«ЛЕТУЧИЙ… ПОРТУГАЛЕЦ»?

«ЛЕТУЧИЙ… ПОРТУГАЛЕЦ»?

Легенда о «Летучем Голландце» — одна из самых знаменитых в мире. Существует множество ее вариантов. Естественно, у Португалии — государства, неразрывно связанного с морскими путешествиями, — не может не быть своей истории о корабле-призраке.

Предание гласит, что призрак погибшего корабля в первый раз показался на глаза изумленным морякам в 1500 году. И это таинственное судно было португальским. Место появления призрака — мыс Торментоза. В наши дни такого названия уже не найти ни на одной карте мира. А вот название «мыс Доброй Надежды» знакомо всем и каждому. 

НЕЗАВЕРШЕННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ДИАША В «СТРАНУ ПРЯНОСТЕЙ»

Этот длинный полуостров на юге Африки с таким романтическим названием не раз встречается на страницах приключенческих романов, которыми мы зачитывались в детстве. В те далекие времена, а если точнее, то речь идет о XV веке, путешественники из Португалии предпринимали попытки обойти Африканский континент с южной стороны. Путь их лежал в «Страну пряностей» — Индию. Все такие первоначальные попытки закончились трагично. Мореплавание в ту эпоху вообще было весьма и весьма рискованным предприятием.

И вот в августе 1487 года три торговых судна под общим командованием отважного португальского капитана Бартоломео Диаша отправились из Лиссабона в далекий и опасный вояж. Бартоломео поставил себе целью во что бы то ни стало обогнуть южную оконечность Африканского континента и доплыть до заветной Индии.

Поначалу, как это всегда и бывает, светило ясное солнышко и дул вполне себе умеренный попутный ветерок. Но когда небольшая флотилия уже почти подошла к южной оконечности Африки, погода начала резко портиться. Небо затянулось свинцовыми тучами, ветер усиливался с каждой минутой.

Капитан, опасаясь, что суда могут разбиться о прибрежные скалы, принял единственно верное решение: уйти подальше от берега, в открытый океан. Так и было сделано. Сильный ветер перешел в шторм, разыгралась настоящая буря. Моряки потеряли берег из виду.

Несколько дней волны нещадно швыряли суда, относя их в южном направлении. Наконец небо слегка прояснилось, стихия устала от самой себя и решила, что уже достаточно испытала мужество и стойкость португальских мореходов. Бартоломео Диаш сразу же приказал взять курс на восток.

Однако мнение капитана и мнение команды разошлись: люди были напуганы и требовали немедленного возвращения в родные пенаты. Бартоломео не желал уступать; он «поклялся морским дьяволом», что обогнет «этот чертов мыс». И ему удалось убедить матросов в необходимости продолжения дальнего плавания.

Три португальских парусника продолжили свой путь. Через несколько дней показалась земля. Вскоре путешественники добрались до удобной, открытой бухты, и — о чудо! — береговая линия плавно поворачивала в направлении северо-востока. Это означало, что корабли все-таки сумели обогнуть неприступный мыс и теперь уже вошли в Индийский океан.

Диашу казалось, что самое опасное позади. Но не тут-то было! Уставшая от многомесячного похода команда все-таки взбунтовалась. Матросы, все как один, заявили, что отказываются идти дальше, и стали требовать возвращения в Лиссабон. И на этот раз капитан был вынужден уступить. Видно, такова его судьба…

Три корабля легли на обратный курс, так и не добравшись до заветной Индии. Идя на запад, к берегам Европы, Бартоломео увидел мыс, далеко выдававшийся в океан. В память о двухнедельном урагане, жестоко потрепавшем его суда, капитан решил назвать этот мыс Кабо-Торментоза — мыс Бурь. Капитан, чью судьбу можно назвать счастливой и несчастливой одновременно, вернулся в порт Лиссабона в самом конце 1488 года. Через несколько дней он был приглашен к королю Жуану II, которому поведал обо всех превратностях своего почти полуторагодового круиза.

История ничего не говорит нам о том, как король в целом оценил действия капитана Диаша. Однако нам известно, что монарх приказал переименовать Кабо-Торментозу в мыс Доброй Надежды. Ведь благодаря, пусть и незавершенному, плаванию Бартоломео Диаша у европейцев появилась реальная надежда добраться до «Страны пряностей» морским путем.

И ровно через 10 лет, в 1498 году, это и осуществил еще один португалец — Васко да Гама. Так же, как незадолго до него и капитану Диашу, он с огромным трудом смог обогнуть этот мыс. Он не только добрался до вожделенной Индии, но и провел остаток своих дней в достатке и славе: король сделал его своим приближенным.

Судьба же капитана Диаша оказалась воистину трагичной. После его плавания 1487-1488 годов по Лиссабону стали расползаться слухи, что Бартоломео Диаш проклят — то ли Богом, то ли дьяволом и что он обречен на веки вечные кружить недалеко от Торментозы.

Прошло всего несколько лет, и эти слухи, как это иногда и случается, «материализовались»… Капитан Диаш отправился в очередное плавание по тому лее самому маршруту. Двадцать девятого мая 1500 года его корабль попал в жуткий шторм у мыса Бурь и пошел ко дну; спастись не удалось никому из команды. Гибель Бартоломео Диаша кажется людям исполнением некоего пророчества о нем или «воли Божией». Но на этом печальная история капитана Диаша и его корабля, как это ни странно, не заканчивается. Прошло еще несколько лет…

ПРИЗРАК ДИАША?

Прошло несколько лет, и экипаж одного из португальских судов, возвращавшихся из Индии, недалеко от мыса Доброй Надежды заметил идущий встречным курсом парусный корабль. Своими очертаниями, оснасткой он очень напоминал последний парусник, которым командовал капитан Диаш и который, как все хорошо знали, утонул за несколько лет до этого.

Корабли разошлись встречными курсами на очень близком расстоянии. Теперь отпали малейшие сомнения: это был последний корабль Бартоломео Диаша. Ни на палубе, ни на капитанском мостике, ни где-либо еще на непонятно откуда и как появившемся судне не было ни единого человека…

Моряки, возвращавшиеся в Лиссабон из Индии, молча, застыв от ужаса, смотрели на корабль-призрак. И это был первый корабль-призрак в истории. Все прочие «летучие голландцы» будут уже повторениями и вариациями данной истории. Так что самый первый «летучий корабль» — это «Летучий Португалец» капитана Диаша.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.