ГЛАВА VI. КОЛОНИИ И ДОМИНИОНЫ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА 1848–1870

ГЛАВА VI. КОЛОНИИ И ДОМИНИОНЫ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА

1848–1870

I. Метрополия и колонии (1848–1870)

Парламентарный режим в колониях. Либеральная партия правила Англией с 1847 по 1866 год с двумя короткими промежутками (1852 и 1858/1859) и затем снова с 1868 по 1874 год. В этот период она продолжала дело, начатое дарованием Канаде выборного парламента. Начиная с 1840 года Канада имела всю совокупность парламентских учреждений, т. е. представительное собрание и ответственное министерство, которое, по крайней мере в теории, должно было назначаться из большинства этого собрания. Немного позднее парламентарное правление было в два приема предоставлено и другим колониям с европейским населением. Представительное собрание, вполне или только отчасти выборное, было учреждено сначала (1842) в Новом Уэльсе, затем и в остальных колониях Австралазии и в 1853 году в Капской Земле. Исполнительная власть на первых порах оставалась в руках чиновников, подчиненных губернатору. Начиная с 1855 года в четырех колониях Австралазии и с 1872 года в Капской Земле она вверяется ответственному министерству, назначаемому из парламентского большинства. Контроль британского правительства по прежнему осуществляется губернатором, которым часто бывает человек не военный, а штатский.

Организация самоуправления (self government) в колониях соответствует политическому идеалу либералов. Для них автономия и экономия — почти однозначные термины. Метрополия ничего не требует от колонии, но, давая ей свободу, обязывает, чтобы колония зато поддерживала в равновесии свой бюджет. Колониям передаются все источники доходов, ранее принадлежавшие Англии, в первую очередь — продажа земель. Но зато они должны сами нести издержки по общественным работам, иммиграции и народному просвещению. Единственное, что Англия считает возможным сделать для них, это гарантировать их займы. В конце изучаемого периода им предложено было самим заботиться и о своей обороне. Последние английские гарнизоны были отозваны из Новой Зеландии в 1869 году, из Канады — в 1871 году, и министерство колоний в либеральном кабинете Гладстона заявило, что отныне метрополия ничего не будет больше тратить на автономные колонии, вследствие чего они должны или совсем обходиться без английских полков, или содержать их на собственный счет.

Разумеется, этот режим не распространялся ни на коронные колонии, которые попрежнему управлялись непосредственно английским правительством по старому способу, ни на Капскую Землю, где войны были очень часты, ни на Индию, которая после восстания сипаев, упразднения Ост-Индской компании и организации прямого коронного управления требовала от Англии частой присылки войск и значительных расходов. Вся эта категория колоний обходилась очень дорого и сильно обременяла бюджет империи. Поэтому либеральные министры, особенно в конце изучаемой эпохи, по свойственной им бережливости старались положить предел аннексиям и войнам.

Поток эмиграции. В предшествующем томе мы видели, что английское правительство испробовало несколько способов заселить свои колонии и в конце концов остановилось на плане Уэкфильда. Для осуществления этой системы британскому правительству пришлось оставить за собой право собственности и продажи земли в колониях. Опо установило минимальную продажную пену. Обязанность инкассировать деньги, получаемые от продажи земельных участков, и оплачивать перевозку чернорабочих и мастеровых была возложена на Emigration Commissioners[107], имевших пребывание в Лондоне. Наряду с этой правительственной администрацией образовалось и несколько частных компаний (например Южноавстралийская и Новозеландская), которые получали от государства большие земельные концессии и крупную ссуду или даже несколько ссуд и обращали эмиграцию по способу Уэкфильда в торговое предприятие для обогащения своих акционеров. Выли еще и другие попытки содействовать эмиграции, но по ничтожности своих результатов они не заслуживают внимания.

Свободные эмигранты направлялись, разумеется, в уже населенные страны и предпочитали кратчайшие пути. Они массами устремлялись в Канаду и Соединенные Штаты. Применение системы Уэкфильда и учреждение после 1831 года эмиграционной кассы и эмиграционной канцелярии имели целью именно отвлечь к Австралазии и Капской Земле часть потока, вливавшегося в Северную Америку. Попытка удалась: с 1837 года до 1872 — последнего года своей деятельности — комиссары по переселенческим делам переправили 369 961 человека в Австралию и 14 531 — в Капскую Землю. Общая цифра лиц, эмигрировавших из Соединенного королевства, прогрессивно возрастает в среднем с 23 000 человек ежегодно перед 1830 годом до 100 000 между 1840 и 1846 и до 280 000 между 1847 и 1856 годами. Белое народонаселение колоний, составлявшее в 1783 году 50 000 человек, увеличивается к середине XIX века до полутора миллионов.

Около 1847 года невзгоды, постигшие Ирландию, вызвали значительный прилив населения в Канаду. В 1845 году разражается картофельная болезнь, урожай гибнет, и население Ирландии постигает страшный голод (1846–1847). Голодающие питаются травой и мхом, собирают отбросы в городах; на дорогах валяются трупы ирландцев, умерших от недоедания; целыми толпами ирландцы уезжают в Америку. В 1846 году па общее число 130 000 эмигрантов из Соединенного королевства ирландцев приходилось 11О 000; число это повысилось в 1847 году до 218 000 и, непрерывно возрастая (исключая 1848 год — 188 000), достигло в 1851 году 255 000 (при общей цифре переселенцев в 336 000 человек). В 1847 году была сделана попытка направить поток ирландской эмиграции в Канаду. Несчастные набивались битком на первые попавшиеся суда; дельцы-предприниматели перевозили их на разваливающихся кораблях, без лекарств, без врачей; почти в каждой партии обнаруживалась чахотка, заразные болезни, лихорадка; более шестнадцати процентов эмигрантов умирали на судах или в карантинах, где их выдерживали по прибытии. Канадское правительство, филантропические и религиозные общества оказывали помощь эмигрантам, но она была недостаточна по причине необычайного наплыва эмигрировавших. В ближайшие затем годы ирландские эмигранты направлялись преимущественно в Соединенные Штаты. Туда же немного позже перебралась и часть уцелевших переселенцев 1847 года.

Едва начал уменьшаться поток ирландской эмиграции, как открытие золотых россыпей в Австралии привлекло главную массу переселенцев в эту часть света. Сюда стекались эмигранты из всех стран Европы, но главным образом из Соединенного королевства. Общая численность британских эмигрантов возросла с 248 000 в 1848 году, который был отмечен некоторым понижением, до 370 000 в 1852 году, когда цифра эмигрантов достигла максимума. После этого не было уже ни сколько-нибудь серьезного кризиса в Англии, ни особенно сильной приманки в колониях. После 1854 года, когда увеличено было число рекрутов, вербуемых в армию, количество эмигрантов упало до 150 000; в 1861 году оно спустилось до 65 000, но затем повысилось и стало сильно возрастать с 1871 года.

В общем, с 1846 по 1870 год более 4 600 000 эмигрантов покинули Соединенное королевство (против 1 600 000 за время с 1815 по 1846 год). Эта эмиграция значительно увеличила народонаселение Канады и Австралазии, но еще в гораздо большей степени пошла на пользу Соединенным Штатам.

Ввиду успехов свободной эмиграции субсидируемая государством эмиграция пришла в упадок, а потом и вовсе была заброшена. Комиссары по переселенческим делам существовали до 1873 года, когда их должность была упразднена. Но их касса почти опустела с тех пор, как метрополия передала автономным колониям право продажи казенных земель (1855). Колонии могли по своему произволу употреблять суммы, выручаемые с этой продажи, — на поощрение эмиграции или на другие нужды. Некоторые из них учредили переселенческие агентства в Лондоне. Но так как промышленность все более развивалась, то хозяева промышленных предприятий были против эмиграции. Когда в Лондон явились делегаты из Нового Уэльса для устройства переселенческого бюро (1861), один фабрикант сказал им: «Вместо того, чтобы отнимать у нас рабочие руки, почему бы вам снова не воспользоваться ссыльными?» В эту эпоху господствующие классы находились под обаянием теории манчестерской школы, и эмиграция, как я большая часть колониальных дел вообще, была предоставлена произволу свободно действующих «естественных законов».

Пар и электричество. Как раз в ту эпоху, когда колонии сделались автономными, налаживается пароходное сообщение и прокладываются телеграфные кабели; и то и другое позволяет быстрее и чаще сноситься с метрополией. Первыми пароходными линиями из Англии в колонии были те, которые обслуживают Австралию и Канаду: первая возникает в 1862 году, вторая — в 1853. Первая попытка проложить подводный кабель на дальнее расстояние была сделана в 1858 году между Ирландией и Северной Америкой. Когда кабель порвался, вторая попытка в 1866 году увенчалась большим успехом. Все колонии соединены с метрополией правильными пароходными рейсами. Исключение составляют Фолькландские острова, обслуживаемые Германской пароходной линией Гамбург— Вальпараисо. Прорытие Суэцкого перешейка, законченное в 1869 году, сблизило Англию с Индией и Австралией. Все большие колонии связываются с Лондоном подводными кабелями, и большинство океанских кораблей вообще принадлежит английским компаниям.

Пар и электричество оказали большое влияние на колониальную политику. До 1848 года губернаторы далеких колоний лишь изредка получали депеши от министра; правительство вынуждено было предоставлять им значительную свободу действий и легко могло быть против своей воли вовлечено в войны, захваты или столкновения с колонистами. А около 1870 года министр начинает сам до мелочей руководить колониальным управлением, и скоро станут говорить, что Индия и другие колонии управляются по телеграфу из канцелярии министерства на Доунинг Стрит.

II. Английское владычество в Северной Америке до учреждения Dominion of Kanada (1847–1867)

В 1847 году английские владения в Северной Америке состояли из: 1) пяти колоний — Канады, Нового Брауншвейга, Новой Шотландии, островов Принца Эдуарда (Кап-Бретон) и Ньюфаундленда; 2) территорий Компании Гудзонова залива, обнимавших весь север, центр и запад, включая те части, которые ныне составляют автономные колонии Британскую Колумбию и Манитобу.

Незадолго перед тем была официально проведена граница между Соединенными Штатами и Канадой. В 1842 году устанавливается граница между штатом Мэном и колонией Новый Брауншвейг. Канадцы остались недовольны этим размежеванием и прозвали его Эшбертоновой капитуляцией (по имени английского уполномоченного). В 1846 году колонисты из Соединенных Штатов появились па берегу Тихого океана, в пределах территории, на которую претендовала Компания.

Американцы хотели закрыть англичанам доступ к Тихому океану, и образовалась даже целая партия, выставившая на своем знамени: «54°40? или война!» Начались переговоры, и границей была признана 49-я параллель. Северная часть страны по прежнему была мало исследована. Компания не поощряла миссионеров и ученых путешественников. Северо-западный проход между Атлантическим и Тихим океанами еще не был тогда известен. Канада оставалась единственной колонией, в которой была заметна некоторая политическая жизнь.

Торжество либералов и парламентарного режима в Канаде. Одновременно с введением парламентарного режима в Канаде (1840) решено было из недоверия к французам соединить обе старые колонии: Нижнюю Канаду со столицей Квебеком, населенную колонистами французского происхождения, и Верхнюю Канаду со столицей Торонто, населенную англичанами. Отныне они обе являлись лишь провинциями новой колонии Канады, и обе посылали в парламент, заседавший в Монреале, равное число депутатов, хотя Верхняя Канада была менее населена. В парламенте образовались две партии: либеральная, преимущественно французская, и консервативная (тори), преимущественно английская. В парламенте первого созыва большинство было на стороне либералов, но в 1844 году, при консервативном правлении Пиля, губернатору Меткафу удалось провести в парламент большое число тори, из среды которых он и назначил министров. После нескольких лет борьбы либералам удалось наконец сгруппировать вокруг себя большинство депутатов и нанести поражение министерству; губернатор отказался его уволить, и вот разыгрался конфликт по вопросу, должно ли канадское министерство выходить в отставку, когда против него высказывается большинство.

Губернатор Меткаф был замещен лордом Эльджином, который явился в Канаду в 1847 году, как раз в то время, когда в Англии власть перешла к либералам. Лорд Эльджин. устроил новые выборы, давшие либералам 54 мандата против 20, и затем составил кабинет из представителей большинства. За Канадой были окончательно признаны парламентские вольности (1847–1848). Лорд Эльджин проводил примирительную политику, благоприятную для франко-канадцев, и французский язык был впервые допущен в парламентских прениях. В 1849 году губернатор, открывая сессию, прочитал тронную речь по-французски. Выла дарована амнистия всем лицам, причастным к событиям 1837–1838 годов. Тори были крайне недовольны этими мероприятиями, и их раздражение достигло крайней степени, когда парламент ассигновал 2 500 000 франков в вознаграждение обитателям Нижней Канады, пострадавшим от восстания 1837–1838 годов. Тори заявляли, что это значит выдавать награды за мятеж, и оказали сильнейшую оппозицию этому предложению в монреальском парламенте. Когда оно все-таки прошло и было утверждено губернатором, английские консерваторы устроили бунт в Монреале; здание парламента подверглось нападению и было подожжено, жилища вождей либеральной партии громились в течение нескольких дней; в лорда Эльджина, пытавшегося восстановить порядок, бросали камни, его жену оскорбляли (1849). Губернатор решил перенести местопребывание парламента в Торонто, а на ближайшую сессию — в Квебек. Канадские тори обратились к английскому парламенту с петицией о том, чтобы он не утверждал закона о вознаграждении. Но этот закон, поддерживаемый либеральным кабинетом Росселя, был одобрен парламентом и санкционирован королевой. Так закончился бурный кризис, начавшийся в 1837 году.

Политические партии в Канаде. Последовавшие затем годы были заняты спорами о реформах, за которые ратовали либералы. В программу, выработанную в 1847 году их главной организацией, Конституционным союзом реформ и прогресса, входили: ответственность министров, избирательная реформа, свобода торговли и свобода навигации по реке св. Лаврентия, наконец, понижение продажной цены на коронные земли. Главные силы либералов, или синих, находились в Квебеке и Нижней Канаде, но у них были сторонники и среди депутатов Верхней Канады. От их партии отделилась крайняя левая — либералы-демократы, или красные, требовавшие всеобщего голосования и уничтожения десятинных сборов. Единственным депутатом красных был на первых порах один из вождей франко-канадского движения 1837 года, Папино. Во время выборов 1864 года он не выставил своей кандидатуры, уступив место более молодым деятелям.

Старая английская партия в Верхней Канаде разделилась так же, как и старая французская партия; важнейшими двумя группами оказались консерваторы, к которым примкнуло небольшое число французских консерваторов, и либералы, вступившие в союз с синими; особняком возникла серая партия (clear grit), насчитывавшая в 1850 году пять депутатов; серые опирались на шотландских пресвитериан, придерживались почти той же программы, что и красные, и заодно с ними в 1854 году потребовали упразднения сеньериальных прав, отмены десятин, доступа в общественные школы для всех исповеданий, ежегодного созыва парламента, тайного голосования и выборности мировых судей. Красные и серые высказались в 1849 и 1850 годах в пользу присоединения к Соединенным Штатам. В то время обе эти партии вместе имели всего шесть депутатов, но по мере того как число их представителей возрастало, они становились лойялистами. Теперь партии уже не размежевываются так резко но двум языкам и двум провинциям. Они группируются следующим образом:

1) английские непримиримые консерваторы, или тори,

2) французские умеренные либералы, или синие, и английские либералы,

3) французские демократы, или красные, наконец,

4) английские демократы, или серые; последние две партии обыкновенно действуют сообща.

После реформы 1854 года число партий падает до двух: 1) непримиримые тори Верхней Канады исчезают; синие, осуществив свою программу, соединяются с английскими консерваторами, и эти две фракции образуют вместе консервативную партию; 2) часть синих, красные и серые образуют либеральную партию, главное средоточие которой находится в Верхней Канаде. Лидеры той и другой партий — лица английского происхождения: Мак-Наб, затем Макдональд у консерваторов, Броун, потом Мэккензи у либералов. Консерваторы отстаивают равное представительство обеих провинций, стоят за протекционизм и относятся враждебно к Соединенным Штатам. Либералы требуют представительства, пропорционального числу жителей (и, следовательно, сулящего перевес Верхней Канаде), и ратуют за свободу торговли. В 1861 году один из них заявил, что готов высказаться за присоединение к Соединенным Штатам, если не будут удовлетворены требования его партии. Либералы располагали властью лишь два очень коротких момента (1858 и 1862–1863). С 1854 по 1873 год почти беспрерывно правила консервативная коалиция. Ее вождь Макдональд явился главным основателем Канадского доминиона.

Уничтожение церковного земельного «резерва» и отмена сеньериальпых прав (1854). Избирательная и парламентская реформа. В парламенте, избранном в 1854 году, большинство высказалось за секуляризацию земель, выделенных на содержание духовенства, и за уничтожение феодального держания — две крупные реформы, давно стоявшие на очереди.

По конституционному акту 1791 года седьмая часть коронных земель должна была быть выделена на содержание протестантского духовенства. Вначале доходом от этого земельного фонда по закону могло пользоваться только англиканское духовенство. В 1837 году пресвитериане, которых в результате иммиграции из Шотландии было много в колонии, потребовали своей доли, и английский верховный суд признал, что на выделенные земли имеют право все протестантские исповедания. Католики, на которых этот дележ не распространялся, и демократы, как светская партия, требовали секуляризации этого «резервного» фонда. Английское министерство Дерби (консервативное) в течение нескольких месяцев задерживало проведение этой меры. Наконец в 1854 году церковные «резервные» земли были секуляризованы в пользу муниципалитетов, исключая тех рент и назначений, которые были распределены до 1848 года и должны были остаться неприкосновенными до смерти правомочных лиц.

Вопрос о сеньериальных правах касался только Нижней Канады, где его происхождение восходило ко временам французского владычества. Потомки и наследники владельцев, ставших сеньерами в XVII веке, сохранили право собственности на землю и право иметь монопольные угодья, как то: печь для хлеба, мельницу[108] и пр. Крестьяне считались их держателями (tenanciers) и уплачивали им за пользование землей ежегодный чинш. Вопрос об уничтожении сеньериальных прав стоял на очереди с 1845 года. Англичане в Верхней Канаде требовали полной и безусловной отмены; французские сеньеры настаивали по крайней мере на вознаграждении. Один из них, Папино, принадлежавший к партии красных, выступил в парламенте со следующим заявлением: «Я — убежденный реформист, поскольку речь идет о необходимых политических переменах, но закоренелый консерватор в деле охранения священного права собственности».

Вопрос был решен путем компромисса. В 1854 году парламент, вопреки оппозиции Верхней Канады, ассигновал 2 600 000 фунтов из казенных сумм и 1 500 000 фунтов из новых налогов на выкуп сеньериальных монополий, сеньериальной пошлины в размере одной двенадцатой с продажной стоимости земли и принадлежавшего сеньеру права преимущественной покупки земельных участков. Выкуп был облегчен новой ассигновкой, вотированной в 1859 году. Что касается чинша и рент, то плательщикам было предоставлено право выкупить их, но многие не пожелали воспользоваться этим правом. После этого произведена была поземельная перепись и раз навсегда фиксирован размер чинша и рент. Сеньеры сохранили право собственности лишь на те земли, которые не находились в пользовании у обывателей (крестьян)[109].

В 1866 году многочисленные и сложные законы Нижней Канады были сведены в гражданское уложение. Тут надо вспомнить, что Нижняя Канада сохранила французское обычное право.

Из других реформ важнейшей является избирательная и парламентская реформа, обещанная либеральной партией. В 1853 году избирательный ценз был понижен. Демократы тщетно требовали всеобщей подачи голосов. В том же году число депутатов было увеличено с 84 до 130. Обе провинции сохранили равное число представителей, согласно принципу, установленному в 1840 году. Теперь это равенство оказалось выгодным для Нижней Канады, так как перепись 1852 года обнаружила, что Верхняя Канада обладает более значительным населением. Поэтому нижнеканадцы стали теперь отстаивать равное представительство обеих провинций, против которого они так горячо восставали, тогда как верхнеканадцы, особенно демократы, требовали — впрочем безуспешно — представительства, пропорционального числу жителей.

Законодательный совет (верхняя палата) сделался выборным с 1856 года. Но он не был тогда же полностью обновлен. Выло решено, что его члены сохранят свое звание пожизненно и что долженствующие заменить их 48 членов будут переизбираться каждые два года группами по 12 человек. Этими членами могли быть лишь землевладельцы, располагавшие недвижимой собственностью стоимостью свыше 2000 луидоров (40 000 франков). В 1860 году законодательный совет получил право избирать своего председателя.

Экономический прогресс; общественные работы. Либеральное правительство установило умеренный таможенный тариф и предприняло обширные работы для развития путей сообщения. Канада, как и все автономные английские колонии, сама распоряжается своей таможенной, системой. В 1846–1849 годах ее правительство, следуя примеру Англии, декретировало свободу торговли и открыло реку св. Лаврентия для иностранных судов. В 1850 году было закончено сооружение сети больших каналов в бассейне реки св. Лаврентия. В 1847–1851 годах все главные города были соединены между собой электрическим телеграфом. В 1850 году был введен единообразный почтовый тариф между всеми английскими колониями Северной Америки. Первая железная дорога была проведена в 1837 году. В 1851 году Канада, Новая Шотландия и Новый Врауншвейг гарантировали доходность важнейших железнодорожных линий. Канада была соединена железной дорогой с Великими озерами (это был зародыш будущей трансконтинентальной магистрали) и с Соединенными Штатами (1851), с которыми ее еще ранее соединила система каналов. В 1853 году была вотирована субсидия для учреждения пароходной линии между Канадой и Англией. Канадская торговля за десять лет увеличилась втрое. Народонаселение, в 1840 году едва превышавшее миллион человек, возросло к моменту первой правильной переписи в 1851 году до 1848 265 человек, а в 1861 году — до 2 506 000. Государственные доходы возросли с 6 250 ООО франков в 1840 году до 22 500 ООО в 1861 году, но и долг удесятерился в результате займов на общественные работы (30 миллионов франков в 1840, 280 — в 1861 году). Объединенная Канада сама по себе гораздо населеннее и богаче, нежели все остальные северо-американские колонии Англии, вместе взятые.

Отношения с Соединенными Штатами. Канада — земледельческая страна и, следовательно, должна продавать свои продукты какой-нибудь промышленной стране и взамен покупать у нее те товары, которых сама не производит. Вначале Канада вела торговые сношения преимущественно с Соединенными Штатами. При либеральном правительстве отношения между обеими странами были вполне дружественными. В 1849 году они заключили договор о выдаче беглых преступников, в 1854 — очень важный договор о взаимном предоставлении максимальных торговых преимуществ в течение десяти лет. В 1851 году открытие железной дороги из Канады в Соединенные Штаты было ознаменовано большими торжествами в Бостоне, в которых участвовали президент Соединенных Штатов и губернатор Канады. Казалось, торговые интересы неразрывно связывали между собой обе страны. Но спустя несколько лет Соединенные Штаты довольно сильно почувствовали конкуренцию, в которую канадские продукты вступили с их собственными, а канадцы начали находить дорогу на европейские рынки. Различные инциденты во врещ междоусобной войны повлекли за собой ряд столкновений между обеими странами. В 1861 году канадское судно было захвачено американским крейсером. В 1864 году двадцать три южных партизана, совершившие налет на город Сент-Аль-банс, бежали в Канаду. Северные Штаты потребовали их выдачи, ссылаясь на договор 1849 года. Канада отказала, признав их воюющей страной. Тогда американцы возбудили против этих партизан процесс перед канадским судом за вооруженный грабеж. Но суд оправдал их.

Довольно много сторонников Юга находило убежище в Канаде, и канадское общественное мнение, казалось, сочувствовало делу южан. В отместку Север позволил фениям (ирландским патриотам) свободно подготовить набег на Канаду. В числе фениев насчитывалось немало солдат и генералов, служивших перед тем в американских армиях. Они составили заговор с целью насильственного свержения английского владычества. В то время как часть их пыталась возмутить Ирландию, остальные сосредоточились на южной границе Канады и в 1866 году совершили набег на Форт-Эрие (канадский), увенчавшийся успехом. Фении рассчитывали поднять ирландское, а может быть и французское население Канады; но никто не шевельнулся, и они принуждены были отступить перед английскими войсками. Вторая попытка, предпринятая в 1870 г., кончилась неудачей; третья, в 1871 г., была предотвращена вмешавшимися на этот раз американскими войсками.

В разгаре всех этих инцидентов американцы заявили о своем нежелании возобновить торговый договор 1854 года. Срок его истек в 1866 году, после чего оба смежные государства установили друг против друга покровительственные тарифы. В отместку за нежелание возобновить договор канадское правительство затрудняло выдачу разрешений американцам на ловлю рыбы в канадских водах, куда им открыл доступ договор 1818 года.

Федерация 1867 года (Квебек, Онтарио, Новая Шотландия, Новый Брауншвейг). Осложнения, возникшие между Канадой и Соединенными Штатами, ускорили образование федерации английских колоний в Северной Америке. Проект союза родился еще в 1847 году, а канадскому парламенту он был впервые доложен в 1851 году. В 1858 году Канада представила метрополии план федерации, который, однако, пришлось взять обратно, так как он был отвергнут приморскими колониями. Наоборот, в 1860 году аналогичное предложение, внесенное Новой Шотландией и Новым Браупшвейгом, было отвергнуто Канадой.

При создавшихся обстоятельствах Канада была чрезвычайно заинтересована в возобновлении переговоров. Если она желала сбывать свои продукты в Европе, то ей надо было договориться с приморскими английскими колониями но вопросу о транзите и перегрузке, ибо река св. Лаврентия — в сущности единственная большая дорога из внутренней Канады в Европу — часть года бывает покрыта льдом. Другим доводом в пользу федерации была необходимость принять меры против возможной попытки Соединенных Штатов присоединить к себе канадскую территорию. Между тем британское правительство в 1855 году изъявило намерение отозвать те 12 000 английских солдат, которые стояли гарнизоном в Канаде. Поэтому Англии было очень желательно образование колониальной федерации, которая бы располагала собственной милицией и сама несла расходы по своей обороне. Таким образом, проект, предложенный Канадой, был одобрен в Лондоне. Переговоры начались в Северной Америке 1 сентября 1864 года, когда, по почину канадского губернатора, была созвана конференция в Чэрлоттоуне, перенесенная затем в Квебек. Здесь были представители от Канады, Новой Шотландии, Нового Брауншвейга и острова Принца Эдуарда. Каждая колония имела один голос, кроме Канады, располагавшей двумя. Здесь были намечены основные пункты проекта, а именно: союз будет федеральным, и проект его должен быть в следующем году внесен в колониальные парламенты. В Канаде против союза высказались только демократы, боясь оказаться слишком малочисленными в союзном парламенте. Вдобавок они не разделяли вражды консерваторов к Соединенным Штатам. Канадские французы единогласно высказались за проект с тем условием, чтобы был расторгнут союз между обеими канадскими провинциями и чтобы Нижней Канаде, католической и французской, было обеспечено обособленное существование. Они боялись именно того, чего хотели демократы: сохранения единства после установления пропорционального представительства. Решено было восстановить деление, существовавшее до 1840 года. Бывшая Нижняя Канада получила название провинции Квебек, Верхняя — провинции Онтарио. Каждая из них получала отныне свой особый парламент и свое министерство. Название Канада стало теперь служить для обозначения всей федерации в целом. План федеративного устройства прошел в канадском парламенте большинством 91 голоса против 38.

Что касается приморских областей, то здесь дело не обошлось без трудностей. Палаты острова Принца Эдуарда и Новой Шотландии высказались против проекта. Общие выборы, произведенные в 1865 году в Новом Брауншвейге и Ньюфаундленде, обнаружили враждебное отношение к идее федерации. Но в конце концов консервативному министру Новой Шотландии, сэру Чарльзу Тёпперу, удалось увлечь либералов и провести проект вопреки воле народной партии. Новый Брауншвейг также примкнул к федерации. Новая Шотландия располагала наилучшими гаванями и наибольшим количеством торговых кораблей, почему канадцы всего больше желали привлечь эту колонию. Она насчитывала 370 000 жителей, тогда как в Новом Брауншвейге их было едва ли 200 000.

В декабре 1866 года делегаты четырех колоний собрались в Лондоне, чтобы совместно с английскими министрами обсудить окончательный проект. Акт федерации был одобрен британским парламентом и утвержден королевой в марте, обнародован 22 мая и вступил в силу 1 июля 1867 года.

По этому акту федерация образуется из четырех вышеназванных колоний, к которым могут примкнуть с их согласия и другие; называется она Канадской державой (Dominion of Canada) и управляется парламентом, состоящим из двух палат. Парламент должен заседать в недавно основанном городе Оттава, который королева за несколько лет перед тем назначила местопребыванием для правительства прежней Канады.

Нижняя палата, называемая палатой общин (House of Commons), как в Англии, состоит из 181 (теперь 214) депутата, избираемых по пропорциональной системе, но с таким расчетом, чтобы на провинцию Квебек (бывшую Нижнюю Канаду, католическую и французскую) всегда приходилось 65 депутатов, как до 1867 года. Избирателями являются землевладельцы с доходом в 1500 франков для городов и в 750 — для сельских местностей. Выборы производятся тайным голосованием по спискам (австралийская система). Депутаты избираются на пять лет и получают вознаграждение (оно выдавалось уже в 1840 году).

Верхняя палата, называемая, как в Соединенных Штатах, сенатом, состоит из 72 членов: по 24 от Квебека и Онтарио и по 12 (теперь по 10) от двух других колоний; они назначаются пожизненно короной из числа землевладельцев в возрасте свыше 30 лет и располагающих недвижимой собственностью в представляемой ими провинции ценой не ниже 20 000 франков.

Министерство (Канадский тайный совет) состоит из первого министра и 14 министров, назначаемых генерал-губернатором от имени короны. Они всегда избираются из среды большинства.

Генерал-губернатор назначается королевой как высший сановник и получает жалованье из канадской казны (250 000 франков в год). Он назначает вице-губернаторов и судей, имеет право смягчать судебные приговоры и налагать veto на постановления парламента, но лишь в тех случаях, когда затрагиваются интересы Англии.

В составе канадской администрации — только два англичанина: вышеупомянутый генерал-губернатор и начальник милиции, также назначаемый королевой. Милиция состоит из волонтеров-канадцев. Итак, за исключением двух членов, весь официальный персонал доминиона и каждого из штатов состоял из канадцев. Французский язык допущен на равных правах с английским в парламентских прениях и официальных актах в провинции Квебек и в федерации.

Каждый из четырех штатов сохранил свой парламент, избираемый по цензитарной системе и состоящий из двух палат — законодательного совета, назначаемого короною, и выборного законодательного собрания (кроме Онтарио, у которого только одно выборное собрание), — министерство, формируемое из членов большинства, и вице-губернатора, располагающего, конечно в меньших размерах, теми же полномочиями, что и генерал-губернатор.

Каждый штат ведает прямыми налогами, муниципальным управлением, торговлей спиртными напитками, местными общественными работами, народным образованием, судопроизводством в первой инстанции и тюрьмами.

Федеральные парламент и министерство ведают всем, что касается торговли и таможен, навигации, рыбной ловли, почты, путей сообщения, армии и флота, индейцев, монетного дела, банков, уголовного уложения, переписей, натурализации и эмиграции, продажи и предоставления в пользование казенных земель. Федеральное правительство приняло на свой счет долги всех четырех колоний. Сверх того, оно ежегодно выдает каждому штату субсидию на покрытие издержек по местному управлению. Это по существу тот же режим, который существует в наши дни в Северной Америке и Швейцарии. Но объем федеральной власти с самого начала был гораздо шире и лучше определен в Канаде, чем в Соединенных Штатах И Швейцарии.

III. Пять австралийских колоний и Тасмания

Австралия до 1851 года. Колония Виктория. Важнейшей колонией Австралии является Новый Южный Уэльс. В 1851 году в нем насчитывалось 360 000 жителей и 15 миллионов овец. Южная часть Нового Уэльса — округ Порт-Филипп — отделилась в 1851 году и образовала независимую колонию Викторию. Этот округ был обследован еще в 1803 году по распоряжению сиднейского губернатора. Экспедиция вошла в бухту Порт-Филипп и осмотрела ее берега, но нашла, что они слишком скудно снабжены пресной водой. Начальник экспедиции заявил, что этот край годится разве только для кенгуру. Между тем здесь суждено было возникнуть такому городу, как Мельбурн. Экспедиция 1803 года отправилась затем в Тасманию, где и основала первый английский поселок, а Порт-Филипп еще в течение двух десятков лет оставался пустынным. Между 1824 и 1831 годами сюда переселилась горсть колонистов, частью из Тасмании, частью с Лебяжьей реки, куда они прибыли с злополучной экспедицией Пиля. Все они занялись скотоводством или хлебопашеством, не покупая земли. Но тут вмешался сиднейский губернатор. В 1838 году он послал полицейский отряд в Порт-Филипп, приказал продавать землю с торгов согласно с законом и распорядился о постройке тюрьмы и здания суда. Так был основан Мельбурн. Население края стало быстро увеличиваться: с 10 000 человек в 1840 году оно возросло до 77 000 к моменту отделения в 1851 году. По количеству жителей Виктория была тогда второй колонией в Австралии. С самого своего возникновения она уже имела законодательный совет, частью выборный, по образцу совета Нового Южного Уэльса.

Южная Австралия получила аналогичные представительные учреждения в 1850 году. Колонизационная компания, доставившая в эту страну первых поселенцев, еще долго владела здесь рентами и землями, но уже не играла никакой активной роли.

Западную Австралию, после неудачного опыта 1829 года, колонизовала в 1838 году Компания, подобная Южноавстралийской, но без большого успеха. В 1840 году здесь проживало только 2300 белых. Главный город Пёрт, основанный в 1829 году, представлял собой всего-навсего группу хижин. Компания не желала иметь дело с ссыльнопоселенцами, но колонисты требовали их допущения, и это требование было удовлетворено в 1850 году, когда ссылка была отменена уже почти всюду. Доставка осужденных совершалась за счет метрополии.

Исследование внутренних степей и пустынь начали выходцы из Нового Южного Уэльса, перешедшие через Голубые горы, и колонисты, обосновавшиеся в Южной Австралии. В 1836 году было закончено изучение водной сети Мёррея. С 1839 по 1840 год Эйр, отправившись из Южной Австралии, открыл соленое озеро, носящее его имя, прошел с востока на запад великую безлесную равнину и решил, что внутренние части Южной и Западной Австралии представляют собой пустыню, лишенную дождей и родников. С 1844 по 1845 год Лейхардт впервые прошел поперек материка от побережья Квинсленда до залива Карпентария и убедился, что этот край далеко не так безводен и пустынен, как предполагали. В 1847 году он снова двинулся в путь с восточного берега в сопровождении конного каравана, нагруженного водой и провиантом; он хотел пересечь материк в самой широкой его части, но потерял всех своих лошадей и умер от жажды в центральной пустыне.

Ван-Дименова Земля (Тасмания) привлекала многочисленных поселенцев, так как она не так суха и знойна, как Австралия. В 1850 году она насчитывала 70 000 жителей и по количеству населения следовала непосредственно за Викторией. Пропорционально размерам острова она была населена даже гуще, чем какая-либо другая часть Австралазии. Не удивительно поэтому, что в ту эпоху ей пророчили более блестящую будущность, нежели Новому Уэльсу и Виктории. Туземцы, число которых сократилось до 200 и которые в 1834 году были выселены на соседние островки, быстро исчезали: последний мужчина умер в 1862 году, последняя женщина — в 1876. Колонисты уже давно требовали представительных учреждений по образцу существовавших в Новом Южном Уэльсе и прекращения ссылки, в особенности неприятной для них потому, что расходы по доставке осужденных покрывались из колониального бюджета. По первому пункту они получили удовлетворение в 1850 году, по второму — в 1853. Реформированная колония приняла новое имя — Тасмания.

Населенные части Австралии были в то время исключительно земледельческими: жители занимались преимущественно разведением тонкорунных овец и производством хлеба (Южная Австралия). В законодательных собраниях главенствовали богатые овцеводы. Когда было открыто золото, в Австралию хлынул ноток эмигрантов, города сразу выросли, рабочих стало больше, чем земледельцев, общество и учреждения демократизировались. Это — коренной переворот, начавшийся после 1851 года и продолжающийся до наших дней.

Золотой период. О существовании в Австралии золотых месторождений знали и до 1851 года. За десять лет до того один протестантский пастор нашел золото в Новом Уэльсе и донес о своем открытии правительству, которое попросило его сохранить дело в тайне, опасаясь, что возникнут волнения и жители побросают свои работы. Открытие 1841 года было подтверждено дальнейшими находками, и английское правительство прислало геолога для производства разведок. В 1851 году к этому геологу явился австралийский колонист, представивший несколько самородков и вызвавшийся указать местонахождение золота, если ему уплатят вознаграждение. Этот колонист только что вернулся из Калифорнии, куда ездил искать золото. Он заметил, что месторождения золота в Калифорнии разительно напоминают некоторые знакомые ему участки в Новом Уэльсе. Он вернулся в колонию и действительно вскоре нашел золото. Его открытие подтвердилось, и он получил обещанную награду. Правительство дозволило дальнейшие поиски и начало продавать свидетельства на право добывания золота. Открытый таким образом золотоносный район обнимал бассейн верхнего Маккари, притока Мёррея. Его средоточием сделался город Батерст. В августе 1851 года из Австралии было уже вывезено золота на 17 миллионов.

Это было еще лишь начало золотого периода. В октябре 1851 года были открыты золотоносные породы на горе Александр в Виктории, недалеко от Мельбурна. Очень скоро они стали притягательным пунктом первостепенной важности. Их столицею был Валларат. К декабрю 1851 года они доставили золота уже на 12,5 миллиона франков. Золото находили здесь в наносной земле, наполняющей пересохшие русла рек. Чтобы добыть крупинки драгоценного металла, искатели выкапывали ямы, промывали землю и песок и затем просеивали их. Искателей называли диггерами (землекопами). Для добывания золота не требовалось ни машин, ни дорогих приборов; нужны были только счастье и удача. Рассказывают, что один скуотер случайно отыскал самородок ценою в 100 000 франков, крупнейший из всех, когда-либо найденных.

Новое народонаселение. Подобные рассказы породили золотую лихорадку, не уступавшую по силе калифорнийской. Из Европы и Америки искатели стекались в Батерст и Валларат. До сих пор Австралия привлекала так мало эмигрантов, что английские комиссары направляли в нее большую часть субсидируемых поселенцев. В 1852–1854 годах это отношение изменилось: на 224 000 вольных эмигрантов в Австралию прибыло только 46 373 субсидируемых. В самой стране население отхлынуло из земледельческих районов в золотоносные. В январе 1852 года несколько колонистов с Тасмании после восьминедельного «диггерства» в Балларате принесли домой от трех до двадцати пяти тысяч франков каждый. В следующие полгода более 4000 мужчин, т. е. почти все молодые работники, перебрались с Тасмании в Викторию. В Южной Австралии, населенной земледельцами, правительство начало прокладывать дороги к месторождениям золота в Виктории, наладило по Мёррею пароходное сообщение с новоуэльскими золотоносными районами и пыталось удержать жителей на полях и в садах, доставляя им возможность продавать по высокой цене свои продукты диггерам. Но Южная Австралия опустела подобно Тасмании в результате отлива населения в золотоносный район.

Вокруг Батерста и Балларата диггеры беспрестанно переходили с места на место, пока не находили залеганий золота. Здесь образовывался лагерь из бараков и шатров. В каждом таком лагере было множество кабаков и лавок. На каждом шагу возникали ссоры из-за азартных игр и краж, так что правительство принуждено было держать в этих поселках полицейские наряды. Но золотая лихорадка заразила и чиновников; они бросали службу, чтобы стать диггерами. На святках 1851 года золотоискатели из Балларата нагрянули в Мельбурн и истратили там столько денег, что немедленно вслед за этим все полицейские служащие ушли из города на поиски золота. По требованию губернатора, ему прислали английский полк и военное судно. Губернатор Тасмании доставил 200 человек ссыльных, которые раньше работали в качестве пастухов, а теперь сделались полисменами. На их верность можно было более или менее положиться, ибо в случае дезертирства они рисковали быть пойманными и посаженными в каторжную тюрьму. В этот период колония Виктория несла непосильные расходы. Правда, ее доходы возросли на тридцать процентов благодаря налогу на добывание золота. Правительство взимало с диггеров по 30 шиллингов в месяц за дозволение заниматься поисками на казенных землях; оно требовало себе десять процентов добычи у тех, кто эксплуатирует золотоносные жилы в скалах. Но даже этих столь значительно возросших доходов не хватает на покрытие издержек по производству общественных работ и содержанию полиции: предметы первой необходимости дорожают благодаря изобилию золота, и приходится удвоить жалованье чиновникам. В 1853 году бюджет Виктории был сведен с дефицитом в 10 миллионов франков. Понятно, что скуотеры, располагавшие большинством в законодательном совете, были недовольны наплывом золотоискателей и отказались вотировать новые налоги. Губернатор испросил себе у метрополии, в виде временной меры, право свободно распоряжаться доходом с продажи земель и разведочных свидетельств, употреблявшимся до сих пор на уплату за перевозку иммигрантов.