ПОСОЛ ОКИНАВА-ТЭ

ПОСОЛ ОКИНАВА-ТЭ

1916 г. стал одновременно трагическим и переломным для окинавской традиции боевых искусств. Из жизни уходят величайшие мастера двух основных направлений тодэ: патриарх Сюри-тэ Итосу Анко и Наха-тэ – Хигаонна Канрио. Они были практически последними столпами традиционных идеалов тодэ. Теперь же школы этих двух гигантов раскололись на множество мелких групп и их ученики повели соперничество за право называться «прямыми наследниками традиции».

И именно после смерти одних ведущих мастеров и одряхления других наступает перелом в окинавской традиции боевых искусств. Как-то сам собой всплыл вопрос об открытии преподавания в Японии.

За поездку в Японию ратовал и Департамент физической культуры Окинавы. Таким образом, «вывоз» окинава-тэ в Японию был частью продуманной политики окинавской администрации. Самый достойный представитель окинава-тэ должен был отправиться в путь и желательно в столицу – Токио. Ясно было, что того, кто приедет в Японию первым, японцы и будут считать символом окинава-тэ. А значит, престиж поездки весьма высок.

Интересно, что первоначально кандидатура Фунакоси отнюдь не рассматривалась как очевидная. Главным претендентом считался Мотобу Тёкки (1871 – 1944 гг.). Его мастерство в боевых искусствах было вне конкуренции. Ни один человек не решался бросить ему вызов.

До сих пор на Окинаве ходят легенды об этом бойце. Почти ровесник Фунакоси, он родился в Сюри в феврале 1871 г. Природа, одарив Мотобу немалым ростом, массивным телосложением и чудовищной физической силой, не наделила его даже малейшей скромностью. Однажды он получил хороший урок от первого ученика Итосу Анко, блестящего бойца Ябу Кэнцу, с которым свирепый Мотобу, также одно время обучавшийся у Итосу, ничего не смог поделать. Этот проигрыш ничуть не охладил его; Мотобу захотел продолжать обучение боевым искусствам. Но, увы, никто не желал рисковать и брать его в ученики. Согласился лишь престарелый Мацумора Косаку (Коруку) (1829 – 1898 гг.) из деревни Томари – продолжатель славного рода знатоков боевых искусств, руководитель направления Томари-тэ, который сам обучался у китайца, поселившегося к северу от Томари.

Мотобу Тёкки (1871-1944) отличался чудовищной силой и необузданным нравом (стиль Томари-тэ)

Мацумора не рискнул раскрывать все секреты несдержанному Мотобу. Он обучил его лишь двум ката, являвшимся базовыми в Томари-тэ и требующим хорошей физической подготовки – Найханти и Пассай. Технике свободного поединка (кумитэ) Мацумора наотрез отказался обучать его. Но невоспитанного Мотобу это не остановило. Рассказывают, что он регулярно подсматривал ночью за тренировками своего учителя через отверстия в бамбуковых стенах додзё Мацуморы. Подобные истории похожи на легенды. Ведь уже в то время на Окинаве изучение боевого искусства полностью базировалось на выполнении ката, отработке ударов по макиваре и каких-то значительных секретов в себе не таило. Мацумора ввёл в свой стиль разнообразные приёмы руками (ти), в частности, захваты и, как утверждал в своей книге «Окинава Кэнпо Тодэ-дзюцу» («Искусство окинавского кулачного боя»), создал новую теорию «беспроигрышного» поединка – «хэнсю».

Вид деревни Томари, 1853 г.

Мотобу, прозванный Сару «обезьяна», быстро стал грозой окинавских бойцов, заставив уважать себя даже тех, кому его характер был не по нраву. В поединках отличался крайней жестокостью.

Порой невоспитанность Мотобу поражала даже далеко не самых утончённых жителей Окинавы: он мог запросто есть пищу руками, а не палочками, пройти по улице в рваной и грязной одежде, с непокрытой головой... Всё это шло вразрез с традиционными нравами.

Разве можно посылать такого человека, пусть и великолепного бойца, полномочным представителем окинава-тэ в Японию?! Ведь там придётся не столько демонстрировать боевое мастерство, сколько вести долгие разговоры со многими влиятельными персонами. Одним словом, нужен человек, являющийся живым воплощением традиционной культуры.

Обсуждались кандидатуры ещё нескольких претендентов, в частности Мияги Тёдзюна (1888 – 1953 гг.) – одного из лучших учеников Хигаонны в школе Наха-тэ, будущего основателя стиля Годзю-рю. Но он был скромен, не любил демонстрировать своё мастерство, по духу близок к китайскому ушу. К тому же Мияги едва исполнилось 33 года – сочли, что он сравнительно молод для столь ответственной миссии. По этой же причине не вошёл в когорту избранных и Мабуни Кэнва (1889 – 1952 гг.), который спустя несколько десятилетий создаст в Японии свою школу Сито-рю, – он оказался ещё моложе.

Представители старого поколения мастеров, которые действительно были живым воплощением традиции тодэ и помнили ещё китайских наставников, отказались отправляться в Японию, устыдившись явно рекламного характера поездки.

И тогда взоры окинавских мастеров обратились к Фунакоси. Правда, большим мастером он не считался да и должность занимал весьма скромную – учитель начальных классов. Но Фунакоси был известен своей деятельностью по развитию окинава-тэ и отличался немалой активностью в обсуждении вопроса о преподавании в Японии боевых искусств. И к тому же он пользовался большой поддержкой в Департаменте физической культуры Окинавы, где был «своим человеком» в отличие от других мастеров, которые не видели прямой необходимости заходить в «коридоры власти». Фунакоси же сделал правильную ставку.

Кстати, Мотобу Тёки оказался сильно задет тем, что его кандидатура была столь неуважительно проигнорирована. Он самостоятельно в 1921 г., т. е. ещё до Фунакоси, приезжает в Японию, обосновывается в Осаке и живёт там до 1923 г., а затем начинает путешествовать по стране. Естественно, такой человек, как Мотобу, не мог остаться незамеченным. Слава о «бойце-гиганте» быстро разнеслась после того, как в поединке он сумел за несколько минут отправить в тяжелейший нокаут одного из английских боксёров, который с успехом выступал в Японии и в течение уже двух лет считался непобедимым. Справедливости ради стоит отметить, что рассказы о «некультурном» Матобу, возможно, не более, чем происки недоброжелателей. Так Накама Тёдзо (школа Кабаяси-рю) рассказывает, что речь Матобу была грамотной, вежливой, а своих последователей он специально обучал «благородным манерам».

Накамура Сигэру (1892-1969), основатель направления Окинава Кэнпо, учился у Мотобоу Тёкки

Но открыть школу и тем более создать собственное направление Мотобу не удалось. В 1926 г. великий боец возвратился в Сюри. Здесь он всячески пытался доказать своё неоспоримое первенство. Мотобу умер 2 сентября 1944 г. в Томари. До конца жизни его неуёмные амбиции поражали многих знатоков боевых искусств. Например, он, не испытывая ни малейших сомнений, присвоил сам себе 11-й дан (!), став хотя бы по этому формальному принципу «самым первым».

Но вернёмся к тому, кому было суждено «открыть Японию».

Не один год Фунакоси, человек весьма расчётливый, вёл на Окинаве кампанию за создание некоего официального органа, ведавшего боевыми искусствами, не без тайной мысли возглавить его. Конкурентов у него было немного, ибо мало кто видел выгоду от такой должности, ожидая лишь многочисленные хлопоты. Фунакоси много беседует с местными мастерами, убеждая их собраться в одну организацию для пропаганды боевых искусств. Не забывая, что всё-таки окончательное решение зависит от местной администрации, он упорно налаживает с ней контакты. И наконец такая организация – «Окинава Сёбу кай» – создана, а Фунакоси, естественно, становится её председателем. Заслуги данной организации в деле преподавания боевых искусств неизвестны; во всяком случае, местные хроники об этом молчат. Всё ограничилось несколькими собраниями. Но пост главы организации позволил Фунакоси выехать в 1922 г. в Японию в кчестве официального лица.

Накама Тёдзо, последователь Сёрин-рю, ученик Мабуни Кэнва, Тибана Тесина и Мотобу Тёкки. Использует в своей тактике боя много подсечек и ударов с подскоком, а также удары по болевым точкам

Фунакоси получил мандат от Центрального секретариата физического образования Окинавы (вот где пригодились связи в местной администрации) на организацию в Японии преподавания окинава-тэ и на исполнение там обязанностей шеф-инструктора. Официально Фунакоси был послан на Национальную Всеяпонскую спартакиаду. Правда, в своей книге «Окинава кэмпо каратэ-дзюцу» обидчивый Мотобу Тёки не преминул указать, что именно он пригласил Фунакоси занять это место, так как сам плохо знал японский язык и классические нравы.

Теперь Фунакоси ехал в Японию как полномочный посол, представляющий окинавские боевые искусства. Его задачей было формирование общественного мнения для открытия официального преподавания окинавского искусства на Японских островах.

Вряд ли те, кто посылал в 1922 г. Фунакоси в Японию, могли предположить, что он начнёт там собственную игру и объявит себя единоличным создателем каратэ.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.