59. Вавилонские амораи

59. Вавилонские амораи

Рав и Самуил, принесшие с собой из Палестины учение Митны, были первыми «амораями» Вавилонии. Из основанных ими школ вышли многие славные ученые, которые, в свою очередь, учреждали школы и умножали число законоведов. То было замечательное время. Жажда знания охватила вавилонских евреев. Школа ценилась выше всего. Уважением в обществе пользовался не богатый, а ученый. Знание Мишны и множества устных к ней толкований сделалось обязательным для всякого образованного еврея. Еврейская наука, терявшая под собой почву в Палестине, поднялась и расцвела в Вавилонии.

Главными академиями в Вавилонии считались сначала сурская и нагардейская. Но после смерти Самуила Нагардею постигло несчастье: пальмирский князь Оденат, в войне с персами, завоевал этот город и разрушил его (259 г.). Тогда академия из Нагардеи была на время перемещена в Пумбадиту.

Во главе сурской академии, после Рава, стоял Гуна. В молодости Гуна был скромным земледельцем; сделавшись ученым, он все еще продолжал сам обрабатывать свои поля; часто видели его возвращающимся вечером с поля, с заступом и лопатой на плечах. Впоследствии он разбогател, отдался науке и достиг почетного звания ректора сурской академии. Подобно Раву, Гуна содержал на свой счет несостоятельных учеников. Руководителем высшей школы в Пумбадите был Иегуда бен-Иехезкель. Он был чрезвычайно остроумен и часто устраивал в своей школе ученые споры, чтобы развивать умственные способности учеников.

Пумбадитские ученые прославились как остроумнейшие спорщики: о них говорили, что они в своих рассуждениях способны «пропустить слона через игольное ушко».

В то время пумбадитская академия приобрела большее значение, чем сурская.

После Иегуды, начальником ее был Рабба бар-Нахмени, прозванный за свою горячность в ученых спорах «колебателем гор». При нем, во время предпраздничных народных чтений, в Пумбадиту съезжалось около двенадцати тысяч слушателей. Персидское правительство запретило евреям устраивать такие многолюдные съезды, а Раббу приказало арестовать. Рабба принужден был бежать из Пумбадиты и по дороге умер.

Пумбадитская школа особенно славилась при своем знаменитом руководителе Абае. Имя этого аморая часто встречается в Талмуде рядом с именем его товарища — Раввы (300–350 гг.). Абая заведовал академией в Пумбадите, а Равва — в городе Махузе. Между этими двумя учеными происходили постоянные прения по вопросам законодательства. Часто прения в их школах велись не для того, чтобы разъяснить тот или другой закон, а лишь для того, чтобы упражнять умственные способности учащихся. Абая и Равва ревностно заботились о распространении начального образования в народе; они следили за тем, чтобы в каждом городе была школа для юношества. По смерти Абаи большинство учеников пумбадитской академии перешло в Махузу, к Равве. Когда же умер и Равва, махузская академия также пришла в упадок. Вскоре Махузу постигла печальная участь: во время похода императора Юлиана, в Персию этот город был разрушен римскими войсками.