Глава 13. СОЮЗ РУССКОГО НАРОДА

Глава 13. СОЮЗ РУССКОГО НАРОДА

О характере русского народа есть два полярных мнения. Одно мнение, укрепившееся в XIX веке, об имперскости русского народа, идет с Запада. Этот заброшенный образ подхватили и некоторые политические группировки на окраинах империи. Имперский дух сам по себе негатива не содержит, этим даже гордиться можно было бы, если бы это соответствовало характеру русского народа на сто процентов.

Другое мнение – о политической неорганизованности и толерантности русских – подмечено, как ни странно на первый взгляд, иностранными наблюдателями древнего мира (посетившими Россию) и бытует в головах самих русских. «Народ гостеприимный, крайне толерантный по отношению к чужой вере и национальности… легко подчиняется чужой власти». И это мнение верно в той части, что русские могут ужиться с кем угодно, если их самих не притесняют.

Вот еще мнение о славянах жившего в XVII веке Юрия Крыжанича, западного славянофила, известного мыслителя, католического священника, хорвата по национальности:

«Одни славяне остаются на первобытной ступени разрозненности, национальной неспелости и вследствие того являются крайне слабыми и безразличными… в политической жизни…».

«Я часто думаю о жалком положении всего славянского народа, разрозненного на шесть отделов: русский, польский, чешский, болгарский, сербский и хорватский, и вижу, что мы унижены всеми народами, из которых одни нас люто обижают, другие гордо презирают, третьи нас съедают и пожирают наше имущество в наших глазах и, что всего прискорбнее, ругают, осмеивают и ненавидят нас, называя варварами и считая нас скорее скотами, чем людьми».

Пессимистическое настроение Крыжанича понять можно: даже в конце второго тысячелетия мы видим, что славяне на Балканах враждуют, даже воюют друг с другом. Но кто виноват в этом? Оккупанты. Австро-Венгерская империя захватила хорватов (не только окатоличила, но в известной мере и обавстриячила их), то, что не успели захватить австрийцы, захватили турки и омусульманили и потуречили боснийцев. Сербам (боснийцы – тоже бывшие сербы) удалось сохранить свой язык, культуру, добровольно принятую религию. И в недавнем конфликте на Балканах национальный вопрос стал решающим. Хорватов в борьбе с союзной Югославией и сербами активно поддерживали Германия и Ватикан, боснийцев – турки, арабы и НАТО. Россия поддерживала сербов, но так как в Кремле сидели абсолютно нерусские ельцины и Козыревы, чаяния славянского народа были проигнорированы, содействие оказалось минимальным.

Верно и то, что русские (великороссы, малороссы и белороссы) – народ имперский, народ, создавший великую империю, объединившую сотни больших и малых народов. Если империя македонца Александра Македонского простиралась от Дуная до Инда и создавалась с целью наживы, а может быть, и ради одного лишь честолюбия выдающегося полководца, то Российская империя совсем иного свойства. Сильная воля при одновременной толерантности и веротерпимости необычного русского характера и породили уникальное явление – Российскую империю.

Тут нет противоречия. Суть дела в другом. Русские да и славяне в целом могут храбро воевать с внешним врагом под началом умной и твердой верховной русской власти. Когда верховная власть захвачена явными или скрытыми русофобами, сеющими хаос и смуту, русские бывают излишне терпимы или бунтуют неорганизованно.

Это так, но это не всеобъемлющее суждение. Реальность глубже. Русский народ, имевший любимую и, главное, всенародную забаву – кулачный бой, всегда отличался как терпеливостью, больше определяемой как стойкость в трудную минуту, так и смелостью до безрассудства. Народ (крестьяне, стрельцы, казаки, аристократы…) не однажды поднимал бунты и менял неугодную власть.

И против иноземцев восставали много раз. Одна борьба с кочевыми азиатами, монголами чего стоит! А если захватили Москву французы или поляки, то по всей стране вспыхивало общенародное восстание. Никем не подгоняемые Сусанины, Минины и Пожарские спешили на помощь Отечеству.

И в двадцатом веке на оккупированных славянских землях поднимались партизанские движения. Были те, кто лизал сапоги оккупантов, но всегда были люди, презиравшие и наглого врага, и саму смерть. Только вот о партизанском движении во время Второй мировой войны созданы тысячи книг и фильмов, а о широчайшем партизанском восстании в Первую мировую войну не издано ни строки; по вине «интернационалистов» выдающийся подвиг русского народа, славян преступно зажимается, замалчивается. Наши отцы и деды, бравшие Берлин в 1945 году, гордились своими отцами, воевавшими в 1915 году.

Зато с целью оплевывания русского народа и его героической истории были изобретены ярлыки «черносотенцы», «охотнорядцы»…

Чего боялись немецкие бюрократы в послепетровской России и интернационалисты времен военного коммунизма? Не дворян и не купцов, а роста русского народного национального самосознания опасались чиновники. Потому уничтожали старообрядцев, всего лишь остававшихся верными старым обрядам и традициям. Тех, кто верил не погонам и рясе, а Богу и заветам предков, гнали.

Вот и делили страну на национальные республики, ища противовесы русскому самосознанию и естественному добрососедству народов.

Может быть, ошибался и Столыпин, борясь с крестьянской общиной, деля крестьян на кулаков и пролетариев. Большого класса кулаков создать не удалось, а поссорить, разделить общину, похоже, получилось.

Либералы, клеймившие инакомыслящих черносотенцами, были в массе нерусскими. Они боялись квасного патриотизма и вполне продуманно смешивали понятия шовинизма, ксенофобии с простодушной любовью к квасу (и то, скажут многие, квас куснее и полезнее заморской кока-колы). Международному интернационалу недоставало власти, а на пути его стояла крестьянская община и кондовые русские традиции. Дворян они ненавидели и презирали, но боялись и ненавидели крестьян, их жизненные устои и численность. Черносотенцам приписывали, кроме шовинизма, связь с консерваторами из Союза русского народа (СРН) и причастность к еврейским погромам.

Черносотенцы, или по-другому черносошные крестьяне – «государевы люди, класс земледельческого населения России, сидевший на «черной», т. е. невладельческой земле». В действительности, черносотенцы не имели отношения ни к политической борьбе, ни даже к политическим дискуссиям о самих себе. Инородные болтологи оплевали зряшно целый социальный слой России, простодушных, трудолюбивых крестьян, которые в большинстве дальше своей деревни не выезжали и по шестнадцать часов работали в поле. А боялись их потому, что чувствовали, не хочет мужик ассимилировать ни с Первым интернационалом, ни с третьим. Этого не поняли ни Столыпин, ни Солженицын. Они, черносошные, никому не угрожали, но своим стабильным (если хотите, статичным) положением укрепляли государство.

Крестьянин этого сословия пользовался государственной землей как член общины. Мог крестьянин свою землю отдать в залог и даже продать при условии, что покупатель оплатит все общинные пошлины. «Продавалась земля, а не право на нее, так как самого участка даже князья не могли покупать».

Община отвечала за порядок в волостях, за сбор податей. Черносошные крестьяне избирали своих старост, руководителей, участвовали в работе судов наместников и волостей. Решал все сход, почти не изменившаяся форма древнего вечевого самоуправления.

В XIX веке название «черносошные» в обиходе и в документах меняется на «государственные крестьяне». Если люди, ратовавшие за крестьянскую общину, за взаимопомощь (помочи), за традиционную культуру, за народное самоуправление да еще за допетровский уклад жизни без водки и табака – есть черносотенцы, то побольше бы нам черносотенцев.

Еще черносотенцами в левацких агитках называли членов Союза Русского Народа. Эту организацию также оболгали сверху донизу. Посмотрим на факты.

В период русско-японской войны интернационалисты из числа эсеров, кадетов, бундовцев и социал-демократов на деньги зарубежных спецслужб начали раскачивать государственные устои империи как по социально-политическим направлениям (зачем нам война и армия, когда пролетарии всех стран соединятся), так и разжигая шовинистические антирусские, антиславянские настроения под лозунгами: «Русская империя ведет захватническую войну», «тюрьма народов может увеличиться».

Опять же средства массовой дезинформации свободны, перемещение по стране не затруднено, бежать из ссылки (где ссыльным платили за безделье и давали ружья, чтоб охотой побаловать) – раз плюнуть. Патриоты увидели, что они проигрывают пропагандистскую войну, развернутую против империи. Решили создать сколько-нибудь организованное движение патриотической направленности, на которое можно опереться. Такие движения уже стали возникать. В марте 1905 года создан Союз русских людей, несколькими месяцами позднее – Союз русского народа, из которого в 1906 году отпочковался Союз Михаила Архангела (во главе с Пуришкевичем).

С.P.H. часто ассоциируется с одним лицом – политически активным депутатом Государственной Думы Пуришкевичем. Однако создал СРН в Петербурге в ноябре 1905 года доктор Дубровин. Среди создателей выдающийся ученый Д. Мендеелев, ряд видных служителей церкви. Управлялась общественная организация советом из 12 человек. Имелись газеты «Русское знамя» и «Объединение». В союзниках имели Отечественный союз и Партию честных патриотов и борцов за Родину.

С.P.H. выступал за «только твердую царскую власть, основанную на непосредственном единении царя с народом». В этом видели гарантию прочного правового порядка. Тактика: «Борьба с врагами царя и народа посредством братском любви к ближнему без лжи и насилия».

Были в России и более жестко высказывающиеся движения. Например, реакционеры-абсолютисты из Монархической партии (Катков и Победоносцев), выступавшие за государство русской национальности. Или Партия реакционеров-террористов с газетой Берга «День» (как партия не оформились, скорее течение).

В этих партиях состояло (в последней) несколько десятков человек высшей аристократии и говорить о них как о значительной силе не приходится. Да и каждую строчку информации о них приходится разыскивать с большим трудом.

Другое дело Союз Русского Народа, имевший в своем составе от нескольких сот тысяч до нескольких миллионов человек. Именно в эту народную партию метали критические стрелы публицисты антиславянской направленности. Упомянутый нами мистер Лакер из США и сейчас позволяет себе и оскорбления, и некие намеки: «понятие «черносотенство» относится к одной из политических групп, оно относится к глубоко скрытым проблемам морали».

Проблемы скрытыми стали во времена Лейбы Троцкого, когда информация о С.P.H. или исчезла, или изредка появлялась в отфильтрованном виде, очевидно, этой информацией и руководствовался мистер Лакер. В недрах архивов удалось найти устав С.P.H. (ГАСО Ф 3, оп. 123, дело 12). В уставе четко обозначена цель союза: «…развитие национального русского самосознания и прочное объединение русских людей всех сословий для общей работы на пользу дорогого нашего Отечества – России единой и неделимой». Подчеркивается христианская ориентация и стремление укреплять «Самодержавие наше в единении царя с народом». «Самодержавие русское создано народным разумом, благословлено Церковью и оправдано историей».

Чисто монархическая организация, ничего людоедского в ней не видно. Зато видна русская направленность: «Русской народности, собирательнице Земли русской, создавшей великое и могущественное государство, принадлежит первенствующее значение в государственной жизни и в государственном строительстве».

Естественно, что русские имеют право на существование русского государства, управляемого русским правительством. Ну, а как же имперская, подчеркнем, объединительная идея в планах Союза Русского Народа? В примечании к уставу Союза указано: «Союз не делает различия между великороссами, белороссами и малороссами».

Примечание 2 дополняет: «Все учреждения Государства Российского объединяются в прочном стремлении к неуклонному поддержанию величия России и преимущественных прав русской народности, но на строгих началах законности, дабы множество инородцев, живущих в нашем Отечестве, считали за честь и за благо принадлежать к составу Российской империи, и не тяготились бы своею зависимостью».

Можно по-разному воспринимать эти дополнения, но есть данность, которую нельзя не учитывать. Данность состоит в том, что если основообразующий народ империи (государства любой иной формы) не чувствует себя униженным и оскорбленным, спокоен, то и к инородцам отношение будет благодушное.

Членами Союза могли быть «только природные русские люди обоего пола, всех сословий… давшие при вступлении обещание не вступать в общение с какими-либо тайными сообществами…»

Враждебность масонов к СРН определяется не в последнюю очередь этим пунктом устава. Еще раз уточним, агентура масонства стремилась во все организации без исключения.

Позднее стали принимать в СРН отделы инородцев.

С высоты времени спросим, а нужна ли особая процедура вступления в СРН инородцев? Если лица русской (или любой другой) национальности хотят создать свою общественную организацию, так и пусть создают. Обществ в империи имелось много, и каждый волен выбрать себе общество по душе или послать все общества в другой угол.

Есть в уставе и еще одно примечание: «Евреи в члены Союза никогда допущены быть не могут, даже в том случае, если они примут христианство». Обосабливаясь от политически активных евреев, входивших в то время во все разношерстные партии, члены СРН отражали напряжение времени, когда главная угроза устоям империи виделась учредителям Союза в партиях, созданных и управляемых евреями.

Тем не менее СРН в дальнейшем не ограничивался приемом в свои ряды одних славян. В руководящих органах Союза много лиц с немецкими фамилиями. Видимо, отсюда и заметные германофильские настроения до начала Первой мировой войны.

Входили в СРН и мордва, и чуваши, народы финского и тюркского происхождения. О чем свидетельствует в своей диссертации и письмах к автору чувашский историк Михайлова Елизавета Михайловна: «…изложу то, что мне удалось найти об участии чувашей в черносотенных организациях. Газета «Хыпар» за 1907 год 3 от 11 февраля (газета издавалась на чувашском языке и ее название в переводе «Вести»,) сообщала о распространении в Ядринском уезде (ныне Ядринский район Чувашской Республики) газеты «Сошники», издаваемой профессором Залесским в г. Казани. Залесский являлся одним из председателей ч/с союзов Казани». Приводит Михайлова данные об отделениях СРН в Цивильском районе (нынешнее название): «Цивильского (56 человек членов СРН), Хармалинского (42), Трехизбинского (39), Шоркасинского (35 чел.)…»

В программных документах есть сведения о рассмотрении вопроса по созданию мусульманского отделения СРН. Таким образом, СРН превращался в международную организацию, не имеющую никакого отношения к шовинизму.

Ярлыки на СРН навешивали идеологические противники с целью оболгать и скомпрометировать. Идеологическая, финансовая, политическая и этническая борьба накладывала отпечаток на степень объективности. В плену идеологических иллюзий современные «патриоты», «демократы», обыватели… Во вроде бы патриотическом (так сами себя называют) журнале «Наш современник» (редактор Куняев) в 1993 году в 7 публикуются материалы Н.Н. Лысенко, публикуются необоснованные утверждения, навеянные ранней троцкистской пропагандой: «Наверстать упущенное в 1878 году и обеспечить, наконец, свободный выход российскому хлебу в Европу призван был 1914 год. Но и эта великая война была позорно проиграна опять-таки из-за безволия и дряблости высшего руководства России».

Мы-то уверены, что СРН и подобные организации были созданы как раз для противодействия, контрпропаганде, высказываниям подобным бундовским и Лысенко. В очередной раз скажем о том, что Российская империя вступила в войну с военным блоком во главе с Германией с целью помощи балканским славянам, понимая также, что план «Драг нах Остен» с нападением на Россию – реальность, никем не скрываемая. В современной Германии нет планов захвата России (по крайней мере пока), а прежде план существовал, и все интересующиеся политикой его знали. Утверждать иное или некомпетентность, или злонамеренность. Да и была ли война проиграна, если Германия сложила оружие перед союзниками России, а Австро-Венгрия прекратила свое существование. Немалая заслуга в этом миллионов русских, российских солдат, павших на полях сражений.

В том же номере «Нашего современника» С. Куняев публикует и откровенно поверхностные суждения протоиерея С. Булгакова «Судьбы мира, грядущее» (надергано из книги «Христианство и еврейский вопрос»):

«Национальное самосознание в России преимущественно выражалось в религиозной мысли (учение о Третьем Риме, славянофильство, философия нового времени). Аналогию расизма можно указать лишь на задворках русской жизни, в варварстве «истинно русских людей, «союза русского народа». Но все это было настолько невлиятельно и малокультурно, что никогда не представляло опасности самоотравления расизмом для русского духа».

Вроде бы оправдывают русский народ, а на деле… Может быть, Булгаков и более культурный (как он, видимо, считал), чем тысячи деятелей науки, аристократии, виднейшие иерархи русской православной церкви, которые образовали ядро СРН, только это сомнительно, потому что Булгаков делает выводы по истеричным репликам газеты конституционных демократов и близких к ним. С фактами неувязка.

СРН был влиятельной силой хотя бы по своей многочисленности. Число членов организации от нескольких сот тысяч до нескольких миллионов. В Санкт-Петербурге это самая многочисленная организация из всех общественных организаций. Широкая сеть филиалов по всей России. В ГАСО есть материалы, свидетельствующие о массовом открытии филиалов СРН в 1906–1907 годах не только в Самаре и городах губернии, но и в селах и деревнях: в городе Николаевск (Ф. 3, оп. 123, ед. хр. 12), в селах Хрящевка и Ягодное Ставропольского уезда (Ф. 3, оп. 123, ед. хр. 1), с. Балаково, селах Андросово и Сурмер, с. Украинка, г. Бугуруслан, в с. Пономаревка, г. Бузулук… И так по всей губернии, так по всей России.

Неправильно думать, что СРН занимался только политической деятельностью, продвижением своих депутатов в Государственную Думу, выдвижением политических требований. Эта сторона деятельности не самая объемная, хотя и заметная, т. к. раздувалась критикой оппонентов. СРН, как и планировал, вел большую работу по воспитанию, по формированию русского национального самосознания, по повышению консолидации русского народа да и всего российского общества.

Широко известная борьба с пьянством, проводимая СРН; создана широчайшая сеть открытых по всей стране русских чайных. Сколько издевок промелькнуло в печатных органах алкомафии и спонсируемых ею изданиях по поводу трезвости и квасного патриотизма. А что плохого в создании чайных, по сути русских национальных клубов, где люди в русских рубахах сидели за столами с русскими самоварами и гоняли чаи с бубликами… Трезвое общение, разговоры по душам и по интересам, обсуждение деловых вопросов, пение народных песен – новая форма общественной жизни в трезвеннических русских клубах. В чайных сидела масса народа.

После брежневского и ельцинского преднамеренного спаивания народов России даже представить трудно, что люди могут после работы или в выходной пойти не в рюмочную, не в бар, а в чайную. В современной России на почве наркомании эпидемия СПИДа, а правители даже не чешутся. Очень разительный контраст между прошлым и настоящим.

Члены СРН создавали кассы взаимопомощи и помогали малоимущим пережить невзгоды, помогали и предпринимателям с кредитом. Что здесь некультурного нашли С. Булгаков и совсем оторванный от русской жизни С. Куняев?

Велась СРН и просветительско-образовательная работа. В календаре «Памятная книжка Самарской губернии за 1915 год» указано: на улице Преображенская, 15 смешанное начальное училище Союза Русского Народа (в разделе «Частные учебные заведения»). Существовало училище на средства СРН.

Были у СРН и другие интересные формы работы, включая организацию различных массовых празднеств. СРН создал действенные, эффективные формы самоорганизации русского народа. Пора отказаться от охаивания и кликушества в адрес Союза Русского Народа.

У СРН имелось много сторонников и немало противников. Царское правительство поняло, что в борьбе с анархистами и сепаратистами, с откровенной антиимперской и чуть более скрытой антиславянской пропагандой нужно опираться на патриотические и национально ориентированные массы народа. Без этого у монархии, а скорее всего, и России как таковой независимо от формы государственного устройства нет будущего. Забегая вперед, можно сказать, что немецкая бюрократия (завезенная Петром I и его последователями), имевшая большой вес в правящих структурах, боялась роста прорусских настроений, долго тормозила рост русского национального движения, долго колебалась. Во время войны порусевшее правительство ступило на эту дорогу, но время было упущено.

И все же новые настроения пробивали себе дорогу. Союз Русского Народа горячо поддерживал Николай II. На титуле устава СРН есть «царские слова Союзу Русского Народа”, сказанные 23 декабря 1905 года и 16 февраля 1906 года: “Объединяйтесь, русские люди, я рассчитываю на вас”, “Я верю, что с вашей помощью мне и русскому народу удастся победить врагов России”, “Поблагодарите всех русских людей, примкнувших к Союзу Русского Народа”.

Есть в этом обращении царя к русскому народу что-то схожее с обращением Сталина во время Второй мировой войны. Когда пахнет паленым, лидеры обращаются к русскому народу. Что ж, спасли Сталина и советский режим в 1941 году, спасли бы и царя в 1917 году, если бы он под внушением масонов не отрекся от престола. Только вот о русском народе все забывают; не лишне напомнить самим о себе…

Официально СРН внесен в реестр обществ 7 августа 1906 года.

В провинции прошения об открытии отделений СРН писались на имя губернатора и подавались исправнику уезда или другому должностному лицу. Новый лозунг: “Царь и народ едины” начали претворять в жизнь. В Самаре сохранилось письмо представителя Самарского отдела СРН Семена Прокофьевича Шустова от 8 марта 1907 года о предоставлении помещения во втором шестиклассном городском училище для проведения собрания.

С понимание к СРН относились и многие офицеры жандармских управлений. В ГАСО есть письма (Ф. 470, on. 1, ед. хр. 738) начальника Ашанского отделения Самарского жандармского управления железных дорог ротмистра Золозного начальнику Самарского жандармского полицейского управления железных дорог Нощекину И.А. от 1907 года с просьбой о восстановлении на работе 7 рабочих Уфимских железнодорожных мастерских, членов СРН, уволенных заодно вместе с забастовщиками: “…рабочие эти обратились ко мне (т. к. жандармы разгоняли митинг, а главное, ведали прекращением забастовки) с просьбой об обратном их приеме. Находя крайне желательным увеличение в мастерских рабочих, принадлежащих к патриотическим организациям, я обращаюсь с покорнейшей просьбой принять обратно в мастерские уволенных рабочих, принадлежащих к Союзу Русского Народа, т. к. члены этого Союза являются в мастерских большим противовесом левым партиям и элементом весьма желательным”.

Не получив ответа на первое письмо, ротмистр посылает второе. К письму прилагаются и удостоверения членов СРН.

Попутно отметим, что среди рабочих заводов, фабрик, железных дорог много членов СРН из числа квалифицированных рабочих. Среди многих свидетельств книга А.А. Хохлова “Дорога в революцию” (Самара, 1933 год), в которой утверждается, что среди деповских рабочих много “черносотенцев”.

Немало критиков и непримиримых врагов у СРН было среди чиновников, занимавших высокие государственные посты, были такие люди и в спецслужбах. Деятельности СРН препятствовали некоторые губернаторы (это при горячем-то напутствии СРН от императора) на местах, например, в Астрахани. Премьер-министр С.Ю. Витте, не сумевший подготовить армию к войне с Японией, в своих дневниках называл “Союз организацией обычных воров и хулиганов”. Нацмен Сергей Юльевич Витте, занимая второй пост в государстве, стоял в скрытой оппозиции к Николаю II. История еще вынесет им свой приговор.

В предыдущей главе мы отмечали, что и более умеренные, даже аполитичные организации, но подпирающие монархическое государство как Центральный кооперативный комитет, предлагавший для армии менее дорогие товары и продовольствие, преследовались инородным масонским чиновничеством и закрывались. Масоны имели большое влияние на либеральную интеллигенцию и прессу, финансовые структуры. По мнению О.А. Платонова («Литературная Россия, 13 от 1.04.1994 г.), масоны вместе с Керенским еще в 1905 году планировали убийство Николая II. В дальнейшем масоны воспрепятствовали выезду в 1917 году отрекшегося от престола Николая II за границу, издевались над его семьей, отбирали игрушки у царевича Алексея.

Агентура этих же сил в первые годы СССР боролась против Иосифа Сталина. В ходе этой борьбы, как говорили, «подмели» масонской агентуры немало, но вместе с ней непричастного разношерстного народа в несколько раз больше. Многие детали этой борьбы еще не освещены российской печатью. Возможно, это дело будущих исследователей, тех, кто имеет доступ к подобным материалам.

Помимо масонов, против СРН активно действовали националистические группировки поляков, литовцев, местечковых евреев, некоторых кавказских племен. Формы борьбы разнообразные – от терактов (мемуары печатались в первые годы СССР) до дезинформации. Либеральный «Голос Самары» в 1912 году сообщил (перепечатка из центральной прессы) о том, как мошенник объявил себя уполномоченным главной палаты Михаила Архангела, собрал известную сумму денег. Только потом выяснилось, что мошенник к союзам отношения не имеет, а есть еврей-выкрест из Вильны по фамилии Шайдмордзин.

Против СРН активно действовали различные революционные партии.

Все эти силы взаимодействовали в деле развала и уничтожения Российской империи. Взгляды на русский народ у них рознились, но в результате финал развала империи для многих русских оказался трагичен.

Под валом критических и просто лживых публикаций и «мероприятий» создавалось общественное мнение, под влияние которого попадали и прорусски, и монархически настроенные деятели, организации и просто обыватели. Происходило это и позднее. Публицист А.Солженицын, которого часть читающей публики считает монархистом (его литературная направленность заострена против коммунистов), но по сути его взгляды близки отчасти к эсеровским, отчасти к конституционным демократам. К тому же они пренебрежительны и к монархии, и к ярким проявлениям русского духа. Заглянем на страницу 431 книги «Двести лет вместе»:

«Но что же – та «рептильная печать» – то есть ползком перед властями, печать русских националистов? «Русское знамя» Дубровина – говорят, из рук выпадало, до того грубо и бездарно. (А кстати, было запрещено рассылать его в армию, по возражению генералов.) Вероятно, не намного добротней была и «Земщина» – не знаю, не читал обеих. Оскопились, одряхлели и с 1905 потеряли читателей и «Московские ведомости».

Где же были сильные консервативные, радеющие о русских умы и перья?»

Начитавшийся гессенов и дейчей, А.Солженицын подобно школьнику-двоечнику оценивает издания СРН словами «говорят», «вероятно, не намного добротнее…», «не знаю, не читал обеих». Не читал так не читал, но этот адвокат масонства имеет суждение о том, чего не видел, чего не читал: «грубо и бездарно».

Еще интереснее, что Солженицын называет «печать русских националистов» рептильной, «ползком перед властями». То, что печать не нравится, дело личное. То, что не нравится именно промонархическая власть, деталь для нобелевского лауреата обязательная, точнее обязательная для любого кандидата в нобелевские лауреаты. В двадцатых годах масоны проиграли битву за Россию Сталину, погнавшему в лагеря и масонов, и анархистов, и так называемую ленинскую гвардию… Проиграв битву, масоны не отказались от своих намерений; их влияние на разные комитеты велико. Кто такой Сталин – загадка, да и в политике масонов загадок немало.

Вернемся к фразе Солженицына о том, что де генералы возражали рассылке в армию «Русского знамени». Возможно, если учесть, что такие люди, как Витте, являлись ярыми русофобами, Алексеев и другие – масонами. И в Советской армии были дудаевы и лебеди, и неизвестно, как они восприняли бы и менее консервативные издания.

Наконец, были ли издания союзов «ползком перед властями»? Как сказать. Эти издатели многое знали о таких правителях, как Витте (второе лицо в империи), об императрице и Распутине, и тем не менее гнувших свою линию.

Наконец, о возгласе Солженицына: «Где же были сильные консервативные, радеющие о русских умы и перья?». Если читатель думает, что Солженицын не слышал о Данилевском и Челышове, Смирнове и Меньшикове и сотнях других ярких авторах (эти фигуры с Солженицыным просто несопоставимы, хотя и Солженицын не рядовой публицист).

Не только Солженицын, но и такие болеющие за русский народ люди, как условно называемые нами поздние славянофилы, затронутые влиянием массовой антисоюзной пропаганды, публикуют материалы Д. Дмитриевского, в которых СРН критикуется за призыв разгона Гос. Думы, за бывшее до войны германофильство, за излишний монархизм, где членов СРН называют нищими духом. Чувствуется влияние Гучкова. Знали ли они, что среди членов СРН активную работу вели такие выдающиеся мыслители, как Иоанн Кронштадтский? Знали, конечно, но…

Против СРН действовали и отдельные представители капитала. Так, издатель-купец и редактор «Самарской газеты» С.И. Костерин помещает в 13 от 18 января 1906 года статью «1905 год», где сообщается о «черносотенных» погромах и утверждается, что погромы организовали якобы казаки и жандармы. Приводятся выдержки из газеты «Киевские отклики». Союз Русского Народа еще и не создан, но клеймо (в данном случае с негативным оттенком) будет переноситься и на СРН в дальнейшем. Газета оштрафована (оскорбили жандармов) и закрыта на время по требованиям военного времени. Присяжный поверенный О. Гиршфельд писал жалобы в защиту Костерина и много добился.

После 1907 года, после окончания войны, антипатриотическая и антимонархическая пропаганда велась открыто и в еще больших масштабах. Любимца петербургских рабочих И.Кронштадтского в печати называют шаманом и даже хлеще. Тут мы не должны отклониться в сторону вопросов государственно-политического устройства, что не является предметом рассмотрения даной книги да и освещалось уже многими авторами.

Вернемся к рассмотрению национальной политики в Российской империи в свете «черносотенных организаций» и якобы осуществленных ими погромах. В советское время чуть не в каждом втором издании, посвященном революции и затрагивающем национальный вопрос, касались черносотенцев и черносотенных погромов. То, что придумано бундовцами, оказалось востребовано троцкистами.

Такой предвзятый к правым организациям публицист, как Солженицын, писал: «Еще утвердилось, что погромами октября 1905 года руководил Союз Русского Народа. Это неправда, он только в ноябре 1905.. стал возникать», (стр. 405). Хоть здесь объективно.

В 1992 году полуправду о СРН опубликовал журнал «Родина». В том же году (когда разрешили) более информационно насыщенную, но однобокую и не везде точную книгу «Черная сотня в России» выпустил С.А. Степанов. Названием сходное с названием книги У.Лакера, та же «черная сотня» – клеймо, придуманное троцкистами, плотно застряло в головах мужей, ученых на троцкистской пропаганде. Правды не сказал никто. Слишком многим оказалось выгодным стравливать народы империи, в том числе русских и евреев.

Тот же Степанов уже в введении к своей книге называет историю правого движения «черной страницей русской истории» и «орфографически» ошибается, печатая название организации СРН с малой буквы. Тем не менее Степанов приводит факты, которые наводят на размышления. Вынужденные признания такого исследователя имеют определенное значение.

На странице 113 находим: «В числе членов монархических союзов было немало состоятельных людей, однако напрасно было бы искать среди них представителей известных купеческих фамилий», но зато де были «…выходцы из низов, сколотившие свои состояния грубыми методами первоначального капитала». Нас опять подводят к мысли о СРН как организации «воров и хулиганов». В качестве примера приводится глава самарских монархистов «ростовщик» купец Коренев. И чего это столичные публицисты любят ссылаться на Самару, которую не знают и в которой многие из них даже не были.

Мы уже отмечали, что СРН – очень большая, самая массовая общественная организация и большинство ее членов составляли не «агрессивные лавочники», а рабочие и крестьяне, а руководство – столичная аристократия и высшее духовенство, а также университетская профессура во главе с гениальным ученым Д.Менделеевым. Впрочем, и сам Степанов осознает ошибочность утверждения о «союзе лавочников».

Вот что читаем у Степанова на странице 92: «На деле черносотенцам никогда не удавалось последовательно проводить шовинистические идеи (дорогого стоит в устах либерала. – Прим. Бажанова). Список «истинно русских» вождей пестрил молдавскими, греческими, грузинскими и немецкими фамилиями». И в следующем абзаце: «Немцы вообще находились на особом положении. Если можно было говорить о чьем-либо засильи, то прежде всего о непропорционально большой доле немцев в административной и военной областях». Де вот за «преданность престолу» немцы входили в Союз Михаила Архангела и другие консервативные организации.

Не к лицу «интернационалистам» тыкать в фамилии. Патриотам можно. Что касается фамилий, собранных чуть не со всей Европы, то известно, что представители русской аристократии находились в родстве с элитой многих стран. Жениться, выходить замуж за представителей русской знати было и выгодно, и престижно. Борьба-то шла за привилегии между старой аристократией и еврейской эмансипацией, честолюбием. Русских при этом убивали миллионами, в том числе и руками самих русских. Правда, неприятная для многих, но что же делать…

Подтверждает Степанов сведения и о разработке СРН плана по созданию дочерней организации «Мусульманский союз русского народа из казанских татар», где предусматривалось содействие в строительстве медресе и мечетей.

Что касается еврейских погромов, то сразу скажем, что в кондовой России, где преобладание великоросского населения, погромов не было и, если в отдельных регионах происходили отдельные случаи нападения на евреев, то это скорее редкие проявления хулиганства, не носившего формы национальной вражды.

Были погромы в Польше и на Западной Украине. Но и здесь под руку бунтовщиков попали не еврейские пролетарии и «начетники», а лавочники. И не только еврейские. В.В. Крестовский об антимонархическом восстании в Польше писал: «Кабаки и тюрьмы были разбиты, вино выпито, преступники выпущены на свободу, многие лавки и магазины, а также частные квартиры и дома, в особенности русские и еврейские, окончательно разграблены и разорены». Погром, направленный против русского самодержавия, антирусский, но досталось и евреям.

Случались и антирусские, точнее антиславянские погромы, проведенные евреями. Таков погром в Гомеле в 1903 году как ответ возбужденной толпы на еврейский погром, совершенный молдаванами в Кишиневе. (Солженицын. «Двести лет вместе», стр. 340).

Описывая погромы октября 1905 года, Степанов пишет: «Удалось установить национальную принадлежность двух третей пострадавших. Среди них евреи – 711 убитых, 1207 раненых; русские, украинцы и белорусы – соответственно 428 и 1246, армяне – 47 и 51, грузины – 8 и 15.. Как видим, раненых славян больше, чем евреев. Так кого громили возбужденные пролетарии Западной Украины и Польши?

В то же время в Елизаветграде была опубликована благодарность еврейской общины 337 лицам, защищавшим евреев.

Если вспомнить Солженицына, то трудно согласиться с его формулой: «Нет, никак не сказать, что евреи «устроили» революцию пятого или семнадцатого годов, как их не устраивала и ни одна другая, в целом, нация. Да и ни русские, ни украинцы, в целом как нация, не устраивали еврейских погромов».

А кто устраивал? Привидения? Какой подклад делает Солженицын перед формулой: «Не посторонний заговор был, что мы покинули наше крестьянство на вековое прозябание. Не посторонний заговор был, что величавый и жесткий Петербург подавлял теплую малороссийскую культуру».

Положим, заговор-то был. Живем не в 1917 году. И документы спецслужб рассекречиваются. И дипломатическая переписка. И мемуары очевидцев публикуются. Тот же Солженицын в своей книге (стр. 391) живописует: «Молодежь, и в особенности еврейская, с видимым сознанием своего превосходства стала указывать русским: «Теперь мы будем управлять вами» и также: «Мы дали вам Бога, дадим и царя», «Большая толпа евреев с красными флагами…»

Без сомнения, Солженицын осведомлен о заговоре против Российской империи, что и видно из фрагментов на страницах 351 и 352:

«Ведший эти переговоры Витте вспоминает о «депутации еврейских тузов, являвшихся ко мне два раза в Америке говорить об еврейском вопросе».

«Пятнадцать лет спустя член той делегации Краус, к 1920 г. президент ложи Бней Брит, вспомнил их так: «Если царь не даст своему народу те свободы, на которые он имеет право, то революция сможет установить республику, через которую те свободы и будут достигнуты».

«Провожая Витте, т. Рузвельт передал предупреждение русскому императору, что давний (с 1832 г.) взаимовыгодный русско-американский договор пострадает, если в России будут применять вероисповедные ограничения к приезжающим американским деловым людям. Этот протест… касался в основном уже заметного числа российских евреев, от эмиграции получивших американское гражданство. Они снова возвращались в Россиию, ЧАСТО И ДЛЯ РЕВОЛЮЦИОННОЙ РАБОТЫ, но уже как купцы, которые не должны испытывать теперь ограничений в деятельности и местности. Этой мине предстояло взорваться несколькими годами позже».

Поэтому, учитывая ситуацию, власти империи весьма терпеливо относились к проявлениям политической активизации еврейского населения. Деятельность СРН к стихийным бунтам в Польше и Западной Украине вряд ли даже касалась.

Погромы евреев имели место быть. Хоть и локальные, но были. К погромам кратко еще вернемся.

Остановимся на том, что плач о гонимости евреев придумали бундовцы, они же раздували миф о «тюрьме народов». В первой Государственной Думе евреев 11 человек, во Второй Думе – 4 человека. В начале века двадцатого начиналось проникновение евреев в систему государственного управления России, но это не удовлетворяло политиков и их электорат, которым хотелось непременно «дать своего царя».

Есть и другие факты. «38,7 % самодеятельного еврейского населения занималось торговлей!!! Иными словами, из каждый тысячи жителей «черты оседлости» торговцами были 390 евреев и только 38 представителей других национальностей». Десятикратное преобладание евреев оправдывалось по-разному, но факт есть факт. И другие 62 % евреев в значительной части занимали непыльные места: управленцев, пожарников, парикмахеров, аптекарей. По тем временам доходные профессии.

Качество жизни евреев в России выше среднего. Смертность – 16,3 % на тысячу человек против 26,3 % общероссийской. (Вермель С.С. «Из патологии евреев». М. 1911 г., стр. 13). «Грамотность еврейского населения превосходила средний уровень: 38,9 % против 21,1 %. По российским законам, численность учащихся евреев не должна превышать 3-15 % в средних и 3-10 % в высших учебных заведениях, что примерно соответствовало доле евреев среди местного населения. Но процентные нормы не могли сдержать наплыва учащихся. В 1903 году на 10 тысяч еврейского населения приходилось 116 учащихся средних учебных заведений (против 43 в среднем по стране)» (Брущкус Б.Д. «Статистика еврейского населения», 1909, вып. 3, стр. 48).

Евреям в учебе устанавливали процентную норму в учебных заведениях в соответствии с численностью не потому, что притесняли, а потому, что хотели, чтобы и другие народы получили образование. Впрочем, как видим по статистике, для тех, кто имел похвальное желание учиться, процентные нормы не останавливали. В частных учебных заведениях вообще никаких ограничений нет.

Что имел Солженицын в виду относительно заявления о том, что «жестокий Петербург» «подавлял теплую малороссийскую культуру», не знаем, в чем заключалось подавление культуры, требует пояснения. То, что крестьянство «покинули… на вековое прозябание», так для того и определяли ограничения, чтобы дать хоть какую-то возможность крестьянству выучиться. То, что делали мало для крестьянства, тут спорить не приходится, но об этом у Солженицына нет; правда, коммунисты, с которыми Солженицын любит пикироваться, для образования крестьянства сделали больше, но об этом публицист скромно молчит. Зато «жестокий Петербург» пинуть Солженицыну что раз плюнуть.

Надеюсь, в рамках обсуждения темы можно дискутировать и с Солженицыным, при всех его достоинствах у него есть и немало спорных вещей, более того затрагивающих национальные струны русского народа, других народов. Только в обсуждении и проявляется истина.

Евреи в империи, как свидетельствует статистика (и мемуары евреев и неевреев), по жизненному уровню занимали не последнее место, если не сказать больше. Деньги в условиях рыночной экономики – всегда большая сила. Имея в виду то, что еврейский капитал отличался высокой организованностью, сплоченностью, быстро набирал вес и мощь, несложно догадаться, что эти деньги где не удавалось достичь цели в лоб, там искали обходные пути. Не всегда пути эти были праведными, но всегда ставили цель поглотить другой, конкурирующий капитал, а затем взять в свои руки и политическое управление страной или группой стран.

В США с их системой выборов президентов, губернаторов политики помогали расти нужным финансово-промышленным группам. В Российской империи финансово-промышленные группы собирались убрать монархию с целью установления выборной системы, которая в дальнейшем должна была перекачивать бюджетные средства в карманы финансово-промышленных групп и самих политиков. Революционность революционеров отражала их корыстный интерес: не всех, может быть, даже не большинства революционеров, но очень многих.

Русский капитал беспокоился ростом мощи еврейского капитала. Отчасти беспокойством этого роста, отчасти простым сочувствием чудаковатого, но умного и колоритного крестьянина-промышленника из Самары Михаила Дмитриевича Челышова продиктовано выступление в Государственной Думе. Ссылки на это выступление имеются в журнале «Колокол» 1785 от 18 марта 1912 года. Челышов, знавший хлебное дело изнутри, среди прочего имевший большую мельницу, выступил за введение государственной монополии на внешнюю торговлю хлебом. Крупный предприниматель, к тому же имевший самые дружеские отношения с воротилами Самарского биржевого комитета (некоторые из них имели гигантские латифундии в десятки и даже сотни тысяч гектаров) готов поступиться (как и многие крупные мукомолы) частью личной прибыли в интересах страны, в интересах граждан России. Челышов видел, что международные спекулянты, не выходя из кабинетов, путем перемещения бумаг наживают огромный паразитарный капитал, подрывают основы товаропроизводителей, простых крестьян и весьма богатых мукомолов. Игра международных спекулянтов основывалась на ложных слухах, на транспортном саботаже, пользовалась неорганизованностью мелкого продавца товара, сбивавшего цену… Очень похоже на современную ситуацию в торговле нефтью, когда мелкие продавцы торгуют нефтью по демпинговым ценам, играют на понижение мировых цен и в итоге бюджет России (и других стран) недополучает доходов от налогов. Крупный российский капитал готов был ограничить свои аппетиты, чтобы улучшить положение в стране.

Впрочем, публицист XX века заострился на другом:

«…Он (проект Челышова) наносит тяжкий удар тому еврейскому спруту, который своими щупальцами схватил всю нашу торговлю и в особенности главнейшую основу – всю хлебную торговлю».

Насколько сильно здесь еврейство – это документально, на основании фактических данных, наглядно обрисовала изданная министерством внутренних дел брошюра «Хлебное дело»:

«П.А. Столыпин погиб потому, что он намеревался вступить в борьбу с этим еврейским спрутом, что думал сделать посредством национализации кредита, т. е. ограничением процентной нормы кредита евреям в государственном и других банках, ибо русская торговля потому перешла в руки евреев, что они пользуются неограниченным кредитом в банках в то время, как русским коммерсантам этот кредит всячески стесняется, или «за отсутствием свободных сумм» совершенно прекращается.

Вот чем евреи выжили и выживают русских торговцев и промышленников, или держат их в рабском подчинении. Каждому известно, что во всяком коммерческом предприятии кредит – все.

Национализация кредита – смертельный удар еврейству, вот почему погиб П.А. Столыпин, и с его смертью идея о национализации кредита, как видите, заглохла.

Не менее опасен для евреев и проект о монополизации хлебной торговли в руках правительства, потому можно быть уверенным, что осуществление внесенного депутатами во главе с М.Д. Челышовым проекта, встретит самыя сильныя препятствия на своем пути».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.