РАСЦВЕТ СИЦИЛИЙСКОГО КОРОЛЕВСТВА: ДИАЛОГ КУЛЬТУР

РАСЦВЕТ СИЦИЛИЙСКОГО КОРОЛЕВСТВА: ДИАЛОГ КУЛЬТУР

Публично-правовые и ленные отношения образовывали сложную многослойную конструкцию в той части Италии, которая оказалась в руках Штауфенов. Норманны на протяжении столетия захватывали все новые территории на Сицилии, в Калабрии и Апулии, пока герцог Рожер II Сицилийский из рода Отвилей не объединил все норманнские владения и не получил от антипапы Анаклета II корону нового «Сицилийского королевства» (ИЗО г.). Оно охватывало значительную территорию, на которой проживали потомки лангобардов, а также норманны и греки, арабы и евреи. Здесь раскинулись цветущие города Амальфи и Салерно, Бари и Неаполь, Мессина и Палермо, здесь высились неприступные замки баронов. Норманны проявляли относительную веротерпимость и предоставляли общинам автономию. Но при этом они рьяно отстаивали свои монарший прерогативы. Король Рожер (Роджер) и его преемники жестоко подавляли мятежников, опираясь на преданное им войско сицилийских мусульман.

В управлении обширными областями причудливо переплетались византийские и арабские традиции. Канцелярией по обычаю ведал грек, носивший при этом титул «эмира эмиров». Королевство служило ареной интенсивного диалога культур. Достаточно назвать лишь имя аль-Идриси, автора «Книги Рожера» («Китаб ар Руджер»), самого точного географического труда своего времени. Салерно становится главным центром медицинского знания на Западе, местом встречи греческой, арабской и еврейской медицинских традиций. В Амальфи создается «Торговый кодекс», заложивший основы морского права Европы. В городах Сицилийского королевства зарождается нотариат, создаются учебники, которыми будут руководствоваться нотариусы Нового времени. Многочисленные королевские судьи, юстициарии, разъезжали по всему королевству, творя суд в присутствии «добрых людей» — местных присяжных. Необходимость согласовывать различные системы права предоставляла правоведам богатое поле деятельности. В 1140 г. свод законов нового королевства («Арианские ассизы») устанавливает порядок сочетания местных обычаев и королевского права. Впервые в Европе государь полностью запрещает все частные войны, все рыцари первым делом обязаны клятвой королю и только во вторую очередь непосредственному сеньору. Сицилийские короли сохранили верховное право распоряжения ленами и право высшей юрисдикции, максимально широко трактуя понятие государственной измены, считавшейся одновременно и святотатством. Впрочем, эти меры оказывались действенными лишь в руках решительного короля. Калабрийские бароны вновь и вновь устраивали мятежи в период междуцарствий.

Короли, сохранившие за собой право инвеституры, при опоре на городское рыцарство и послушную церковь полностью подчинили города управлению своих чиновников. Городам не позволили превратиться в самостоятельные коммуны, что поспособствовало их постепенному упадку. Такой жесткий вариант доминирования объясняют тем, что у сицилийских королей слишком рано не осталось соперников, а папских отлучений и интердиктов они привыкли не бояться, зная, что без помощи норманнов папы оказались бы беззащитны перед императором. Указывают также на влияние византийской государственной традиции и на особенности вассально-ленной системы в родном для завоевателей герцогстве Нормандском. Но беспрецедентная жесткость и централизация ленной системы стала возможной в силу факта завоевания. Ведь право завоевания было свято, поскольку выражало «Божью волю».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.