Крутицы

 Крутицы

 КРУТИЦЫ

Как хорошо слово "крутицы" описывает крутость, обрыв, резкий подъем или спуск. В Москве было урочище, которое так и называлось - Крутицы, которое осталось в именах набережной и переулков недалеко от Новоспасского моста. Это единственное место во всей Москве, где так близко друг от друга находятся три крупных и древних церковных учреждения - Новоспасский и Симонов монастыри и Крутицкое архиерейское подворье. Все они поставлены были на виду у всей Москвы, на "крутицах", высоких крутых речных берегах.

История Новоспасского монастыря (Новоспасская, с 1919 г. Крестьянская площадь, N 10) оказывается тесно связанной с историей древнейшего московского - Дани-ловского. Сын его основателя, князь Иван Данилович Калита, перенес монастырь в Кремль, к своему дворцу, и построил там Спасский собор: "В лето 6838 (1330 г.) мая в 10 день князь Великий заложи церковь камену во имя св. Спаса Преображенья близ сущу своего двора, и нарече быти ту монастырю...".

В Кремле монастырь, ставший Спасским, пробыл почти двести лет. При великом князе Иване 111 многое изменилось: завелись новые порядки, иноземцы-зодчие принялись возводить божьи храмы в Кремле, они же стали строить новый царский дворец, и Спасскому монастырю уже не оказалось места - великий князь приказал вывести его из Кремля вон, на далекую окраину. Случилось это, по всему вероятию, в 1490 г., ибо перед тем монастырь погорел; в пожар 1488 г. "...внутрь города Москвы загореся двор князя великого Ивана Ивановича, ту много казны згорело, да Спаськы монастырь згорел, от тех мест и разорен оттуду". Новое место монастырю подыскали далеко за городом, на "крутице", и там он стал известен под именем Спасопреображенского на Новом месте или просто Новоспасского.

Весной 1491 г. на виду у всей Москвы стал строиться новый Спасопреображенский собор. Летописец записал, что "...повелением великого князя Ивана Василиевича архимандрит Спаский Афанасий заложил церковь каменую на Новом Преображениа Господа нашего Иисуса Христа", и через шесть с половиной лет он же отметил: "Тоя же осени (1496 - 7 гг. - Авт.) Сентября 18. в неделю, священа бысть церковь каменаа Преображение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа в монастыри на Новом преосвященным Симаном, митрополитом всеа Русии". Вот с этого времени и начинается история Новоспасского монастыря.

В первые же годы правления династии Романовых монастырь стал пользоваться особым покровительством царей, так как в нем стали хоронить членов этого рода. В Смутное время монастырь много претерпел, но благодаря щедрым царским пожалованиям в продолжение каких-нибудь 10 - 15 лет он изменился неузнаваемо.

Основное строительство развернулось в нем в первую половину XVII в. Собрали многих каменщиков и кирпичников, поселили их всех вместе за Таганскими воротами Земляного города, - тогда образовалась новая слобода, получившая название Каменщики, - и стали строить.

Возможно, первой постройкой в монастыре был так называемый архиерейский дом, то есть резиденция архимандрита монастыря, возведенная в 1619 - 1622 гг. В 1644 - 1645 гг. здание расширили с востока и в начале XVIII в. надстроили третий этаж. Архиерейский дом, или палаты патриарха Филарета, находится слева от входа в святые ворота монастыря, в этом здании часто останавливался, приезжая из Москвы, патриарх Филарет, отец царя Михаила Федоровича.

В 1622 г. в знак благодарности за свое освобождение из польского плена он освятил небольшую церковь св. Саввы. которая помещалась в шатровой колокольне с правой стороны от собора. Саму же колокольню Филарет построил "своею государскою Патриаршею казною".

В 1640 г. царь Михаил Федорович стал строить каменные стены. Это было капитальное сооружение - стены более полукилометра периметром, высотой до 7,5 метров и толщиной в два метра, превратившие монастырь в первоклассную крепость. Еще раньше в нем разместили вооруженный отрад для защиты от нападения с юга: "Лета 1615 года, апреля 13, Государь царь и Великий Князь Михаил Федорович велел Петру Григорьевичу Дашкову быти у Спаса в Новом монастыре для оберегания от прихода крымских и ногайских людей, а с ним государь указал быти с сотником сту человек стрельцов, и Петру, будучи у Спаса в Новом монастыре жити с всяким сбереженьем и сторожи б у него в монастыре были не ропкие, а стерегли не оплошно, чтоб татарове безвестно к монастырю не пришли и дурна какого не учинили".

Вместе со стенами стали строить вместо уже обветшавшего собора новый, тоже огромный. Начали его в 1645 г., а освятили 19 сентября 1649 г. и перенесли туда из Вятки чудотворный образ Спаса Нерукотворного. Построили собор еще больше, чем старый, в частности, для того, чтобы те, которые были похоронены вне пределов старого собора, могли быть под сводами нового. Этим объясняется появление галереи вокруг собора, где изображено родословное древо русских великих князей и царей от Владимира Святославича до убитого царевича Дмитрия. В подклете собора были похоронены многие представители рода Романовых. Совсем недавно сюда перенесли прах великого князя Сергея Александровича, убитого террористом и похороненного в кремлевском Чудовом монастыре, снесенном коммунистами. Останки его случайно обнаружили во время земляных работ в 1985 г. и перенесли их 1 сентября 1995 г.

После главного собора на пожертвования князя Я. К. Черкасского стали строить при больничной палате Никольскую церковь с приделом св. мученика Петра, которую закончили в 1652 г.; она находится справа от святых ворот. Еще одну большую церковь начали сооружать в непосредственной близости от главного монастырского собора в 1675 г. и освятили ее главный престол во имя Покрова. В комплексе с храмом находились и хлебодарная палата, и ризница, и библиотека.

Следующее большое строительство в монастыре происходило через сто лет, в 1759 г. по проекту И. П. Жеребцова затеяли возводить огромную колокольню, но через три года остановились - не было денег. Только через двадцать лет они нашлись - монастырь посетила Екатерина II и пожаловала 20 тысяч на достройку. Еще несколько лет велись строительные и отделочные работы, и, в конце концов, огромная колокольня была сооружена. Размеры ее впечатляют: высота более 72 метров, что эквивалентно 24-этажному дому. На колокольне находилась две церкви: св. Саввы, перенесенная из старой, и преподобного Сергия, освященная в 1787 г. Колокольня получилась огромной и в то же время несколько кургузой. Искусствоведы объясняли это недостатком денег и считали, что должен был быть еще один ярус, но при внимательном чтении архивных документов оказалось, что винить надо было автора проекта.

Последней в монастыре выстроили Знаменскую церковь, которая стоит с правой стороны от главного собора, на месте пришедшей в упадок и разобранной старой церкви, где находились захоронения многих знатных родов - князей Слуцких, Черкасских, Урусовых, Лобановых-Ростовских. Новую начали строить по проекту архитектора Е. С. Назарова в 1791 г. на иждивение графа Николая Петровича Шереметьева. В нижнем ярусе ее оставили усыпальницу, где стали хоронить Шереметевых, а в верхнем освятили престол во имя Знамения пресвятой Богородицы. Знаток истории русской архитектуры М. И. Домшлак писала в своем исследовании об архитекторе Назарове, что Знаменскую церковь можно считать "одним из наиболее красивых и законченных памятников московского строгого классицизма".

Последние постройки в монастыре были произведены уже в начале XX столетии: в подклете собора соорудили церковь св. Романа Сладкопевца по проекту архитектора С. У. Соловьева.

В Спасопреображенском храме долгое время находилось фондохранилище Московского исторического архива, службы в нем возобновились в 1991 г. Помимо храмов в монастыре много и других построек. Это, прежде всего, сами жилища монашествующих - кельи, выстроенные у северной и западной стен в 1642 - 1644 гг., больничные палаты 1652 г., примыкавшие к северным кельям, возведенные на пожертвования князя Якова Черкасского, трапезная с церковью 1673 - 1675 гг., стоящая у западного корпуса келий. К югу от основной территории монастыря в конце XVIII в. огородили стенами довольно большой хозяйственный участок, где разбили сад, устроили баню, выстроили конюшню, амбары и сараи.

Как и во всяком монастыре, в Новоспасском было большое кладбище, на котором, в частности, находились могилы художника Ф. С. Рокотова, книгоиздателя П. П. Бекетова, коллекционера П. Ф. Карабанова, московского городского головы Н. А. Алексеева. Теперь от кладбища ничего не осталось, только у восточной стены можно видеть памятник таинственной монахине Досифее, поставленный в 1908 г.

Тайна ее так и осталось не раскрытой, но по правдоподобным предположениям, она была дочерью императрицы Елизаветы Петровны и Алексея Разумовского. Ее заключили в московский Ивановский монастырь, в котором она провела четверть века. Условия ее заключения были сравнительно мягкими, но это все-таки было заключение - ее никуда не выпускали и не позволяли видеться ни с кем, кроме священника, игуменьи и келейницы. Только под конец ее жизни режим заключения несколько смягчили. Похороны безвестной монахини были необыкновенно пышными - на них съехались сановники, которым, казалось бы не должно быть дела до какой-то монахини. Похоронили Досифею не в Ивановском монастыре, как можно было бы ожидать, а в Новоспасском, том самом, который пользовался особенным вниманием династии Романовых.

Из многих предположений о происхождении таинственной монахини наиболее вероятной может быть версия о происхождении ее от брака императрицы Елизаветы Петровны и Алексея Разумовского. На это указывает ее имя - Августа, необычное для русских святцев. Впервые на это обратил внимание исследователь русской старины, писатель Александр Шамаро; оказывается, память мученицы Августы православная церковь празднует 24 ноября, и именно в этот день 1742 г. произошел переворот, возведший Елизавету Петровну на престол, и именно в этот день годом позже обвенчалась она с Разумовским. Вполне естественно было для них назвать своего ребенка Автустой. Екатерина II, не имевшая никаких прав на всероссийский престол, всю жизнь боялась претендентов; она приказала привезти в Россию Августу, жившую за границей под именем княжны Таракановой (переделанная украинская фамилия Дараган, которую носила сестра Разумовского) и заключить ее в монастырскую тюрьму.

В 1918 г. Новоспасский монастырь закрыли, и большевики превратили его в концлагерь, позднее же в нем находилась тюрьма - филиал Таганской, первым узником которой стал настоятель монастыря епископ Серафим. В монастыре работал смертный конвейер - сюда привозили заключенных, тут же в монастыре расстреливали, а трупы хоронили рядом, в насыпи со стороны Москвы-реки.

В продолжение многих лет монастырские постройки занимали квартиры и различные советские учреждения (и в их числе даже вытрезвитель!), ныне же главный собор возвращен верующим.

Напротив входа в монастырь находится здание Сорокасвятской церкви (Динамовская ул., 28), первые известия о которой относятся к началу XVII в., когда в монастырской слободе находилась деревянная церковь, престол которой был освящен в память 40 мучеников. Нынешнее здание выстроено в 1645 г., к нему в 1801 г. пристроили колокольню и трапезную, расширенную в 1839 и 1878 гг. В советское время четверик церкви разделили на несколько этажей, пробили окна и устроили внутри вычислительный центр. В 1990 г. церковь передали верующим.

Совсем недалеко от Новоспасского монастыря расположено Крутицкое подворье (1-й Крутицкий пер., 4-а), одно из самых древних московских церковных подворий.

В давние времена, когда московским княжеством правила железная рука ордынского хана, Крутицкое подворье стало резиденцией пастыря, пасшего овец своих, заблудших в далекие края, в самое логово власти басурманской. По преданию, князь Александр Невский просил о позволении устроить в городе Сарае, столице Золотоордынского ханства, пребывание епископа, окормляющего тех из православных, кто жил на огромных просторах южнее Рязанского княжества - в Поволжье и на Северном Кавказе. Эта епархия и стала называться Сарайской. При частых, надо полагать, приездах в Москву епископы останавливались в собственном их подворье, выстроенном у церкви, освященной в 1292 г. по просьбе князя московского Даниила греческим епископом Варлаамом, приехавшим тогда в Москву: "приде из Грек Епископ Варлам к Князю Данилу, и многие мощи с собою принесе; и Князь Данила повеле ему освятит храм на горах Подонских, и да ему область Крутицкую, и нарекоша его Владыкою Сарским и Подонским; тако нарекоша Крутицы". Но это сообщение является лишь легендой; первое же заслуживающее доверия сообщение о монастыре на Крутицах находится в завещании московского князя Ивана Ивановича Красного, написанном около 1358 г.

С умалением ханской власти сарайские епископы и вовсе перебрались в Москву и надолго обосновались в Крутицах. Одним из самых известных крутицких иерархов был митрополит Павел II: он в своем Крутицком подворье поселил ученых монахов, занялся исправлением греческого перевода библии, много строил.

Монастырь был здесь до тех пор, пока Екатерина II не провела так называемую секуляризацию монастырских имуществ - она закрыла многие монастыри и конфисковала в пользу государства монастырские имения. При упразднении в 1788 г. Крутицкой епархии Успенский собор стал обычной приходской церковью, остальные же строения отдали военному ведомству, устроившему там казармы, в которых в XIX в. помещались жандармское формирование. В Крутицких казармах содержались арестованные - в одном из помещений в 1834 - 1835 гг. был заключен "за образ мыслей", предосудительных для николаевских жандармов, молодой Александр Герцен.

Изучение и восстановление ансамбля Крутиц неразрывно связаны с именем знаменитого реставратора и неутомимого защитника культурного наследия - Петра Дмитриевича Барановского. Благодаря ему еще в 1948 г. началось и много лет проводилась реставрация ансамбля Крутицкого подворья. Здесь, в Крутицах, зародилось движение энтузиастов, отдававших свое свободное время на восстановление архитектурных и исторических памятников. Мечтой Барановского было представить народу Крутицы так, как они когда-то были - во всей их красоте.

Теперь здесь музей-заповедник "Крутицкое подворье", а в одной из церквей - Успенской - начались службы. За оградой сохранилась булыжная мостовая и деревянные небольшие дома - кусочек старой Москвы.

Справа от ворот в подворье - древнейшая постройка Крутиц. Самой старой частью этого строения являются белокаменные подвалы, оставшиеся от соборного монастырского храма, выстроенного в 1516 г.: "заложил церковь камену Успения святой Богородицы на Крутицах владыка Крутицкий Досифей", как записал летописец. Новый этап строительной деятельности был связан с митрополитом Павлом II, который в 1672 - 1675 гг. разобрал Успенский собор и построил на старых подвалах парадную Крестовую палату и при ней домовую Никольскую церковь. Еще раз перестройке это здание подвергается при архиепископе Амвросие Зергис-Каменском, когда он в 1765 - 1768 гг. устраивает тут Воскресенскую церковь, уничтоженную после закрытия Крутицкого архиерейского подворья. В 1936 - 1938 гг. редкий памятник был окончательно обезличен, да так, что в нем невозможно было узнать церковь. Недавно его стали восстанавливать и он приобрел свои оригинальные формы.

Митрополит Павел II вместо разобранного им Успенского собора XVI в. в 1682 - 1689 гг. строит новый, который иногда называли "Малым" в отличие от "Большого" Кремлевского. Нижнюю церковь освятили во имя апостолов Петра и Павла, а верхнюю - Успения Пресвятой Богородицы, Успенский собор находится с левой стороны от входа в Крутицкое подворье и является самой значительной его постройкой. В 1950-х гг. П. Д. Барановский предпринял изучение собора и впоследствии много работал над восстановлением его подлинных форм.

Остальные здания Крутицкого подворья относятся к последней трети XVII столетия. Тот же митрополит Павел в 1693 г. строит палаты, находящиеся справа от святых ворот, соединяющиеся с ними и с Успенским собором длинными переходами на тридцати арках, одной из самых примечательных особенностей Крутиц. Такие переходы - отличительная особенность древнерусских построек, и крутицкие переходы, возможно, самые живописные из известных, Построены они были Ларионом Ковалевым, который вместе с Осипом Старцевым в 1693 - 1694 гг. создал также удивительно привлекательное произведение русской архитектуры, чудо декоративного искусства - "Теремок", поставленный в разрыве переходов над воротами Крутицкого подворья. Его фасад украшен резными наличниками и колонками и покрыт сплошным ковром разноцветных изразцов, сделанных в соседней гончарной слободе.

На том же левом берегу реки и также на высоком холме находится Симонов монастырь (сохранившиеся постройки находятся по Восточной улице, N 4).

Немногим известно, что на юго-востоке Москвы существовали бок о бок два Симонова монастыря - старый и новый. От старого Симонова осталась лишь одна церковь, ставшая приходской, а от нового, несмотря на все бесчинства коммунистов, часть стен и несколько монастырских зданий.

Откуда возникло название этой местности - Симоново? Возможно, оно объясняется тем, что тут большие земельные владения имела семья Ховриных-Головиных, щедро жертвовавшая на монастырь, а один из представителей этой семьи стал монахом под именем Симон, и от него и стало называться это место.

Как и многие другие монастыри, Симонов связан с деятельностью преподобного Сергия Радонежского. Основал монастырь его племянник Федор, он получил благословение митрополита, нашел удобное место, и сам Сергий тогда "...притек обозреть ето место и нашедши его удобным для иноческого жития, благословил начало обители". Обычно датой основания считается 1370 г., но в Пискаревском летописце под 6871 годом от сотворения мира, т. е. в 1362/1363 г., сообщалось, что Сергий тогда благословил Федора "поставит монастырь на Москве, зовомое от древних Симоново на реке на Москве".

Выбранное место действительно было удобным - сравнительно далеко от города, близко вода, рядом лес и широкие луга на высоком и уже тогда, вероятно, обжигом красивом месте (еще в завещании 1358 г. великого князя Ивана Ивановича упоминалась в этих местах церковь Богородицы на Крутицах). Поставили ограду, срубили кельи, выстроили церковь, освятив ее в память Рождества Богородицы, и зажила новая обитель своей тихой жизнью. Однако она не была совсем отгорожена от жизни, ведь сам Сергий активно участвовал в политической борьбе, поддерживая московских князей, и, надо думать, также поступали и его ученики и последователи. Игумен Симонова монастыря Федор был духовником Дмитрия Донского, крестил его сына и выполнял важные дипломатические поручения князя.

В монастыре были похоронены монахи Пересвет и Ослябя, которых благословил Сергий Радонежский идти вместе с войском Дмитрия Донского на битву с Мамаем. Оба погибли в Куликовской битве, тела их привезли к Москве и похоронили в монастырской Рождественской церкви.

Через девять лет после основания монастыря по каким-то причинам заложили новый совсем недалеко, "яко дважды стрелить", чуть севернее старого. Главными благотворителями монастыря были богачи Ховрины: "Григорей Ховра да жена его Агрепена начало учинили Симонову монастырю и церковь каменную болшую они воздвигли"; в новом Симонове монастыре заложили тогда каменный Успенский собор, оконченный в 1405 г. В новом Симоновом монастыре подвизался инок Кирилл, но не выдержав "народной молвы и докуки", ушел оттуда в старый монастырь, а из него вместе с иноком Ферапонтом удалился на север, где они основали ставшие известными монастыри - Кирилло-Белозерский и Ферапонтов.

А в местности Симоново так и стояли рядом два монастыря, один новый, а другой старый, называвшийся "Рождественским, что на Лисьином пруде". В нем в 1509 г. вместо деревянной церкви выстроили новую каменную, ставшую приходской после упразднения монастыря в XVI в. С того времени в Симонове остался единственный монастырь, в котором примерно тогда же началось каменное строительство, продолжавшееся в течение трех столетий: он вскоре стал одним из самых богатых в России.

К концу XV в. выстроили каменную ограду, замененную в XVII в. высокими стенами с огромными башнями - монастырь превратился в первоклассную крепость. Из ее построек особенно интересна оставшаяся невредимой при разрушении монастыря угловая башня "Дуло" - многогранная, с накладными лопатками, с рядами бойниц и шатровым завершением. Эта башня служила образцом для неоднократных подражаний при строительстве крепостных сооружений. Возможно, что строителем стен Симонова монастыря был сам городовых дел мастер Федор Конь.

Из-за стен возвышался пятиглавый Успенский собор. Как выяснилось при поспешном осмотре собора перед его сносом, он был капитально перестроен в середине XVI в., но при этой перестройке зодчие бережно сохранили его первоначальный вид.

В 1485 г. построили "келарский" корпус - двухэтажное здание у южного участка стены, бывшее старой трапезной. Оно - одно из самых старых зданий не только самого монастыря, но и вообще Москвы.

Крупное строительство происходило и в следующем столетии - тогда не только перестраивали главный собор, но и выстроили в 1593 г. над западными воротами церковь в память успешного отражения нападения крымских орд под главенством хана Казы-Гирея, освященную в честь Спаса Преображения. Следующий строительный период относится к XVII в. и особенно ко второй половине столетия. Над восточными воротами в 1623 г. воздвигли Знаменскую церковь, а у противоположных западных ворот - казначейские кельи, в 1677 - 1683 гг. выстроили одно из самых замечательных произведений русского зодчества - здание трапезной палаты (зодчие Парфен Петров и Осип Старцев), перекрытую огромным - 13х22 м - сводом, к которой пристроили в 1680 г. с запада жилые палаты для царя Федора Алексеевича, любившего бывать в этом монастыре и даже подолгу жившего в нем. При трапезной, как полагалось, находилась церковь, выстроенная в 1677 г. и посвященная иконе Тихвинской Божьей Матери.

Во второй половине XVII в. вдоль южной стены недалеко от трапезной построили и хозяйственный корпус, который назывался "солодежной" или "сушилом".

Но на этом строительная деятельность, отнюдь, не остановилась - в XIX в. она продолжалась с неменьшим размахом. Архитектор К. А. Тон в 1835 - 1839 гг. строит огромную, высотой 44 сажени, колокольню. Строительство стало возможным после пожертвования купца И. И. Игнатьева, оставившего 400 тысяч рублей на колокольню и церковь в ней во имя Иоанна, Павла и Александра Константинопольских.

В результате нескольких сотен лет построек и перестроек на высоком берегу Москвы-реки, на виду у всего города возник величественный ансамбль.

С приходом коммунистов к власти его стали разрушать. Правда, сначала там устроили небольшой музей и даже напечатали неплохой путеводитель по монастырю, но продолжалось все это недолго. На монастырь нацелились всерьез и задумали выстроить именно на месте монастыря рабочий клуб.

На основании изучения архивных документов историю разрушения Симонова монастыря изложил на страницах "Московского журнала" историк В. Ф. Козлов: "Мучительно погибал древний Симонов, служивший украшением Первопрестольной... Хорошо сознавая, что творят, партийные поводыри - партийные и советские вожди - умело настроили против монастыря рабочих крупнейших заводов - АМО, Динамо, Паростроя, Трубосоединения, и вскоре тысячи жителей Ленинской слободы действительно поверили в то, что нужно лишь уничтожить монастырь и обещанный рай узрят они прямо из окошек их убогих жилищ".

Разрушение началось в шестую годовщину со дня смерти Ленина: под Успенский собор заложили взрывчатку, и вместо одного из прекрасных творений человеческого гения осталась лишь огромная куча кирпича.

На месте монастыря заложили здание клуба, и архитектурная общественность так отметила это событие: "...это был не только красочный эпизод из истории реконструкции Москвы. Снос Симонова монастыря и закладка крупнейшего в Москве Дворца культуры - знаменательное событие в истории русской архитектуры... Москва обогатилась новым значительным культурным сооружением". Объявили конкурс на строительство нового рабочего клуба, который никому не дал явного преимущества, и тогда обратились к братьям Весниным, взявшимся свести воедино все рациональное из лучших проектов и выстроить этот, как тогда говорили, "культурный Днепрострой". По проекту предполагалось, что вся территория Симонова монастыря будет превращена в парк, с комплексом "дворца культуры", состоящим из трех отдельно стоящих сооружений - кино-клуба, театра на 4000 мест и спорткорпуса. Удалось построить только клуб, который К. Г. Паустовский в корреспонденции, опубликованной в газете "Правда" в ноябре 1933 г., сравнивал с глыбой горного хрусталя, который "... сверкал радиусами белого света и раздвигал ночь, - ночи приходилось прятаться в глухие башни Симонова монастыря, покрытые черными лишаями".

Монастырское кладбище было также уничтожено, только из немногих могил извлекли их обитателей - Д. В. Веневитинова, С. Т. Аксакова - и перенесли на Новодевичье кладбище. О надругательствах, творившихся на кладбище Симонова монастыря, писал В. Солоухин в своих "Письмах из Русского музея".

В Симоновом были похоронены князь Симеон Бекбулатович, последние годы которого были проведены в монастыре, младший сын Дмитрия Донского Константин, Мстиславские, Урусовы, Юсуповы, Сулешевы, Бутурлины, Татищевы, Новосильцовы, Нарышкины, Шаховские, Вадбольские, граф Федор Алексеевич Головин и его сын адмирал Николай Федорович, дядя А. С. Пушкина Николай Львович, писатель, автор описания Симонова монастыря В. В. Пассек, композитор А. А. Алябьев, типограф С. И. Селивановский, известный коллекционер А. П. Бахрушин и еще многие другие.

Но к счастью, до конца древний монастырь не был разрушен, и теперь, войдя на территорию бывшего монастыря, еще можно увидеть прямо перед входом живописное здание трапезной, служебные постройки и за ними большое здание "сушила". Осталась также часть монастырских стен с одним из лучших образцов крепостного строительства - башней "Дуло", а также "Солевой" (или "Вылазной") в углу южной части, и "Кузнечной" - промежуточной башни в южном прясле.

Приходская Рождественская церковь, "что в старом Симонове", сохранилась буквально чудом. К ней можно пройти через парк, находящийся слева от монастырских стен, и далее по длинному закрытому переходу по заводской территории. Церковь долгие годы находилась на территории соседнего завода, который поставил в ней компрессоры, один из которых стоял как раз на могиле иноков-героев Пересвета и Осляби. Только после длительных усилий общественности удалось вывести оттуда компрессоры, начать реставрацию церкви, в которой ныне происходят религиозные службы. В трапезной 17 июля 1988 г. открыли мраморный памятник героям Куликовской битвы Пересвету и Ослябе работы скульптора В. М. Клыкова.