Призрак Лужкова

Призрак Лужкова

Но существовали в Петербурге и любители, даже фанаты, настоящих похорон. Один из них – Иван Федорович Лужков, служивший при императрице Екатерине II в должности библиотекаря и консерватора драгоценных вещей в Эрмитаже.

Он был славен тем, что всегда говорил правду, хотя порою весьма в нелицеприятном виде, и государыня любила с ним беседовать. Она нередко говорила Лужкову: «Ты всегда споришь и упрям как осел». Тот же, вставая с кресел, отвечал: «Упрям, да прав!»

Император Павел I также весьма хорошо относился к Лужкову, но, зная характер того, сразу же после вступления на престол наградил Лужкова чином и дал отставку с пенсионом в 1200 рублей, что тогда считалось очень приличной суммой содержания. Император предложил купить Лужкову дом, но тот скромно попросил дать ему клочок земли на Охте, вблизи кладбища, где он сам себе выстроит небольшой домик. Просьба бывшего библиотекаря была исполнена, и Лужков каждый день ходил к утрене в церковь, а, возвратившись из храма домой, пил чай и писал свои записки.

Все же свободное время он посвящал кладбищу: он сам рыл могилы для бедных покойников и очень любил писать эпитафии. Одной из самых известных его эпитафий стала следующая «гениальная» строка: «Паша, где ты? Здеся, а Ваня? Здеся. А Катя? Осталась в суетах!»

После смерти Лужкова говорили, что неоднократно видели на кладбище его смутную согбенную фигуру, присматривавшую за могилами, и долго люди верили, что если отслужить по Лужкову панихиду, то он поможет хорошо обустроить похороны близких, особенно если на них не хватает денег.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.