Императрица Елизавета и молчальница Вера

Императрица Елизавета и молчальница Вера

Императрица Елизавета Алексеевна пережила мужа только на полгода. Сопровождая гроб супруга из Таганрога в Петербург, она заболела и осталась в Белеве, где вскорости и умерла. Считается, что именно ее прах был погребен 21 июня 1826 года рядом с Александром в Петропавловском соборе.

…Неизвестная, назвавшаяся Верой Александровной, появилась в Тихвине в 1834 году. Она остановилась в доме помещицы Веры Михайловны Харламовой.

Искренняя вера этой женщины сразу обратила на себя внимание жителей города. Ее часто видели истово молящейся в Богородичном монастыре перед Тихвинской иконой Божьей Матери или совершающей паломничество в местные монастыри и храмы. Вера Александровна взялась обучать местных детей грамоте и Священному Писанию. Как истинная христианка она, узнав, что жена дьячка Винницкого погоста Олонецкой губернии тяжело больна, покинула Тихвин и добровольно более года ухаживала за этой женщиной. Когда же вернулась после своего добровольного обета, то надолго в Тихвине уже не задержалась: обыватели стали говорить о ее святости – и между собой, и лично при встрече, – а ей это не понравилось. Вера Александровна переселилась в маленькое валдайское село Березовый Рядок, где крестьянин Прокопий Трофимов выстроил для нее отдельную избушку. Она и здесь продолжила обучать крестьянских детей, а еще в Вере проснулся талант художника – она начала рисовать религиозные картины. Тихую богомольную женщину не оставили в покое: через девять месяцев после своего переезда в село, в 1838 году, она была арестована из-за отсутствия паспорта. Ее, как беспаспортную, отправили в валдайскую тюрьму, но там она отказалась отвечать на вопросы о своем происхождении и лишь заметила следователю: «Если судить по небесному, то я – прах земли, а если по земному, то я – выше тебя». Следователь продолжал настаивать, и Вера вообще перестала разговаривать и молчала уже до самой смерти, общаясь со всеми с помощью записок или, очень редко, произнося отдельные слова.

* * *

Молчальницу отправили в коломовский дом для умалишенных, где та провела полтора года. Впоследствии она писала в дневнике: «Мне хорошо там было; я блаженствовала там… Благодарю Бога, что Он сподобил меня пожить с заключенными и убогими. Господь не то еще терпел за нас грешных».

Из дома скорби ее выручила графиня Анна Алексеевна Орлова-Чесменская (дочь Алексея Орлова). Сильно верующая и даже принявшая тайный постриг, она тратила все свое громадное состояние на благотворительность. Анна Алексеевна предложила Вере поселиться в Сырковом монастыре. В указе о помещении Веры в монастырь говорилось, что здесь она будет жить за счет Орловой. Орлова позднее из числа своих крепостных дала ей в помощь и глухую келейницу. Глухота келейницы служила гарантией тайны на тот случай, если Вера во сне или случайно скажет что-то, что может прояснить ее личность. О нахождении Веры в приюте для умалишенных Орловой сообщил, как она сама признавалась, кто-то из Петербурга, и она намекала своим друзьям, что знает, кто скрывается под именем Веры Молчальницы. (Интересно, что в поминальнике графини Орловой-Чесменской отсутствуют имена императора Александра I и его жены, с которыми та была хорошо знакома.)

Историк, граф М. В. Толстой, сообщал, что Веру в монастыре приняли враждебно, с крайне большой неохотой, отказывались до последнего от такой «гостьи», и даже сама игуменья ездила к петербургскому митрополиту Серафиму с просьбой выселить Молчальницу из монастыря. Но тот ответил: «Ах ты, дура-баба! Да скорее нас с тобой выгонят, чем ее; и вспоминать об этом не смей!»

Вера жила в отдельной келье-избушке, и, как уже выяснилось после ее смерти, избушка была – точной копией кельи Федора Кузьмича. Современники вспоминали, что в 1848 году Молчальницу посетил сам император Николай I. Он несколько часов «проговорил» с ней за закрытыми дверями (Молчальница давала ему письменные ответы), а выйдя из ее комнаты, сжег на лампаде листки с ответами.

* * *

Умерла Вера Молчальница 6 мая 1861 года.

В ее вещах нашли зашифрованные записки точно такого же вида, как и у Федора Кузьмича, листки с монограммами «ЕА» и «П», написанными чернилами и киноварью, позолоченный крестик и прядь белокурых волос…

Сырков монастырь в 30-х годах XX века был разрушен, могила Веры Молчальницы не сохранилась: по тому месту, где было монастырское кладбище, проложили дорогу. Уже в наше время для поклонения верующих восстановлено старое надгробие, но под ним никого нет.

А вот лежит ли чей-нибудь прах в могиле императрицы Елизаветы Алексеевны в Петропавловской крепости – неизвестно.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.