§ 17. ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ

§ 17. ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ

Повседневная жизнь россиян в начале и первой половине XIX в., естественно, была очень разной. Жители городов и промышленно развитых районов страны могли говорить о серьезных и заметных переменах. Жизнь глухой провинции, деревни в особенности, шла в основном по-старому. Многое зависело от сословного и имущественного положения людей, места их жительства, вероисповедания, привычек и традиций.

ДВОРЯНСТВО. В первой половине XIX в. тема богатства дворян оказалась тесно связанной с темой их разорения. Долги столичного дворянства, к примеру, достигли астрономических цифр. Одной из причин было укоренившееся со времен Екатерины II представление: истинно дворянское поведение предполагает готовность жить не по средствам. Стремление «с расходом свесть доход» стало характерным лишь в середине 30-х гг. Но и тогда многие вспоминали с грустью о веселых былых временах.

Долги дворянства росли и по другой причине. Оно испытывало сильную потребность в свободных деньгах. Доходы помещиков складывались в основном из продуктов крестьянского труда. Столичная же жизнь требовала звонкой монеты. Продавать сельскохозяйственную продукцию помещики в массе своей не умели, а часто просто стыдились заниматься этим. Гораздо проще было обратиться в банк или к заимодавцу, чтобы взять в долг или заложить имение. Предполагалось, что на полученные деньги дворянин приобретет новые поместья или увеличит доходность старых. Однако, как правило, деньги уходили на постройку домов, балы, дорогие наряды. Уже заложенные имения закладывались вновь, проценты удваивались, поместья продавались иногда за бесценок.

В первой половине столетия дворянские дети получали домашнее образование. Обычно оно состояло в изучении двух-трех иностранных языков и начальном освоении основных наук. Знания юношества страдали верхоглядством. Учителями же чаще всего нанимали иностранцев. Мемуары конца XVIII – начала XIX в. полны упоминаний о французских учителях, которые у себя на родине служили кучерами, барабанщиками, актерами, парикмахерами, а в России учили наукам дворянских отроков. В свете судачили о беглом каторжнике, который демонстрировал желающим герб Бурбонов, татуированный на плече, и уверял, что этим знаком пометили себя принцы крови, чтобы узнавать друг друга в изгнании.

Домашнему воспитанию противопоставляли частные пансионы и государственные училища. Из знаменитого пансиона аббата Николя, например, вышли будущие декабристы М. Ф. Орлов и С. Г. Волконский, графы Голицыны и Нарышкины, будущий начальник III отделения А. X. Бенкендорф. Большинство русских дворян по традиции готовили своих детей к военному поприщу. С 7 – 8 лет дети зачислялись в военные училища, а по их окончании поступали в высшие кадетские корпуса в Петербурге. Правительство считало уклонение от службы предосудительным (хотя по закону дворянин имел на это право). К тому же служба являлась составляющей дворянской чести, была связана с понятием патриотизма, т. е. становилась нравственной ценностью.

Жилье среднего дворянина в городе украсилось в начале XIX в. персидскими коврами, картинами, зеркалами в позолоченных рамах, дорогой мебелью из красного дерева. В летнее время дворяне, сохранившие поместья, покидали душные города. Деревенские помещичьи дома были довольно однотипны и представляли собой деревянную постройку с 4 – 6 колоннами у парадного крыльца и треугольником фронтона над ними. О мягкой мебели здесь еще не было и помина, под чехлами скрывалась толстая пеньковая ткань. Украшением гостиной была этажерка с посудой – лучший в доме чайный сервиз, затейливые бокалы, фарфоровые куклы, статуэтки и безделушки.

Зимой, обычно перед Рождеством, помещики возвращались в город. Ехали на «долгих», т. е. на собственных неспешных лошадях. Обозы в 15 – 20 подвод отправлялись в города заранее и везли припасы: гусей, кур, свиные окорока, вяленую рыбу, солонину, муку, крупу, масло. От Рождества до Масленицы в дворянских домах давались непрерывные балы. В Москве, например, ежедневно проводили до 50 балов. В отношении пищи дворяне, тем более купцы и мещане, были консервативны. Столичные гурманы выписывали из Парижа бисквиты, пирожные и вина (Россия употребляла больше шампанского, чем его производили все виноградники Франции), однако чаще довольствовались домашними наливками, квасом и медом. Любимыми и привычными кушаньями оставались пироги, студень, ботвинья. Французские блюда обязательно подавали на званых обедах. Торжеством новых вкусов стало употребление кофе и чая.

Царскосельский лицей

Первая половина XIX в. – время поисков «европейских» альтернатив дедовским нравам. Не всегда они были успешными. Переплетение «европеизма» и привычных представлений придавало дворянскому быту черты яркого своеобразия и привлекательности.

ОФИЦЕРСТВО И ЧИНОВНИЧЕСТВО. Проблема материального обеспечения стала для офицеров в первой половине XIX в. самой главной. Оклады офицеров в целом росли, но медленнее, чем цены на продукты и услуги (по сравнению с серединой XVIII в. оклад вырос втрое, цены – вчетверо).

В 1807 г. понадобился специальный указ, давший 16-летним дворянам, желающим вступить в армию, право на получение денег на дорогу до столицы. Чуть ранее при выпуске кадетского корпуса начальник его М. И. Кутузов распорядился сшить офицерские мундиры кадетам за свой счет. Самим им этого бы сделать не удалось.

Отметим, что в начале XIX в. большая часть офицерства владела земельной и иной собственностью. Жалованье поэтому не было единственным источником его дохода. К середине века положение изменилось. Окончательно упорядочились введенные еще в XVIII в., говоря современными терминами, элементы социальной защиты: пенсии, обеспечение семей погибших офицеров и т. п.

Два часа на Невском проспекте

Культурные запросы офицерство удовлетворяло, не входя в дополнительные расходы. Важнейшее место в его повседневной жизни занимало офицерское собрание. Здесь офицеры проводили большую часть свободного времени, знакомились друг с другом, отмечали праздники. Командир полка регулярно давал балы и званые обеды. В остальные дни офицеры расквартированных в местечке или городе частей приглашались на балы в местное дворянское собрание.

Походная жизнь, служба в малоприспособленных к нормальной жизни условиях, в отдаленных местностях, частые переезды из города в город не располагали к созданию семьи. Решив вступить в брак, офицер чаще всего выходил в отставку «по домашним обстоятельствам». В 1858 г. лишь один из трех офицеров был женат.

Материальное положение чиновничества было еще более тяжелым.

Положение людей, состоявших на жалованье, усугублялось непрерывным падением курса ассигнаций: за рубль бумажных денег серебром давали все меньше и меньше. Рабочий день канцелярского служащего превышал десять и более часов. При этом работа обычно была чисто механической. Переписывать бумаги по утрам и вечерам приходилось при свечах, на которых начальство немилосердно экономило. Потеря зрения была типичной болезнью большинства служащих. Недоедание, духота в конторах, страх перед начальством вели к туберкулезу (чахотке), нервным болезням.

Чиновничество пыталось по-своему восполнить недостаток средств, обирая просителей, вымогая взятки, идя на подлоги и другие преступления. Развлечения подавляющей массы чиновников были весьма непритязательны.

КУПЕЧЕСТВО. Купцы медленнее других слоев городского населения приобщались к новшествам в бытовой жизни, отчасти в силу традиционной неприязни «аристократии капиталов» к «аристократии крови».

Основная масса купечества по-прежнему соблюдала традиционные уклад жизни и методы ведения дел. В домах сохранялась строгая субординация, схожая с предписаниями «Домостроя». Взрослые неженатые сыновья купца Ф. И. Ширяева, например, покидали отчий дом после урочного часа только под большим секретом и не иначе как через окно. Сам хозяин дома, чтобы «уважить характер», мог, когда ему не спалось, разбудить всю семью и прислугу, требуя горячих пирогов. На кухне на этот случай всегда держали готовое тесто.

Дабы приумножить и сохранить капитал, купцы предпочитали лично контролировать ход дел, не слишком доверяя помощникам и приказчикам. По 8 – 10 часов в день они сидели в своих амбарах и лавках. Жила обычная купеческая семья общим хозяйством, закупая, скажем, материал на одежду «штуками», на всех. Касса предприятия или заведения долгое время также была общей, а в конце года выводилась итоговая сумма наличных денег. В частной жизни купец тяготел к покою и комфорту, окружая себя не столько европейскими новинками, сколько прочно и удобно сработанными предметами традиционного быта.

Картина жизни привилегированных сословий России ярко отражает и произошедшие изменения, и непоследовательность, замедленность этих изменений. Повседневные запросы, условия жизни дворянства, офицерства, чиновничества, купечества, с одной стороны, постепенно сближались. Но границы, возведенные и искусственно поддерживаемые, оставались нерушимыми.

КРЕСТЬЯНСТВО И РАБОЧИЕ. О переменах в крестьянской среде современник в 40-х гг. писал так: «…избы сельские делаются чище и опрятнее, крестьяне перестают держать в жилых помещениях домашних животных». Относятся эти наблюдения прежде всего к домам зажиточных крестьян. Беднота из мебели имела лишь столы да лавки, спала на печах или на тех же лавках. Значительные различия были и в одежде. Разбогатевшие крестьяне сменили лапти на сапоги, армяк и грубые порты на кафтан и плисовые штаны, валяную шапку на картуз.

Питались крестьяне в основном овощами, выращенными на собственном огороде. В первой половине XIX в. селянин потреблял три фунта хлеба в день. Картофель еще не вошел в число важнейших культур, под него отводили всего 1,5 % посевной площади. Не многие из крестьян могли полакомиться пирогами, студнями или лапшой. Калач считался лакомством, пряник – настоящим подарком. Среди сельских жителей популярным напитком становился чай, вытеснявший сбитни и взвары.

Развитие отходничества оказывало влияние на жизнь деревни. Отходники, пусть и в искаженной подчас форме, знакомили односельчан с городскими нравами и бытом. Особенно быстро подхватывала новшества сельская молодежь. Усилился интерес к танцам; в праздничные дни в селах устанавливали незамысловатые карусели, возводили балаганы для кукольных представлений.

Образ жизни фабричного люда России только складывался. Это был бездомный, походный быт, неустоявшийся, жутковатый. Рабочие подчинялись строгим предписаниям начальства, пытавшегося регламентировать не только их рабочее время, но и повседневную жизнь. Фабриканты, кто по необходимости, кто по расчету, нанимали рабочих из помещичьих крестьян, самых бесправных и забитых. Эти «кабальные» рабочие, хотя и трудились плохо, обходились фабриканту необыкновенно дешево. Рабочие жили в многоэтажных казармах, в комнатках-клетушках по сторонам сквозного коридора.

Стол рабочих был беден, выручали каши и хлеб. Смертность в два раза превышала среднюю по стране. Грамотные в их среде встречались так же редко, как и в крестьянской, из всех развлечений им были доступны лишь кабак и трактир. Законодательства о фабричном труде не существовало. Фабрикант и местные власти были всесильны в обращении с трудовым людом.

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ

1) Кажется ли вам привлекательным быт дворян? Почему?

2) Сравните быт офицерства и чиновничества. Что общего и отличного было в их жизни?

3) Сравните быт крестьян и рабочих. Почему они столь существенно различались?

4) Почему так медленно менялся быт купцов в России?

СОБЫТИЕ – СОВРЕМЕННИК

ЖИЗНЬ В ГОРОДАХ

Масса населения мало, а частью даже вовсе неграмотная, не считавшая сама себя полноправной частью общества, жила, обладая очень ограниченным горизонтом и сосредоточив весь свой жизненный интерес в мелочах житейства, торговли, ремесла, канцелярской службы, а в качестве духовной пищи довольствовалась местными сплетнями да фантастической болтовней на политические и иные темы. Все население покорно и безропотно подчинялось постановлениям, обычаям и распоряжениям. <…> Никто не дерзал курить на улицах, чиновники не смели отпустить бороду и усы, студенты не решались носить длинных волос.

Религиозность достигала высокого развития, но преобладала внешняя сторона, – безотчетное, по доверию исполнение обрядов и правил… Не малое значение имело в Москве в то время (50-е гг. – Л. Л.) старообрядчество, по-видимому строго преследовавшееся, но несмотря на это, отчасти же благодаря именно этому, значительно процветавшее и обладавшее большими денежными средствами. Московское купечество… мало выдвигалось… на арену общественной жизни: оно было замкнуто и жило особыми духовными и материальными интересами.

Из воспоминаний учившегося в 60-х гг. в Московском университете Н. В. Давыдова «Из прошлого»

1) Чем вы объясните, что «никто не дерзал курить на улицах», «чиновники не смели отпустить бороду и усы, студенты не решались носить длинных волос»?

2) Вспомните, что такое старообрядчество.

ФАБРИЧНЫЙ БЫТ

Мужчины, женщины, дети спали на нарах без различия пола и возраста, в сырых, душных, тесных казармах, иногда в подвалах, иногда в каморках, лишенных света. Но на большинстве фабрик и таких спален не было. Рабочие после 12, 13 и 14-часовой дневной работы располагались спать тут же в мастерской, на станках, столах, верстаках, на полу, подложив под голову какую-нибудь рваную одежду. И это практиковалось нередко в таких мастерских, пребывание в которых… даже в рабочее время было небезопасно.

Из книги экономиста М. И. Туган-Барановского «Русская фабрика в прошлом и настоящем»

Опишите жизнь рабочих, используя приведенный документ.

ЗАГАДКА ОТ ИСТОРИКА

Замечательный ученый Ю. М. Лотман писал: «Известный приятель Пушкина князь Голицын – редчайший пример дворянина, который… до старости, говоря о себе, указывал в официальных бумагах «недоросль».

Подумайте, отчего с князем случилась такая неприятность.

?

ПОСПОРИМ?

(Темы для дискуссий)

1) Почему беднело русское дворянство?

2) Утверждают, что русское общество было расколото на образованное меньшинство и трудящиеся массы, а линия раскола постоянно углублялась. Так ли это?

ЧТО ЕЩЕ ПОЧИТАТЬ ПО ГЛАВЕ ПЯТОЙ?

Кирсанова М. Р. Костюм в русской художественной культуре. М., 1995.

Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства. СПб., 1994.

Поликарпов В. С. История нравов России. От Алексея Тишайшего до Николая Второго. Ростов н/Д,1995.

Троицкий Н. А. Лекции по истории России XIX в. Саратов, 1995.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.