ОСТРОВ, ГДЕ СТУПАЛА НОГА БОГИНИ-НЕВИДИМКИ

ОСТРОВ, ГДЕ СТУПАЛА НОГА БОГИНИ-НЕВИДИМКИ

Остров Эгина в Эгейском море у берегов Греции буквально окутан древними легендами. Удивительно, что там сохранились мифы не только эллинов, но и первопоселенцев острова — пеласгов.

Когда автор был от журнала «Чудеса и приключения» в командировке в Греции, то после посещения Акрополя, мест раскопок Шлимана в Микенах, храма Посейдона, следующей целью стал именно остров Эгина, где за тысячи лет до греков главной богиней была таинственная девушка-невидимка Афея.

На этом небольшом клочке суши сохранились и другие следы пеласгов. Об этом народе упоминают многие древнегреческие историки. Современная наука причисляет его к индоевропейцам, близким по крови к фракийцам, ликийцам, лувийцам, фригийцам. Сам этот народ растворился в набегавших на Балканы волнах истории. И ныне он более загадочен, чем этруски.

* * *

Значительная часть линии метро от Афин до Пирея идет по поверхности. Из окна вагона можно увидеть, как прямо у рельсового пути работают археологи, откапывают что-то каменное. Впрочем, древних камней в Афинах полным-полно. Здесь же небольшая сенсация — открыто продолжение крепостной стены, идущей от площади Агоры и издревле называемой «стеной пеласгов», сложенной из мегалитических блоков. Ведь Афины основали именно пеласги за несколько тысячелетий до прихода греков на Балканы.

Первым в отечественной печати дал правильное название столицы пеласгов ученый и писатель Владимир Щербаков. Город-крепость назывался Пеласгион. Теперь, когда открыта западная часть его крепостной стены, стало ясно, что он был втрое больше, чем Афины эпохи Перикла.

Среди историков считается, что пеласги пришли из Малой Азии и сперва освоили острова Эгейского моря. Первой их крупной твердыней стал остров Эгина. Возвращаясь к исследованиям В. Щербакова, стоит упомянуть, что он доказал прямую родственную связь пеласгов с индоевропейскими племенами лелегов, карийцев и хеттов. А историки из МГУ утверждают их связь с древнейшей культурой Винча в Югославии и Болгарии, возраст которой около 8000 лет. Что касается неугомонных далантологов, то они приписывают приход пеласгов в Европу и Малую Азию с архипелага, затонувшего в Атлантике в одну бедственную ночь…

Храм Афеи на Эгине 

Так или иначе, но проблема еще достаточно сложная, загадочная, ибо крайне мало исследована. Побывав недавно в Греции, я решил во что бы то ни стало попасть на остров Эгина. Рейсы комфортабельных лайнеров из Пирея для туристов проходят так же регулярно, как речных трамвайчиков в Москве. Всем, кто устроился в шезлонгах на верхней палубе, раздают рекламные буклеты, где повествуется, что именно с этого острова начиналось освобождение Греции от турецкого ига.

В 1826 году его порт стал первой столицей свободной Эллады. Открылись первые школы, начал работать монетный двор. Это помнит каждый грек. И вот туристы сходят с лайнера на берег Эгины. Солнце яркое и жаркое, небо густой синевы. Вокруг масса новых впечатлений — рыбацкие лодки в гавани, белые домики на берегу с солнечными установками для выработки энергии, ряды осликов для прогулок по городу. Владельцы экологического транспорта в ожидании седоков переговариваются по радиотелефонам. Прогресс! Однако нас ждут автобусы. Предстоит пересечь Эгину с запада на восток — до храма местной богини Афеи, не входившей в пантеон греческих богов. Богиня была пеласгического происхождения, ее культ весьма древний. В VI веке до н.э. греки стали называть ее храм именем Афины Эгинской.

Автобус начинает петлять по узким улочкам, а гид, сказав, что ее зовут Дарья, на хорошем русском языке, но с чисто южной скороговоркой приступает к первому монологу. Выяснив предварительно, что об острове ее подопечные мало наслышаны, поясняет:

— С островом связано множество легенд. Зевс был чрезвычайно любвеобильным богом. Молодая прислужница Эгина родила ему сына Эака, которому громовержец подарил весь остров, приказав назвать его в честь матери. Подданные Эака были хорошими пахарями, мореходами, рыбаками, наемными вояками, участвовавшими в Троянской войне и в междоусобных баталиях между греческими полисами. Увы, пеласги в этой легенде не упоминаются.

Историк Павсаний сообщает, что остров дал Греции множество победителей Олимпийских игр, а также мудрецов, поэтов, скульпторов, умелых каменотесов. Геродот писал, что эгинские парусники привозили из Испании серебро, медь и олово, из Египта — фрукты и благовония, с Крита — оружие и украшения. Вывозили в Аттику рыбу, вино, мрамор, пурпурную краску по цене золота.

Про натуральный пурпур с Эгины все давно забыли. Сейчас остров вывозит одни фисташки, но во все страны Европы. Ореховые деревья тут повсюду. Они окружают византийские часовни, белые сельские дома, бесчисленные холмы, под которыми еще скрываются древние поселения.

Тем временем автобус проскакивает на большой скорости руины. Гид Дарья успевает объяснить, что это Палеохра — древняя столица острова, основанная пеласгами, но разрушенная позже турками. В Средневековье свою варварскую лепту внесли крестоносцы.

Через несколько минут автобус проезжает мимо руин более древнего города, созданного пеласгами, но остановка там не предусмотрена расписанием рейса. Дарья говорит, что во всем виновата наука, которая не знает даже названия этого догреческого поселения. Не дала она и вразумительного ответа на происхождение пеласгов, хотя в кратком виде признала, что греки-пришельцы многое у них заимствовали из приемов хозяйственной деятельности и выращивания плодов и пшеницы. Переняли пришельцы с Дуная и коневодство пеласгов.

Автобус ловко взбирается на очередной холм и останавливается на смотровой площадке. Вид открывается живописный. Внизу плантации фисташковых деревьев и виноградники, а вдали лазурное море. Гид спешит объяснить, что тут не только красоты эгейской природы, но и мировая история. Здесь произошла знаменитая морская Саламинская битва. Тогда Фемистокл разгромил персидский флот и повернул ход многолетней войны с персидскими завоевателями Эллады. Сами персы, кстати, не могли быть моряками, они наняли за трофейное золото коварных финикийцев. Однако греческие морские стратеги оказались хитрее и смелее. Их флот из 370 триер разбил армаду из 700 вражеских галер. В греческих храмах затем много столетий финикийцев предавали анафеме. Отметим, что именно эгинская флотилия сыграла решающую роль в разгроме флангов финикийцев. Эгинцы самоотверженно врезались в строй вражеских кораблей, ломали их весла, а довершали абордажем и работой тяжелых бронзовых мечей и боевых топориков. Фемистокл в своей речи в Афинах особо отметил роль храбрых воинов с Эгины.

Гид, окончив официальный рассказ о Саламинской битве, задумчиво смотрит на море и произносит свои мысли:

— Что было бы, если победили тогда персы со своими наемниками? Было бы восточное иго, и не было бы ни Парфенона, ни классической скульптуры, ни греческой поэзии. Могли рухнуть те самые корни богатой культуры, которые Греция передала всей Европе. И, может быть, сейчас все мы писали бы нечто вроде клинописных иероглифов…

По дороге к храму богини Афеи есть остановка у шедевра неоклассической архитектуры — храма Святого Нектария, средневекового чудотворца и знаменитого врача. Он до сих пор почитается в Греции, да и в мире тоже. Паломники приезжают из Чикаго, городов Австралии, Франции и Египта. Частые гости здесь и из русских монастырей. Святой Нектарий признан всеми христианами. По современным меркам он, конечно, был экстрасенсом, лечил наложением рук и заговорами против недугов. Но был еще и большим знатоком лечебных трав и минералов. Работал он в маленьком монастыре, основанном им самим. Постройки целы и сейчас, но скрыты за холмами.

Новый храм в честь святого старца высок, монументален, красив. Современные архитекторы постарались придать ему черты храма Святой Софии в Константинополе. Церковь смотрится великолепно со всех сторон. Паломников привлекает рака с мощами святого Нектария. Современная наука не отрицает, что серебряный ларец излучает мощную положительную энергию — весьма целительную.

И снова в дороге. Водитель включает радио, но когда ловится заокеанская роковая ритмика, резко переключает на другую станцию, передающую мелодические греческие песни. Да, в этой стране не любят западный шурум-бурум. Водитель делает оценку хитам: «Это прокисшее варенье на жженом сахаре, а вот русские “Очи черные” и “Калинка-малинка” у нас популярны и привлекательны для всех».

Приятно услышать такое в чужой стране!

Немного погодя гид начинает рассказ об истории острова. Оказывается, в глубокой древности в истории Греции был период, когда Эгина господствовала над Афинами и была главным полисом в Элладе. Островитяне победили союз Афин с другими городами — удельными княжествами и обложили всех тяжелой данью. Эгинский флот господствовал во всем Средиземноморье. Но храбрые эгиняне не были хорошими политиками, прозевали интриги и заговоры, не закрепили плоды своих побед и в результате были разбиты, а сам остров подвергся разграблению. С тех пор он — глухая провинция, остров монокультуры фисташек…

И вот впереди главная цель путешествия через остров — храм богини Афеи. Зона вокруг него объявлена заповедной. Сооружение уникальное, но раскопочные работы не ведутся — для Эгины не выделяются средства. Можно, конечно, привлечь иностранцев, но эгинцы давно относятся к ним настороженно. Недоверие к ним имеет исторические корни. Начали вывозить скульптуры и ритуальные украшения еще римские завоеватели, потом турки, но самое грубое мародерство проявили в начале XIX века итальянцы, англичане, французы, немцы. Все лучшее теперь в музеях Лондона, Мюнхена, Рима, Парижа. Вывозили целыми флотилиями мрамор и бронзу — произведения искусства.

К храму ведет каменистая тропа, вернее, к его руинам без крыши, скрытым пока за платанами, кипарисами и южными соснами. Храм, расположившийся на вершине холма, считается шедевром архитектуры, но не греческой. Он случайно не попал в канонический список семи чудес света, которые составляли римляне. Его высоко оценили римские хронисты.

Когда открывается весь вид на него, сразу чувствуется, что в нем есть сокровенная тайна веков, он отличается от традиционных древнегреческих культовых построек. Он строг по формам, меньше Парфенона, но он еще и двухэтажный! Тут первая загадка, эллины не строили подобных храмов. Но что-то возвышенное, торжественное, что могли заимствовать греки, в нем есть. Но это едва уловимо…

На широкой каменной дороге, проложенной к главному входу храма, туристам пересказывают древнюю легенду. Согласно местному мифу, Афея была простой крестьянской девушкой, красавицей, в которую влюбился царь Крита Минос. Спасаясь от его притязаний, она прыгнула со скалы в море. Но… попала в сети рыбака. Ее девичьи прелести возбудили спасителя, он стал срывать с нее мокрую одежду, но девушка вырвалась и убежала от него в лес в глубине острова. От усталости она уснула прямо на траве, а когда проснулась, то убедилась, что стала невидимой. Это произошло по воле пеласгических богов, которые тем самым скрыли от всех людей невиданную в тех краях красоту. Когда уже при греках островитяне стали девушку обожествлять, то назвали ее Афея, что и означает «невидимая». С VII века до н.э. ей поклонялись как главному божеству Эгины. Признали ее по всей Элладе. Но храм возвели пеласги из местного серого мрамора. Когда греки принялись вытеснять коренное население, они в центре первого этажа установили скульптуру Афины, а мрамор богато раскрасили по своей традиции. Ведь и Парфенон был покрыт яркими красками. В VI веке восточный фронтон эллины украсили рельефами со сценами Троянской войны, а западный — подвигами Геракла. Понятно, что шло целенаправленное исправление прежнего облика храма, который намного древнее Парфенона. А где эти рельефы сейчас?

История тут приключенческая. Первыми нагрянули итальянские авантюристы. В 1807 году, узнав, что остров лишен береговой охраны, а земля его полна легендарными кладами ахейских греков, они принялись за поиски. У крестьян выведали легенды об Афее и начали поиски ее храма. Перед итальянцами предстал холм, заросший мелким кустарником. Храм был скрыт под вековыми наносами пыли. Но авантюристы наняли турецких рабочих и уже через неделю убедились, что святилище Афеи разграблено. В нем не оказалось ни крупинки золота.

Авантюристы растрезвонили на всю Европу, что нашли на Эгине древний храм. Сами они утащили лишь остатки храмовой утвари — из керамики и алебастра. Но по их наводке на остров приехал представитель короля Людвига Баварского барон Халлерштейн. Его люди начали свои «раскопки», то есть стали просто выламывать все барельефы с фронтонов и тайно переправлять в Европу. В 1812 году Людвиг Баварский щедро оплатил старания барона — 70 тысяч золотых форинтов. Все добытое перевезено в королевские дворцы в Мюнхене. В 1942 году мюнхенскую коллекцию пополнили немецкие оккупанты острова, которые вели «раскопки» с помощью взрывов…

Служитель местного музея под открытым небом грустно добавил, что и сейчас нелегальный вывоз с острова археологических ценностей продолжается. Недавно греческие катера службы береговой охраны задержали близ берегов Эгины яхту английского бизнесмена — «черного археолога». Банкир встретил моряков выстрелами в воздух из автоматической винтовки. Но запутать пограничников не удалось. Судно обыскали и нашли груду амфор, глиняных статуэток и фрагментов скульптур и бронзовых украшений. Все эти предметы VI века до н.э. были конфискованы. Но англичанин наотрез отказался отвечать, где он их добыл…

Правда, редкости находят подчас не только на чужих яхтах. Недавно при случайных обстоятельствах рабочие, добывавшие песок близ руин одного из города пеласгов, наткнулись на гончарные печи со следами копоти. Сотрудники археологического музея из столицы острова откопали там остатки гончарной мастерской по изготовлению амфор и других сосудов. Оказалось, что тут целая фабрика с шестью большими обжигательными печами. Можно представить, что в древности здесь изготовили много тысяч амфор. Или вот другая случайная находка. При прокладке шоссе в самом центре острова открыли следы неолитического поселения. Анализ, проведенный в Германии, показал датировку — VI тысячелетие до н.э. Это нижний слой, а далее вверх идут десять стратиграфических уровней. Верхний из них — византийский. Все нижние — пеласгические. Увы, они лишь отмечены, сфотографированы, как куски слоеного пирога, но работы там не ведутся. Догреческое население Эгины остается до сих пор бесконечно загадочным…

На обратном пути в порт можно поразмышлять об увиденном. Почему города первопоселенцев острова не раскопаны? Ведь в каждом из них своя Троя! И почему храм Афеи оставил впечатление глубоко скрытой тайны? И не только потому, что он как бы нездешний. Это единственное здание, оставшееся от древнего народа, считающегося нашим праславянским родственником…

Кое-что, казалось, можно прояснить в местном археологическом музее близ порта. Но он оказался до обидного бедным как по количеству экспонатов, так и по их качеству. Есть, конечно, амфоры и вазы периода ахейских завоеваний, фрагменты скульптур и домашних божков V века до н.э. А где прежнее беломраморное великолепие? Ведь греки строили на Эгине свои дворцы и храмы в течение нескольких веков!

— В европейских музеях, — отвечает на такой вопрос экскурсовод. — Больше всего в Мюнхене. Городские власти отказываются вернуть даже малую часть награбленного.

Как бы отвечая на мой мысленный вопрос, экскурсовод говорит, что присутствие пеласгов на Эгине отражено в музее более чем скромно: несколько керамических сосудов — и все. Откопано чрезвычайно мало, но и оно увезено в запасники Афинского археологического музея, а также в Британский музей.

Да, пеласги, лелеги, карийцы несколько тысяч лет жили на острове. Многое у них заимствовали греки, культура которых при завоевании острова была гораздо ниже. Изучение этой проблемы продвигается весьма неторопливо, ибо никаких средств давно не выделялось. Но один памятник есть. Это храм богини Афеи. Нет сомнений, что греческие мастера переделывали его, скрывая следы более древней цивилизации, которую они задушили. Эллины привнесли дорические колонны, украсили фронтоны своими героями, но общий облик храма так и остался чужим для них. Тут во всем видна рука других архитекторов. Да и сам культ Афеи-невидимки, разумеется, не греческий по происхождению. Как ее называли сами пеласги, никто не берется сказать. Ведь это ахейцы превратили Афею в лесную нимфу, чтобы освободить место своей Афине.

Долгие годы официальная историческая наука продолжала называть двухэтажное здание храмом Афины Эгинской. Но это не прижилось. Сейчас даже в туристических путеводителях он называется храмом богини-невидимки Афеи, девушки из племени пеласгов. Местные жители, разумеется, христиане, но они верят, что Афея вскоре вернется из лесов, куда ее запрятали ахейцы, станет видимой и займет свое прежнее место. Тогда храм сам собою обновится, перестанет быть руинами и засверкает прежней роскошью.