Одесская наступательная операция (26 марта — 14 апреля 1944 года)

Одесская наступательная операция

(26 марта — 14 апреля 1944 года)

В трудные октябрьские дни 1941 года советские воины с болью в сердце оставляли красавицу Одессу — город-герой, отвага и мужество защитников которого являлись примером для всех.

И вот теперь, весной 1944 года, перед нашими бойцами и офицерами была поставлена задача освободить Одессу. Но прежде чем ее выполнить, нашим войскам пришлось выдержать еще одну тяжелую схватку с врагом.

11 марта 1944 года, в ходе наступления от Ингульца к Южному Бугу, Ставка Верховного Главнокомандования приказала 3-му Украинскому фронту усилить темп преследования противника, не допустить его отхода за Южный Буг, захватить переправы через реку на участке Константиновка, Вознесенск, Новая Одесса, последовательно овладеть Николаевом, Тирасполем и Одессой и продолжать наступление с целью выхода на Прут и Дунай — на государственную границу Советского Союза.

В директиве Ставки эта задача формулировалась следующим образом:

«1. 3-му Украинскому фронту преследовать отходящего противника, не допустить его отхода за р. Южный Буг и захватить переправы через р. Южный Буг на участке Константиновка, Вознесенск, Новая Одесса, дабы не дать возможности противнику организовать на р. Южный Буг оборону.

Города Николаев и Херсон освободить с ходу.

В дальнейшем занять Тирасполь, Одесса и продолжать наступление с целью выхода на р. Прут и северный берег р. Дунай, т. е. на нашу государственную границу»[266].

19 марта Военный совет 3-го Украинского фронта и представитель Ставки Маршал Советского Союза А. М. Василевский направили в Ставку доклад по дальнейшему ведению операции.

Замысел предстоящей операции предусматривал «нанесение главного удара четырьмя правофланговыми армиями (57, 37, 46-й и 8-й гвардейской армиями. — Примеч. авт.) с общим числом тридцать восемь дивизий, двух артдивизий, группы И. А. Плиева и 23-го танкового корпуса в полосе в основном Вознесенск, Нов. Одесса на Жовтень, ст. Сербка, Тирасполь, Раздельная в охват с северо-запада побережья и гор. Одесса.

Вспомогательный удар силами 6-й и 5-й ударных армий с общим числом четырнадцать дивизий без средств усиления в общем направлении Николаев, Нечаянное, Одесса»[267].

В соображениях также указывались конкретные задачи армий. Планировалось, что 28-я армия с пятью наиболее малочисленными дивизиями после овладения Николаевом будет выведена в резерв Ставки.

Ставка Верховного Главнокомандования, рассмотрев представленный план, утвердила его и приказала незамедлительно начать подготовку операции.

Задачу разгрома противника в нижнем течении Южного Буга войска 3-го Украинского фронта должны были решать в тесном взаимодействии с 2-м Украинским фронтом. К 22 марта, когда основные силы 3-го Украинского фронта вышли к Южному Бугу и, захватив несколько плацдармов, вели на них упорные бои, войска правого крыла и центра 2-го Украинского фронта вышли на Днестр в районе Могилев-Подольский, Ямполь, а войска левого крыла фронта форсировали Южный Буг к югу от Гайворона. Над 8-й и 6-й немецкими и 3-й румынской армиями нависла угроза глубокого охвата.

К 28 марта войска 3-го Украинского фронта насчитывали в своем составе 57 стрелковых и 3 кавалерийские дивизии, танковый и механизированный корпуса — 470 тыс. человек, 12 678 орудий и минометов (без 50-мм), 435 танков и самоходно-артиллерийских установок, 436 боевых самолетов.

Противостоящие фронту войска 6-й немецкой и 3-й румынской армий к этому же времени имели 20 дивизий (16 немецких, 4 румынские), 2 танковых батальона, 8 бригад штурмовых орудий[268]. Они насчитывали 350 тыс. человек, около 3200 орудий и минометов, 160 танков и штурмовых орудий. На этом направлении противник мог использовать до 550 боевых самолетов 1-го авиационного корпуса 4-го воздушного флота немцев и румынского авиационного корпуса.

Хотя наши войска и обладали некоторым превосходством в силах, перед ними стояла сложная задача, так как враг занимал выгодные позиции. В глубине его обороны были подготовлены рубежи по рекам Тилигул, Бол. Куяльник, Мал. Куяльник, Днестр. Особенно сильно укреплялись подступы к Одессе. Трудности предстоящей операции усугублялись распутицей, которая ограничивала маневр войск и подвоз материальных средств.

Учитывая опыт предыдущих операций, командование фронта и армий обратили особое внимание на всемерное повышение подвижности войск с целью быстрого обхода узлов сопротивления и опорных пунктов врага, выхода им в тыл и захвата важных узлов дорог, переправ и мостов на реках. Поэтому наряду с подготовкой к боевым действиям 23-го танкового корпуса[269] и конно-механизированной группы генерала И. А. Плиева (4-й гвардейский механизированный[270] и 4-й гвардейский кавалерийский корпуса), в каждой дивизии было приказано создать подвижный передовой отряд в составе до роты автоматчиков, взвода саперов на автомашинах, с одним-двумя 45-мм орудиями или самоходно-артиллерийскими установками.

В течение 27 и в ночь на 28 марта войска правого крыла фронта вели упорные бои по расширению ранее захваченных плацдармов на правом берегу Южного Буга. Преодолевая сопротивление врага, 57-я и 37-я армии к исходу 28 марта расширили плацдарм до 45 км по фронту и от 4 до 25 км в глубину[271].

Видя успех на правом крыле, командующий фронтом немедленно внес коррективы в план операции. Конно-механизированную группу и 23-й танковый корпус, располагавшиеся в районе северо-восточнее Нов. Одессы, в полосе 46-й армии, было решено незамедлительно перегруппировать в полосу 57-й и 37-й армий.

28 марта конно-механизированная группа получила приказ: к утру следующего дня сосредоточиться в районе Александровка, Вознесенск, переправиться по мостам 37-й армии, решительно наступать в общем направлении Молдавка, Мостовое, Березовка и к утру 30 марта выйти к Березовке, в дальнейшем действовать в направлении ст. Раздельная.

23-му танковому корпусу было приказано к утру 28 марта сосредоточиться в районе Трикраты, Александровка, Вороновка и быть готовым в ночь на 29 марта к переправе в районе Александровка, чтобы затем нанести удар в направлении Тирасполя[272].

В соответствии с приказом командующего фронтом 23-й танковый корпус и конно-механизированная группа приступили к перегруппировке в новый район, чтобы нарастить удар двух армий правого крыла фронта.

В это время войска 6, 5-й ударной и 28-й армий вели тяжелые бои в районе Николаева. В ночь на 28 марта 61-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Л. Н. Лозановича и 243-я стрелковая дивизия полковника М. И. Тоголева из состава 6-й армии под сильным огнем противника на подручных средствах форсировали р. Ингул и в 3 часа 28 марта с севера ворвались в Николаев. Прорыв этих дивизий нарушил устойчивость обороны противника. Не позволяя врагу опомниться, советские части к 4 часам прорвались в центр города.

Одновременно 130-я стрелковая дивизия 5-й ударной армии под командованием полковника К. В. Сычева переправилась через р. Ингул и совместно с другими дивизиями армии, наступавшими с востока, ворвалась в город.

С юга на город наступали части 28-й армии.

В результате согласованных усилий наши войска к утру 28 марта полностью очистили Николаев — крупный порт и один из важных центров судостроения. Войскам, отличившимся при освобождении города, Верховный Главнокомандующий объявил благодарность. Многие из них были удостоены почетного наименования «Николаевские» и награждены орденами Советского Союза.

В боях при освобождении города отважно действовал десант из состава 384-го отдельного батальона морской пехоты Черноморского флота и 1-го гвардейского укрепленного района 28-й армии. В ночь на 26 марта отряд численностью в 67 человек под командованием старшего лейтенанта К. Ф. Ольшанского и заместителя по политической части капитана А. Ф. Головлева на семи рыбачьих лодках вышел из с. Богоявленска и, пройдя 15 км по реке, в 5 часов утра высадился в Николаевском порту, восточнее нового элеватора. В течение двух суток десантники сковывали крупные силы врага и самоотверженно отбивали его атаки. В напряженный момент боя они по радио передали: «Мы, бойцы и офицеры, моряки отряда товарища Ольшанского, клянемся перед Родиной, что задачу, стоящую перед нами, будем выполнять до последней капли крови, не жалея жизни». До 700 вражеских солдат и офицеров уничтожили десантники, но и сами понесли большие потери. 55 человек, в том числе 5 офицеров, пали смертью храбрых. Родина высоко оценила их подвиг: всем десантникам было присвоено звание Героя Советского Союза.

После овладения Николаевом 28-я армия была выведена в резерв Ставки Верховного Главнокомандования[273].

5-я авиаполевая, 302-я и 304-я пехотные дивизии противника, удерживавшие Николаев, с тяжелыми потерями были отброшены на западный берег р. Южный Буг. При отступлении врагу удалось частично взорвать мост через реку в районе Варваровки. Сразу же после освобождения города части 37-го стрелкового корпуса 5-й ударной армии приступили к форсированию Южного Буга в этом районе. К утру 29 марта советские части форсировали реку, овладев Варваровкой[274]. Одновременно были приняты меры к восстановлению моста для переправы техники и тяжелого вооружения. Семь саперных и инженерных батальонов всю ночь на 29 марта работали под огнем противника. За 10 часов мост длиной более километра был восстановлен, причем 200 м построены заново. В течение 29 марта на противоположный берег реки была переправлена почти вся полковая и дивизионная артиллерия 37-го стрелкового корпуса, а в последующие дни — тяжелая артиллерия усиления.

Разгром противника в районе Николаева, а также успешное наступление 57-й и 37-й армий с плацдармов у Константиновки и Вознесенска поставили под угрозу оба фланга 6-й немецкой армии. Армия была вынуждена начать поспешный отход по всему фронту.

По отходящим колоннам противника массированные удары наносила авиация 17-й воздушной армии. Особенно активно при этом действовали штурмовики 5-й гвардейской и 306-й штурмовых авиационных дивизий. 288-я и 295-я истребительные авиационные дивизии в это время прикрывали переправу 23-го танкового корпуса и конно-механизированной группы через р. Южный Буг в районе Александровки[275]. Переправа осуществлялась по одному понтонному мосту грузоподъемностью 30 т и поэтому сильно затянулась. Она была закончена только утром 30 марта.

Переправившись на западный берег реки, 23-й танковый корпус под командованием генерал-майора танковых войск А. О. Ахматова и конно-механизированная группа И. А. Плиева начали выдвигаться вслед за 57-й и 37-й армиями, которые 29 марта достигли р. Тилигул. 23-й танковый корпус вступил в бой в районе Стрюково в первой половине дня 30 марта[276], части конно-механизированной группы — в ночь на 31 марта в районе Березовки.

В это время на левом крыле фронта, вдоль побережья Черного моря, успешно наступали войска 5-й ударной армии. 30 марта части 1-го гвардейского укрепленного района, передовой отряд 295-й стрелковой дивизии этой армии и части Черноморского флота комбинированным ударом с суши и с моря освободили Очаков.

Германское командование, опасаясь окружения 6-й армии и стремясь быстрее вывести ее из-под удара, принимало все меры к тому, чтобы задержать наступление войск 57-й и 37-й армий, 23-го танкового корпуса и конно-механизированной группы на рубеже р. Тилигул. Правый берег реки во многих местах господствует над левым. Здесь противник заранее подготовил оборонительные сооружения, которые были заняты отошедшими частями. Сильным препятствием для наступающих войск являлись заболоченные берега реки и ее топкое дно.

Однако, несмотря на упорное сопротивление противника, войска 37-й армии и конно-механизированной группы 31 марта форсировали реку и сбили противника с высот правого берега. В боях при форсировании р. Тилигул, во время налета вражеской авиации 31 марта, был убит командир 4-го гвардейского механизированного корпуса, участник Сталинградской битвы, генерал-лейтенант танковых войск Т. И. Танасчишин. В командование корпусом вступил генерал-майор танковых войск В. И. Жданов.

Продвижение наших войск после форсирования р. Тилигул еще более усложнилось, так как прошедшие дожди совершенно испортили дороги. Вражеская авиация группами по 30–40 самолетов систематически бомбила боевые порядки войск. Стрелковые и механизированные войска испытывали острые затруднения с боеприпасами и горючим. Поэтому приходилось выделять все более значительное количество самолетов 17-й воздушной армии для доставки войскам срочных грузов.

Только за 1–3 апреля транспортная авиация армии произвела 60 самолето-вылетов, доставив 85 т грузов[277].

Но, несмотря на трудности, наступление продолжалось. 4 апреля соединения конно-механизированной группы овладели ст. Раздельная[278], перерезав железную дорогу, связывавшую Одессу с Тирасполем. Части 258-й и 335-й пехотных дивизий противника, понесшие потери в этом бою, поспешно бежали из района станции. Советские войска захватили 37 паровозов, более 900 вагонов с различным имуществом и военным снаряжением.

Характерно, что дивизии 4-го гвардейского кавалерийского корпуса, поддержанные танками 4-го гвардейского механизированного корпуса, атаковали Раздельную в конном строю.

С выходом советских войск в район Раздельной группировка противника была рассечена на две части. 30-й и 52-й армейские корпуса 6-й немецкой армии (15, 76, 257, 320, 384-я пехотные дивизии, 97-я егерская дивизия, корпусная группа «А» в составе боевых групп трех дивизий, 278-я и 286-я бригады штурмовых орудий) под ударами 37-й и 57-й армий и 23-го танкового корпуса отбрасывались к Тирасполю. 29, 44-й и 72-й корпуса 6-й армии (3-я горнопехотная дивизия, 9, 17, 258, 294, 302, 306, 335-я пехотные дивизии, 93-й и 560-й танковые батальоны, 243-я и 259-я бригады штурмовых орудий) и 3-й румынский армейский корпус (5-я авиаполевая, 304-я пехотная дивизии, 21-я и 24-я румынские дивизии) охватывались войсками фронта с севера и северо-запада и прижимались к Одессе. Для этой группировки противника назревала угроза окружения. Она стала особенно острой, когда войска конно-механизированной группы после Раздельной, впервые за эту операцию оторвавшись от боевых порядков стрелковых войск, 5 апреля достигли Страсбурга, куда вышла 30-я кавалерийская дивизия генерал-майора В. С. Головского[279]. Часть сил 29-го армейского корпуса немцев в составе бригады штурмовых орудий и двух танковых батальонов, действовавших в этом районе, была оттеснена за Днестр в районе Беляевки.

Германское командование понимало опасность, создавшуюся для группировки его войск в районе Одессы. Во второй половине дня 5 апреля и в ночь на 6 апреля в район к юго-востоку от Раздельной начали спешно стягиваться 3-я горнопехотная, 17, 258, 294-я и 335-я пехотные дивизии под командованием командира 29-го армейского корпуса. К северо-западу от Раздельной сосредоточивались 97-я егерская и 257-я пехотная дивизии 30-го армейского корпуса. Обе эти группировки должны были нанести удар навстречу друг другу в направлении Раздельной и соединиться.

С утра 6 апреля враг силами 29-го армейского корпуса нанес удар из района юго-восточнее Раздельной, который пришелся по частям 82-го стрелкового корпуса 37-й армии. В результате упорных боев врагу удалось потеснить части корпуса, выйти к переправам через р. Кучуруган и соединиться со своими войсками, действовавшими северо-западнее Раздельной.

В район Раздельной были подтянуты другие войска 37-й армии. В результате непрерывных боев нашим войскам во второй половине 7 апреля удалось расчленить прорывавшуюся группировку противника на две части. Дивизиям 29-го армейского корпуса удалось соединиться со своими войсками, отходящими на Тирасполь, а войска 44-го армейского корпуса снова были отброшены к югу и юго-востоку от Раздельной. При этом в районе Раздельной наши войска захватили большое количество вооружения и боевой техники[280].

Тем временем войска центра и левого крыла фронта все ближе подходили к Одессе, которая оборонялась 72-м корпусом особого назначения и частью сил 44-го армейского корпуса 6-й немецкой армии[281]. Всего в районе Одессы действовало более шести вражеских дивизий и большое количество отдельных частей. При организации обороны города противник использовал оборонительные сооружения, оставшиеся еще с осени 1941 года. Многочисленные балки, овраги, залитые водой, и лиманы сильно затрудняли действия наших войск.

К вечеру 9 апреля положение в районе Одессы было следующим.

Конно-механизированная группа, захватив 7 апреля Беляевку, Маяки[282], продолжала вести тяжелые бои в этом районе, отражая удары отходящих из-под Одессы войск противника. 10-я гвардейская кавалерийская дивизия под командованием полковника С. А. Шевчука овладела н/п Скуры и завязала бои за Овидиополь.

8-я гвардейская армия генерал-полковника В. И. Чуйкова, обходя Одессу с северо-запада, главными силами достигла рубежа Фрейденталь, Петерсталь, Дальник.

6-я армия под командованием генерал-лейтенанта И. Т. Шлемина с северо-запада вышла на подступы к Одессе и вела бои на рубеже Дальник, Усатово, Куяльник.

Войска 5-й ударной армии генерал-лейтенанта В. Д. Цветаева в 18 часов 9 апреля овладели станциями Сортировочная, Куяльник, Пересыпь и в 22 часа ворвались в северную часть Одессы[283]. В числе первых завязали бои в городе 86-я гвардейская, 248, 320-я и 416-я стрелковые дивизии, которыми командовали соответственно полковники В. П. Соколовский, Н. З. Галай, генерал-майоры И. И. Швыгин и Д. М. Сызранов.

В предвидении ведения боевых действий ночью в крупном городе в войсках была заблаговременно проведена подготовительная работа. Командиры и штабы до полка включительно получили план города с указанием важнейших его объектов, с обозначением кварталов в целях лучшей ориентировки. Для захвата важнейших узловых пунктов и магистралей были выделены штурмовые группы. Из местных жителей были подобраны проводники. Еще с вечера артиллерия встала на огневые позиции, взяв под огонь все подходы к городу со стороны моря. На это же нацеливалась авиация фронта.

Таким образом, к вечеру 9 апреля войска противника в районе Одессы оказались в условиях почти полного окружения. Лишь в районе Овидиополь оставался путь отхода с последующей переправой через Днестровский лиман. Сюда и ринулась основная часть тылов, а потом и боевых войск одесской группировки противника. Крупные группы пехоты пытались пробиться к переправам через Днестр в районе Беляевки.

Вечером 9 апреля и особенно в ночь на 10 апреля бегство противника из-под Одессы приняло уже панические размеры. По отходящим тыловым колоннам врага наносила удары советская авиация. 262-я ночная бомбардировочная дивизия под командованием полковника Г. И. Белицкого и 244-я бомбардировочная дивизия подполковника П. В. Недосекина бомбили вражеские суда в порту. В низовьях Днестровского лимана наносили удары по транспортам и автоколоннам врага соединения 9-го смешанного авиакорпуса под командованием генерал-майора авиации О. В. Толстикова[284].

В ночь на 10 апреля войска 8-й гвардейской, 6-й и 5-й ударной армий после короткой артиллерийской подготовки атаковали противника в Одессе. Войска 8-й гвардейской армии ворвались в западную часть города, а соединения 6-й и 5-й ударной армий теснили врага с севера и северо-запада. К 10 часам утра 10 апреля Одесса была полностью в руках советских войск.

В приказе Верховного Главнокомандующего по поводу освобождения Одессы говорилось: «Войска 3-го Украинского фронта сегодня, 10 апреля, в результате умелого обходного маневра пехоты и конно-механизированных соединений, в сочетании с фронтовой атакой овладели важным хозяйственно-политическим центром страны, областным городом Украины и первоклассным портом на Черном море — Одесса — мощным опорным пунктом обороны немцев, прикрывающим пути к центральным районам Румынии».

Войска, отличившиеся в боях за город, получили почетное наименование «Одесских».

При освобождении Одессы значительную помощь советским войскам оказали партизанские отряды под командованием С. И. Дроздова, Е. П. Баркалова, К. А. Тимофеева, Л. Ф. Горбеля, Н. А. Крылевского.

С подходом наших частей к окраинам города партизанский отряд под командованием С. И. Дроздова в 21 час 9 апреля начал бой с врагом, который продолжался до 4 часов утра 10 апреля. В этом бою участвовала и группа партизан чехов и словаков под руководством М. П. Канчетти. Она была сформирована из солдат словацкого полка, расквартированного в Одессе, перешедших на сторону партизан в конце 1943 г.

Партизаны Куяльницкого отряда под командованием Л. Ф. Горбеля уничтожили подрывную команду немцев, которая должна была взорвать дамбу Хаджибеевского лимана и затопить Пересыпь. Этим партизаны не только предотвратили затопление пригорода, но и открыли нашим войскам путь через Пересыпь в город.

Партизаны Усатовского отряда во главе с Н. А. Крылевским 8 и 9 апреля вели бои с отступавшими колоннами врага.

Усилиями одесских партизан был предотвращен подготовленный немцами взрыв порта, причалов, зданий, складов[285].

23 апреля 1944 года в освобожденной Одессе состоялся многотысячный митинг трудящихся. Участники митинга от имени всего населения города заявили: «Долгом своей гражданской чести считаем мы скорейшее восстановление всего того, что разрушено румыно-немецкими оккупантами в Одессе, возрождение всех форм нашей полнокровной советской общественной жизни. Мы не пожалеем для этого ни сил, ни времени. Мы твердо верим, что наша любимая Одесса быстро снова станет в передовые ряды цветущих советских городов Украины»[286].

После овладения Одессой 6-я и 5-я ударные армии были выведены во второй эшелон фронта, а остальные армии продолжали развивать наступление на запад.

57-я армия с приданным ей 23-м танковым корпусом в течение 11 апреля продвинулась до 20 км на запад и 12 апреля вышла на восточный берег Днестра в районе Парканы (6 км северо-западнее Тирасполя).

В 12 часов дня 93-я стрелковая дивизия 68-го стрелкового корпуса (командир дивизии генерал-майор А. Я. Крузе) в районе Буторы, Шеряны форсировала Днестр. В 18 часов, используя успех 93-й дивизии, форсировала Днестр и 113-я стрелковая дивизия полковника П. В. Дмитриева. Два других корпуса 57-й армии (9-й и 64-й стрелковые) также форсировали Днестр в своих полосах и захватили небольшие плацдармы на его западном берегу.

37-я армия в ночь на 11 апреля сломила сопротивление противника и силами 57-го стрелкового корпуса генерал-майора Ф. А. Осташенко (92-я гвардейская и 228-я стрелковые дивизии), а также 188-й стрелковой дивизии 82-го корпуса ворвалась на юго-восточную окраину Тирасполя. В ночь на 12 апреля город был очищен от противника.

Войска 6-го гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Г. П. Котова 11 апреля вышли на р. Днестр к югу от Тирасполя. 20-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Н. М. Дрейера двумя полками уже вечером 11 апреля с ходу форсировала Днестр и в районе западнее Слободзеи Молдаванской (4 км юго-западнее Тирасполя) захватила плацдарм до 2 км по фронту и до 1,5 км в глубину. К исходу 12 апреля плацдарм был значительно расширен; на него переправились уже четыре стрелковые дивизии[287].

46-я армия к исходу 11 апреля вышла на восточный берег Днестра в районе к югу от Чобручи, а 12 апреля силами разведывательных подразделений форсировала Днестр в 3 км юго-восточнее Раскайцов[288].

8-я гвардейская армия и конно-механизированная группа вели тяжелые бои с противником, отошедшим из района Одессы и стремившимся удержать предмостные укрепления в районе Овидиополя, чтобы переправить свои войска на западный берег Днестровского лимана.

17-я воздушная армия в ночь на 11 апреля и днем громила вражеские войска на переправах. Наиболее сильному воздействию авиации подвергались железнодорожный узел Аккерман и переправы в районе Овидиополя.

14 апреля 8-я гвардейская армия полностью очистила побережье Днестровского лимана и в ночь на 15 апреля силами 74-й гвардейской стрелковой дивизии полковника Д. Е. Баканова форсировала Днестр у Ильичевки (2 км юго-восточнее Беляевки)[289].

В последующие дни войска фронта продолжали наращивать силы на захваченных плацдармах по западному берегу Днестра. Германское командование, приведя свои войска в порядок и собравшись с силами, приняло все меры к ликвидации захваченных плацдармов. Против советских войск, переправившихся на западный берег Днестра, враг бросил крупные силы авиации. Поэтому борьба за расширение и удержание плацдармов носила длительный и исключительно напряженный характер.

В результате Одесской операции войска 3-го Украинского фронта во взаимодействии с 2-м Украинским фронтом нанесли поражение вражеской группировке, действовавшей между Южным Бугом и Днестром. Семь дивизий 6-й немецкой армии потеряли до половины своего состава. Продвинувшись на 180 км, советские войска освободили большое количество крупных населенных пунктов, в том числе важные порты Черноморья — Николаев, Одессу, Очаков.

Выдвинувшись на рубеж нижнего течения Днестра и захватив плацдармы на его противоположном берегу, войска 3-го Украинского фронта заняли выгодное положение для последующих действий с целью освобождения Молдавии и продвижения в глубь Румынии и на Балканы. Выход советских войск в район Одессы поставил в еще более безнадежное положение группировку вражеских войск в Крыму, что способствовало ее быстрому разгрому войсками 4-го Украинского фронта, Отдельной Приморской армии и Черноморского флота.

Ввиду исключительно сложных условий погоды решающая роль в операции принадлежала нашим стрелковым войскам. Они, несмотря на грязь и распутицу, неутомимо и упорно двигались вперед, сбивая вражеские части с промежуточных рубежей обороны, форсируя разлившиеся реки, выбивая немцев из городов и населенных пунктов. Стрелковые подразделения и части во многих случаях были вынуждены на руках подтягивать артиллерию, нести с собой боеприпасы.

Подвижные соединения фронта — 23-й танковый корпус и конно-механизированная группа — из-за трудных условий погоды действовали в основном в боевых порядках стрелковых войск.

Лишь на заключительной стадии операции они смогли оторваться от пехоты, но сразу же оказались в трудном положении. Так, 23-й танковый корпус 10 апреля попал в окружение в районе Плоское и вел бой там до 11 апреля, до подхода стрелковых соединений. В трудном положении оказались также 10-я гвардейская и 30-я кавалерийские дивизии, которые 10 апреля к северу от Овидиополя были атакованы крупными силами врага, отступавшими из-под Одессы, и вынуждены были отойти на север. Наши подвижные войска испытывали острый недостаток в боеприпасах и горючем, поэтому они не могли иногда противостоять атакам крупных сил противника. Тем не менее подвижные войска сыграли важную роль в завершении операции. Это особенно касается стремительного удара конно-механизированной группы по Раздельной и быстрого ее выхода в район Беляевки, Маяки, что поставило одесскую группировку врага под угрозу окружения. Враг был вынужден спасаться бегством, стремясь быстрее отойти за Днестр.

Трудные условия погоды и удаленность базирования затруднили действия 17-й воздушной армии. Тем не менее она оказывала существенную помощь войскам, нанося удары по опорным пунктам, переправам, отходящим колоннам, железнодорожным узлам противника, его морским транспортным средствам. Всего с 28 марта по 14 апреля авиация 17-й воздушной армии совершила 2026 самолето-вылетов (из них 1622 днем и 414 ночью). Транспортная авиация произвела 215 самолето-вылетов, доставив войскам 330 т боеприпасов, горючего и других грузов[290].

В операции приняли участие авиация и корабли Черноморского флота. Ударами по морским сообщениям противника они препятствовали эвакуации противника морем, наносили удары по портам Констанце и Сулине, затрудняя их работу по снабжению войск.

Авиация Скадовской авиагруппы Черноморского флота участвовала также в налетах на транспорты противника в Одесском порту и при переходе их морем. 9 апреля три группы морских самолетов потопили вражеский транспорт водоизмещением 3 тыс. т, повредили сторожевой катер, две баржи и транспорт в 1,5 тыс. т.

Торпедные катера действовали против плавучих средств противника, обстреливали Одесский порт. Подводные лодки наносили удары по транспортам врага в море. Так, 14 апреля наша подводная лодка двумя торпедами потопила баржу противника к западу от мыса Херсонес.

В ходе операции флот осуществил два десанта — один в Николаеве, другой в Очакове — с Кирнбурнской косы. Оба десанта сыграли свою роль в разгроме вражеских войск в Николаеве и Очакове.