26. «Черная смерть»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

26. «Черная смерть»

Оскудение. Гонения на евреев в Германии достигли крайних пределов в XIV веке. «С тех пор, как евреи живут на свете, — говорит один старинный немецкий писатель, — они еще не переживали более жестокого столетия, чем четырнадцатое. Можно удивляться, как после такой бойни остался еще в Германии хоть один еврей». В 1348 году в Европе свирепствовала страшная чума, известная под именем «черной смерти». Сотни тысяч людей умирали от этой загадочной болезни. Вымирали целые города и области. Люди обезумели от страха; дикое суеверие овладело темной массой и вело ее на преступления; всякая узда законности исчезла. В это время пущен был чудовищный слух, будто зараза вызвана евреями, которые нарочно отравили воду в колодцах и реках, чтобы погубить христиан. Обвинение поддерживалось, между прочим, тем обстоятельством, что евреи, вследствие свойственного им трезвого образа жизни и особенной заботливости в уходе за больными, умирали от чумы в меньшем количестве, чем христиане. И вот началась народная расправа с мнимыми отравителями. Избиение евреев началось в Южной Франции и Драгонии, но страшные размеры оно приняло в Германии. В прирейнских областях, в Эльзасе, Австрии, Швейцарии, Богемии, где «черная смерть» косила жителей, евреев убивали тысячами.

Их сжигали на кострах, пытали, вешали, местами изгоняли или заставляли принимать крещение. Напрасно папа Климент VI обратился к католикам с буллой, в которой доказывал нелепость взведенного на евреев обвинения, напоминая, что сами евреи умирают от заразы, и что «черная смерть» свирепствует и там, где их вовсе нет. На слова папы не обратили внимания, страсти разгорелись — и нельзя было унять их. В Страсбурге и Кельне бургомистры и члены городское совета заступились за неповинных евреев; они убеждали народ, что чума послана Богом, а не людьми; но горожане прогнали этих заступников. Страсбургских евреев поволокли на кладбище, заперли в большой деревянный сарай и сожгли. Спаслись лишь немногие, которые с отчаяния согласились принять крещение (1349 г.).

Подобная же участь постигла и кельнских евреев, после неудавшейся попытки их защищаться с оружием в руках. Прирейнские города, свидетели ужасов крестовых походов, снова огласились воплями еврейских жертв. В Вормсе городской совет решил сжечь евреев, но последние, не дожидаясь смерти от рук палачей, сами подожгли свои дома и погибли в пламени. То же сделали и евреи Франкфурта и других городов. В Майнце часть евреев оказала вооруженное сопротивление своим мучителям и убила около двухсот человек; когда же дальнейшая борьба стала невозможна, майнцские евреи сами сожгли себя в своих домах. Из немецких земель евреи массами убегали в соседнюю Польшу, где их соплеменники жили спокойнее, под защитой королей и богатой шляхты.

Страдания, унижения и бедность омрачили жизнь немецких евреев и ослабили их умственную деятельность. Область умственной жизни была так же тесна, как улица еврейского квартала. Даже раввинская наука измельчала. Ученые талмудисты разрабатывали и объясняли прежнюю письменность, но не создавали ничего нового.

О свободе мысли не могло быть и речи.

Религиозные обряды соблюдались с величайшей строгостью как в домашней жизни, так и в синагоге. Семья и синагога — вот два места, где гонимый, унижаемый еврей отдыхал душой, где он чувствовал себя человеком с возвышенными духовными стремлениями. Семейная жизнь немецкого еврея была образцом нравственной чистоты, самоотверженной любви, воздержания и трезвости. Община составляла как бы одну большую семью, объединенную одинаковыми стремлениями и привычками. Жизнь общины сосредоточивалась в синагоге, где во дворе, обыкновенно, находилась и обитель раввина. Здесь обдумывались и обсуждались общинные дела; здесь иногда, в моменты народных нападений, члены общины решались добровольно умирать, чтобы не сдаться врагу: синагога поджигалась — и целая толпа мучеников испускала дух, при восторженных криках: «Слушай, Израиль, Бог — един!». Память о таких мучениках свято чтилась потомством; имена их, с титулом «святой» («гакадош») при каждом, заносились в памятные книги синагог и поминались в трогательных молитвах за тех, «которые отдали свою жизнь за святость имени Божия».

В XV веке гонения на евреев в Германии ослабели. Только время от времени католическое духовенство возбуждало против них толпу. Около 1450 года по стране разъезжал монах Капистран, прозванный «бичом иудеев», и возбуждал народ против евреев; под влиянием этих проповедей народ в нескольких местах разгромил еврейские кварталы. Из различных городов евреи изгонялись.

Литература германских евреев в XIII–XV вв. состоит почти исключительно из талмудических исследований. Из талмудистов этой эпохи особенно прославились: рабби Меир из Ротенбурга (XIII в.), р. Израиль Песерлейн в Австрии и р.

Израиль Вруна в Регенсбурге (XV в.). Пражский раввин Липман Мильгаузен написал популярную книгу «Ницахон» («Победа» в 1410 г.), которая должна была служить руководством для еврейских ученых при религиозных спорах с христианскими духовными лицами.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.