О комплексности

О комплексности

Понятие это так емко и многогранно, что его разъяснению, в меру нашего понимания и информированности, будет посвящена, пожалуй, добрая половина этой книги. Хотя надо заметить, что еще задолго до такого ежедневного употребления этого слова, какое мы наблюдаем сейчас, известный советский ученый Николай Николаевич Колосовский замечал в одной из своих работ конца 40-х годов: "...как порой трудно различить надписи и знаки на монете от длительного ее хождения, даже если они имелись ранее, так и термины "комплекс", "комплексность" к настоящему времени не обладают должной определенностью".

Н. Колосовский дает свое определение этим понятиям, и мы его приведем позже, а здесь уместно процитировать и другое его замечание, которое он, считая, видимо, частным, закрывает скобками: "Термин "комплексность", мне кажется, хорошо передается по-русски словами "взаимообусловленность", "взаимосвязанность".

Так вот, в этой подглавке мы хотим говорить еще об одном существенном факторе "сибирской дешевизны" - о взаимосвязанности, взаимообусловленности развития предприятий разных отраслей на одной территории. В этом случае первым и ярким примером оказывается, конечно, Братский промышленный узел.

Три производства, три мировых гиганта, появление которых взаимообусловлено, образовали высокоэффективный индустриальный узел. К перечисленным ранее можно добавить еще один показатель: производительность труда на одного работающего в промышленности Братска в 2,5 раза превышает среднюю по Союзу.

Да, дешевая энергия и дешевое топливо в Сибири своего рода магнит для многих отраслей современной индустрии. Подводя итоги десятой пятилетки, XXVI съезд партии констатировал: "Ускоренно формировались территориально-производственные комплексы, особенно в северных и восточных районах страны. Добыча нефти (включая газовый конденсат) в Западной Сибири увеличилась в 2,1 раза, газа - в 4,3 раза". Химия, электрометаллургия, глубокая переработка древесины, естественно, устремлены к источникам сырья, тепла, энергии. И разве может вызывать хоть тень сомнения необходимость создания на той же, скажем, тюменской земле крупных нефте- и газоперерабатывающих производств, нефтехимии, а также утилизации попутного нефтяного газа, коэффициент использования которого еще до недавнего времени не превышал 10 процентов?

И широкая программа строительства газоперерабатывающих заводов в Западной Сибири, из которых уже действуют Правдинский и два нижневартовских, Южно- Балыкский, а впереди еще два нижневартовских, каждый мощностью по 2 миллиарда кубометров переработки газа в год, успешно осуществляется. Уже в 1980 году перерабатывается не менее 80 процентов попутного нефтяного газа.

Ученые подсчитали, что эффект от использования продукции газоперерабатывающих заводов общей мощностью около 16 миллиардов кубометров перерабатываемого газа выразится суммой в 270 миллионов рублей в год, а чистая экономия составит 52-57 миллионов рублей в год. Это в том случае, когда продукция газопереработки будет представлена только различными видами топлива: сухой отбензиненный газ, сжиженный газ и легкий компонент автомобильного бензина. А если эти заводы будут поставлять еще и сырье для химической переработки, то эффект повысится.

Давно ли в Сибирь везли из Волго-Уральского района сырую нефть, чтобы получить из нее на Омском и Ангарском нефтеперерабатывающих заводах часть нефтепродуктов для удовлетворения нужд Сибири, а недостающую часть везли из того же Поволжья? И вот направление нефтепотока изменилось более чем резко: 2/3 добываемой сибирской нефти вывозится в европейские районы страны, ни грамма, разумеется, не ввозится в Сибирь, а нефтепродукты?..

Отдельные нефтепродукты (главным образом моторные виды топлива) по-прежнему поставляет Волго-Уральский район. Объяснение простое: за быстрым ростом нефтедобычи не могла поспеть никакая перерабатывающая промышленность.

Но положение дел будет становиться чем далее, тем более неестественным: нелепо же в самом деле везти нефтепродукты навстречу нефти, в то время как в развитии района добычи взят курс на комплексность. Поэтому одна из ближайших задач нефтеперерабатывающей промышленности Сибири - так увеличить мощности и изменить структуру получаемых продуктов, чтобы полностью отказаться от их завоза из западных районов страны. И тогда государство будет экономить в год лишь за счет транспортных расходов 35-40 миллионов рублей.

Но тут важна не только "рублевая" экономия. Создавая в Сибири новые мощности по нефтепереработке, отрасль сможет полнее учесть и потребности самой Сибири, которой, в частности, хронически не хватает нефтебитума для дорожного и промышленного строительства, концентрированных белково-витаминных добавок к кормам для животноводства, добавок, получаемых из нефтяного сырья и по качеству превосходящих все виды кормов растительного происхождения, и так Далее. Здесь уже начинается "цепная реакция" эффективности, которую невозможно измерить отдельными отраслевыми цифрами...

Сибирь вышла на первое место и как район самой эффективной нефтехимии.

Дело не только в том, что нефтехимия "съедает" много топлива, электроэнергии и тепла, а Сибирь способна удовлетворить могучий аппетит этого производства.

Дело не только в том, что каждое предприятие нефтехимии "выпивает" в зависимости от структуры и мощности от 30 до 500 миллионов кубометров воды в год, а Сибирь способна "напоить" самого жаждущего без серьезного ущерба для всех остальных. Расчеты показывают, что ущерб, причиняемый сельскому хозяйству при создании нефтехимических производств, в районах Сибири в 2-3 раза меньше, чем в районах Поволжья и Центра европейской части страны, и в 5-6 раз меньше, чем в таких районах, как Украина, Северный Кавказ, Средняя Азия.

Дело не только в том, что сырьевая база позволяет доводить технологические установки, как уже говорилось, до предельно возможных мощностей, а это в 1,5-2 раза снижает удельные капиталовложения по основным производственным цехам и сокращает эксплуатационные расходы на 20-30 процентов.

Дело не только в том, что в сибирских условиях можно под "крышей" одного производства поместить такой набор предприятий, который обеспечит и комплексную переработку сырья, а комбинирование возможностей разных отраслей всегда экономически эффективно.

Дело в том, и в другом, и в третьем сразу. Дело в сочетании всех этих благоприятных факторов, что и дает основание утверждать: Сибирь может стать и становится основным высокоэффективным районом развития и размещения нефтехимической промышленности страны.

И опять-таки расчеты исследователей показывают, что в Сибири можно разместить все вновь вводимые мощности по производству синтетических каучуков, 70-80 процентов - по производству продуктов органического синтеза на основе этилена и пропилена и многое другое.

Нефть, газ, энергия, уголь, лес - это все, конечно, козырные карты нынешней Сибири. Тут эффективность (даже когда речь идет о переработке) точно на блюдечке преподносится самой природой. Сумей лишь разумно воспользоваться выигрышными обстоятельствами. А вот машиностроение...

Известно, что "витамином" роста для современного города является именно машиностроение. Интересно заметить, что за последние 10-15 лет быстрее всех среди крупных городов Сибири растет столица Бурятии Улан-Удэ (Тюмень в счет не берем, здесь особые обстоятельства), а медленнее других Чита. Хотя за девятую, например, пятилетку в Читинской области объемы машиностроения почти удвоились, город, конечно, уступает многим городам Сибири по темпам и масштабам развития. Его час впереди, а вот Улан-Удэ уже сегодня производит электрические двигатели и тракторные самосвальные прицепы, приборы и средства автоматизации управления технологическими процессами, самолеты и речные суда, стиральные машины и автомобильные краны.

Перечисление промышленной продукции только одного города тянет за собой множество вопросов, увлекающих нас в историю. Почему именно в Улан-Удэ строятся самолеты или автоматические приборы? Почему в Чите появляется автосборочный завод? Почему в Новосибирске "Тяжстанкогидропресс", а в Красноярске завод автоприцепов? И так далее, и так далее.

Еще не время говорить об истории сибирской экономики, поэтому отделаемся пока общей фразой о том, что машиностроение в Сибири развивалось некомплексно, да и сейчас тут много случайного, и остановимся на целесообразности укрепления позиций машиностроения в восточных районах с точки зрения взаимообусловленности с другими активизирующимися здесь отраслями.

Систему доказательств в этом случае нам придется строить на отрицательной, с нашей точки зрения, практике, но ее анализ подталкивает мысль к позитивным решениям.

Кузбасс. За восьмую и девятую пятилетки добыча угля здесь выросла на 37 процентов, а мощности горного машиностроения остались прежними. И ничего Удивительного, что угольные предприятия Кемеровской области регулярно недополучают необходимые им механизированные комплексы и другое оборудование.

Вообще нужды Сибири в оборудовании для угольной промышленности за счет собственного производства удовлетворяются примерно на одну треть. Машины делаются в основном там, где нет угля, и переброска на восток делает их дороже на 10-20 процентов.

Уголь не исключение. Сибирь почти не изготавливает для себя строительных машин, в то время как здесь выполняется сегодня одна седьмая объема строительно- монтажных работ СССР, а в перспективе, по научно- проектным проработкам, объем строймонтажа возрастет в несколько раз.

Сама Сибирь еще не сделала ни одного автомобиля, хотя 20 процентов общесоюзного грузооборота на автотранспорте приходится на Сибирь и Дальний Восток.

Сама Сибирь, конечно же, не обеспечивает себя и нефтепромысловым оборудованием (Барнаульский завод геологоразведочного оборудования не в счет), а доставка одной его тонны из западных районов обходится в 16-30 рублей.