Глава 1 ВОССТАНОВЛЕНИЕ «ПОРЯДКА»

Глава 1

ВОССТАНОВЛЕНИЕ «ПОРЯДКА»

Ежедневная нагрузка на Сталина во время Отечественной войны превосходила даже самые тяжелые испытания 1930-х годов. У находившегося на пяти высших должностях Сталина[23] не было иного выбора, кроме как делегировать ответственность за отдельные сферы управления своим коллегам по Политбюро. Эти лидеры, в особенности те, кто входили в Политбюро и созданный во время войны Государственный комитет обороны (ГКО)[24], получили достаточно широкие полномочия и могли решать многие оперативные военно-экономические вопросы по своему усмотрению. В результате соратники Сталина во время войны напоминали скорее полусамостоятельных лидеров начала 1930-х годов, чем запуганных и задавленных членов Политбюро периода террора конца 1930-х. Возросло также влияние советских военачальников, символом чего было особое положение маршала Г. К. Жукова, заместителя Сталина как Верховного главнокомандующего и наркома обороны СССР.

Даже незначительное усиление позиций высших советских руководителей, своеобразная тенденция «олигархизации» власти, противоречили принципам единоличной диктатуры. Подозрительное отношение Сталина к соратникам усиливали его субъективные ощущения усталости и старости, а также многочисленные слухи о его болезни и предстоящем отходе от дел. В течение первого послевоенного года Сталин провел ряд жестких атак против всех членов советской руководящей группы. Эти атаки, целью которых было восстановление суровых патриархальных отношений конца 1930-х, еще раз заставили соратников присягнуть на верность Сталину. Оптимизируя практику своего участия в управлении страной, Сталин осуществил административные реорганизации. Многие вопросы оперативного руководства передавались различным инстанциям, в работе которых сам Сталин не принимал участия. Это позволяло ему сконцентрироваться на более узком круге политических вопросов — государственной безопасности, идеологии, внешней политике.

Последняя, как обычно, оказывала заметное воздействие на внутриполитический курс. Сравнительно узкие дискуссии, посвященные проблемам отдельных стран, преобладавшие на Потсдамской конференции и последовавшей за ней встрече министров иностранных дел в Лондоне в сентябре 1945 года, к весне 1947 года переросли в полномасштабный идеологический конфликт между двумя противоборствующими лагерями. Развязывание холодной войны оказало огромное влияние на характер принятия решений на высшем уровне, породило одержимость секретностью и антизападную истерию.

Международные конфликты и прекращение помощи от союзников, более того, необходимость материально поддерживать новых восточно-европейских сателлитов, ухудшали положение разрушенной войной страны. Наиболее трагическим проявлением страшной разрухи и страданий был голод 1946–1947 годов. От голода умерли более миллиона человек. Еще около 4 млн человек перенесли различные эпидемические заболевания, вызванные голодом. Из них еще около полумиллиона умерли[25]. Война и голод вызвали увеличение детской беспризорности, уголовной преступности и других отрицательных социальных явлений. В странах, вошедших в состав СССР накануне войны (Латвия, Литва, Эстония, Западная Украина и Белоруссия, Молдова), продолжались антиправительственные партизанские действия.

Это сохранявшееся напряжение в стране не привело, впрочем, к кардинальным изменениям в высших эшелонах власти. Напротив, когда давление, вызванное войной, ослабло, Сталин выбрал бескровное возвращение к тому балансу сил в руководящей группе, которое сложилось накануне войны. Эта политическая тенденция преобладала во время первого этапа послевоенного восстановления, продолжавшегося до середины 1948 года.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.