Земля самого яркого солнца и самых сильных морозов

Земля самого яркого солнца и самых сильных морозов

Прибавление

Антарктида — материк, на котором нет государственных границ, там ученые всех стран рядом, друг возле друга на своих научно-исследовательских станциях, а то и объединившись в международные коллективы изучают жизнь нашего общего большого дома — Земли.

Я разорвал конверт. Внутри — листки, исписанные по-английски. «Dear friend)» — писал мой друг, ленинградский геофизик. В прошлом году, в ноябре месяце, он уехал в научную командировку в Антарктиду.

Письмо оказалось интересным. Приятель описывал подробности нелегкого морского перехода из одесского порта через Черное и Красное моря, через Индийский океан. Рассказывал о своей первой встрече со льдами Антарктиды. О поездке на станцию Восток, которая лежит в глубине Восточной Антарктиды в районе геомагнитного полюса, на расстоянии в тысячу четыреста десять километров от антарктического поселка Мирный.

«Сейчас, — писал он, — у нас зима. Темно, довольно холодно, и дуют ветры. Вместе с двумя товарищами, а также одним американским и двумя английскими коллегами, мы сидим в удаленном от всякого жилья, отдельно вынесенном исследовательском пункте и ведем свои наблюдения. Зимовка наша только что началась, сидеть нам долго, и я пользуюсь случаем, чтобы совершенствоваться в английском языке, а англичане тем временем усердно изучают русский. Между прочим, все отмечают, что мои успехи в языке весьма впечатляющи».

Ну вот, теперь все стало на свои места. Стало понятно и то, почему письмо написано по-английски. Молодец! Не так давно мы вместе учились на курсах разговорного английского языка, а теперь он меня далеко обогнал.

Я искренне позавидовал моему товарищу. И тому, что он обошел почти половину земли на корабле, оставив за кормой воды разных морей и океанов, и тому, что он зимует на континенте настоящих мужчин. И еще немножко тому, что плюс ко всему сказанному он так преуспел в английском языке, который мне дается вовсе не так легко.

Я понимал, что вряд ли когда-нибудь попаду в Антарктиду, и потому постарался узнать поподробнее историю открытия этого континента и встретиться с теми, кто уже побывал на нем, чтобы услышать их рассказы «из первых рук».

Очень занятно смотреть, как собирается бывалый зимовщик на далекий Ледяной континент. Вместе с необходимым, чисто мужским снаряжением он никогда не забудет упаковать в свой чемодан несколько палочек губной помады. Зачем? Ведь континент-то мужской! Но я не зря подчеркнул, что наш зимовщик — бывалый. И он знает, что в начале южного лета, когда время от времени выдаются солнечные дни, лучи нашего могучего светила здесь, в Антарктиде, куда более жестокие, чем даже в тропиках, на экваторе. Лицо и нос не только мгновенно загорают, но и обгорают до глубоких ожогов. А губы обгорают настолько, что распухают и трескаются. Вот и запасаются зимовщики губной помадой, которая прекрасно предохраняет губы от ожогов; надевают на лица маски, а на глаза — темные очки.

Что же это получается? Выходит, полярный континент в ясные дни получает от солнца почти столько же тепла, сколько тропики? Почему же там находится полюс холода?

Солнечным лучам, падающим на поверхность Антарктиды, приходится проходить через меньший слой воздуха, потому что весь континент высоко поднят над уровнем моря. Это раз! Затем сам воздух над Антарктидой обладает удивительной прозрачностью. Ни пылинки, ни частички сажи… Все это и приводит к тому, что солнечные лучи здесь такие беспощадно яркие.

Ну а почему же в Антарктиде так холодно? Очень просто. Снег и лед, покрывающие Ледяной материк, отражают почти всю приходящую солнечную энергию обратно в космос. Да и дней солнечных, приходящихся на короткое антарктическое лето, здесь немного.

Зимой, 24 августа 1960 года, на станции Восток, откуда я получил письмо моего товарища, был отмечен мировой рекорд холода. Столбик спирта в термометре упал до отметки — 88,3 градуса Цельсия. Такой низкой температуры воздуха еще нигде на нашей планете не отмечали. И потому район станции Восток получил название Полюса холода.