Походный атаман всех казачьих войск

Походный атаман всех казачьих войск

27 мая состоялась встреча Дутова и начальника Главного управления по делам казачьих войск генерал-майора Б.И. Хорошхина с адмиралом Колчаком1998, и в тот же день оренбургский атаман приступил к исполнению своих новых обязанностей1999. Начальником штаба при Дутове стал Генерального штаба генерал-майор Г.Ф. Одноглазков. Первоначально штаб Походного атамана располагался в Екатеринбурге, однако позднее был перенесен в Омск.

11 июня 3-й очередной Войсковой Круг 105 голосами против 25 при 4 воздержавшихся высказался за допустимость совмещения Дутовым должностей Походного и Войскового атамана, что говорит о полной лояльности Круга Дутову даже в отношении столь деликатного вопроса как совмещение им нескольких должностей, вызывавшего в основном негативную реакцию в военных и правительственных кругах. На следующий день председатель Круга П.Х. Фомичев в знак протеста против этой, по его словам, «роковой ошибки» добровольно сложил свои полномочия2000. Однако никакой катастрофы по этому поводу не произошло. Новым председателем был избран А.М. Лукьянов.

Созданная специально для Дутова должность Походного атамана и генерал-инспектора кавалерии считалась в белом руководстве чуть ли не почетной отставкой, на это указывает и первоначальное расположение штаба Походного атамана в Екатеринбурге – вдали от центров политической жизни Белого Востока, однако, скорее всего, Колчак стремился просто зафиксировать не совсем понятный статус Дутова, уже давно находившегося в Омске, а после расформирования Отдельной Оренбургской армии остававшегося только оренбургским атаманом и явно терявшего в полномочиях. Новая должность Дутова соответствовала II классу «Табели о рангах» и, следовательно, была на одну ступень выше, чем III класс, к которому принадлежал Дутов по своему генерал-лейтенантскому чину.

Впрочем, С.А. Щепихин указал и другие мотивы нового назначения: «Атаман Дутов, личность архипопулярная, так и просится на первые роли – но его опасаются: сегодня он против Семенова, а завтра за; сам себе навязывает должность Походного Атамана всех казачьих войск…»2001.

Каковы же были права и обязанности Походного атамана? Во «Временном положении о Походном Атамане казачьих войск» говорилось, что:

«1) Должность Походного Атамана учреждается только на военное время. 2) Походный Атаман избирается Съездом представителей казачьих войск из генералов казачьих войск, выставленных кандидатами на эту должность Войсковыми Кругами или Войсковыми Правительствами казачьих войск, и утверждается в должности Верховной Властью. 3) Походный Атаман подчиняется непосредственно Главнокомандующему фронтом и пользуется правами Командующего Армией. Но в исключительных, не терпящих отлагательства случаях – по вопросам мобилизации и употребления казачьих частей согласно их особенностей службы и свойств Походному Атаману представляется право непосредственного письменного сношения с Верховной Властью, причем копии таковых сношений (рапортов, докладов и проч.) должны быть одновременно с сношением представляемы и Председателю казачьего Совещания (Начальнику главного управления по делам казачьих войск). 4) Походный Атаман – в отношении подчиненных ему строевых казачьих частей, Штабов и Учреждений, находящихся на театре войны – является Начальником с правами Командующего Армией в строевом и военно-административном отношениях, а также и по инспектированию частей – согласно существующих до сего правил. Все же военно-боевые (так в документе. – А. Г.) операции и задачи выполняются строевыми частями по распоряжениям общего командования на фронте. Таким образом, в круг ведения Походного Атамана входит общее наблюдение за боевой готовностью, благоустройством и своевременным удовлетворением всеми потребностями казачьих частей, обязанность осмотра и инспектирования их, а также право назначения на высшие строевые должности до командира полка включительно, но по предварительным соглашениям с Представителем Казачьего совещания (Главуказа) и с Войсковыми Атаманами тех войск, в строевых частях коих назначаются на должности начальствующие лица, а также тех войск, к войсковому сословию коих принадлежат эти лица. Примечание: За Командующим Армиями остается право в случаях несоответствия и выяснившейся непригодности к занимаемой должности Начальников строевых частей или совершения преступлений – экстренного отстранения их от должностей и временного замещения таковых соответствующими лицами казачьего сословия с уведомлением о том Походного Атамана. 92002. По отношению к строевым частям, находящимся в тылу, на территориях своих войск и стоящих в подчинении своих Войсковых Атаманов, Походному Атаману предоставляется право лишь инспектирования строевых частей, а также иметь общее наблюдение за боевой готовностью, благоустройством и своевременным удовлетворением всеми боевыми потребностями казачьих частей, действуя через Войсковых Атаманов и входя с ходатайствами к подлежащим высшим учреждениям и лицам. 10. Походный Атаман участвует в выработке операционных задач и планов Штаба Главнокомандующего фронтом. 11. Походному Атаману предоставляется право производства в чины за боевые отличия и награждения орденами в тех пределах, какие предоставлены Верховной власти – командующим Отдельными Армиями. 12. О результатах инспектирования и осмотра Походный Атаман представляет отчет о состоянии казачьих частей войск и представляет их Главнокомандующему фронтом. 15. Во время отсутствия Походного Атамана – по болезни, увольнения в отпуск, командировки и друг[их] причин – вступает во временное исполнение должности Помощник его, который в своей должности определяется на тех же основаниях, как и Походный Атаман – согласно ст. 2. сего Положения – одновременно с ним. 16. При Походном Атамане учреждается Штаб, определяемый особым штатом, утвержденным Верховной властью»2003.

Новый штаб Дутова был организован на широкую ногу. При штабе имелся обоз с походной кухней, 3 экипажами, 2 рессорными телегами, 2 легковыми автомобилями, грузовиком и 2 мотоциклетами (для Дутова и для его начальника штаба), в обозе по штату полагалось 99 лошадей. Всего в штабе числилось ни много ни мало 127 человек2004.

Не только Дутов пользовался поддержкой Колчака, но и самому Верховному Правителю была весьма полезна поддержка такого авторитетного военного и государственного деятеля, каким к лету 1919 г., безусловно, являлся Дутов. Сохранилось свидетельство, которое дорогого стоит. Гражданская жена Колчака А.В. Тимирева на допросе в иркутской губернской тюрьме 26 января 1920 г. показала, что Колчак отрицательно относился к атаманам Б.В. Анненкову и Г.М. Семенову и лучшего сравнительно с другими мнения был о Дутове2005.

29 мая Дутов выехал в Екатеринбург и далее в Пермь, чтобы выяснить обстановку накануне визита в город самого Колчака для урегулирования серьезного конфликта с командующим Сибирской армией генерал-лейтенантом Р. Гайдой2006. Накануне своего визита в Пермь Колчак рассматривал самые разные варианты решения этого конфликта, вплоть до силового, для чего взял в поездку свой конвой и приказал привести в состояние повышенной боеготовности находившийся в Екатеринбурге батальон охраны Ставки. Судя по всему, для мирного решения вопроса и сохранения престижа верховной власти Колчаку и потребовалось содействие Дутова в переговорах с Гайдой. Колчак посетил Пермь в ночь на 1 июня, видимо, на следующий день после приезда Дутова. Оренбургский атаман принял участие в переговорах с Гайдой, даже просил Колчака за мятежного генерала, чем способствовал компромиссному выходу из сложившейся ситуации2007. По неясным пока причинам Дутов поддерживал Гайду во многих вопросах и позднее2008.

2 июня Колчак, Дутов, Гайда и В.Н. Пепеляев выехали из Перми в Екатеринбург, где к ним присоединился Генерального штаба генерал-лейтенант М.К. Дитерихс, а уже 4 июня Колчак, Гайда, Дитерихс и Дутов вернулись в Омск2009. Тогда же в Омск прибыл и бывший командующий войсками Приамурского военного округа генерал-майор П.П. Иванов-Ринов. 6 июня Дутов на казачьем совещании доложил о положении на фронте2010.

Об их приезде помощник начальника штаба Верховного главнокомандующего Генерального штаба генерал-лейтенант барон А.П. Будберг писал: «…надо весьма опасаться, что эта политиканствующая троица (т. е. Гайда, Иванов-Ринов и Дутов. – А. Г.) устроит здесь какой-нибудь кавардак… наличие здесь (в Омске. – А. Г.) Дутова и Иванова-Ринова, в связи с острым подъемом казачьего значения, дают (так в документе. – А. Г.) благодатную почву для разных слухов и предположений. Политиканство и интриги глушат здесь, как бурьян, всю созидательную работу; все рвутся к власти; бедный Адмирал (Колчак. – А. Г.) действительно находится в каком-то пленении; как бы хотелось, чтобы он нашел в себе решимость собрать в одну кучу всех местных политиканов и выслать их из пределов Сибири подобно тому, как то было сделано с членами Директории. Я даже говорил с Акинтиевским2011, бывающим у Адмирала ежедневно с оперативным докладом, чтобы забросить Адмиралу идею о полезности и необходимости забрать Гайду, Дутова, Иванова-Ринова и полдюжины наиболее честолюбивых политиканов и отправить их за границу через Семипалатинск и далее, через пределы Китая; это сразу освежит Омскую атмосферу и даст возможность работать спокойно, избавив нас от всяких аспирантов, переворотчиков и жадных авантюристов, работа которых, по видимости как будто бы и в нашу пользу, вредит общему делу хуже всяких красных наступлений… Дутов, Иванов-Ринов и иже с ними носятся по городу и что-то махлюют. Бесконечно тяжело все это, противно и навевает самые грустные мысли…»2012 К сожалению, генерал Будберг, увлекшись оскорблениями, совершенно не поясняет причины столь резких высказываний, в частности, в адрес Дутова. Другой мемуарист отмечал, что в Омске всем заправляли Дутов, Дитерихс и Иванов-Ринов2013.

Не исключено, что Колчак внял советам и по этой причине отправил Дутова в командировку на Дальний Восток, о которой пойдет речь ниже. С 8 июня 1919 г. секретарем Дутова стал барон Андрей Андреевич Будберг2014. В июне в Омске при участии Дутова проходил Чрезвычайный съезд представителей казачьих войск. Оренбургское казачье войско на съезде представляли также генерал-майор Н.С. Анисимов и полковник М.П. Шмотин2015. 26 июня Верховный Правитель адмирал А.В. Колчак выразил желание сформировать Сводно-казачий полк и иметь его в своем личном подчинении, а кроме того, позволил Дутову также сформировать при себе казачий полк (1-я и 2-я сотни – оренбургские, 3-я – уральская, 4-я – сибирская, 5-я – забайкальская, 6-я – сводная (семиреки, астраханцы, амурцы, уссурийцы, енисейцы и иркутяне)2016.

8 июня 1919 г. Дутов выехал из Омска в инспекторскую поездку по казачьим войскам Дальнего Востока, где руководил борьбой с партизанским движением, а также налаживал взаимоотношения между верховной государственной властью и местными атаманами Г.М. Семеновым, И.П. Калмыковым и И.М. Гамовым, ориентировавшимися в своей политике на Японию. Цель поездки сам атаман определил как «инспекцирование войск, ознакомление на местах с размерами большевистского движения и, в качестве походного атамана, личное знакомство со всеми казачьими войсками, их правлениями и также с постановлениями войсковых правлений и настроением населения»2017. Поездка Дутова стала заметным событием военно-политической жизни Дальнего Востока того времени. Даже руководители Белого движения считали дальневосточную атаманщину крайне вредным и опасным для общего дела явлением. Думается, этот термин имеет отношение в первую очередь к дальневосточным казачьим атаманам, проводившим собственную политическую линию. Однако документы свидетельствуют, что отдельные проявления атаманщины были присущи всем казачьим войскам, обусловливались особенностями казачьей психологии и политики. Атаманщина негативно сказалась на состоянии белого тыла, влекла за собой казачий сепаратизм, вызывала озлобление местного населения против белых, которое связывало местный безудержный произвол2018 с политикой государственной власти. Наконец, именно из-за атаманщины белый Восточный фронт не получил с Дальнего Востока в 1918–1919 гг. ни одной воинской части, тогда как подкрепления были бы совсем не лишними и могли переломить ситуацию. В этой связи миссия Дутова, авторитетного казачьего руководителя, имела огромную значимость.

Как вспоминал И.И. Серебренников, «следующая после Уфимского Совещания встреча моя с атаманом А.И. Дутовым состоялась в Чите летом 1919 года, в кафе гостиницы Селект. Это была встреча мимолетная, мы обменялись лишь несколькими словами – и разошлись, чтобы никогда уже не встретиться больше»2019.

14 июня атаманом Семеновым в честь Дутова был устроен торжественный обед, на котором присутствовали и японские представители. Семенов сказал: «Счастлив принимать у себя такого гостя, как атаман Дутов, счастлив еще более, что на обеде имеют возможность присутствовать также представители дружественной нам державы Японии. Был бы очень рад, если присутствие здесь атамана Дутова и генерала Оба послужило лишним случаем укрепить дружественные отношения с Японией»2020. Крики «ура» и «банзай» огласили помещение. С ответным словом выступил Дутов, присоединившийся к высказыванию Семенова и приветствовавший его. После этого Семенов предложил тост за здоровье атамана Дутова и прибывших с ним гостей. Дутов поднял бокал за Семенова. Далее через переводчика выступил японский генерал-лейтенант Оба, который сказал: «…В Японии нет ни одного грамотного человека, который не знал бы генерала Дутова. Плодотворная, полная отверженности, работа генерала Дутова в борьбе с большевиками укрепляет уверенность, что Россия имеет честных людей (знатных дворян2021), которые выведут Россию на свою дорогу»2022.

В Чите с 14 июня Дутов участвовал в работе 3-го Войскового Круга Забайкальского казачьего войска. Он выступил перед депутатами Круга с речью, обрисовав положение Белого Востока. В ответной речи забайкальский атаман Г.М. Семенов в очередной раз пообещал отправить на Восточный фронт часть своих войск.

На следующий день Круг вынес постановление о мобилизации в помощь Уральскому фронту2023, однако оно так и осталось на бумаге. Дутов участвовал в проводах на фронт бывшего начальника читинской городской милиции, оренбургского казака Г.Т. Крохалева, тогда же был осуществлен сбор пожертвований на восстановление сожженных станиц (для этой цели образован даже специальный комитет, еще один комитет собирал деньги в помощь оренбуржцам на фронте, причем в первый же день было собрано 40 000 руб., после этого порыв читинцев заметно охладел), а затем около 18 часов атаман встретился с делегацией читинского Клуба национального возрождения. На основе высказываний Дутова дальневосточные журналисты сделали вывод о поверхностном знании Омском ситуации на Дальнем Востоке. В Чите Дутов выступил с лекцией об истории борьбы оренбургских казаков с большевиками, однако по непонятным причинам местным офицерам было запрещено присутствовать на лекции, что дало повод для ерничанья журналистов по поводу «неблагонадежности» Дутова в понимании читинских властей2024. Далеко не всем понравилось высказывание Дутова о том, что он своим высоким положением обязан его Величеству русскому народу2025.

Оренбургский атаман изначально собирался из Читы 19 июня выехать в Омск, но в связи с изменившимися обстоятельствами отправился накануне вечером в сопровождении выделенной Семеновым охраны через Хабаровск в Приморье. В последний день Дутов вновь встретился с японским генералом Оба. Между прочим, во время состоявшегося тогда же торжественного обеда русскую делегацию научили пользоваться японскими палочками.

В дороге Дутова встречали почетные караулы на станциях Даурия и Маньчжурия. На одном из разъездов атаман познакомился с американским инспектором Забайкальской железной дороги и обсудил с ним состояние и перспективы железнодорожного дела. Атамана очень интересовала возможность сооружения новых железных дорог на территории Оренбургского войска. Дутов в своей беседе проявил деловую хватку и получил от американца адреса нескольких лиц, которые могли быть заинтересованы в работе на войсковой территории. Как отметил в своем дневнике секретарь атамана А.А. Будберг, «надо удивляться… удивительной разносторонности дарования А.И.Д. Когда я слушал его деловую беседу с американцем, как-то трудно было представить себе, что это говорит профессионал военный, а не ловкий крупный коммерческий делец»2026. Далее путь лежал через территорию Маньчжурии. В пути Дутов продолжал получать почту и информационные сводки.

22 июня Дутов встретился с полковником Араи – начальником японской продовольственной базы – и высказал ему признательность за помощь японцев Белому движению2027. 23 июня он прибыл в Гродеково, где завершал свою работу 7-й Войсковой Круг Уссурийского казачьего войска (открылся 18 июня). Здесь Дутов встретился с атаманом Калмыковым. 24 июня уссурийские казаки пожаловали Дутову звание почетного старика станицы Гродековской2028. На Круге был затронут вопрос о посылке войск на Восточный фронт, но точно так же, как и в Чите, ничего, кроме обещаний, Дутов не добился. После Круга Дутов совершил поездку по Уссурийскому войску и осмотрел расквартированные там части. В ночь на 25 июня Дутов и Калмыков выехали в Никольск-Уссурийский. Поезд атаманов и бронепоезд сопровождения несколько раз останавливались для исправления разобранного местными партизанами пути, причем пять раз подвергались обстрелу. Никто при этих обстрелах не пострадал. Несмотря на то что нападения, скорее всего, были инсценированы самим Калмыковым2029, Дутов согласился с доводами уссурийского атамана о невозможности при столь широком размахе партизанского движения перебросить какие-либо части с Дальнего Востока на Восточный фронт.

26 июня Дутов и Калмыков добрались до Владивостока. Газета «Голос Приморья» писала в те дни: «А.И. Дутову не раз ставили в упрек его совместную работу с различными по политическому облику кругами, но тот, кто ближе знает его, никогда не поставит ему этого в вину. А.И. Дутов в деле воссоздания родины совершенно беспартиен. Он работал в свое время с правительством Керенского, пока была хоть какая-нибудь надежда, что таковое доведет страну до Учредительного собрания; он работал совместно с самарским комитетом до тех пор, пока комитет не занялся вновь разложением армии; он работал неутомимо и с теперешним омским правительством, каковое первый признал за единую верховную власть. В борьбе с большевиками в Оренбурге атаман Дутов работал в декабре 1917 года с комитетом [спасения] родины и революции, состоявшим, главным образом, из эсеров, но пользовался одновременно и громадной поддержкой со стороны торгово-промышленного класса и умеренных групп населения. По занятии в июне 1918 года города Оренбурга А.И. Дутову пришлось иметь все время под боком вновь избранную городскую думу во главе с социалистической управой…»2030 Находясь во Владивостоке, Дутов 27 июня с 17 до 19 часов побывал на заседании биржевого комитета (председатель – К.К. Сабардин) и, как обычно, поведал об истории борьбы оренбуржцев2031. Деятели комитета приняли решение закупить предметы первой необходимости на сумму в 200 000 руб. и отправить их оренбургским казакам.

28 июня атаман встретился с командующим войсками Приамурского военного округа генерал-лейтенантом Д.Л. Хорватом, комендантом владивостокской крепости полковником Х.Е. Бутенко, представителями союзников генералами А. Ноксом, У. Гревсом, Иохио и Хагино, а также управляющим Приморской области М.М. Эверсманом2032.

29 июня Дутов и Калмыков выехали в Хабаровск. В эти дни оренбургский атаман запросил разрешение адмирала Колчака задержаться на Дальнем Востоке для ликвидации партизанского движения. 1 июля 1919 г. со станции Евгеньевка Уссурийской железной дороги он послал телеграмму Колчаку и в МВД: «Никаких мер к охране мостов на дороге не принято. Исправление делается только по приказу военных властей военными силами. Полное бездействие власти вообще, а железнодорожной в частности. Взял на себя инициативу исправлять дорогу угрозами, неотступными требованиями, исправлен путь у Евгеньевки [на] Кустанай (? так в документе. – А. Г.). Всякое промедление и миндальничание приведет к большим последствиям. Прошу в случае разрешения подчинить все войска русские, находящиеся в Гродеково, Никольске-Уссур[ийском] и Хабаровске, а также на жел[езной] дороге между ними. Американцы ничего не сделают, кроме вреда. Еду в два дня. Дорожных мастеров мало на линии, необходимо усилить. Большевиков здесь боятся, борьба с ними труда не представляет, если прикажете, я возьму на себя очистку полосы от шаек, прошу только разрешения применить те же меры, которые мною были приняты в Хабаровске № 1118. Генерал-Лейтенант Дутов»2033.

Документ свидетельствует о решимости Дутова и негативной оценке им деятельности американцев на Дальнем Востоке. Кроме того, из этой телеграммы можно сделать вывод о том, что идея временно подчинить Дутову все русские войска в Приморье принадлежала самому атаману, а не Колчаку. Последний лишь издал приказ, удовлетворив просьбу атамана. Этот факт может говорить и о влиянии Дутова на военно-политические решения Верховного Правителя.

В Спасске атаман осмотрел авиационный парк и наблюдал за полетами. На последовавшем торжественном обеде Дутов поблагодарил чинов гарнизона и выразил уверенность в успешном развитии и процветании авиационного дела в России.

4 июля в 12 часов Дутов и Калмыков прибыли в Хабаровск. На вокзале для встречи был выставлен почетный караул местного гарнизона с оркестром 36-го Сибирского стрелкового полка и Особого Уссурийского отряда атамана Калмыкова. Присутствовали русские и японские офицеры, а также представители городских организаций. Состоялось посещение кадетского корпуса и размещенного в его здании Хабаровского атамана Калмыкова военного училища. В тот же день оренбургский атаман выступил перед депутатами хабаровской городской думы с речью о борьбе оренбуржцев с большевиками и о государственных задачах России. В своем выступлении Дутов сказал: «Почему крестьянство шло за мной, это должно быть понятно: я всегда и везде открыто говорил, что Россию нужно спасать собственными руками. Далее меня спрашивали: почему вы деретесь, когда вся Россия против вас? Я отвечал: не верю, чтобы 180-ти миллионный народ шел против нас, не верю, чтобы он сам задушил себя, верю, что народ проснется, взглянет на действительность и, ужаснувшись своего безумия, совершит чудеса… Я полагаю, граждане, что пройдет еще 2 года, русский народ построит свое государство на костях и крови лучших сынов своих, закрепит его величие и поймет, что мощь его заключается в русской армии, которая будет предметом гордости русского народа. Западные народы, пережившие войну, не испытали большевизма в той мере, как это выпало на долю России, и через два года мы посмотрим, кто будет сильнее… Первыми учли это наши ближайшие соседи и союзники и потому-то они бескорыстно помогают нам… У большевиков все заводы и большая сеть железных дорог, благодаря которым им легко маневрировать. У нас этого нет, – зато есть твердый дух и вера. Сейчас большевики бросили все силы на Уральский фронт, но в это время армия ген[ерала] Деникина взяла Камышин, Царицын и Харьков и приближается к Воронежу!.. Отвлекая на себя большие силы красных, мы этим даем возможность двигаться Деникину. Нам все равно, кого будут вперед приветствовать в освобожденной России. Здесь не может быть мелкого честолюбия и тщеславного эгоизма. Я думаю, что количество орденов не всегда указывает на количество заслуг. В нашей армии орденов не носят (имелась в виду бывшая Отдельная Оренбургская армия. – А. Г.). Самая дорогая награда будет тогда, когда русский народ скажет нам за себя – «спасибо»…»2034

На заседании присутствующим удалось собрать 50 000 руб. для оренбургских казаков. На следующий день в честь Дутова был организован торжественный обед. Из Хабаровска Дутов намеревался отправиться в Благовещенск, а затем возвратиться с Дальнего Востока в Новониколаевск, однако эти планы вновь сорвались.

Небезынтересно, что, несмотря на забастовку железнодорожников на Дальнем Востоке летом 1919 г., поезд Дутова следовал без задержек, что сами железнодорожники объясняли уважением к казачеству2035. 6 июля атаман на пароходе «Джон Коккериль» отплыл по Амуру из Хабаровска в Благовещенск. Его провожали представители городского самоуправления и журналисты, а также почетный караул с оркестром от отряда Калмыкова. На следующий день, 7 июля, Дутов из села Помпеевка Амурской области издал приказ о своем вступлении на основании приказа Колчака от 6 июля в командование всеми русскими войсками, расположенными в городах Хабаровск, Никольск-Уссурийский, Гродеково и в полосе железной дороги между этими городами2036. Генерал-квартирмейстеру штаба Приамурского военного округа Генерального штаба генерал-майору Н.И. Ефимову в Хабаровске предписывалось выделить Дутову 100 000 руб. на проведение мобилизации. 8 июля Дутов распорядился соорудить на станции Евгеньевка бронеплощадку, залив цементом обычную платформу, атаману Уссурийского казачьего войска генерал-майору И.П. Калмыкову, назначенному заместителем Дутова и начальником хабаровского гарнизона, последний приказал прислать для бронепоезда орудие2037. Тогда же Дутов обратился к местному населению: «От имени Верховного Правителя объявляю полное прощение всем насильно мобилизованным в Красную армию при условии немедленного перехода к нам. Добровольцам же красноармейцам могу простить их заблуждение только при условии выдачи своих комиссаров… Граждане! Я знаю, что все суровые приказы не нравятся вам, но мне, борющемуся за свободу и счастье России, за установление порядка и правильного исполнения законов вот уже почти два года, к сожалению, пришлось убедиться, что только суровыми мерами можно добиться точного исполнения всех распоряжений в столь тяжелое время»2038.

Дутов высоко отозвался об уссурийском атамане Калмыкове: «Человек очень достойный, честный русский патриот и хороший русский офицер… скромен в своей личной жизни… живет в одной комнате со своими ординарцами. У него нет личных средств»2039. Тем не менее Омск не утвердил назначение этого «очень достойного» человека заместителем своего эмиссара Дутова, в результате Дутову пришлось назначить себе заместителем Генерального штаба генерал-майора Н.И. Ефимова. Впрочем, в своих действиях он по-прежнему опирался на Калмыкова.

Оренбургский атаман развил бурную деятельность по ликвидации партизан – отдал приказ о мобилизации лошадей и повозок в Хабаровском уезде, 8 июля объявил железную дорогу Хабаровск – Никольск-Уссурийский на осадном положении, при котором все служащие приравнивались к мобилизованным.

В Благовещенске Дутов произвел смотр Амурской казачьей бригады. 11 июля атаман выступил перед представителями городских организаций. Как обычно, Дутов рассказывал об истории своей борьбы с большевиками, причем безбожно врал, без зазрения совести выплескивая на головы неосведомленных слушателей байки о том, как накануне оставления Оренбурга в январе 1918 г. он якобы ходил в атаки во главе мобилизованной за два дня 17-тысячной конницы и отогнал большевиков на 200 верст от Оренбурга2040. Непонятно одно, неужели аудитория была настолько наивна, чтобы все это воспринимать всерьез?!

12 июля Дутов из Благовещенска телеграфировал Колчаку о необходимости выдать двухмиллионную ссуду Амурскому казачьему войску на «заготовку предметов первой необходимости [в] дополнение [к] уже отпущенному весной сего года одному миллиону рублей, какового не хватило [на] заготовку одного только сноповязательного шпагата, ходатайствую [о] немедленном отпуске Амурскому войску этой ссуды, иначе население останется [к] закрытию навигации без обеспечения самыми необходимыми продуктами и предметами»2041. Принял он сторону казаков и в тяжбе Амурского войска с Амурским водным управлением за пароход «Благовещенск»2042. Разумеется, подобные во многом популистские шаги способствовали росту авторитета Дутова как казачьего лидера.

14 июля Дутов вернулся в Хабаровск и вступил в командование войсками Хабаровского района, причем лично руководил подготовкой контрпартизанских операций. В Хабаровске Дутов встретился с представителями Комитета Союза возрождения России на «деловой чашке чая»2043. Особенно сильным партизанское движение было в Южном Приморье и Амурской области. Полагаясь на свой боевой опыт, Дутов надеялся в течение полутора месяцев покончить с партизанским движением в регионе. План Дутова заключался во временной (на три недели) мобилизации уссурийских казаков и создании из них нескольких ударных групп. Он считал необходимым вести широкую пропаганду и одновременно осуществлять конные рейды, ввести контроль на транспорте и путях сообщения, усилить милицию2044. Мобилизация прошла весьма успешно – походному атаману удалось мобилизовать до 6000 казаков Гродековского, Полтавского и Платоно-Александровского станичных округов Уссурийского казачьего войска – почти всех, способных носить оружие2045. Боевые действия в июле – августе развернулись по всему Приамурью. Войсками Гродековского района Дутов командовал лично. В результате партизанам был нанесен ощутимый удар. Впрочем, успех, достигнутый благодаря мобилизации значительного числа войск, оказался временным – уже осенью 1919 г. начался новый всплеск партизанского движения.

Как один из основоположников Белой борьбы и признанный лидер казачества Дутов повсюду встречал радушный прием. Успехи кружили голову, и во время своей дальневосточной командировки атаман начал активно давать интервью и писать общественно-политические и нравоучительные статьи в дальневосточные газеты под заголовком «Мои наблюдения». Существует по меньшей мере две публикации такого рода. Это статьи «Мои наблюдения о японцах» и «Мои наблюдения о русской женщине»2046. В первой статье, которую Дутов написал 17 июля, он ставил японцев в пример русским за их выправку, дисциплинированность, скромность, трудолюбие, любовь к детям и писал, что «народ, любящий армию и солдат, прекрасно в ней служащий, – всегда и везде будут заслуживать только уважение»2047. Во второй статье, написанной 12 июля в Хабаровске, но опубликованной после более поздней статьи о японцах, Дутов привел примеры жертвенности женщин, начиная с античных времен и заканчивая женскими батальонами 1917 г., и патетически заключил: «Русские женщины! Страна ждет от вас подвига»2048. Дутов рассуждал в печати и о международном положении Дальнего Востока. По его мнению, намечалось сближение русских с японцами в связи с идеей союза Японии с Россией в возможной войне против Северо-Американских Соединенных Штатов. Росла поддержка американцев. Китайцы были безразличны, а монголы все больше тяготели к России2049.

График работы Дутова, проживавшего в гостинице «Эспланад», в те дни был следующим: 9—11 часов – прием частных посетителей, 11–14 часов – доклады чинов штаба, 17–19 часов – прием официальных лиц по гражданскому управлению, 19–20 часов – прием представителей печати и общественных организаций2050.

В Хабаровске 26 июля Дутов издал прощальный приказ-обращение к забайкальским, амурским и уссурийским казакам:

«Станичники забайкальцы, амурцы и уссурийцы! К Вам мой приказ. Ваша ревностная, честная и бескорыстная служба родине на глазах у всех. Не мне ее отмечать, она оценится народом русским, запишется в его историю и оценится всем казачеством. Мое слово одно – продолжайте ваше дело помощи России, исполняйте свой долг до конца. Приказываю всем станичникам, станичным атаманам, командному составу оказывать всякое содействие гражданским властям края и областей при обращении к вам за помощью. Они также служат родине и их работа нужна государству. Ваша прямая обязанность, как представителей военной мощи России, помочь всем до оружия включительно.

Бросим бывшие трения, недовольство друг другом и в тесном русском единении будем творить общее дело и строить новую Русь. Все приказы командующего войсками и его указания в борьбе с большевиками исходят от имени центральной власти, всеми нами признанной, а потому нам, казакам, щеголявшим всегда разумной воинской дисциплиной, эти приказы надо исполнять особливо тщательно и быстро. Все же приказы командующего войсками округа в деле борьбы с большевизмом обычно исходят из желания облечь эту борьбу в единый план, в единство действий, а потому требую отзываться на призыв командующего войсками также, как вы отзываетесь на мой, атамана походного. Сыны мои, станичники дорогие, батько ваш худого не посоветует, а потому к единению, дружбе и общей работе на благо всего государства и призываю вас. Желаю удачи и здоровья»2051.

29 июля в печати было объявлено о предстоящем отъезде Дутова2052. По сведениям на 30 июля, он уже выехал в Омск. С отъездом Дутова масштабы борьбы с партизанами значительно уменьшились. Основным итогом поездки Дутова стала, по мнению хабаровского историка С.Н. Савченко, переориентация Колчака на сотрудничество с местными атаманами в борьбе с партизанским движением. Избранный курс объективно усиливал значение казачества в политике Колчака. Сами атаманы постарались продемонстрировать свою полную лояльность Верховному Правителю, однако так и не дали ни одной части на Восточный фронт. Кроме того, Дутов, как представитель Колчака, лично убедился в затруднительности подобной поддержки2053.

4 августа Дутов из Благовещенска прибыл в Читу, собираясь отправиться оттуда в Иркутск, на съезд Иркутского казачьего войска. Небезынтересно, что в ходе поездки Дутов на пограничной станции Маньчжурия встретился и беседовал с Р. Гайдой, содержание этой беседы генералов неизвестно2054.

В качестве Походного атамана Дутов назначал на различные должности и производил в следующие чины казачьих офицеров, причем большинство назначений и производств касалось офицеров-оренбуржцев – т. е. его собственных выдвиженцев. Это можно объяснить и тем, что он, быть может, не хотел активно вмешиваться в дела других казачьих войск. Дутов в своих приказах заботился о своевременном и законном производстве и награждении офицеров казачьих войск, также участвовал в разрешении различных спорных ситуаций. В поездке по Дальнему Востоку его сопровождали штаб-офицер для поручений войсковой старшина К.С. Новокрещенов, личный адъютант войсковой старшина П.Ф. Чеботарев (в 1919 г. Колчак утвердил его производство сразу в два чина) и два ординарца – подъесаул Н.К. Сережников (астраханец) и сотник Кармилов (сибирец), а также подпрапорщик 2-го Уфимского железнодорожного батальона Романов.

Небезынтересно, что связь с Дутовым в 1919 г. пытались поддерживать представители Юга России. В марте 1919 г. в штаб А.И. Деникина прибыл генерал-майор М.Н. Бородин из Уральского казачьего войска. В связи с его приездом отдел иностранных дел донского правительства заинтересовал вопрос о том, как можно проехать к Дутову. Удивительно, что донское правительство у генерала-уральца интересовалось почти исключительно сведениями не об Уральском, а об Оренбургском войске. От Бородина удалось выяснить, что:

«1) После занятия Оренбурга советскими войсками всякая связь с Адмиралом Колчаком и Сибирью прервана, почему он лишен возможности сообщить что-либо о положении дел на фронте армии Колчака и Дутова. Вооруженные силы Колчака он исчисляет: Действующую Армию (здесь и далее подчеркнуто в документе. – А. Г.) в 100 000 человек (состоит из добровольцев, чехословаков и союзников) и резерв Армии в 200 000 человек (мобилизованных) хорошо вооруженных и снаряженных, которые теперь обучаются и будут готовы для военных действий к началу весны.

2) Оренбургские казаки в большинстве сочувствуют большевикам. Атаман Дутов особою популярностью не пользуется и где он находится после занятия Оренбурга большевиками точно неизвестно. По предположениям он находится на станции Актюбинской.

3) Уральская Армия представляет силу в 20 000 человек (17 конных полков, 1 пеший полк и 2 дивизиона). После очищения Уральска от большевиков вся эта Армия продвинулась к западу от Уральска и неделю тому назад была расположена в 40 верстах у станции Переметной, имея небольшой отряд, 2 дивизиона, в Гурьеве.

Настроение Уральцев антибольшевистское. Признают единую, неделимую Россию, но не желают, чтобы нарушился их прежний уклад жизни. Уральцы поедут и за пределы области, куда угодно, но только не все, а 6 полков, сформированных из молодых казаков. Командует Армией Генерал-Лейтенант Савельев. Управляет войском войсковое Правительство под общим руководством и наблюдением Войскового Круга. Атаман еще не выбран, но уральцы считают, что без Атамана жить нельзя, а потому предстоят выборы.

Генерал Бородин полагает, что Адмиралом Колчаком сделаны были две ошибки: первое – это подчинение первоначально уральцев генералу Дутову2055, против чего они протестовали, и Адмирал Колчак должен был отменить свое распоряжение, подчинив уральцев непосредственно себе, на что последние охотно согласились, и вторая – заключавшаяся в том, что Адмирал Колчак назначил было в уральское войско Наказного Атамана по своему выбору, который, однако, уральцами принят не был, почему и это распоряжение было отменено…»2056

Надо сказать, что на этом и некоторых других примерах можно видеть довольно слабую и искаженную осведомленность белого Юга о событиях на Белом Востоке. На имя атамана с поручиком Юматовым, прибывшим на юг от Колчака и собиравшимся ехать обратно, 1 июля 1919 г. был передан пакет начальника канцелярии совета управляющих отделами донского правительства Генштаба полковника А.И. Бабкина (окончил академию на год позже Дутова и, возможно, был с ним знаком).

4 августа ожидалось прибытие Дутова на Чрезвычайный казачий Круг Иркутского войска2057. Дутов должен был принять участие в разрешении конфликта между Войсковым атаманом Иркутского казачьего войска генерал-майором П.П. Оглоблиным и командующим войсками Иркутского военного округа Генерального штаба генерал-лейтенантом В.В. Артемьевым, арестовавшим иркутского атамана за самоуправство.

Предыстория этого дела была такова. Атаман Оглоблин боролся за официальное признание Иркутского казачьего войска. Правительство узаконило статус войска 10 июня 1919 г. После этого Оглоблин, неадекватно понявший свое новое положение, решил подчинить себе Иркутский казачий полк, входивший в состав Сводной казачьей бригады генерал-майора И.Ф. Шильникова. Через голову последнего Оглоблин решил тайно сменить командира полка, назначив вместо полковника П.И. Войлошникова оренбуржца полковника А.Г. Бычкова. Разумеется, подобное беспардонное вмешательство представителя гражданской администрации (хотя и с правами командира отдельного корпуса) встретило резкий отпор как со стороны командира бригады, так и со стороны командующего войсками округа. В начале июля 1919 г. Оглоблин и некоторые другие представители казачьей администрации были арестованы. 28 июля в Иркутск прибыла следственная комиссия под председательством Генштаба генерал-лейтенанта В.В. фон Нотбека для расследования инцидента, подтвердившая обоснованность обвинений в отношении Оглоблина.

Приезд Дутова в этой обстановке был совершенно некстати. Очевидно, что атаман симпатизировал своему же оренбуржцу Бычкову и близкому по положению «брату»-атаману Оглоблину. Толком не разобравшись в ситуации, Дутов заявил себя сторонником Оглоблина. На вокзале для встречи оренбургского атамана был выстроен почетный караул иркутских казаков. Среди встречавших был генерал-майор И.Ф. Шильников, которого Дутов знал еще по 1917 году, когда Шильников был его заместителем на 2-м общеказачьем съезде. Тем не менее Дутов в связи с делом Оглоблина демонстративно не подал Шильникову руки2058. Тогда же Походный атаман разрешил Шильникову сдать командование бригадой Генштаба полковнику Попову. По всей видимости, не без содействия Дутова Оглоблин был освобожден из-под ареста. На мой взгляд, Дутов в этом незначительном, но весьма показательном эпизоде ярко продемонстрировал свою подлинную сущность, выразившуюся в ситуативном, а не абсолютном отношении к воинской дисциплине, в приоритете личных предпочтений и привязанностей над приказами.

В дальнейшем, уже по приезде в Омск, Дутов ознакомился с материалами расследования комиссии Нотбека, а также с позицией Колчака по этому вопросу и нашел в себе силы признать собственную неправоту и попытаться восстановить справедливость. Став командующим армией, Дутов приблизил к себе обиженного им Шильникова, назначив его своим чрезвычайным уполномоченным по охране общественного спокойствия и государственного порядка в Тургайской области. Позднее Шильников получил крупную для генерала – неоренбуржца должность командующего I Оренбургским казачьим корпусом и принял участие в Голодном походе.

12 августа Дутов возвратился из своей поездки по Дальнему Востоку в Омск. По итогам поездки был составлен обширный отчет, хранящийся в настоящее время в Центральном архиве ФСБ. В отчете говорилось о благоприятном впечатлении, произведенном на Дутова японцами, и неблагоприятном – американцами, войска которых, по его мнению, отличались разнузданностью. Их солдаты, «получая очень большое жалование, пьянствуют, развратничают и дебоширят. К стыду русских женщин, надо отметить, что некоторые из них, прельщенные американским золотом, бросают свои семьи ради них»2059.

По приезде в Омск атаман посетил заседание 5-го Чрезвычайного Войскового Круга Сибирского казачьего войска, рассказал о своей поездке и фотографировался с депутатами2060. 14 августа в Омске казаками был устроен торжественный обед в честь чехословаков, Дутов и другие видные деятели казачества произносили речи. Мемуарист записал: «На душе грустно было. Веет что-то большевизмом»2061. Имелись в виду ассоциировавшиеся с большевиками бесконечные митинги. В этот же день к Дутову прибыл курьер от донского атамана Генерального штаба генерал-лейтенанта А.П. Богаевского есаул Стариков2062.

Летом 1919 г. в политической жизни востока России значительно усилилась роль вождей казачества, стремившихся оказывать влияние на политические и военные вопросы. Казаков в связи с продолжительным отступлением белого Восточного фронта как в обществе, так и в правительственных кругах считали фактически последней надеждой2063. Очень скоро, однако, стала очевидна призрачность этой надежды.

19 августа в Омске открылась Чрезвычайная конференция представителей девяти казачьих войск (Уральского, Оренбургского, Сибирского, Семиреченского, Енисейского, Иркутского, Забайкальского, Амурского и Уссурийского) под председательством генерал-лейтенанта П.П. Иванова-Ринова. На предварительном заседании, прошедшем накануне, конференция была признана аналогичной Войсковому Кругу, Дутова избрали ее почетным председателем2064. На заседании 21 августа Ивановым-Риновым было сделано громкое политическое заявление о том, что конференция является оппозицией верховной власти. «…наша задача – добиться также полной реконструкции Правительства и очистить ВЕРХОВНОГО ПРАВИТЕЛЯ от окружающей его камарильи», – заявил он2065. Дутов поддержал эту точку зрения, отметив приниженное и подчас неприязненное отношение власти к казачеству.

На следующий день на повестке дня стоял вопрос о должности Походного атамана. Дутов сказал, что эта должность должна быть выборной. В ведении Походного должны быть все казачьи части, должен быть единый казачий фронт2066.

22 августа Дутов и представители казачьих войск отправили на имя адмирала Колчака телеграмму, в ответ на которую на следующий день Колчак телеграфировал Дутову из своего поезда: «Сердечно благодарю Вас, Атаман, и представителей казачьих войск за Вашу телеграмму 22-го с[его] м[есяца] в общности взглядов и целей наших я черпаю сил[ы] и уверенность в конечной победе и в восстановлении РОДИНЫ (здесь и далее сохранен стиль документа. – А. Г.) нашей как великой державы волей РУССКОГО НАРОДА управляемой Адмирал Колчак»2067. Надо сказать, что помимо приветственной телеграммы Дутов в тот же день запросил Колчака относительно денег, положенных ему как Походному атаману на представительские расходы, но получил отказ2068.

23 августа после утреннего заседания Дутов ездил в Ставку, где обсуждал возникшие вопросы по обороне, проблемам эвакуации и ситуации с иркутским атаманом Оглоблиным. На вечернем заседании он предложил «выработать пожелания, вытекающие из прений по текущему моменту, и доложить их ВЕРХОВНОМУ ПРАВИТЕЛЮ, причем заявить Ему, что казачество, являясь ядром Государственности, не желает никаких переворотов, но в интересах спасения Отечества считает своим долгом высказать эти свои пожелания, которые должны выражаться приблизительно в следующих восьми пунктах:

1. Власть ВЕРХОВНОГО ПРАВИТЕЛЯ должна быть единоличной.

2. Совет Министров должен быть подчинен Верховной власти.

3. В виду громоздкости Совета Министров необходимо выработать проект его сокращения.

4. Должны быть приняты меры к роспуску Экономического Государственного Совещания и Сената.

5. В секретном докладе ВЕРХОВНОМУ ПРАВИТЕЛЮ необходимо указать на необходимость облегчения аппарата Ставки, приведением его в более полевой вид.

6. Высказать пожелания о более энергичной и планомерной эвакуации ценностей.

7. Не вмешиваться в персональное назначение командного состава, но высказать некоторые свои пожелания по этому поводу.

8. Чтобы каждый раз союзниками точно и определенно было указано, куда и сколько прибудет материала и чтобы в приемочной Комиссии был представитель от казаков»2069.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.