III

Русская народная мудрость говорит: «Клин — клином вышибают». Петр обрубил все ветки у дерева русской исторической жизни, спилил ствол, расколол его и вогнал в расщелину клин чуждых русскому историческому духу религиозных, политических и социальных идей. Могло ли, находясь в таком положении, русское дерево быстро отрасти и дать новые могучие ветви. Конечно нет!

Чтобы помочь ему снова отрасти необходимо было выбить загнанный в его сердцевину Петром I клин, а только тогда расщепленный ствол мог соединиться и переболев еще некоторое время, искалеченное дерево, пользуясь силой неповрежденных корней, могло пустить новые ветви и расти дальше.

Но это не было сделано и клин, загнанный Петром, продолжал разделять русскую историю, русский дух, русский народ на две половины, не позволяя им снова срастись.

Александр I не пошел, по пути своего отца, который предпринял первые попытки вытащить загнанный Петром I клин. В силу полученного им политического воспитания, Александр I не мог быть возглавителем национальной духовной контрреволюции. Вся его государственная деятельность напоминала деятельность человека, который хотел вернуть искалеченное дерево к жизни, но не понимал, что единственный способ вернуть его к жизни — выбить клин из его расщепленного ствола. Все государственные действия Александра I были только полумерами. Полумеры же эти не могли вдохнуть жизнь в искалеченный организм русской жизни.

Идеологически и Александр I, и современное ему образованное общество опирались на клин, которым Петр расколол русскую жизнь надвое. Поэтому идеология, на которую опиралась царская власть, все политические течения в эпоху правления Александра I были противоестественной смесью чужеродных, противоречащих друг другу идей.

То, что по привычке именовалось «самодержавием», — на самом деле было противоестественной смесью политических идей западного абсолютизма с обрывками политических идей уничтоженного Петром I самодержавия. Православное богословие — было причудливой смесью религиозных догматов православия, протестантства и даже, хотя в меньшей степени, католичества.