Глава 2 КРЕСТИТЕЛЬ РУСИ

Глава 2

КРЕСТИТЕЛЬ РУСИ

И потому нет ничего слюнявее и плюгавее Русского безбожия и православия.

Граф А. К. Толстой

Почему пришло к концу язычество?

Языческий мир славян VII–X вв. был бы для нас совершенно чужим. Мы невольно приписываем свою собственную психологию предкам: или просто многого не знаем, или очень уж хотим, чтобы предки были «получше». Они были совсем не плохими, но на нас очень не похожи.

Языческая Русь жила, очень плохо зная окружающий мир. Почти без идей и представлений, привязывающих ее к остальному миру и даже почти без таких, которые скрепляли бы саму Русь. В Перуна и Сварога верили все…Или почти все. Но для сотен тысяч крестьян, разбросанных по колоссальной территории, важнее были местные боги и божки, местные дела и настроения. Жили по вековым обрядам и обычаям, даже не особенно вникая — что они делают и почему. Но твердо зная: делать надо так и только так!

Каждый год летели на север птицы, и надо было сжечь чучело Морены, слепить снежного болвана, а потом испечь из последнего хлебца прошлогоднего урожая изображения носителей весны — жаворонков. Надо было хорошенько посовокупляться на ярилках, привлекая плодородие земли, и надо было приготовить все необходимое для сельскохозяйственного года. Надо было начать сев, выгонять в зазеленевшие луга отощавший за зиму скот, и не забыть отблагодарить богов за то, что весна наступила. Люди все делали правильно, приближая весну своими магическими действиями. Но ведь и боги не оставили людей навсегда во власти злой Моряны.

Шло лето с полевыми работами, и раз уж не выбегают из леса туры, приходилось есть откормленных домашних бычков под спаленными молнией дубами, отмечая летнее солнцестояние, самые долгие дни года.

Шумели грозы — Даждьбог и Перун хотели, наверное, что-то сказать человечеству. Или это папа Сварог оплодотворял маму Землю.

Собирали урожай, начинали готовить снаряжение для осенней охоты… Опять благодарили богов, выполняли вековые ритуалы. В избы заходили свахи, клали руки на камни печей и хвалили свой «товар». С ритуальными словами, которые произносят не думая, договаривались о браках, сговаривали детей.

По стародавним обычаям справляли свадьбы, на которые варили пиво и готовили еду опять же по заветам веков. Даже не думая, не помышляя отступиться.

На время опять побеждала Морена, летели первые белые мухи, приходилось надевать кожухи и теплые рубахи.

Весь этот год умирали люди, и в одних местностях надо было их сжигать и насыпать курганы. А в других надо было венчать умершего с Матерью землей, погребая на деревенском кладбище. Тоже по вековечным обычаям, под присмотром предков и богов на погосте.

Так шел год за годом, и каждый год был нетороплив, раздумчиво-долог, каждый день в нем тянулся бесконечно. А время летело, не отмеченное событиями, кроме рождений и смертей. Неизменно возвращалось все то же самое, нового не бывало от веку, и ничто не звало за горизонт.

Действительно, вот мы говорим о рождении государственности у восточных славян, о рождении Новгорода Великого и Киевской Руси. А сколько людей строили государственность Древней Руси? Ну, несколько десятков… от силы — несколько сотен человек. Помогали им несколько тысяч — дружинники.

Еще несколько тысяч — население городов, профессиональные ремесленники и торговцы. Сколько людей каждый год проходило по знаменитому пути «из варяг в греки»? Те же несколько тысяч. Эти хоть видели истинные пространства Руси, ее различия в разных частях, ее громадность.

А жило-то на Руси не 20 тысяч человек, а по разным расчетам от 700 тысяч до миллиона.

К X в. назрел момент, чтобы осмыслить себя как некое единство. Осознать, в чем они — общность, и в чем противостоят остальным. Просто слишком много людей стало жить в этом пространстве, слишком тесными сделались их отношения. Племенной быт вступал в противоречие и с ростом экономики, и с ростом государственности.

Язычество не дает такой возможности.

Мне возразят: а индуизм? Индуизм — результат вековой кодификации язычества, сведения его в какую-то разумную систему. Индуизм — это пример вековой работы по соединению разных языческих вер разных племен.

Тем более Русь тоже возникала как государство не одних только славян.

Многоплеменное скопище поимени «Русь» с конца IX в. объединялось общей династией князей, но ничем больше. Никакой общей идеи у них не было, все племена и народа были язычниками и поклонялись своим племенным богам.

Необходимо было как-то идейно объединить их всех и противопоставить остальным. Для этого надо было или принять любую из Мировых религий. Тогда появилась бы принадлежность всех исповедующих эту религию к единоверцам. Та принадлежность, которую и называют цивилизационной. В этом случае Русь присоединилась бы к одной из мировых цивилизаций: христианской, мусульманской или буддистской.

Можно было бы создать, придумать свою собственную мировую религию. Тогда Русь стала бы или особой цивилизацией, или центром такой цивилизации.

А можно было пойти другим путем — как раз тем, которым пошли индусы. То есть путем кодификации язычества, постепенного упорядочивания вер и верок всего многоплеменного многообразия Руси. На основе славянской религии, вероятно — примерно как вера ариев сделалась основой индуизма.

Такая работа, кстати, тоже могла привести к рождению особой русской цивилизации.

Попытка кодификации язычества

Эта попытка кодификации язычества связана с именем Владимира Святославовича. По порядковому номеру он четвертый князь объединенной Древней Руси после деда Игоря, бабки Ольги и отца Святослава. Он — шестой князь династии Рюриковичей — если считать первым Рюрика, а вторым — непонятного Олега.

Год рождения Владимира неизвестен. Вероятнее всего, он родился между 955 и 960 гг. Еще при своей жизни Святослав разделил земли между сыновьями. Старший, Ярополк, взял себе Киев, второму, Олегу, отец отдал землю древлян, а Владимира отправили в Новгород.

После смерти Святослава, как это обычно и бывает, началась междуусобица. Олег погиб, а Владимир со своим верным дядькой Добрыней бежал «за море» — то есть явно в Скандинавию. Через три года он возвращается с варяжскими дружинами. Варяги и новгородцы входят в Киев в 980 г. — что характерно, без боя. С их помощью Владимир отбил государство отца у старшего брата Ярополка.

Сначала Владимир захватил перешедший на сторону Киева Полоцк. Он посватался к дочери правителя Полоцка Рогволода, Рогнеде. Но та была просватана за Ярополка и Владимиру отказала со словами:

— Не хочу разувать робичича[99].

Тогда Владимир взял город штурмом, Рогволда убил, а его дочь взял в жены насильно.

Число жен Владимира называют разное — от 15 до 30. Четверо из этих бесчисленных жен были скандинавского происхождения, остальные и касожками, и болгарками, и славянками…

Одна из его жен, Аллогия (или Аурлогия), жила и правила в Новгороде. Скандинавские саги называют ее колдуньей. Прорицательницами были и некоторые из других его жен.

Разгромив Рогволода, Владимир осадил Ярополка в Киеве. По одной версии, киевляне хотели восстать. По другой — Ярополка только запугали восстанием. Потом Владимир заманил брата на переговоры, и два варяга «подняли его мечами под пазухи». Беременную жену Ярополка, бывшую греческую монахиню, Владимир тоже взял в свой гарем.

В 978 г. Владимир захватил Киев. Варяги потребовали с киевлян дань за свою службу, но Владимир отослал их в Константинополь. Императору он советовал развести варягов по разным местам. Правда, некоторых Владимир оставил на Руси для управления городами.

Владимир воевал не меньше своего отца Святослава. Он отвоевал у поляков города Червен и Перемышль, окончательно примучил вятичей, радимичей, белых хорватов и ятвягов, воевал с Волжской Болгарией и обложил данью Хазарию. Владимир покорил земли Таманского полуострова в Крыму и посадил своего сына Мстислава Храброго на княжение в Тьмутаракани.

Именно Владимир ликвидировал племенные княжения, сплотив Русь.

При Святославе печенеги набежали на Русь всего один раз. При Владимире печенеги набегали в 990, 992, 993, 996, 997, 1001 и 1013-м гг.

Но еще Владимир заключил много договоров: с Чехией, Польшей, Венгрией, Византией, папой римским.

Но самым главным деянием Владимира стало Крещение Руси… Святой Равноапостольный Владимир вошел в историю как креститель Руси и проводник христианства. Но жизнь-то он прожил как язычник.

Как уже говорилось, число его жен называют разное — от 15 до 30. Четверо из этих бесчисленных жен были скандинавского происхождения, остальные и касожками, и болгарками, и славянками… Любвеобильный он был, Святой Равноапостольный князь Владимир. С пятью из этих жен Владимир жил после совершения обрядов… Это были «крученые» или «водимые» жены: те, кого Владимир водил, крутил вокруг ритуальных березок.

Одна из его жен — Аллогия (или Аурлогия) жила и правила в Новгороде! Скандинавские саги называют ее колдуньей, и якобы именно из-за этого она могла предсказать великое будущее будущему христианскому святому Святому Олафу. Как будто прорицательницами были и некоторые из других его жен. В общем, христианская семейка.

Владимир в народных легендах

Конец Владимира тоже связан с Новгородом, как и начало.

Отец двенадцати сыновей от разных жен, Владимир посадил в Новгороде старшего сына — Вышеслава. Именно старшего! Только после смерти Вышеслава в Новгороде сел Ярослав… У Ярослава сложились особенно хорошие отношения с новгородцами.

Став новгородским князем, в 1014 г. Ярослав отказался давать отцу дань — две тысячи гривен. Понятно, это не было его личным решением. Не просто скверный мальчишка не захотел слушаться папы, а Новгород не желал давать свои денежки в Киев.

Владимир страшно разгневался, и готов был идти войной на непокорный Новгород. Русь оказалась на краю новой Киево-Новгородской войны, но тут в 1015 г. Владимир умер (от злости? Летопись молчит о причинах).

Фольклорная традиция называет его Владимиром Красное Солнышко. Из былин исчезли бесчисленные жены Владимира — осталась одна, подобающая христианину, княгиня. Владимир постоянно пирует, потчуя самых разных людей. Он добродушен, гостеприимен, хлебосолен.

За его княжеским столом пируют богатыри — Алеша Попович, Добрыня Никитич, Илья Муромец, Чурило Пленкович, Дюк Степаныч и другие. На двор Владимира Красное Солнышко они и приносят Соловья-разбойника, Чудо-юдо-заморское, приводят пленных. Но сам князь не воюет, не управляет государством. Он только пирует, щедро оделяя едой и питьем всех желающих.

Народная традиция очень позитивно настроена к Владимиру. Может быть, он и правда был очень хорошим человеком? Может быть, примерно так и правил?

Главное капище

В 980 г. Владимир создал общий славянский пантеон. Само слово «пантеон» — греческого происхождения. От пантеос — все, и теос — боги. Так называли места или храмы, посвященные одновременно всем греческим богам. Владимир вряд ли хорошо знал греческий язык, но создавал он именно такое место.

«Нача къняжити Володимер в Кыеве един.

И постави кумиры на хълме въне двора теремьнаго:

Перуна древяна, а главу его сьребряну, а yс злат,

и Хърса,

и Дажьбога,

и Стрибога,

и Семарьгла,

и Макошь.

И жьряху им, наричюще я богы и привожаху сыны своя

и дъщери

и жьряху бесом и осквьрняху землю требами своими».

Само расположение главного капища говорит о многом. Дело в том, что деревенские погосты — поляны с идолами, деревянными изображениями богов, — ставились на возвышенных местах, но поблизости от деревни. Тут же располагались и кладбища. Волхвы старались жить подальше в чаще леса, в местах особенных и немного жутких — например, на болотах.

Велесу поклонялись в пещерах, ямках и низинах.

Ящеру, соответственно, у вод.

Вот Перуну поклонялись на вершинах холмов, на высотах. Само расположение погоста означало — главным здесь будет Перун. Был этот идол в два роста человека, из сожженного молнией дуба. И были у него золотые усы и серебряная борода. Стоял этот идол на самом высоком месте, и при том непосредственно около княжеского терема. Не внутри двора, чтобы никто не мог бы ходить… А наоборот — так, чтобы киевляне шли сами, приводили сыновей и дочерей. Но так, чтобы шли бы к богам — и одновременно к князю.

Перед болваном Перуна поставили алтарь в виде каменного кольца, и было у этого алтаря пять «лепестков». Если считать Хорса и Даждьбога одним божеством, все «лепестки» заняты.

На алтаре приносили в жертву быков и телят. Как будто бы и людей… Но более поздние информаторы были христиане, они могли и преувеличить степень жестокости и дикости язычников.

Состав богов пантеона говорит еще больше, чем месторасположение капища. Широко почитаемый Велес в пантеон не попал. Все позиции делят между собой, кроме верховного Перуна, небесные божества (Хорс, Дажьбог, или Хорс-Даждьбог и Стрибог), и божества плодородия (Семаргл и Макошь). Пантеон Владимира — не народный, не племенной «набор» богов, а скорее дружинно-княжеский. Притом представляющий всю Русь, славянскую и неславянскую: Перун — бог в той же степени балтский, что и славянский; Хорс и Семаргл — явные «иранцы»; Макош — финно-угорского происхождения.

Крайне интересно предполождение академика Б. Б. Рыбакова: «Вполне возможно, что былинные и летописные сведения о знаменитых пирах Владимира являются отзвуком тех ритуальных трапез, которые следовали за принесением жертв богам. Hа таких пирах, как мы знаем из описаний языческих действий y западных славян, обсуждались важные государственные и военные дела, принимались решения. Недаром былины прямо связывали пир и беседу князя с его богатырями с получением каких-то новых известий и началом действия. Ритуальные пиры в честь Перуна и других богов могли быть своего рода расширенными заседаниями боярской думы. Языческий элемент в былинах выветрился (циклизация былин происходила спустя 3–4 столетия), а летописцы постарались представить пиры Владимира только как благотворительность и христианское нищелюбие. Осталась лишь память о том, что князь „…устави на дворе в гридьници пир творити и приходити бояром и гридьм и сътьскым и десятьскым и нарочитым мужем… И бываше на обеде томь мъножество мяс от скота и от зверины, бяше по изобилию от вьсего“»[100].

Получается, что не просто были собраны божества — их состав и расположение капища были хорошо продуманы, а пиршества носили пропагандистский характер.

Одновременно начали создаваться такие же капища по всей Руси. Перынь создали именно тогда: «И пришед Добрыня к Новугороду, постави Перуна кумира над рекою Волховым, и жряхуть ему людье новгородьстии акы Богу».

Збручский центр тогда же перестроили, сделав такой же «круг с лепестками» для идолов. Создались пантеоны и в других городах. Мы с трудом можем восстановить эти святилища, но по крайней мере во Пскове стоял каменный идол Хорса с изображением креста на груди. Изваяния стояли еще в XVI в.[101]

Пантеоны были не абсолютно одинаковы, везде были свои вариации. Под Псковом — Хорс вместо Перуна, и к тому же из камня. В Збруче — каменный же местный идол, который вообще не вписывается в пантеон.

Если Владимир хотел создать нечто вроде русского индуизма, эдакий «русизм», ему предстояло выработать более жесткие каноны, проговорить отношения богов и сферы их влияний… Примерно как в творениях современных неоязычников. Это у Буса Кресеня и прочих современных деятелей Змей Горыныч оказывается внуком Бабы-яги, Даждьбог — внуком Сварога, Утренняя Заря — дочкой Перуна и т. д. Кто чей родственник — ничуть не более важно, кем приходится Афина Паллада Зевсу — внучкой, дочкой или падчерицей. Главное, чтобы все было логично и отвечало основной идее…

Такая работа требует усилий не одного князя Владимира и даже в основном не князя. Но путь начат в 980 г., и пройти этот путь вполне можно. По крайней мере теоретически тут нет ничего невероятного.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.