Фермопилы

Фермопилы

Рассмотрим же реальные события средневековой «античности», но сначала представим вашему вниманию то, как эти военные действия – о которых, к сожалению, почти не сохранилось сведений, – отразились в беллетризованных произведениях «исторических писателей» (не будем судить их строго, они зарабатывали на кусок хлеба). Е. А. Разин, ссылаясь на Геродота, так подает битву при Фермопилах, произошедшую в ходе греко-персидских войн 492–449 годов до н. э.:

«Первый сухопутный бой произошел у Фермопил, где греки, имея обеспеченный тыл, в течение двух дней отбивали атаки врага, пока предатель не показал персам обходные тропинки, которые вывели противника в тыл оборонявшихся. В ночь на третий день персы сбили заслон, выставленный греками на перевале, и, оседлав перевал, стали выходить в тыл греческому войску, оборонявшему Фермопильский проход. Заметив обход, спартанский царь Леонид отпустил все силы союзников, которые отступили к Афинам, a сам с 300 спартанцами остался на месте. Персы окружили отряд Леонида и уничтожили его в неравном бою. Ни один спартанец не сдался персам. Впоследствии в честь павших у Фермопил спартанцев на камне была сделана надпись: «Путник, весть отнеси всем гражданам Лакедемона: честно исполнив закон, здесь мы в могиле лежим».

После обхода противником Фермопил решение Леонида было лишено всякого тактического смысла. Гибель отряда спартанцев имела только моральное значение. Однако героизм спартанского отряда не предотвратил перехода на сторону персов Фив и некоторых других греческих полисов».

Историческая (и хронологическая) проблема в том, что Фермопильское ущелье – единственный удобный проход из Фессалии в Среднюю Грецию. Поэтому Фермопилы упоминались при любых военных действиях в Фессалии. В 1938–1939 годах (!) археологи обнаружили остатки Фермопильских укреплений, но им и в голову не пришло отнести их к эпохе Средних веков; укрепления стали служить материальным свидетельством героизма трехсот воинов царя Леонида. Между тем, в XIII веке мы находим как минимум два случая упоминания 300 рыцарей, в том числе в связи с Фермопилами.

Вот один такой случай в изложении Ф. Успенского:

«Уже весною 1263 г. началась в Морее война между франками и греками. Гильом (Вилльгардуэн) привел в порядок свои крепости и занял Лакедемон, жители которого уведены были греками в соседнюю Мистру… Греки и турки разорили Скорту (Аркадию), сожгли богатое аббатство в Исове… Старый храбрый рыцарь Карабас был оставлен защищать Морею… Легкомысленный герой Жоффруа (Каритенский) незадолго перед тем бежал в Апулию вместе с красавицей женою Карабаса. Жестокая подагра не помешала старику покрыть себя славою. Во главе 300 всадников, привязанный к седлу, он напал под Приницей на греков, смял их авангард и обратил всю армию в бегство; севастократор едва ускакал в Мистру».

Фермопилы здесь не упомянуты. Но вот эпизод 1275 года, в котором воинам никак не удалось бы обойти Фермопил стороной:

«Византийцы вторглись в Фессалию, и Иоанн Ангел был оставлен всеми, скитался по стране, спасаясь от преследования, и наконец укрылся в крепости в Новых Патрах. Византийцы обложили город, и Иоанн Палеолог потребовал у жителей выдать Ангела, угрожая разорить страну дотла. Горожане просили подождать, а тем временем Ангел бежал… и явился в Фивах; владетель Фив (Жан Ля-Рош) дал ему 300 всадников, закаленных в боях, и Иоанн Ангел напал на византийцев врасплох, сея ужас».

Это было изложение Ф. Успенского, а вот тот же эпизод в изложении Ф. Грегоровиуса:

«Михаил VIII (Палеолог) видел для себя серьезную опасность со стороны Ангелов… Поэтому в 1275 году он послал своего родного брата Иоанна и генерала Синаденоса с необычайно большим войском сначала в Фессалию… С 300 хорошо вооруженных рыцарей, в числе которых находились также господа де Сент-Омер, герцог (Жан Ля-Рош) самолично сопровождал фессалийского князя (Иоанна Ангела) в его страну обратно, чтобы освободить окруженный 30 000 греков, куманов и турок город Неопатрэ. При виде этого множества неприятелей он воскликнул своему испугавшемуся союзнику слова одного из древних: «много людей, но мало мужей». Он мужественно кинулся на неприятельский лагерь, рассеял большое войско Палеолога и одержал блестящую победу. Город Неопатрэ был освобожден, бежавший неприятель принужден был удалиться из Фессалии».

У И. А. Голубева и А. Т. Фоменко читаем по этому поводу:

«Получается, что средневековый герцог XIII века н. э. был настолько высокообразованным человеком, что «случайно» оказавшись у Фермопил и участвуя в сражении, странно похожем на античную битву 300 спартанцев с Ксерксом, «случайно» и вдохновенно процитировал «древнего Геродота», рассказывающего именно об этой битве!..

Современный историк раздраженно отмахнется: ну что же здесь странного? Начитанными людьми были средневековые рыцари! Оказавшись у Фермопил в гуще битвы среди лязга железа, стонов, крови и ржания коней, они «становились в позу» и вдохновенно цитировали бессмертные произведения античных классиков. Причем к месту!»

Греками оказываются, однако, живущие в Греции французы, а персами – византийцы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.