ТЕПЕРЬ МОГУТ ПИСАТЬ ЛОЖЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ТЕПЕРЬ МОГУТ ПИСАТЬ ЛОЖЬ

31 декабря 1988 года. (Телефонный разговор).

– Лазарь Моисеевич, здравствуйте! Я вас поздравляю с Новым годом, желаю здоровья.

– Спасибо. Вас тоже поздравляю и желаю вам успеха в вашем творческом труде.

– Спасибо. Как у вас дела?

– Ну, дела мои известны вам.

– Работа подвигается немножко?

– Так что работа, так сказать…

– Пишут много сейчас, надо подумать над этим.

– Да, да.

– Наверно, не со всем вы согласны?

– Конечно, не согласен. Ну, могут писать ложь, теперь кто угодно. Самое главное, мы социализм построили, они пытаются его развалить.

Вот это обидно.

Нет, за социализм надо бороться. Обязательно.

29 сентября 1989 года. (Телефонный разговор).

– У меня плохо со зрением стало, – жалуется Каганович. Потерял зрение. Сильно. Не могу читать.

– Может, к кому-то из глазников… Федоров…

– Нет, я пока не собираюсь. Врачи говорят по-разному. Одни говорят – нужна операция, другие – нет.

– Операцию я б не стал делать. Это опасно.

– Вот именно. В моем возрасте опасно.

– Вообще в любом опасно.

– Верно, верно. А как вы живете?

– Ничего. Пишу книжку о Вячеславе Михайловиче.

– Серьезно?

– Хочу написать то, что он рассказывал о сталинском руководстве.

– Вам большое спасибо.

– Есть моменты, по которым я бы хотел вас спросить.

Молотов был немножко отстранен в последние годы от Сталина и не все знал. Как умер Сталин? Он себя неплохо чувствовал?

– Я вам расскажу сейчас по телефону: он себя, по – моему, неважно чувствовал, но так ничего, неплохо. Я тоже последнее время у него меньше бывал. Там у него бывали больше всех Хрущев, Маленков и Берия. Да, больше всего они…

– А Булганин тоже, пишут?

– Нет, неверно. Неверно.

– В основном, эта троица?

– Троица, да.

(О Булганине мне вспоминается эпизод, полученный тоже, как говорится, из первых рук. Дело было после войны, готовились к очередному параду, а министром обороны стал Булганин, не умевший ездить на коне. Парады на автомобилях еще не принимали, и пришлось Николаю Александровичу учиться ездить верхом. За этим занятьем его застал Сталин. Посмотрел и сказал:

– Ты сидишь на лошади, как начальник военторга!

В чем-чем, а в меткости определений и чувстве юмора Сталину трудно отказать. И как ни сложен его образ, этот камушек из мозаики не выбить. А выбьешь – сразу станет заметно. Ф. Ч.)

– То же самое мне и Вячеслав Михайлович говорил. Я ему однажды принес книжку Авторханова «Загадка смерти Сталина». На Западе вышла, вы, наверно, слышали.

– Да слышал, знаю я его. Жульническая книга.

– Еще много разговоров о храме Христа Спасителя. Чуть ли не вы сами его взрывали!

– Но-о-о! Я могу вам подробно рассказать об этом деле, но только не по телефону, конечно.

– Говорят, вроде Киров первый предложил взорвать?

– Тоже вранье. Я не знаю, может быть, он и предлагал, я не слышал этого. Но вообще я вам расскажу. Это ведь были предложения организации архитекторов. Еще в двадцать втором году они внесли предложение… чтобы, так сказать, взорвать. Эта идея фигурировала среди архитекторов и дошла до ЦК. Я-то лично сомневался в этом деле. Вначале.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.