Дежавю

Дежавю

Такой случай ему представился лет десять спустя, во время другого, уже вовсе неудачного для афинян боя под Делием. Когда афинская армия разбежалась, Алкивиад, который в тот день сражался в кавалерии, заметил Сократа, занятого обычным, судя по всему, для него делом: выносящим из боя раненого юношу. Есть все основания полагать, что этот юноша был не кто иной, как Ксенофонт. Платон, правда, называет его Лахетом, но ведь Платон вообще старается не упоминать в своих книгах о Сократе имя Ксенофонта. Ксенофонт, кстати, тоже как будто и не подозревает о существовании Платона. Выше мы высказывали предположения о причинах такого взаимного игнорирования. Поэтому примем точку зрения тех историков, которые считают, что на этот раз Сократ спасал Ксенофонта. Алкивиад мог сразу же ускакать в недосягаемое для врагов место, однако остался с отступающими пехотинцами и помогал Сократу отгонять от Ксенофонта врагов. Так они все вместе и вышли к своим, благополучно избежав плена, а то и более серьезных неприятностей.

Тенденция, однако! Поразительно похожие друг на друга эпизоды военной биографии Сократа позволяют нам сделать несколько выводов. Во-первых, он был законопослушным гражданином своей страны, патриотом – не в пафосном, а в подлинном смысле этого слова. Во время битвы под Делием ему было уже около пятидесяти, по тем временам возраст более чем почтенный. Но, как видим, Сократ по-прежнему в действующей армии, по-прежнему сражается рядом с молодыми и по-прежнему готов рисковать собственной жизнью ради своих учеников. Это вызывает уважение: он не только храбр, но и верен собственным философским принципам. Ведь, как мы скоро увидим, ученикам он внушал именно это: быть верными отеческим законам, не бояться смерти и никогда не оставлять без поддержки тех, кто попал в беду.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.