Свершилось!

Свершилось!

Но вернемся в Зимний дворец. Наступил новый 1880 год.

В сундуке скопилось почти 7 пудов динамита. И Халтурин предлагает – взрывать. Состоялось специальное заседание Распорядительной комиссии. Пригласили главного динамитчика – гения Кибальчича.

Кибальчич настаивал:

– Мои расчеты остаются в силе – восемь пудов… А лучше – десять.

Но Халтурин ждать не хочет. Он боится нового ужесточения мер. К тому же он очень устал. И Халтурин торопит с решением.

Нетерпеливый Желябов тоже жаждет побыстрее пустить динамит в дело. И Распорядительная комиссия, несмотря на мнение Кибальчича, отдает приказ – взрывать!

Теперь на Дворцовой площади каждый вечер Халтурина поджидает Желябов. Но, проходя, не останавливаясь, мимо Желябова, Халтурин бросает короткое – «Нет».

Взрыв все откладывается.

Халтурин ждет, чтобы взорвать наверняка. И он дождался. Ему становится известно, что 5 февраля в Зимний дворец приезжает любимый брат царицы принц Александр Гессенский. По этому поводу ровно в 6 часов (во дворце все происходит точно) в столовой состоится семейный обед. На нем будет присутствовать царь с сыновьями – наследником и Владимиром. Царица, как говорили во дворце, присутствовать на обеде не сможет: она уже не встает с постели.

Так что Халтурину выпадает возможность отправить на тот свет сразу царя и старших сыновей.

Удачной прелюдией к 5 февраля стало для народовольцев убийство некоего Жаркова, наборщика подпольной типографии, завербованного охранкой.

3 февраля агенты Исполнительного Комитета заманили Жаркова на лед Малой Невки. Оглушенный кистенем, Жарков упал, и уже знакомый нам молодой Пресняков ударами кинжала добил его.

И наступило 5 февраля.

К шести часам вечера Халтурину надо было выманить из подвала живших вместе с ним столяров. Это оказалось несложным. Халтурин пригласил столяров в ресторан – отметить его помолвку. Ресторан был недалеко от дворца. Ближе к шести часам Халтурин объявил столярам, что хочет познакомить их со своей невестой. И оставив столяров в ресторане (ждать его и невесту), Халтурин быстро возвращается во дворец.

На часах – шесть. Прислуга озабоченно бегает. Он понял: гость уже приехал.

Халтурин спустился в подвал и соединил провода.

Благодаря устройству взрывателя у него оставалось четверть часа, и он смог неторопливо покинуть царский дворец.

В тот день в Петербурге мела метель. Снег валил густыми хлопьями. Метель мела третий день… Мосты, дома тонули в снегу и горевшие фонари едва мерцали во мгле. Все было тревожно и красиво. Египетские сфинксы над Невой – в снежных мантиях. И огни Зимнего дворца с трудом светили в густом снегу…

В метели на Дворцовой площади ждал Халтурина покрытый снегом Желябов.

И из метели появился Халтурин.

«Замечательно спокойный, поздоровался с Желябовым и словно фразу из самого обычного разговора произнес: “Готово”» (вспоминал Л. Тихомиров).

И буквально через пару секунд на Дворцовой площади в Зимнем дворце страшно грохнуло. Дворец будто содрогнулся. В дворцовых окнах погас свет.

И темный дворец исчез в белой метели.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.