительный спад или в лучшем случае стагнация, продолжавшаяся до 80-90-х годов XVII в., а в ряде стран и до первых десятилетий XVIII в.

Причины подобной демографической неустойчивости весьма разнообразны. Одним из факторов послужило глобальное похолодание, получившее название «малого ледникового периода» и захватившее значительную часть XVII в. По-прежнему периодическое сокращение населения вызывают войны, мятежи, экономические неурядицы (в первую очередь нехватка продовольствия): так, в 1693–1694 гг. Франция потеряла более полутора миллионов жителей, смертность увеличилась на 85 %. Избрание частью населения духовной стези также сказывалось на приросте его общей численности; в Испании, например, в первой половине XVII в. было около 9 тысяч только мужских монастырей.

За исключением проказы (практически побежденной в течение XVI в.) для Европы оставались актуальны все болезни, терзавшие ее и ранее; разве что к ним добавился еще и сифилис, появившийся в самом конце XV в. В начале XVI в. Англию поражает эпидемия гриппа, которую принято считать первой, но отнюдь не последней. В конце того же века возвращается бубонная чума, особенно широко распространившаяся по окончании Тридцатилетней войны. Свирепствует не щадящий ни бедных, ни богатых туберкулез: только во Франции от него скончались три монарха. Дизентерия, оспа, тиф, «пляска Святого Витта» — волна одной болезни нередко следовала за другой. В результате эпидемий итальянцев в середине XVII в. оказалось меньше, чем было за век до того; Кастилия за четыре года на рубеже XVI–XVII в. потеряла десятую часть населения; от чумы 1665–1666 гг. лишился четверти населения Лондон.

Даже в периоды демографического роста Европа все еще остается малонаселенной; лишь один из пяти людей на Земле к концу XVII в. был европейцем (в настоящее время — лишь один из восьми, однако это следствие совершенно иных демографических процессов). В это время население Франции не превышает 21 млн человек, Германии — 15–20 млн, материковой Испании — 7 млн, Англии — 4–5,5 млн. Если из страны уезжало 200–300 тысяч человек и более (как это было в Испании в связи с изгнанием морисков, во Франции после отмены Нантского эдикта или в Англии во второй половине XVII в.), потери населения осознавались современниками как значительные и влекущие за собой серьезные последствия.

Поскольку экономика большинства стран остается аграрной, основная часть населения проживает в деревне (исключение составляет Голландия, где уже в XVII в. в городах концентрируется до половины жителей). Сами города относительно невелики: считается, что в 1500 г. на всю Европу приходилось лишь пять городов с населением 100 тысяч человек или больше. И в 1600, и в 1700 гг. таких городов всего 12, из них восемь — в Средиземноморском регионе, преимущественно в Италии. Самый крупный город XVI в., Неаполь, насчитывал в 1600 г. ок. 280 тысяч жителей; население Лондона тогда же не превышало 150–200 тысяч человек, около 200 тысяч проживало и в Париже. Ни один другой город Англии не преодолел в это время рубеж в 15 тысяч человек, Франции — 50 тысяч. Тем не менее многие города быстро росли, особенно порты, связанные с международной торговлей.