Глава 2. ПОЛЬША И БЕЛЬГИЯ, ГОЛЛАНДИЯ И ЛЮКСЕМБУРГ

Глава 2. ПОЛЬША И БЕЛЬГИЯ, ГОЛЛАНДИЯ И ЛЮКСЕМБУРГ

Польский генерал Владислав Андерс, командовавший дивизией в 90 милях к юго-востоку от Гданьска и всего лишь в 13 милях южнее границы с Восточной Пруссией, вспоминал, как 1 сентября 1939 года видел направляющиеся на юг, к Варшаве, немецкие самолеты. Эта воздушная армада возвестила о начале гитлеровского блицкрига в Польше. Военно-воздушный флот Третьего рейха в считанные часы уничтожил почти всю польскую авиацию прямо на аэродромах и принялся яростно бомбить оружейные заводы, скопления польской пехоты, склады с топливом, железные дороги, мосты и радиостанции. После воздушных налетов в дело вступили артиллерия, бронетанковые войска и мотопехотные части, быстро прорвавшие линии обороны Польши. В 6.00 немецкие танки и военные машины повели наступление вдоль фронта протяженностью 1750 миль. Начальник Андерса, маршал Рыдзь-Смиглы, главнокомандующий польской армии, не смог противостоять натиску гитлеровских танков.

Гитлер напал на Польшу двойным охватом, двинув свои войска с севера, запада и юга армией в 1,25 миллиона человек в составе 60 дивизий, из которых 9 было танковых. Генерал Гудериан, командовавший одним из корпусов 4-й армии, базировавшейся в Померании, должен был отрезать польские части на узком участке земли, отделявшем рейх от Восточной Пруссии. Позднее он вспоминал:

«Войска противника в Польском коридоре состояли из трех пехотных дивизий и кавалерийской бригады «Поможе». Было известно, что они имеют некое ограниченное число танков (итальянского производства) «Фиат-Ансальдо». Польская сторона границы была укреплена. Нам хорошо были видны их окопные работы. Предполагалось, что вторая линия обороны проходила по реке Брда»[28].

Имевшиеся у поляков боевые машины были главным образом французского производства, вроде старого легкого танка «Рено» FT. Кроме них, они имели бронеавтомобили «Пежо», а также французские полугусеничные танки. Англичане в свое время поставили Польше некоторое количество танкеток «Карлен-Лойд», а также 6-тонных танков «Виккерс», переработанных поляками. Говоря языком танкостроения, они были просто с самого начала превзойдены 600-900 легкими танками 7ТР и танкетками ТК.

Эти подразделения состояли из 169 польских танков 7ТР, построенных польской фирмой PZinz (усовершенствованная версия 6-тонного «Виккерса»), 50 6-тонных «Виккерсов», 67 «Рено» FT-17, 53 «Рено» R35, примерно 700 танкеток ТК/TKS и 100 различных бронеавтомобилей[29].

Танки 7ТР были вооружены 37-мм пушками и только 20 танков TKS были усовершенствованы — вместо пулеметов они получили 20-мм пушки, способные пробивать броню немецких танков PzKpfw I и PzKpfw II.

В период между двумя мировыми войнами польская армия получала боевую технику от американцев и французов, когда у тех возникали излишки. В 1930-е годы поляки начали изготавливать по лицензии модели иностранного транспорта, включая автомобили, грузовики и автобусы как для военных, так и для мирных целей.

Моторизованные части польской армии были объединены в отдельную бронетанковую бригаду и две моторизованные бригады. Кроме того, она включала в себя 11 кавалерийских бригад и 30 пехотных дивизий. Бронетанковая бригада состояла из двух батальонов танков 7ТР и одного батальона французских R35. Большая часть танков 7ТР служила в 1-м легком танковом батальоне, приписанном к армии «Прусы», и 2-м батальоне, приданном Пиотрковской оперативной группе армий «Лодзь». Остальные 7ТР были объединены в две легкие роты, принявшие участие в обороне Варшавы.

Каждая польская моторизованная бригада имела роту британских танков «Виккерс», две роты построенных в Польше танкеток ТК (версии британских танкеток «Карлен-Лойд» Mk VI) и два кавалерийских полка. Имелось также 18 отдельных рот, оснащенных 13 танкетками, которые были приданы пехотным дивизиям. Кавалерийские бригады имели каждая по разведывательному эскадрону, состоящему из 13 танкеток и 8 бронеавтомобилей[30].

Географически Западная Польша образовала массивный выступ между немецкой Восточной Пруссией на севере и союзницей Германии — Словакией — на юге. Оборонять его было бы чрезвычайно трудно. Гитлер намеревался в двух местах взять польскую армию в клещи — на западе на берегах Вислы и на востоке на реке Буг. Его главной целью был захват главных промышленных центров Польши и каменноугольного бассейна в Силезии.

Больше всего маршала Рыдзь-Смиглы удручал не лишь частично осуществленный мобилизационный план, а катастрофическая нехватка моторизованных войск польской армии. Поляки были не в состоянии отойти с боями от своих передовых позиций, не рискуя смять собственные тылы. Примерно треть польской армии была сосредоточена на вышеназванном выступе или близ него, где им угрожала возможность окружения. Рыдзь-Смиглы приказал держать еще одну треть в резерве севернее центральной оси между Лодзью и Варшавой. Четыре польские армии на выступе должны были нанести удар по Германии на западе и двинуться на Берлин. На самом деле случилось так, что они были вынуждены двинуться на восток и угодить в клещи немецких войск.

К сожалению, польская разведка недооценила мощь танков вермахта. Некий немецкий очевидец писал:

«Один танкист рассказал мне, что его часть была атакована польской кавалерией. Представьте себе — сабли против брони. Взятый в плен поляк рассказал допрашивавшему его немецкому офицеру, что его полк заверили в том, что немецкие танки сделаны либо из картона, либо из фанеры. Все тот же танкист вспоминал, что собственными глазами видел, как какой-то польский кавалерист приподнялся в стременах, нанес саблей удар по танку и был явно удивлен, когда клинок ударил по металлу. После этого поляк достал пистолет, несколько раз выстрелил в танк, после чего застрелился, предпочтя смерть позорному плену»[31].

Похоже, поляки пребывали в полной уверенности в том, что немцы используют против них свои старые фанерные макеты, предназначавшиеся для учений. «Польская кавалерийская бригада «Поморска», ошибочно воспринимая истинную природу наших танков, набрасывалась на них с саблями и пиками и понесла самые серьезные потери», — мрачно вспоминал генерал Гудериан[32]. Когда оставшихся в живых кавалеристов этапировали в лагерь для военнопленных, некоторые из них на ходу останавливались, чтобы постучать по броне немецких танков и убедиться, что они сделаны из металла, а не из картона. 4 сентября в бой были брошены танки 7ТР 1-го и 2-го легких танковых батальонов. 1-му батальону удалось отвлечь на себя силы немцев, однако он был вынужден в конечном итоге отступить, переправившись через Вислу. 2-й батальон принял участие в боях в Белхатове, близ реки Прудка.

В конце первой недели сентября 4-я танковая дивизия, входившая в состав 10-й армии, не только прорвала позиции польских войск, удерживавших участок фронта между Пётркувом-Трыбунальски и Лодзью, но и вырвалась к шоссе, ведущему прямо к Варшаве. Однако немцы не знали, что польский генерал Кутреба сосредоточил 12 дивизий и собрался нанести удар по 10-й армии и прорваться на север, в направлении польской столицы. Наступающий XVI корпус вскоре оказался под угрозой удара западной польской армии. Тем не менее основная масса польских войск оказалась в кольце вражеских войск в районе Кутно.

Польские танки проявили себя в этих боях не самым лучшим образом и практически не смогли противостоять бронированному кулаку вермахта. К юго-западу от Варшавы, в Рачине, два польских легких танка пытались сдерживать продвижение подразделений 4-й танковой дивизии, что позволило отступающим полякам взорвать мосты. Однако танковый бой длился недолго, и немцы все-таки перебрались вброд на другой берег. Мосты были отремонтированы, и 8 сентября части вермахта были уже в предместьях Варшавы. Когда на следующий день немцы вышли к Висле, в котле Кельце-Радом 60 тысяч польских солдат были взяты в плен и захвачено в качестве трофеев 130 артиллерийских орудий.

10 сентября маршал Рыдзь-Смиглы приказал своим войскам отступать на юго-восток Польши, но к этому времени немцы уже прорвали польские оборонительные линии на Висле, Буге и Сане. Восемь дней спустя маршал бежал в Румынию, в то время как шесть польских дивизий рвались на помощь столичным гарнизонам. 10-14 сентября 4-я танковая дивизия немцев вела оборонительные бои на двух фронтах.

Польская армия отчаянно пыталась несколько раз перейти в плохо скоординированное наступление. 12 сентября польская пехота при поддержке двух танковых рот была брошена в бой против частей вермахта в Мокотове, юго-восточном районе Варшавы, заставив 4-ю танковую дивизию отступить. Танкисты извлекли суровый урок боевых действий в городских условиях. В предместьях Варшавы 4-я танковая дивизия потеряла 57 из 120 танков, подбитых польскими артиллеристами. 26-я и 27-я польские дивизии были брошены в наступление и сумели оттеснить немцев, однако их успех был недолгим. 2-й польский танковый батальон, отступив к Бресту, 15 сентября принял участие в боях под Влодавой. Через два дня экипажи испортили свои танки и скрылись в Румынии. 21 сентября после боев под Томашовом-Любельским 1-й польский танковый батальон уничтожил свой последние танки и сдался в плен.

Теснимые частями вермахта поляки оказались заперты в ловушку на правом берегу реки Бзура, но 17 сентября безуспешно попытались перейти в контрнаступление. В тот же день войска Красной Армии вошли в Восточную Польшу и заняли земли, населенные украинцами и белорусами. Советские части не встретили особого сопротивления и на следующий день заняли Вильнюс, а 19 сентября сомкнулись с немецкими войсками в Брест-Литовске.

.Несколько танков ТК8, вооруженные 20-мм противотанковыми пушками, в умелых руках оказались мощным оружием, в чем получили возможность убедиться танкисты 6-й немецкой танковой дивизии. 18 сентября неподалеку от Помехи, что в Центральной Польше, курсант Роман Орлик из Волынской кавалерийской бригады подбил из своей танкетки три вражеских танка PzKpfw 35(t), одним из которых командовал лейтенант Виктор Гогенлоэ (принц фон Ратибор) из 11-го полка 6-й танковой дивизии. К этому времени поражение поляков стало очевидным. Последующее сопротивление было явно бессмысленным, и польская армия капитулировала.

Остатки 19 польских дивизий и 3 кавалерийских бригад, то есть примерно 100 тысяч человек, оказались запертыми в котле в районе Кутно и 19 сентября сдались частям 8-й армии вермахта. На юго-востоке страны, в Лемберге (Львове) и Перемышле, поляки предприняли ряд яростных контратак против частей 1-й немецкой горнострелковой дивизии, приписанной к 14-й армии. Поход Красной Армии положил конец попыткам немцев захватить Лемберг, и город сдался русским. Последние подразделения польской армии сдались немцам 5 октября.

Несмотря на суровые бои, гитлеровские танки немецкого и чешского производства без труда взяли верх над польскими войсками. Немцы понесли 40-тысячные потери, в том числе 8 тысяч убитыми, и лишились 217 танков, однако сумели изрядно потрепать 800-тысячную польскую армию[33].

Прибыв в Брест-Литовск, Гудериан получил приказ до 22 сентября отойти на восток от демаркационной линии и оставить свои подбитые танки. После переговоров с русскими было решено, что немцы могут забрать всю свою военную технику. Однако захваченные ими польские трофеи пришлось оставить, потому что времени на их вывоз не было[34]. Одним из первых шагов Сталина по уничтожению старших офицеров польской армии на оккупированных Красной Армией территориях стала массовая депортация, кульминацией которой явилась трагедия в Катыни.

Немцы не только лишились польской бронетехники, но и сами потеряли несколько сот собственных танков. При внимательном изучении выяснилось, что польские танки 7ТР/6-тонные «Виккерсы» были лучше вооружены, чем PzKpfw I и PzKpfw II, являвшиеся основой немецких танковых войск[35]. Трофеи, захваченные немцами в Польше, оказались невелики, им удалось захватить лишь около 60 7ТР, годных к восстановлению, а также военный завод. Некоторые из них приняли участие в немецком параде, состоявшемся в Варшаве 8 октября 1939 года. Вскоре выяснилось, что польские бронемашины немцам нужны для несения полицейской службы.

Некоторое количество 7ТР было быстро восстановлено и поставлено на службу оккупационным частям, а танкетки ТК/TKS были собраны и отправлены в варшавские ремонтные мастерские. В июле 1940 года варшавская легкая танковая рота была снабжена двумя взводами этих бронемашин для сторожевых и тренировочных функций. В том же году эта рота продемонстрировала собственную силу, триумфально проведя трофейные танки 7ТР и TKS по улицам польской столицы в ознаменование первой годовщины падения Варшавы. Для того чтобы внушить ужас местным жителям, немцы организовали пролет бомбардировщиков над городом. В марте 1941 года танковая мастерская Варшавы доложила о том, что в строй готовы вернуться 55 танкеток TKS, сформированных в новое воинское подразделение — легкую танковую роту «Восток»[36].

Некоторое количество польских танкеток было придано базировавшимся в Польше частям немецких люфтваффе для охраны аэродромов. Кроме того, они использовались немецкими оккупационйыми войсками во Франции и Югославии. Польским танкам R-35 удалось избежать захвата, поскольку они не участвовали в боях и переправились в Румынию, где были захвачены румынской армией[37]. Часть польской бронетехники, ставшей трофеями немцев, была обменяна румынам на нефтепродукты[38].

Гитлеру стало известно, что поляки работали над созданием среднего танка под названием 10ТР, имевшего в основе конструкцию американского танка «Кристи». Единственный прототип был построен в 1936-1937 годах и предназначался для оснащения двух батальонов, входящих в состав моторизованных бригад. В производство этот танк не пошел, и так как он был вооружен 37-мм пушкой, то во время оккупации Польши немцы не стали восстанавливать этот проект.

Польская армия потеряла более 25 тысяч различных боевых транспортных средств, и вермахт захватил те из них, которые не пострадали в боях[39]. Немцы взяли под контроль расположенное в Варшаве государственное машиностроительное предприятие Panstwowy Zaklad Inzynierii (Pzinz), которое выпускало по лицензии автомобили «Фиат». В ходе подготовки к операции «Барбаросса», вторжению в Советский Союз, пехотным немецким частям для обеспечения большей мобильности были приданы польские повозки Panjewagen, ведомые лошадьми[40]. Немцы также воспользовались польским стрелковым оружием, например, 9-мм пистолетом «радом», который в частях вермахта получил название Р35 (р).

Другие польские фабрики начали работать на нужды люфтваффе, например, фабрика в варшавском районе Жолибож производила авиационные пропеллеры. Стараниями поляков из Армии Крайовой 30 сентября 1942 года она сгорела дотла. В октябре бойцы польского Сопротивления взорвали все железнодорожные линии, ведущие к Варшаве. Таким образом, оказались перерезаны важные транспортные магистрали, связывавшие Польшу с Восточным фронтом, и приостановлены поставки боеприпасов и продовольствия немецким войскам в Сталинграде[41]. Роль Польши в войне Гитлера с Россией была такова, что именно она разрушила карьеру генерала Гудериана.

Польская компания «Фирма», имевшая отделения в Варшаве и Минске, столице советской Белоруссии, занималась поставками техники частям вермахта, воевавшим на Восточном фронте. На самом же деле она подпольно занималась выпуском оружия для советских партизан. Имея подлинные разрешительные документы, грузовики «Фирмы» беспрепятственно проходили через кордоны как немцев, так и советских партизан[42]. Однако немцы относились к полякам как к рабам и их лучших рабочих отправляли на оборонные предприятия рейха.

Диверсии на варшавских железных дорогах с особой остротой проявились зимой 1941 года. В результате немецкие войска оказались в бедственном положении и страдали от холода на Восточном фронте. Когда 14 ноября 1941 года генерал Гудериан побывал в 112-й и 167-й пехотных дивизиях, дислоцировавшихся в России, он с удивлением отметил почти полное отсутствие нормальной зимней одежды. Многие солдаты сильно пострадали от обморожений, а транспортные средства просто не заводились на морозе. Гудериан был взбешен, потому что требовал теплое обмундирование еще в сентябре и октябре, и немедленно предпринял меры по выявлению виновников. Армейский генерал-квартирмейстер настаивал на том, что зимняя одежда уже отправлена на Восточный фронт. Сделав несколько телефонных звонков, Гудериан выяснил, что зимнее обмундирование все еще находится на варшавских вокзалах из-за нехватки вагонов и разрушенных железнодорожных путей.

В конце декабря при встрече Гудериана с Гитлером разгорелся жаркий спор по поводу этого инцидента. Гудериан высказал мнение, что морозы уничтожили в два раза больше немецких солдат, чем оружие русских. Гитлер объявил Гудериана виновным в недосмотре за ходом русской кампании и обеспечением частей вермахта теплой одеждой. Генерал-квартирмейстер был вынужден признать, что грузы надолго застряли в Варшаве. Гитлеровские войска продолжали нести огромные потери из-за сильных морозов, и через неделю Гудериан был снят со своего поста за самовольный приказ к отступлению.

Под нацистским игом поляки жили намного хуже остальных восточных европейцев; их судьба была не похожа на судьбу народов Дании, Нидерландов и даже виши-стской Франции. Немцы отдали часть Польши Советскому Союзу, но не остановились перед ее дальнейшим расчленением. Некоторые части этой страны были аннексированы, другие включены в состав рейхскомиссариатов «Остланд» и «Украина». Остальные польские земли были объявлены «генерал-губернаторством». Немцы держали на территории Польши 400 тысяч солдат вермахта и 60 тысяч военных полицейских. Отчаянное сопротивление оказывала оккупантам Армия Крайова, созданная в 1942 году и насчитывавшая в своих рядах 400 тысяч человек.

Тыловые службы безопасности Германии вскоре стали испытывать острую нехватку в военном снаряжении и пользовались тем, что имелось в наличии на местах. Надзор над оккупированными территориями осуществляла военная полиция, а также войска СС и вермахта, состоявшие друг с другом в запутанных юридических отношениях. В 1942 году рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер был назначен ответственным за ведение антипартизанских действий на землях протекторатов, а также начальником армейского генерального штаба в этих зонах боевых действий. Позднее дела несколько упростились с назначением его на пост координатора мероприятий по германизации восточных земель, однако организационная неразбериха и дублирование полномочий сохранялись до последних дней войны[43].

Особую роль трофейная польская техника сыграла в подавлении восстания, которое подняла Армия Крайова летом 1944 года в Варшаве в ожидании наступления советских войск, победоносно осуществлявших сталинский оперативный план «Багратион». К этому времени Красная Армия уже приблизилась к Висле. К сожалению, помощь полякам русские так и не оказали, и на расправу с повстанцами немцы бросили части Ваффен СС.

Восстание, получившее кодовое название «Буря», началось на землях Восточной Польши, где 3, 9 и 27-я дивизии Армии Крайовой попытались изгнать немцев раньше частей наступающей Красной Армии. 4 августа 1944 года Армия Крайова взяла под контроль почти всю Варшаву. Однако, испытывая нехватку артиллерийских орудий и боеприпасов, она не смогла консолидировать три главных оборонительных анклава польской столицы. 10 августа немцы начали контрнаступление на боевые части восставших, и через четыре дня Армия Крайова была рассеяна по всей Варшаве и загнана в шесть отдельных анклавов[44]. Поляки продержались еще два месяца и капитулировали лишь 5 октября.

После покорения Польши в сентябре 1939 года Гитлер решил вторгнуться во Францию и как можно скорее обезопасить свои западные границы, после чего двинуться снова на Восток, в Советский Союз. Однако выяснилось, что потребуется несколько месяцев для переоборудования танков, которые использовались в польской кампании. Почти все боевые машины нуждались в ремонте. Генерал Тома, начальник экономического управления ОКВ, сообщил, что ежемесячно Германии не хватает 0,5 миллиона тонн стали, а генерал фон Штюлышагель, генерал-квартирмейстер вермахта, доложил о том, что для победы над Францией немецкой армии не хватает запаса боеприпасов.

Через шесть месяцев пополненный личный состав гитлеровских войск вторгся в Норвегию, а 9 апреля — в Данию. Малочисленная датская армия практически не оказала немцам никакого сопротивления, однако норвежцы при военной поддержке Англии и Франции продержались до начала июня. Немецкий морской десант высадился в Копенгагене, в то время как моторизованная бригада и пехотная дивизия вермахта перешли датско-германскую границу. В аэропорту Аальборг высадился немецкий воздушный десант. В течение каких-то четырех часов с датской армией было покончено. Моторизованные войска Норвегии состояли из старых бронеавтомобилей шведского производства «Ландсверк», а Дании — из таких же машин «Ландсверк» и бронеавтомобилей «Линкс», которые тут же попали в руки немцев. Более крупной добычей для вермахта стал датский завод Форда и сборочные заводы «Дженерал моторc». Первоначально немцы относились к Дании менее строго, чем к Польше, и по странному стечению обстоятельств распустили датскую армию лишь в начале 1943 года, а датскую полицию — в сентябре 1944 года.

Далее Гитлер нацелил удар на Бельгию и Нидерланды, наступление на которые началось одновременно со вторжением во Францию — 10 мая 1940 года. Немцы без особых усилий смяли бельгийскую армию, оснащенную ничтожно малым количеством легких танков. В отношении военной техники бельгийцы зависели главным образом от англичан и французов. Это были в основном построенные в Англии противотанковые гусеничные орудия Т13В2 (созданные на базе легкого танка «Карлен-Лойд» Mk VI) с 47-мм пушкой, а также 42 танкетки Т15 (созданные на базе английского танка «Виккерс-Карлен-Лойд»)[45] и бронеавтомобили «Минерва». В бельгийской армии также имелось 25 легких французских танков АМС Рено 35 ACG 1 для сопровождения кавалерийских частей[46]. Вся эта бронетехника не спасла бельгийцев от разгрома.

Оборона нейтральной Бельгии сильно затруднялась полным отсутствием взаимодействия британских и французских войск. Когда немцы вторглись в эту страну, генерал Бернард Монтгомери, командовавший частями 3-й британской дивизии, не получил разрешения проникнуть на бельгийскую территорию. Тем не менее британцы осмелились выдвинуться на позиции для обороны Брюсселя, однако путь им преградили бельгийские войска, возражавшие против их прихода. Бельгийцы даже открыли по англичанам огонь, приняв их за немецких парашютистов. Стремительность немецкого блицкрига сделала невозможной дальнейшую оборону на реке Диль, а также оборону Брюсселя, и эта военная кампания навсегда вошла в учебники военного дела.

После того как немцы ворвались в Арденны, над британскими войсками в Бельгии нависла угроза разгрома. 16-17 мая англичане были вынуждены отступить. Отступление было проведено аккуратно, без потерь боевой техники. Подполковник Брайан Хоррокс, отступавший вместе со своей противотанковой батареей и двумя пулеметными батальонами, утверждал, что последний английский солдат покинул Бельгию после того, как был взорван мост через канал Шельды[47].

Следующей остановкой стал Дюнкерк, где вся британская техника была поспешно оставлена и попала в руки немцев. Через десять дней бельгийцы капитулировали.

Армия Нидерландов была также ничтожно мала. В конце 1930-х годов голландцы оснастили свои войска двумя дюжинами шведских бронеавтомобилей М36/38 «Ландсверк» и построили всего одну бронемашину «Уилтон-Фийеноорд». Они должны были получить по меньшей мере две партии танкеток Т15; первая была отправлена в армию Голландской Ост-Индии, однако последующие поставки в эту колониальную армию были прерваны войной. В голландской армии было также 40 британских легких танков «Виккерс», но в 1939 году Министерство обороны Великобритании забрало их для проведения учебных тренировок.

Французская 7-я армия двинулась в Бреду, чтобы помочь бельгийцам стать на пути немецкой танковой дивизии и отбросить ее, а также уничтожить воздушный десант вермахта, который намеревался взять в плен находящееся в Гааге голландское правительство. Десант на Гаагу уже не имел смысла, потому что немецкие танки установили контроль над мостами через реку Маас и голландцы оказались отрезаны от французов. Наступление французских войск без бронетехники разбилось о боевые машины вермахта и под угрозой бомбардировок с воздуха остановилось; французы были вынуждены отступить. В Роттердаме голландские моряки и морские пехотинцы попытались дать отпор оккупантам. После того как самолеты люфтваффе бомбами заставили город покориться, 14 мая немцы склонили его защитников к капитуляции. Через шесть часов голландская армия сдалась, практически не понеся никаких потерь. Хотя колониальные войска остались в Голландской Ост-Индии, они были разоружены после высадки японцев на острове Ява в марте 1942 года.

Немецкие поисковые команды нашли очень немногое среди бельгийских трофеев, однако сумели ввести в действие около 1000 бельгийских мотоциклов с колясками, некоторое количество грузовиков и горстку легких артиллерийских прицепов, а также колесных бронированных тягачей. Расположенные в Бельгии заводы «Форд» и «Дженерал моторе», а также ряд других заводов были вынуждены работать на Германию. В частности, бельгийцы славились производством мотоциклов, и поэтому немцы в течение войны выпускали здесь мотоциклы с колясками «Жиллет 750»[48]. Большая часть техники, захваченной рейхом в Бельгии и Нидерландах, использовалась для нужд полиции. Единственными бронемашинами, захваченными немцами у бельгийцев, были несколько артиллерийских тягачей «Форд/Мармон Херрингтон»[49] и гусеничных легких артиллерийских тягачей «Famillerureux»[50]. Более 300 тракторов общего назначения английского или бельгийского производства попали в руки вермахта. Бельгийские трактора использовались в немецкой армии для транспортировки противотанковых орудий, а в отдельных случаях даже для перевозки почты[51]. Некоторые из них в конечном итоге оказались в частях вермахта, дислоцированных во Франции и Италии. Построенные для голландцев трактора использовались во время вторжения немцев на Крит.

В Голландии немцы захватили дюжину новеньких бронеавтомобилей «Ван Доорн М39» или «DAF PT3», которые еще не принимали участия в боях, и тут же ввели их в строй[52]. Немцы захватили автомобильный завод, но, несмотря на современную конструкцию, помимо завершения первой партии, больше ничего так и не произвели. Немцам также достались в качестве трофеев артиллерийские 10,5-см орудия, которые они продали голландцам в 1939 году. В Амстердаме располагался сборочный завод Форда, а в Эйндховене — завод «DAF», занимавшийся переделкой грузовиков в артиллерийские тягачи. Здесь же было произведено ограниченное число бронеавтомобилей М39.

Крайне малое число голландских бронеавтомобилей побывало в боях на Восточном фронте в составе немецких армейских и полицейских частей. В 1940-1942 годах 227-я пехотная дивизия получила полдюжины машин М36/38, а 18-я пехотная дивизия в 1940 году — несколько машин М39[53]. Обстоятельства сложились так, что лишь одна-единственная голландская бронемашина «Уилтон-Фийеноорд» закончила войну в мае 1945 года на задворках пресловутой рейхсканцелярии[54].

В Польше, Бельгии и Голландии немцы далее захватили огромное количество оружия. Чешские, польские и бельгийские оружейные заводы стали выпускать стрелковое оружие немецкого образца для нужд вермахта[55]. Кроме этого, Гитлер получил доступ к жизненно необходимой рейху стали. В конце 1930-х годов ОКВ сообщало, что металлургическое производство в Германии отчаянно нуждается в обновлении и строительстве новых литейных цехов и доменных печей. Эта проблема была решена после захвата Чехословакии и покорения Франции, Бельгии, Голландии и Люксембурга. Гитлеровский рейх сумел поднять производство стали в слитках почти на 50 процентов.

В очередной раз трофейное военное снаряжение из Бельгии, Дании, Голландии и Норвегии было использовано немцами в целях внутренней безопасности. Уровень движения Сопротивления в этих странах не представлял для Гитлера серьезной угрозы, поскольку немцы очень строго карали все случаи неповиновения, саботажа или убийства солдат оккупационных частей. Было публично объявлено, что за каждого убитого немецкого солдата будет казнено сто заложников из числа местных жителей. В Польше было проведено 8 тысяч таких показательных казней, в Голландии — 2 тысячи, во Франции — 29 660[56].

Первоначально один охранный полк СС был отправлен в Данию и два — в Голландию и Норвегию. В феврале 1941 года они были расформированы и переданы в Ваффен СС. Соответственно в Дании осталось только два немецких полицейских батальона. В Голландии — один полк. В Бельгии немецкой полиции не было вообще. Немецкая полиция в Голландии была оснащена несколькими трофейными бронеавтомобилями «Ландсверк».

Первый удар по немецким оккупантам в Голландии бойцами местного Сопротивления был нанесен в феврале 1941 года. В Бельгии движение Сопротивления в свои лучшие дни насчитывало 45 тысяч человек, однако реально вооружены были только 7 тысяч бойцов. В Дании число борцов с нацистским режимом в самом конце войны составило 45 тысяч человек. В Норвегии в последние дни войны движение Сопротивления имело в своих рядах 40 тысяч человек[57]. Несмотря на это, в названных государствах был широко распространен и коллаборационизм. Например, в мае 1941 года бельгийцы создали так называемую заводскую охрану для защиты контролируемых немцами военных заводов. Если Польша и Бельгия с Голландией и Люксембургом не снабжали Гитлера бронемашинами, то Франция оказалась второй после Чехословакии танковой кузницей вермахта.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.