Торжество победителя

Торжество победителя

16 мая в Гельсингфорсе состоялся парад победы. Маннергейм проявил свой писательский талант и разразился пространной приветственной речью. Начало этого в высшей степени вдохновенного произведения достойно цитирования:

«Солдаты!

Вас была всего горстка плохо вооруженных людей, которые не устрашились многочисленного неприятеля и начали освободительную борьбу в Похьянмаа и Карелии. Как снежный ком, армия Финляндии выросла во время победоносного похода на юг.

Главная цель достигнута. Наша страна свободна. От лапландской тундры, от самых дальних скал Аландских островов до реки Сестра развевается стяг со львом. Финский народ сбросил многовековые кандалы и готов занять то место, которое ему принадлежит».

Читая эти строки, остается только удивляться, как быстро Маннергейм проникся любовью к финскому народу и осознал его чаяния. А если вспомнить, что всего лишь десяток лет назад он не скрывал своего презрения ко всему финскому (от языка — который тогдашний Маннергейм считал не больше чем болтовней чуди — до всеобщих выборов в риксдаг, открыто им высмеянных), то такие перемены и вовсе покажутся сверхъестественными. Но если прислушаться к характеристике Маннергейма, которую дал посол Германии в Стокгольме в конце февраля 1918 года, докладывая в Берлин о состоянии дел в Финляндии, то сверхъестественное становится вполне человеческим: «Маннергейм ставит палки в колеса немцам и шведам, поскольку он нагл и тщеславен».

Действительно, тщеславие и самоуверенность, переходящая в наглость, двигали генералом, когда он, боясь, что немцы и шведы, начав интервенцию, раздавят большевиков и, по его же словам, «раструбят об этом на весь мир», послал в кровавую мясорубку едва сформированные и кое-как вооруженные отряды финнов.

И теперь уже о нем трубили по всему миру. Маннергейм никогда не бросал начатого и, потратив 30 лет жизни на русскую армию, он наконец-то достиг вершины военной карьеры, став верховным главнокомандующим вооруженных сил, пусть небольшого, но суверенного государства Финляндии.

Вскоре весь мир узнал и о тех мерах, которые принял главнокомандующий, дабы пресечь на корню красную заразу. Победителями было казнено в общей сложности 8400 пленных красногвардейцев, и среди них почему-то оказались 364 несовершеннолетние девушки. В лагерях, куда согнали почти всех захваченных красногвардейцев, от голода и болезней умерло 12,5 тысяч человек. Маннергейм пишет в своих мемуарах, что, как только он узнал о массовой гибели пленных в лагерях, то предложил сенату введенных в заблуждение отпустить, а судить только тех, кто виновен в тяжких преступлениях. Но поддержки своих гуманных инициатив он, якобы, не получил.