Его последняя война

Его последняя война

Еще в 1936 году на вручении ему ордена Ленина Бурденко признался: «Я провел всю свою жизнь среди бойцов. Несмотря на свою гражданскую одежду я в душе боец». Судьба вновь решила испытать бойцовские качества хирурга в 1939–1940 годах на Финской войне, где Бурденко, уже академик, занимался организацией медицинской помощи, и в годы Великой Отечественной, когда Николай Нилович был назначен главным хирургом Красной армии. Он лично проводил десятки операций в госпиталях и медсанбатах, инспектировал военно-медицинскую инфраструктуру. При переправе через Неву в 1941 году сам врач был контужен, а в конце сентября при осмотре прибывшего в Москву санитарного поезда у Николая Ниловича случился инсульт. Как только появилась возможность двигаться, Бурденко вновь активно включился в работу. В 1942 году он был назначен членом комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков, которая проводила экспертизу по Катынскому расстрелу.

В 1941 году за работы по хирургии центральной и периферической нервной системы Н.Н. Бурденко удостоен Сталинской премии.

В 1942 году хирург предложил способ профилактики гнойных осложнений после ранения черепа путем введения белого стрептоцида в сонную артерию – наиболее коротким путем к мозгу. По результатам применения первых антибиотиков Бурденко опубликовал «Письма хирургам фронтов о пенициллине». В 1944 году он разработал руководство по профилактике и лечению шока. В июне 1944 года по инициативе Бурденко была учреждена Академия наук СССР.

По ту сторону фронта главным хирургом немецкой армии был знаменитый Фердинанд Зауэрбрух, основоположник торакальной хирургии. Ирония судьбы заключалась в том, что Зауэрбрух был давним другом Бурденко: они познакомились во время посещения Николаем

Ниловичем германских клиник, немецкий коллега также приезжал к Бурденко в Институт нейрохирургии. В апреле 1945 года из вражеского бункера русские солдаты вывели одетого в генеральскую форму изможденного человека. Один из учеников Бурденко признал в нем профессора, когда-то остававшегося переночевать на диване директора Института нейрохирургии. Врач рассказал Николаю Ниловичу о случайной встрече. «Какой талантище пропал! Мог бы служить человечеству, а служил Гитлеру», – ответил Бурденко и велел передать ему несколько банок консервов и ветчины (тогда это был шикарный подарок). Когда немец взял в руки присланный другом пакет, его плечи затряслись и он, не сдерживая себя, тихо заплакал.

По результатам применения первых антибиотиков Бурденко опубликовал «Письма хирургам фронтов о пенициллине»

В июле 1945 года у Бурденко случился второй инсульт, в 1946-м – третий. За месяц до его смерти в Москве открылся XXV Всесоюзный съезд хирургов, который избрал Николая Ниловича своим почетным председателем. Зачитать свой доклад об огнестрельных ранениях, написанный на больничной койке, великий хирург самостоятельно не смог – доверил ученику. А немногим позже, 11 ноября 1946 года, Николая Ниловича Бурденко не стало.

Закончилась самая страшная в истории человечества война. Бойцы возвращались домой. Разоренной Родине требовались миллионы их крепких рук, светлых голов и горячих сердец. Сколько их, спасенных военными врачами, на своих плечах за считаные годы поднимут страну, создадут ядерный щит, освоят космос! Скольким из них скажут слова благодарности последующие поколения живущих на этой земле. Это, наверное, и есть лучшее признание подвига врача, разделявшего судьбу солдата и оберегавшего его от жестокой, но рано ликующей в пламени войны смерти.

В июне 1944 года по инициативе Бурденко учреждена Академия наук СССР.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.