Глава 5 ПОЧЕМУ СТАЛИН НЕ РАССТРЕЛЯЛ ИНЖЕНЕРА КОШКИНА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 5

ПОЧЕМУ СТАЛИН НЕ РАССТРЕЛЯЛ ИНЖЕНЕРА КОШКИНА

Гусеницы — это только средство попасть на чужую территорию, например, на гусеницах преодолеть Польшу, а попав на германские автострады, сбросить гусеницы и действовать на колесах.

В. Суворов. «Ледокол»

1

Сначала приведу пространную цитату, чтобы вам было понятнее, что же такое настоящий танк-агрессор.

«Основное преимущество танка БТ — скорость. Это качество было доминирующим над остальными качествами настолько, что даже вынесено в название танка — быстроходный.

БТ — это танк-агрессор. По всем своим характеристикам БТ похож на небольшого, но исключительно мобильного конного воина из несметных орд Чингисхана. Великий завоеватель мира побеждал всех своих врагов внезапным ударом колоссальных масс исключительно подвижных войск. Чингисхан уничтожал своих противников в основном не силой оружия, но стремительным маневром. Чингисхану нужны были не тяжелые неповоротливые рыцари, но орды легких, быстрых, подвижных войск, способных проходить огромные пространства, форсировать реки и выходить в глубокий тыл противника.

Вот именно такими были танки БТ. Их было произведено больше, чем ВСЕХ типов во ВСЕХ странах мира на 1 сентября 1939 года. Подвижность, скорость и запас хода БТ были куплены за счет рациональной, но очень легкой и тонкой брони. БТ можно было использовать только в агрессивной войне, только в тылах противника, только в стремительной наступательной операции, когда орды танков внезапно врывались на территорию противника и, обходя очаги сопротивления, устремлялись в глубину, где войск противника нет, но где находятся его города, мосты, заводы, аэродромы, порты, склады, командные пункты и узлы связи.

Потрясающие агрессивные характеристики танков БТ были достигнуты также за счет использования уникальной ходовой части. БТ на полевых дорогах двигался на гусеницах, но, попав на хорошие дороги, он сбрасывал тяжелые гусеницы и дальше несся вперед на колесах, как гоночный автомобиль. Но хорошо известно, что скорость противоречит проходимости: или — скоростной автомобиль, который ходит только по хорошим дорогам, или — тихоходный трактор, который ходит где угодно. Эту дилемму советские маршалы решили в пользу быстроходного автомобиля: танки БТ были совершенно беспомощны на плохих дорогах советской территории. Когда Гитлер начал «Операцию «Барбаросса», практически все танки БТ были брошены. Даже на гусеницах их использовать вне дорог было почти невозможно. А на колесах они не использовались НИКОГДА. Потенциал великолепных танков БТ не был реализован, но его и НЕЛЬЗЯ БЫЛО РЕАЛИЗОВАТЬ НА СОВЕТСКОЙ ТЕРРИТОРИИ». («Ледокол». Гл. 3.)

Теперь сделаем некоторые выводы:

Главное качество танка-агрессора — скорость.

Мощная броня танку-агрессору не нужна.

Танк-агрессор не предназначен для прорыва обороны противника.

Танк-агрессор предназначен действовать там, где противник не может оказать организованное сопротивление.

Переходим к другому танку, который Владимир Богданович тоже постоянно хвалит в своих сочинениях, к Т-34.

В главе одиннадцатой «Самоубийства» он даже объявляет Т-34 «лучшим танком всех времен и народов». Возможно, это некоторое преувеличение, но лучшим танком Второй мировой войны Т-34 признают многие авторитеты. Однако мы-то с вами знаем, что он оказался лучшим в той войне, которая случилась на самом деле, а в той войне, которую планировал вести Сталин, Т-34 выглядел бы обыкновенной посредственностью. Дело в том, что ЕГО НЕЛЬЗЯ БЫЛО ИСПОЛЬЗОВАТЬ НА АВТОСТРАДАХ ГЕРМАНИИ!

Вспомним еще раз сценарий начала войны, описанный Владимиром Богдановичем в «Ледоколе». Танки-агрессоры преодолевают на гусеницах бездорожье Польши и, оказавшись на автострадах Германии, сбрасывают гусеницы и мчатся вперед. Преодолеть бездорожье Польши Т-34 сможет, пожалуй, быстрее, чем БТ (благодаря широким гусеницам и мощному дизельному двигателю). Но вот он оказался на автостраде, и что дальше? Сбросив гусеницы, он превратится в неподвижную огневую точку, а не сбрасывая их, он сможет развить скорость всего лишь в 51,2 км/час. И эту скорость он развивает и на разбитом российском проселке, и на великолепной немецкой автостраде.

Малолитражка DKW, которую в то время имел каждый второй немецкий фермер и каждый третий немецкий клерк, развивала скорость 90 км/час. Мотоциклетка «Цюндап», которую имел или мог иметь каждый квалифицированный немецкий рабочий, — 75 км/час. А танк Т-34 всего 51,2 км/час. Ну что это за танк, который не может угнаться за мотоциклом! Ясно, что это никак не танк-агрессор.

В оборонительных боях, которые Т-34 пришлось вести в июне 41-го, он зарекомендовал себя прекрасно. Хорошо проявил он себя и в наступательных операциях, которые вела Красная Армия на протяжении всей войны. Только наступления эти были совсем не похожи на те, которые собирался, если верить В. Суворову, вести Сталин в июле 41-го. Т-34 использовался для прорыва оборонительных линий неприятеля, преследования на сравнительно небольшую глубину, встречных боев. Для удара же в спину ничего не подозревающему противнику и прорыва на стратегическую глубину он совершенно не подходит.

Так что для агрессивной, наступательной войны нужны были колесно-гусеничные танки, которых в СССР было и так больше, чем танков всех типов во всех армиях мира.

Но никогда не следует останавливаться на достигнутом, поэтому Сталин заботился не только о модернизации армии своих БТ, но и о дальнейшем развитии идеи колесно-гусеничного танка-агрессора.

В октябре 1937 года заводу № 183 было выдано задание на разработку совершенно новой колесно-гусеничной машины. Первоначально она именовалась БТ-20, но позднее получила название А-20. Да-да, это был тот самый автострадный танк, о котором поведал нам Владимир Богданович.

2

Владимир Богданович не счел нужным подробно рассказать нам об этой машине, и неудивительно. Дело в том, что даже при беглом знакомстве с ее характеристиками вся «агрессивность» куда-то исчезает. А-20 имел ту же самую 45-мм пушку, что и БТ, и не намного более толстую броню. Впрочем, В. Суворов указывает: «Основное преимущество танка БТ — скорость. Это качество было доминирующим над остальными качествами настолько, что даже вынесено в название танка — быстроходный… Подвижность, скорость и запас хода БТ были куплены за счет рациональной, но очень легкой и тонкой брони…» («Ледокол». Гл. 3.) Так что не в броне и вооружении дело, а в скорости. Но со скоростью А-20 дело обстоит совсем плохо.

Все отечественные и зарубежные справочники дружно указывают скорость танка А-20 65 км/час, как на гусеницах, так и на колесах. Как же это стыкуется с утверждением В. Суворова: «Главное назначение А-20 — на гусеницах добраться до автострад, а там, сбросив гусеницы, превратиться в короля скорости». («Ледокол». Гл. 3.) Танк, выжимающий 65 км/час, на короля скорости никак не тянет. Да и вообще, зачем делать колесно-гусеничный танк, который на колесах передвигается с той же скоростью, что и на гусеницах?

Впрочем, это противоречие можно снять, хотя и с натяжкой. В той же третьей главе «Ледокола», говоря о танках БТ, Владимир Богданович дает такое примечание: «Советские источники дают цифру 86 км/час, иногда даже 70. Объяснение простое: на советских дорогах слишком мощный двигатель рвал силовую передачу, поэтому приходилось ставить ограничители мощности. На автострадах ограничитель можно было просто снять… Лучшие западные испытания танков БТ дают скорость не 70 км/час, а 70 миль/час». Конечно же, и на танках А-20 стоял тот же ограничитель мощности, без которого скорость его на колесах была значительно больше.

К сожалению, западных испытаний А-20 не проводилось (только восточные), поэтому точной скорости танка мы узнать не можем, придется прибегнуть к экстраполяции. Если танк БТ-7 при скорости на гусеницах 52 км/час на колесах давал (по В. Суворову) 100 км/час, стало быть, А-20, имевший скорость на гусеницах 65 км/час, на колесах мог мчаться со скоростью порядка 115 км/час.

Впрочем, скорость А-20 могла быть и еще больше, может быть, даже 130 км/час. Вот это действительно «король скорости», от него не мог бы удрать на автостраде не то что какой-то мотоцикл, но даже «Мерседес», на котором любил раскатывать Гитлер.

Но это мелочи. Владимир Богданович мог бы и сам все это рассказать, если бы решился подробно поговорить об автострадном танке А-20. А не решился он это сделать вот почему.

К маю 39-го был готов опытный образец танка, а к августу окончены его заводские испытания. Танк полностью удовлетворял требованиям военных, а кое в чем и превосходил их (первоначальное задание предусматривало установку 45-мм пушки, на окончательном же варианте могло устанавливаться 76-мм орудие). Казалось бы, А-20 тут же должен был пойти в серию, но вместо этого почему-то начался серийный выпуск Т-34.

А откуда, собственно говоря, этот Т-34 вообще взялся?

3

В устах кремлевских фальсификаторов (так В. Суворов называет всех не согласных с его теорией) история создания «тридцатьчетверки» выглядит так: получив задание на разработку танка А-20, конструкторский коллектив решил в инициативном порядке параллельно разработать другую, чисто гусеничную машину.

Скажите мне, для каких доверчивых идиотов это пишется? На дворе 37-й год, все лубянские подвалы забиты ожидающими своей очереди получить пулю в затылок «инициативными» (а проще говоря, осмелившимися иметь хоть какую-то мыслишку, на йоту отличающуюся от мнения Сталина) товарищами. И тут главный конструктор танкового завода (кстати, только что сменивший посаженного за ту самую «инициативу» А.О. Фирсова) вдруг решается самовольничать и разрабатывать машину, которая в будущей войне совершенно не нужна. Правда, новый танк в документах числился под индексом А-32, т. е. «заговорщики» пытались прикрыть истинную сущность машины «автострадным» названием. Но, думаю, никого это не обмануло, наверняка стукачи быстренько донесли куда следует, какой такой «автострадный» танк разрабатывает вредитель Кошкин и его шайка.

Но для ареста главного конструктора оборонного предприятия требовалась санкция с самого верха. Так что донесение советских патриотов пошло по цепочке наверх. Судя по тому, что никаких санкций к руководству КБ применено не было, по той же цепочке с самого верха спустилось указание: «Не трогать».

Этот факт странен сам по себе, но еще более загадочно выглядят дальнейшие события. В августе 38-го на рассмотрение Главного Военного совета РККА при Наркомате обороны поступили проекты двух танков, заказанного А-20 и «инициативного» А-32. Военный совет единодушно высказался за А-20, но Сталин предложил воплотить в металле и испытать оба варианта!

Кремлевские историки утверждают, что якобы Сталин прислушался к мнению танкистов, только что вернувшихся из Испании и утверждавших, что чисто гусеничный танк предпочтительнее колесно-гусеничного. Для войны в Испании это, может быть, и было верно, республиканская армия вела преимущественно оборонительные бои, да и автострад на Пиренейском полуострове не больше, чем в России. В такой войне действительно высокая скорость танков была не столь важна, но требовалось мощное бронирование. Но ведь Сталин, как нас старается убедить В. Суворов, готовился совсем к другой войне, агрессивной, наступательной, в которой скорость танку куда нужнее, чем броня.

Дальше ситуация совсем запутывается. В сентябре на полигон под Москвой прибыл колесно-гусеничный танк А-20 и чисто гусеничный А-32. Комиссию по приемке возглавлял сам нарком обороны Ворошилов (как известно, никогда и ни в чем не имевший собственного, отличного от сталинского, мнения). И вот по представлению этой комиссии все работы по автострадному танку А-20 были свернуты, а чисто гусеничный А-32 было решено доработать и запустить в серию. И 31 марта 1940 года был принят на вооружение знаменитый Т-34!

Чувствуете, какая загадочная получается история? Казалось бы, все предельно ясно — готовишься к агрессивной войне, запускай в серию колесно-гусеничный танк. Готовишься к оборонительной — гусеничную машину. Где-то до середины 1938 года все шло правильно, Сталин готовился к агрессии, в производстве и разработке были исключительно колесно-гусеничные танки с карбюраторными двигателями. Но вот он о чем-то задумался, и на ХПЗ тайно спускается приказ начать разработку чисто гусеничной машины (мы ведь не станем верить кремлевским фальсификаторам, что Т-34 разрабатывался «в инициативном порядке»). Наконец в конце 1939 года Сталин принимает окончательное решение, и Т-34 поступает на вооружение, причем в качестве основного среднего танка. Более того, несколько месяцев спустя прекращается производство последнего танка-агрессора БТ-7 и даже запчастей к нему!

Можно, конечно, предположить, что того количества БТ, которое уже имелось к началу 1940 года, вполне хватало для покорения Европы. Но поверить в то, что наши танки могли пройти всю Польшу, Германию, Бельгию и Францию без ремонта, никак невозможно. А как производить ремонт, если запчастей нет?

Стало быть, задача доехать на колесах до берегов Атлантического океана с танков БТ была явно снята.